66RS0056-01-2022-000568-81
гражданское дело №2-533/8/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Тавда 28 октября 2022 года
мотивированное решение от 03 ноября 2022 года
Тавдинский районный суд Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Галкина С.В.,
при секретаре Гутковской М.С.,
с участием истца ФИО5,
представителей ответчика – администрации ФИО19 городского округа по доверенности – ФИО14, ФИО22,
представителя третьего лица – МБУ ТГО «ЕАЗ» по доверенности ФИО23,
рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференцсвязи гражданское дело по иску ФИО5 ФИО16 к Администрации ФИО17 городского округа, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> о взыскании денежных средств и компенсации морального вреда,
установил:
ФИО3, отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-63 ГУФСИН России по <адрес>, обратился в суд с иском к ФИО2 городского округа с требованиями о взыскании денежных средств в размере стоимости трёхкомнатной квартиры, а также компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей.
В обоснование иска указано, что с 1990 года проживал и был прописан в квартире по адресу: <адрес>. В 2012 году он был осуждён к лишению свободы на срок 4 года.
В период отбывания им наказания Администрация ФИО18 городского округа распорядилась указанной квартирой по своему усмотрению, без согласия истца пустив и зарегистрировав в ней других жильцов. Освободившись из мест лишения свободы в марте 2016 года, он не смог попасть в свою квартиру, так как в ней проживали уже другие люди, которые даже не открыли ему дверь. В связи с чем, он остался без жилья, был вынужден проводить время на улице и в подвалах домов.
Обратившись в ФИО2 городского округа с заявлением о разрешении данного вопроса, в декабре 2016 года ему была предоставлена другая, уже двухкомнатная квартира в доме, который впоследствии был признан аварийным, и подлежащим сносу. Весь период – с марта 2016 года по декабрь 2016 года он находился без какого-либо жилья, претерпевал страдания и лишения.
Кроме того, в квартире адресу: <адрес>, которой он был фактически лишён, на момент его ареста в 2012 году находились его личные вещи и имущество, которых он также был лишён, а именно: кровать двуспальная (1 шт), кровать односпальная (2 шт), стол письменный с тумбой (2 шт), стол большой раздвижной (1 шт), обувница (1 шт), вешалки для верхней одежды и вешалки для головных уборов (2 шт),кухонный стол (1 шт), стулья (4 шт), раскладушка (1 шт), шифоньер (1 шт), комод (1 шт), два кресла, ковёр (2 шт), палас (2 шт), линолеум около 25 кв.м, зеркала (2 шт), большое зеркало (1 шт), карнизы для штор (4 шт), постельное бельё (5 комплектов), одеяло ватное (1 шт), оделяло на синтепоне (1 шт), матрас (3 шт), плед (1 шт), подушки (8 шт), покрывало (4 шт), костюм спортивный (2 шт), кофты тёплые (3 шт), джинсы (3 шт), футболки (5 шт), рубашки с рукавами и без (7 шт), шторы (4 шт), тюль на окна (4 шт), кожаный куртки осенние (2 шт), пуховик зимний ( 1 шт), дублёнка зимняя (1 шт), шапка зимняя (1 шт), шапка спортивная (2 шт), бейсболки летние (2 шт), перчатки кожаные (3 пары), кроссовки летние (3 пары), ботинки зимние (2 пары), сапоги резиновые (2 пары), тарелки (10 шт), чашки эмалированные (10 шт), кастрюли алюминиевые и нержавеющие (7 шт), кружки эмалированные (8 шт), сковородки дюралевые (5 шт), стаканы сервизные (5 шт), бокалы (5 шт), которые он оценивает в общую сумму 300 000 рублей.
В связи с чем, истец просит взыскать с ФИО2 городского округа за счёт казны Российской Федерации в свою пользу денежные средства за утраченное жильё в размере стоимости трёхкомнатной квартиры – 3 500 000 рублей, а также причинённый материальный ущерб в размере 300 000 рублей, и компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.
Определением суда к участию в деле в качестве ответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>, а в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика = Муниципальное бюджетное учреждение ФИО2 городского округа «Единое агентство заказчика» (далее по тексту – МУП ТГО «ЕАЗ»),– ФИО7
В судебном заседании ФИО3, участвующий по видеоконференцсвязи, пояснил, что не поддерживает ранее заявленные требования о взыскании с ФИО2 городского округа за счёт казны Российской Федерации денежные средства в размере стоимости трёхкомнатной квартиры – 3 500 000 рублей, из расчёта на то, что впоследствии ответчик должен предоставить ему другое благоустроенное жилое помещение. В остальной части – о взыскании материального ущерба, связанного с утратой личных вещей, и компенсации морального вреда, заявленные требования поддержал, пояснив, что квартира по адресу: <адрес>, была предоставлена его матери по ордеру, и он вместе с матерью и другими родственниками был нанимателем этой квартиры. После того, как мать умерла, а родственники уехали, он остался единственным нанимателем. Однако, пока он находился в местах лишения свободы, ФИО2 городского округа вселила в данную квартиру другую семью, в результате чего он после освобождения остался без жилья, на протяжении длительного времени был вынужден скитаться по подвалам домов, ночевать у знакомых, поскольку другого жилья у него не было. Женщина, заселённая ФИО4 в квартиру, пояснила, что из квартиры никуда не уйдёт, а его не пустит. Он пошёл за разъяснениями в ФИО2 городского округа, где ему сказали, что ничего сделать не могут. Только в декабре 2016 года ФИО2 городского округа предоставила ему другую квартиру. Но эта квартира не была пригодна для проживания - не было стекол в окнах, пол - прогнивший, туалет был на улице, рядом расположен психоневрологический интернат. Впоследствии данный дом был признан аварийным. Утверждает, что никаких документов с ФИО2 городского округа не подписывал. В результате действий ФИО2 городского округа он был лишён не только жилья, но своих вещей, в связи с чем, просил удовлетворить исковые требования
Представители ответчика – ФИО2 городского округа по доверенности ФИО8 и ФИО9 в судебном заседании исковые требований ФИО3 не признали, представили письменные возражения, суть которых сводится к тому, что жилое помещение по адресу: <адрес>, является объектом муниципальной собственности ФИО2 городского округа. Данное жилое помещение на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ № было предоставлено матери истца - ФИО13 на состав семьи из пяти человек, в том числе ФИО10 - сын, ФИО11 - дочь, ФИО3 - сын, ФИО12 – зять.
После смерти ответственного нанимателя ФИО13 в 2005 году, ФИО10 в 2003 году, смены места жительства ФИО15 (ФИО24) А.В., в квартире числился зарегистрированным только истец ФИО3
После осуждения истца в 2012 году квартира, являющаяся муниципальной собственностью, фактически осталась без присмотра. Истец никаких мер для сохранности не только своего имущества, находящегося в квартире, но и самой квартиры, не предпринимал. Входная дверь в квартиру не запиралась, и вход в квартиру был свободным, сама квартира была заброшенной и захламлена мусором, что подтверждено соответствующим актом.
С целью сохранения жилого помещения, находящегося в муниципальной собственности, ДД.ММ.ГГГГ с гр-кой ФИО7, состоящей в списке граждан, имеющих право на предоставление жилых помещений в ФИО2 городском округе в общем порядке, было заключено соглашение о временном пользовании жилым помещением по вышеуказанному адресу до момента получения ею жилого помещения по договору социального найма. На основании данного соглашения ФИО7 была поставлена на регистрационный учёт по данному адресу. Уведомить истца о заключении с ФИО7 соглашения о временном пользовании жилым помещением не представлялось возможным ввиду отсутствия сведений о его фактическом местонахождении.
В ноябре 2016 года ФИО3 обратился в ФИО4 с письменным заявлением о замене ему жилого помещения меньшего размера, в связи с чем, на основании постановления ФИО2 городского округа от ДД.ММ.ГГГГ № истцу было предоставлено по договору социального найма жилое помещение меньшего размера по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, которое также является объектом муниципальной собственности ФИО2 городского округа.
ДД.ММ.ГГГГ с истцом был заключён договор социального найма для проживания в указанном жилом помещении, которое было пригодно для проживания, санитарно-техническое и иное оборудование находилось в исправном состоянии, что подтверждается актом сдачи-приёмки жилого помещения. Каких-либо замечаний по санитарному состоянию квартиры от истца не поступало.
До ноября 2016 года истец в ФИО2 городского округа с заявлением об отсутствии жилья, и с жалобами на ФИО7, препятствующей ему пользованию жилым помещением, не обращался.
Тот факт, что в августе 2017 года многоквартирный <адрес> по <адрес> в городе <адрес> был признан аварийным и подлежащим сносу, по мнению представителей ответчика не свидетельствует о том, что жилое помещение в данном доме было непригодно для проживания. Кроме того, постановлением ФИО2 городского округа № от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено отселение граждан, проживающих в указанном многоквартирном доме, с предоставлением им иных жилых помещений по договорам социального найма. В этой связи полагают, что право истца на предоставление ему жилого помещения не нарушено, и оснований для взыскания с ФИО2 городского округа денежных средств в размере стоимости трёхкомнатной благоустроенной квартиры – 3 500 000 рублей не имеется, учитывая тот факт, что квартира по адресу: <адрес>, является объектом муниципальной собственности, и истцу на праве собственности никогда не принадлежала.
Доводы истца о том, что по вине ФИО2 городского округа ФИО3 был вынужден длительное время проводить время на улице, в подвалах домов и у знакомых, считают необоснованными, поскольку объективно данные факты ничем не подтверждены. Доказательств того, что ФИО7 чинила истцу какие-либо препятствия в пользовании жилым помещением по вышеуказанному адресу, истцом не представлено. С соответствующим заявлением о препятствии пользовании ему жилым помещением ни в полицию, ни в органы прокуратуры истец не обращался. Полагают, что со стороны ФИО2 городского округа отсутствуют виновные действия, повлекшие причинение истцу моральных и нравственных страданий.
Наличие в квартире, оставленной истцом без надлежащего присмотра, личных вещей, одежды и предметов мебели, какими-либо доказательствами не подтверждено, как не представлено и доказательств, подтверждающих размер причинённого ущерба. В связи с чем, просили в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать в полном объёме.
Представитель - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в своё отсутствие, и письменный отзыв, суть которого сводится к тому, что Министерство финансов Российской Федерации в данном случае является ненадлежащим ответчиком по делу, так как имущество, находящееся в муниципальной собственности, является казной муниципального образования. Кроме того, ссылки истца на нарушение его прав со стороны ФИО2 городского округа ничем не подтверждены, доказательств, устанавливающих причинно-следственную связь между причинением морального вреда и действиями (бездействием) ФИО4, суду не представлено. Одни лишь утверждения истца о причинении ему морального вреда не могут являться достаточными, и служить основанием для удовлетворения заявленных требований. В связи с чем, просили отказать в удовлетворении заявленных требований ФИО3 в полном объёме.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – МБУ ТГО «ЕАЗ» по доверенности ФИО6 также возражала против заявленных требований ФИО3, представив суду письменные возражения, суть которых аналогична позиции ФИО2 городского округа. Дополнительно пояснив, что после осмотра квартиры в 2013 году было установлено, что жилое помещение находится в заброшенном состоянии, доступ в квартиру был свободный. Никаких личных вещей истца в квартире не было. Пришлось в 2014 году проводить ремонт квартиры, устанавливать двери, менять окна, ремонтировать печи, полностью менять сантехническое оборудование, заново прокладывать электропроводку, которая в квартире отсутствовала.
В 2016 году с ФИО3 по его же заявлению был заключён договор социального найма жилого помещения, по которому истцу предоставлено жилое помещение по адресу: <адрес>, пер.Сельский, <адрес>. Никаких замечаний от истца по поводу санитарного состояния данной квартиры не поступало ни при заключении договора, ни впоследствии. Доказательств того, что со стороны ФИО2 городского округа, или МБУ ТГО «ЕАЗ» были нарушены жилищные права истца, в результате которых он претерпевал нравственные или физические страдания, суду не представлены, в связи с чем, просила в удовлетворении исковых требований отказать.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО7, в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.
Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишён жилища.
Согласно статье 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.
В силу части 1 и части 4 статьи 17 Жилищного кодекса Российской Федерации, жилое помещение предназначено для проживания граждан. Пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан.
На основании пункта 1 статьи 49 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма предоставляется жилое помещение государственного или муниципального жилищного фонда.
Согласно части 4 статьи 69 настоящего Кодекса, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.
Частью 3 статьи 67 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что наниматель жилого помещения по договору социального найма обязан: использовать жилое помещение по назначению и в пределах, которые установлены настоящим Кодексом; обеспечивать сохранность жилого помещения; поддерживать надлежащее состояние жилого помещения; проводить текущий ремонт жилого помещения; своевременно вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги.
В силу части 4 статьи 17 Жилищного кодекса ФИО1 Федерации, пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.
На основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Основанием возникновения обязательства служит гражданское правонарушение, выразившееся в причинении вреда другому лицу. Для наступления ответственности за причинение вреда в общем случае необходимо наличие четырёх условий: наличие вреда; противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда.
Как установлено судом и следует из материалов дела, жилое помещение по адресу: <адрес> (реестровый №), находится в муниципальной собственности ФИО2 городского округа на основании Постановления <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-п «О передаче объектов в муниципальную собственность ФИО2 <адрес>».
На основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ указанное жилое помещение было предоставлено матери истца - ФИО13 на состав семьи из пяти человек, в том числе, ФИО3 (истец по настоящему делу) - сын, ФИО10 - сын, ФИО11 - дочь, ФИО12 – зять.
Согласно учётной карточке, ФИО13 была зарегистрирована в данном жилом помещении по день своей смерти – ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10 (сын) – по день своей смерти ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 (ФИО24) А.В. по ДД.ММ.ГГГГ (смена постоянного места жительства); ФИО12 – по ДД.ММ.ГГГГ. Истец ФИО3 был зарегистрирован в указанном жилом помещении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 городского округа и МБУ ТГО «ЕАЗ» заключён договор о закреплении имущества на праве оперативного управления, на основании которого вышеуказанная квартира передана в оперативное управление МБУ ТГО «ЕАЗ».
В соответствии с пунктом 2.5.2 данного договора МБУ ТГО «ЕАЗ» обязано обеспечивать сохранность переданного ему имущества, не допускать ухудшения его технического состояния, осуществлять капитальный и текущий ремонт.
Приговором ФИО2 районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуждён за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на срок 4 года.
Как следует из указанного приговора и материалов уголовного дела № (истребованного из архива ФИО2 районного суда <адрес> по инициативе суда), на момент задержания ФИО3 фактически проживал по адресу: <адрес>, не имея вообще регистрации на территории ФИО2 городского округа (протокол задержания подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, рапорт участкового уполномоченного от ДД.ММ.ГГГГ, приговор суда от ДД.ММ.ГГГГ, копия паспорта ФИО3).
Кроме того, из приговора ФИО2 районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ также следует, что истец в квартире по адресу: <адрес>, и в 2008 году не проживал, так как фактически был зарегистрирован и проживал по адресу: по адресу: <адрес>.
Согласно акту обследования технического состояния <адрес>, составленному инженером МБУ ТГО «ЕАЗ» ДД.ММ.ГГГГ, вход в данное жилое помещение не ограничен, входная деревянная дверь имеет механические повреждения; отопительная и кухонные печи квартиры частично разрушены; сантехнические приборы находятся в нерабочем состоянии, разводка электропроводки в квартире отсутствует; створки в деревянных окнах частично отсутствуют, стекла выбиты; штукатурный слой стен и потолка имеет трещины, произошло частичное отслоение штукатурного слоя до дранки, жилое помещение заброшено и захламлено мусором; мебель и личные вещи предыдущего нанимателя в квартире отсутствуют.
Таким образом, согласно исследованным материалам, вопреки доводам истца, как минимум с 2008 года ФИО3 в жилом помещении по адресу: по адресу: <адрес>, фактически не проживал. Доказательств обратного, в том числе, и того, что в квартире находились личные вещи истца, предметы мебели и домашнего обихода, в материалы дела не представлено.
В силу части 1 статьи 91 Жилищного кодекса Российской Федерации если наниматель и (или) проживающие совместно с ним члены его семьи используют жилое помещение не по назначению, систематически нарушают права и законные интересы соседей или бесхозяйственно обращаются с жилым помещением, допуская его разрушение, наймодатель обязан предупредить нанимателя и членов его семьи о необходимости устранить нарушения. Если наниматель жилого помещения и (или) проживающие совместно с ним члены его семьи после предупреждения наймодателя не устранят эти нарушения, виновные граждане по требованию наймодателя или других заинтересованных лиц выселяются в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.
Как разъяснено в пункте 39 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», разрешая дела о выселении нанимателя и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи из жилого помещения без предоставления другого жилого помещения по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 91 Жилищного кодекса Российской Федерации, суды должны исходить из того, что такое выселение является крайней мерой ответственности и возможно лишь при установлении факта систематичности противоправных виновных действий со стороны нанимателя и (или) членов его семьи, которые, несмотря на предупреждение наймодателя в любой форме (устной или письменной) о необходимости устранить допущенные нарушения, эти нарушения не устранили.
При этом под систематическим бесхозяйственным обращением с жилым помещением, ведущим к его разрушению, следует понимать целенаправленные постоянного характера действия нанимателя и (или) членов его семьи, влекущие повреждение либо уничтожение структурных элементов квартиры (окон, дверей, пола, стен, санитарно-технического оборудования и т.п.) (абз. 8 п. 39абз. 8 п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 14).
Согласно перечню ремонтных работ, согласованных с ФИО2 городского округа, МБУ ТГО «ЕАЗ» в 2014 году был произведён общий ремонт вышеуказанной квартиры на сумму 171 127 рублей 16 копеек, а также ремонт печей на сумму 88 573 рубля 71 копейка.
Кроме того, согласно счёту-фактуре от ДД.ММ.ГГГГ по акту выполненных работ № стоимость ремонта <адрес> составила 153 158 рублей 81 копейка.
При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу, что истец, позиционирующий себя нанимателем жилого помещения, на которого Жилищным кодексом Российской Федерации возложены не только права, но и обязанность использовать жилое помещение по назначению, обеспечивать сохранность жилого помещения, и поддерживать его надлежащее состояние, данные обязанности не исполнял.
В судебном заседании установлено и не оспаривается самим истцом, что при заключении под стражу в 2012 году истец никаких мер для сохранности принадлежащего ФИО2 городского округа имущества в виде квартиры не предпринимал.
В этой связи доводы ФИО3 в той части, что по вине ФИО2 городского округа он был лишён своего имущества – личных вещей, мебели, и предметов домашнего обихода, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными материалами, в частности – актом обследования технического состояния квартиры, из которого следует, что мебель и личные вещи нанимателя в квартире по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют, а вход в жилое помещение свободен. При этом исследованные материалы уголовного дела № свидетельствуют о том, что в вышеуказанной квартире ФИО3 фактически не проживал, как минимум с 2008 года.
При установленных обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО3 в части взыскания с ФИО2 городского округа материального ущерба в размере 300 000 рублей, связанного с утратой личных вещей, предметов мебели и домашнего обихода, поскольку доводы истца о нарушении его прав не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.
Не находит суд и оснований для взыскания как с ФИО2 городского округа, так и с Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации, в пользу ФИО3 денежных средств в размере стоимости трёхкомнатной квартиры – 3 500 000 рублей, поскольку материалами дела установлено, что квартира по адресу: <адрес> (реестровый №), является муниципальной собственностью ФИО2 городского округа, и в собственности истца никогда не находилась. Кроме того, заявленные требования в данной части истец в судебном заседании не поддержал.
Обязанность поддерживать жилое помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме в соответствии с частью 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации возложена на собственника жилого помещения.
В связи с тем, что в 2013 году фактическое местонахождение ФИО3 не было известно, а в вышеуказанной квартире никто не проживал, в целях обеспечения сохранности имущества, находящегося в муниципальной собственности, на основании письменного заявления ФИО7 ФИО2 городского округа согласовано предоставление данного жилого помещения для её временного проживания, как очереднику общего списка очерёдности.
ДД.ММ.ГГГГ между МБУ ТГО «Единое агентство заказчика» действующего от имени собственника – ФИО2 городского округа, и ФИО7 заключено соглашение о временном пользовании жилым помещением по вышеуказанному адресу до момента получения жилого помещения по договору социального найма.
Согласно поквартирной карточке жилого помещения ФИО7 зарегистрирована в данном жилом помещении в качестве нанимателя с ДД.ММ.ГГГГ, после чего срок её регистрации в данном жилом помещении регулярно продлялся до ДД.ММ.ГГГГ включительно.
Судом установлено, что предоставление данного жилого помещения для временного пользования ФИО7 было согласовано ФИО2 городского округа в целях обеспечения его сохранности во исполнение требований статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку истец, позиционирующий себя нанимателем жилого помещения, в нарушение требований части 3 статьи 67 настоящего Кодекса никаких мер для его сохранности на протяжении длительного периода времени не предпринимал.
Также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в ФИО2 городского округа поступило заявление истца ФИО3 о замене ему жилого помещения.
ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления ФИО2 городского округа № истцу по договору социального найма было предоставлено жилое помещение меньшего размера по адресу: <адрес>, переулок Сельский, <адрес>, которое также является объектом муниципальной собственности ФИО2 городского округа, и внесено в реестр муниципальной собственности на основании постановления ФИО2 <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О передаче жилищного фонда с баланса АООТ «ТФК» на баланс МП ЖКХ».
ДД.ММ.ГГГГ между истцом и МБУ ТГО «Единое агентство заказчика» действующего от имени собственника – ФИО2 городского округа, был заключён договор социального найма для проживания в жилом помещении по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>.
Согласно Акту сдачи-приёмки жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного сторонами, указанное жилое помещение пригодно для проживания, санитарно-техническое и иное оборудование находится в исправном состоянии. Каких-либо замечаний по санитарному состоянию квартиры от ФИО3 не поступало. С ДД.ММ.ГГГГ истец зарегистрирован в данном жилом помещении, что подтверждается справкой учётной карточки, и не оспаривается самим истцом.
Договор социального найма жилого помещения, а также акт сдачи-приёмки жилого помещения подписаны и получены ФИО3 лично ДД.ММ.ГГГГ, о чём свидетельствует его собственноручная запись. В связи с чем, доводы истца о том, что он не подписывал никаких документов, суд находит несостоятельными.
С 2016 года ФИО3 с заявлениями о признании данного договора недействительным, либо о расторжении договора в связи с нарушением санитарного состояния квартиры, не обращался.
В этой связи доводы истца о том, что он был лишён права на жилище, опровергаются исследованными материалами, свидетельствующими о том, что ФИО2 городского округа по договору социального найма истцу предоставлено жилое помещение, пригодное для проживания.
Постановление ФИО2 городского округа № от ДД.ММ.ГГГГ «О замене жилого помещения муниципального жилищного фонда» принято ФИО4 в соответствии с действующим жилищным законодательством, в пределах полномочий, предоставленных Уставом ФИО2 городского округа, и права истца не нарушает.
Тот факт, что постановлением ФИО2 городского округа № от ДД.ММ.ГГГГ многоквартирный дом по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, признан аварийным и подлежащим сносу, не свидетельствует о нарушении прав истца на жилище.
На основании статьи 86 Жилищного кодекса Российской Федерации, если дом, в котором находится жилое помещение, занимаемое по договору социального найма, подлежит сносу, выселяемым из него гражданам органом государственной власти или органом местного самоуправления, принявшими решение о сносе такого дома, предоставляются другие благоустроенные жилые помещения по договорам социального найма.
Предоставляемое гражданам в связи с выселением по основаниям, которые предусмотрены статьями 86-88 Жилищного кодекса Российской Федерации, другое жилое помещение по договору социального найма должно быть благоустроенным применительно к условиям соответствующего населенного пункта, равнозначным по общей площади ранее занимаемому жилому помещению, отвечать установленным требованиям и находиться в границах данного населенного пункта (часть 1 статьи 89 Жилищного кодекса Российской Федерации).
Из приведённых норм права следует, что по общему правилу, если иное не предусмотрено федеральным законом, предоставление гражданам в связи с признанием занимаемого ими жилого помещения непригодным для проживания другого жилого помещения носит компенсационный характер, гарантирует им условия проживания, которые не должны быть ухудшены по сравнению с прежними.
Таким образом, при отселении граждан, проживающих в вышеуказанном многоквартирном <адрес> <адрес> ФИО2 городского округа должна будет предоставить, в том числе, и ФИО3, по договору социального найма другое благоустроенное жилое помещение равнозначное по общей площади ранее занимаемого жилого помещения, то есть, не менее 48,7 кв.м.
Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда за счет соответствующей казны (в данном случае заявлено исковое требование о компенсации морального вреда к муниципальному органу, но за счёт казны Российской Федерации) может быть возложена на муниципальный орган или должностных лиц этих органов при наличии противоправности деяния и вины указанных органов и лиц в причинении вреда.
Бремя доказывания в суде неправомерности действий ответчика, причинения истцу вреда и наличия причинно-следственной связи между вредом и противоправным поведением возлагается на самого потерпевшего.
На основании статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения материального ущерба, а также вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, в данном случае возлагается на истца. Более того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него имущественного ущерба и морального вреда.
Между тем, в рамках настоящего гражданского дела истцом не представлено относимых и допустимых доказательств того, что в результате неправомерных действий ответчиков он был лишён жилого помещения. Напротив, как установлено судом, по договору социального найма жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 является нанимателем двухкомнатной квартиры площадью 48,7 кв.метров.
Факт причинения истцу материального ущерба и нравственных страданий ничем не подтверждается. Обстоятельства причинения материального ущерба и морального вреда подлежат подтверждению определёнными средствами доказывания, то есть фактами, а не голословными заявлениями, чего истцом по настоящему делу не сделано.
Доводы ФИО3 о том, что после освобождения из мест лишения свободы в марте 2016 года и до декабря 2016 года он был лишён жилья, объективно ничем не подтверждены. Тогда как из исследованных материалов уголовного дела следует, что ещё до осуждения в 2012 году ФИО3 на протяжении нескольких лет фактически проживал в иных жилых помещениях.
Доказательств того, что со стороны ФИО7, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, истцу в 2016 году чинились какие-либо препятствия в пользовании данной квартирой, в материалы дела также не представлено. При этом, истец не отрицает того факта, что с заявлениями в правоохранительные органы о том, что имеются препятствия в пользовании ему жилым помещении, в котором ранее был зарегистрирован, он не обращался.
Из материалов доследственной проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, представленных МО МВД России «Тавдинский» по запросу суда, следует, что в действиях ФИО7 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
Согласно информации, предоставленной ФИО2 городской прокуратурой по материалам надзорных производств, ФИО3 обращался с жалобами по факту нарушения его жилищных прав и мошеннических действий со стороны ФИО2 городского округа ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.
По результатам проведённых проверок в адрес ФИО3 направлены ответы (№ж-22 от ДД.ММ.ГГГГ и №ж-22 от ДД.ММ.ГГГГ), согласно которым оснований для применения мер прокурорского реагирования не имеется, поскольку нарушений жилищных прав ФИО3 в ходе проведённых проверок не установлено.
Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств причинения ему имущественного вреда, а также моральных и нравственных страданий.
В связи с вышеизложенным, оснований для удовлетворения требований ФИО3 не имеется, поскольку доводы истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего дела.
При рассмотрении дела истцом факт причинения ему каких-либо нравственных и физических страданий ничем объективно не подтвержден, допустимыми средствами доказывания не доказан. Субъективное же мнение истца о нарушении его прав и причинении ему морального вреда не может являться допустимым доказательством по делу.
Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса ФИО1 Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).
Из материалов дела следует, что иск ФИО3 о компенсации морального вреда поступил в суд в апреле 2022 года, то есть по истечении шести лет со дня окончания событий, с которыми истец связывает причинение ему физических и нравственных страданий со стороны ФИО2 городского округа. Указанные обстоятельства явно свидетельствуют о недобросовестном поведении ФИО3 (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО20 к Администрации ФИО21 городского округа, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> о взыскании денежных средств за утраченное жильё в размере стоимости трёхкомнатной квартиры, за причинённый материальный ущерб, и компенсации морального вреда – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, то есть 03 ноября 2022 года.
Председательствующий подпись С.В. Галкин