дело №2-5294/2022

74RS0028-01-2022-006548-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2022 года г. Копейск

Копейский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Эммерт О.К.,

при секретаре Ворониной Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением (с учетом уточнения) к ФИО2 о признании договора дарения в части 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с долей в праве общей долевой собственности на жилой дом от 04 сентября 2018 года, расположенных по адресу: АДРЕС, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недействительным; применении последствий недействительности сделки: 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенных по указанному адресу возвратить в собственность ФИО1; признании права собственности за ФИО1 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом и земельный участок; погашении записи о государственной регистрации права собственности на земельный участок с долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, зарегистрированной на имя ФИО2 за номером НОМЕР от 12 сентября 2018 года.

В обоснование исковых требований указано, что истец являлась собственником 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенных по адресу: АДРЕС. В августе 2022 года истец перенесла инсульт, после того как вернулась домой из больницы, ответчик сказала, что ухаживать за истцом не намерена, выгнала из дома, поскольку ФИО1 собственником указанного имущества не является. Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 07 сентября 2022 года, ФИО2 является собственником 5/6 доли в праве общей долевой собственности на указанный жилой дом и земельный участок на основании договора дарения от 12 сентября 2018 года. При подписании договора истец не считала себя утратившей право собственности на земельный участок и жилой дом, поскольку полагала, что заключает с ФИО2 договор пожизненного содержания, между истцом и ответчиком была договоренность об осуществлении ухода и переходе земельного участка и жилого дома ответчику после смерти истца, совместное использование дома и земельного участка не предполагалось. При этом, фактически спорное имущество ответчику не было передано. Истец из дома не выселялась, зарегистрирована по месту жительства в нем до настоящего времени, несет бремя его содержания, оплачивает коммунальные услуги, спорный дом является единственным жилым помещением истца. ФИО2 в дом не вселялась. Истец свою волю на заключение договора дарения не выражала, поскольку не имела намерения лишить себя права собственности на единственное жилье. Ожидание встречных представлений в виде помощи и уходе и намерение передать имущество в собственность ФИО2 после своей смерти, свидетельствует об ошибочном понимании истцом правовой природы подписанного договора и заключении его под влиянием заблуждения относительно возникающих на основании договора прав и обязанностей сторон.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Гудим Е.А. в судебном заседании исковые требования, с учетом уточненного искового заявления, поддержала в полном объеме, указала, что в исковым заявлении ошибочно указано на совершение сделки со стороны ответчика обманным путем, при предъявлении настоящих требований в качестве правового обоснования ссылаются на положения ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указала, что срок исковой давности по заявленным требованиям истцом не пропущен, поскольку только из выписки Единого государственного реестра недвижимости от 07 сентября 2022 года истцу стало достоверно известно, что собственником 2/3 доли в праве общей долевой собственности на указанный жилой дом и земельный участок является ФИО2

Ответчик ФИО2, ее представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, настаивали на применении судом срока исковой давности к заявленным требованиям.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Третьи лица: ФИО5, нотариус нотариального округа Копейского городского округа Челябинской областной нотариальной палаты – ФИО6, представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения представителя истца ФИО1 – адвоката Гудим Е.А. по доводам искового заявления, возражения ответчика ФИО2, ее представителя ФИО3, третьего лица ФИО4 на доводы искового заявления, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения пользования и распоряжения своим имуществом.

Пунктом 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. ст. 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам).

Из содержания положений ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

Применительно к положениям ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновения права владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Частью 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Согласно части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Совокупность обстоятельств, имеющих значение для дела, определяется судом исходя из норм материального права, подлежащих применению, с учетом основания иска, доводов и возражений сторон.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, являлось выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения. В этой связи суду необходимо выяснить: сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое он ссылается, и является ли оно существенным применительно к части 1 статьи 178 ГК РФ, в том числе оценке подлежат такие обстоятельства как возраст истца и состояние здоровья.

На необходимость выяснения таких обстоятельств указывает Верховный Суд Российской Федерации в Определениях от 25 июня 2002 года по делу N 5-В01-355 и от 25 марта 2014 года N 4-КГ 13-40, в которых разъяснено, что при решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 178 ГК РФ, необходимо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.

Судом установлено, что М.Т.В., ДАТА года рождения, на праве собственности принадлежал жилой дом, общей площадью 47,1 кв.м, расположенный по адресу: АДРЕС, и земельный участок, общей площадью 600 кв.м, адрес объекта: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: АДРЕС.

После смерти М.Т.В., умершего ДАТА, заведено наследственное дело, спорное имущество перешло в собственность супруге – ФИО1 в размере 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, дочери – ФИО4 в размере 1/6 доли в праве общей долевой собственности на указанное имущество, ФИО5 – в размере 1/6 доли.

Право собственности долевых собственников на спорное имущество зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается материалами наследственного дела (л.д. 42-51), реестрового дела (л.д. 106-152).

04 сентября 2018 года между ФИО1, ФИО4 и ФИО2 заключен договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом, по условиям которого ФИО1 и ФИО4 подарили ФИО2 принадлежащие им 5/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок по спорному адресу. Указанный договор зарегистрирован в установленном законом порядке (л.д. 141-142).

При этом, ФИО1 фактически долю в спорном доме и земельном участке одаряемой не передавала, из него не выселялась, проживала в доме до перенесенного в августе 2022 года инсульта, зарегистрирована до настоящего времени в указанном жилом доме, факт проживания истца в жилом доме, доля в котором была подарена ответчику ФИО2 не оспаривался, истец производит оплату коммунальных услуг, другого жилого помещения не имеет. Ответчик в жилой дом не вселялась, 13 сентября 2022 года зарегистрировалась в указанном жилом доме по месту жительства. Из пояснений ответчика следует, что пользоваться жилым домом при жизни ФИО1 она намерений не имела.

В судебном заседании 19 октября 2022 года истец ФИО1 пояснила, что не знает, что такое «дарение» как сделка, какие последствия влечет, обстоятельства заключения договора не помнит, не понимала, что отдает дом в собственность ответчику. Полагала, что ФИО2 будет осуществлять за ней уход, помогать. Все документы хранились у ФИО4

Ответчик ФИО2 в судебном заседании 19 октября 2022 года и 16-18 ноября 2022 года требования не признала, указала, что с самого детства была рядом с истцом, в 2018 году истец решила подарить ответчику свою долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок. Отношения между сторонами были доверительные, истец проживала в доме одна, но ответчик каждый день приезжала ей помогать, покупала лекарства, продукты, забирала белье для стирки. Коммунальные услуги оплачивала ФИО4, но денежные средства передала для оплаты вместе с квитанциями ФИО1 Вселяться ответчик, при жизни М., намерений не имела. Все документы по сделке хранились у ФИО4 После выписки из больницы ответчик привезла ФИО1 в спорный дом, истец расценила, что ее бросили, позвонила сыну ФИО5, возник конфликт.

Свидетель Б.Г.С. в судебном заседании 19 октября 2022 года суду показала, что является дочерью подруги истца, истец никогда не говорила, что не является собственником спорного дома, в сентябре 2022 года стало известно, что большая часть дома принадлежит внучке К.. Со слов истца свидетелю известно, что ФИО1 полагала, что ответчик будет за ней осуществлять уход.

В судебном заседании 19 октября 2022 года свидетель М.В.М. показала, что является женой сына истца, все родственники оказывали посильную помощь истцу. При этом, ФИО1 всегда считала себя собственником жилого дома. Истец перенесла инсульт в августе 2022 года, по возвращению с больницы ей требовался уход, но К. отказалась оказывать помощь. М. рассчитывала на уход, помощь в трудной ситуации, поэтому и подарила дом внучке.

Свидетель Д.М.С. в судебном заседании 16-18 ноября 2022 года суду показала, что является соседкой матери ответчика. В спорном доме была раза три, последний раз в 2020 году, оказывала помощь К. в покраске дома, обработке земельного участка. Указала, что при встрече с ФИО1 не обсуждали, кто является собственником спорного дома. Летом 2019 года истец говорила свидетелю, что хочет оставить все К., поскольку она любимая внучка и всегда оказывает ей помощь.

Свидетель И.Н.В. в судебном заседании 16-18 ноября 2022 года суду показала, что проживает по соседству с истцом 13 лет. Указала, что ФИО1 еще при жизни своего супруга говорила, что все имущество хочет оставить К., поскольку она помогает им всегда. ФИО2 всегда была рядом с истцом, заботилась, красила и убирала дом, помогала с обработкой земельного участка. В 2018 года истец говорила свидетелю, что хочет подарить дом ФИО2, при этом, понимала ли истец, что означает «подарить», свидетель пояснить не смогла.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании 16-18 ноября 2022 года пояснила, что является дочерью истца и матерью ответчика, исковые требования не поддерживает, указывает, что при заключении договора дарения принимала непосредственное участие, указанным договором передала в дар 1/6 долю в праве общей долевой собственности на спорное имущество ответчику, нотариусом последствия заключения оспариваемого договора разъяснялись. Вместе с тем, обстоятельства регистрации указанного договора дарения в Управлении Росреестра сторона не помнит, все документы по сделке находись у нее, у ФИО1 документов не было, в том числе и копии оспариваемого договора с отметкой о регистрации в установленном законом порядке. ФИО1 проживала постоянно в спорном доме, производила оплату коммунальных услуг, передавая квитанции и денежные средства для их оплаты. Указала, что в 2018 году М. чувствовала себя хорошо, на учете у специалистов не состояла. В 2022 году третье лицо стала замечать, что у истца снизился слух, в июле 2022 года приобрели слуховой аппарат.

Вместе с тем, согласно ответу нотариуса нотариального округа Копейского городского округа Челябинской областной нотариальной палаты – ФИО6 от 27 октября 2022 года, видеозапись разъяснения сторонам и заключения договора дарения представить не представляется возможным, видеофиксация не производилась. Все договоры, связанные с отчуждением имущества удостоверяются только по предварительной записи, поскольку для сделки необходимо получить сведения об объекте (права, обременения, ограничения прав) и сторонах договора (дееспособность, банкротство, терроризм). Для подготовки договора документы принимаются от всех участников сделки, предварительная беседа проводилась с каждым из участников сделки до подготовки проекта договора, а также перед оглашением проекта и подписанием сделки каждому участнику задается вопрос не изменились ли его намерения и понятны ли последствия заключения договора. Предварительная запись производиться не менее чем за 3 рабочих дня до удостоверения договора. Сведений о том, кем и когда были представлены документы для удостоверения договора, а также дата и время проведения беседы с каждым участником договора, на данный момент уже не имеется (л.д. 166).

Из платежных поручений на оплату коммунальных услуг спорного жилого дома за газоснабжение ООО «НОВАТЭК-Челябинск», за вывоз твердых коммунальных отходов ООО «ЦКС», за электроэнергию ПАО «Челябэнергосбыт» следует, что в качестве плательщика указан М.Т.В. (супруг истца), в платежных поручениях за вывоз твердых коммунальных отходов ООО «ЦКС» в качестве плательщика указана ФИО1 (л.д. 208-217).

При этом, согласно копии медицинской карты в отношении ФИО1 (л.д. 160-163), 09 ноября 2006 года ФИО1 обратилась на прием к терапевту с жалобами на задолженность и шум в левом ухе, снижение слуха в течении 2-х лет, поставлен диагноз – ДИАГНОЗ. Согласно записи от 13 сентября 2022 года, жалобы при обращение: речевой контакт с больной затруднен из-за резкого снижения слуха.

Согласно заключению ООО «Слышувижу» от 14 июля 2022 года (л.д. 159), ФИО1 поставлен диагноз: правое ухо – ДИАГНОЗ, левое ухо - ДИАГНОЗ.

Исследовав приведенные обстоятельства дела и оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь приведенными нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, суд приходит к выводу, что ФИО1, заключив договор дарения доли в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом и земельный участок с ФИО2, добросовестно заблуждалась относительно природы сделки и ее последствий, полагая, что фактически заключает договор, по которому она будет иметь постоянный уход, получать какую-либо помощь.

Принятые на себя обязательства в связи с дарением ФИО2 подтвердила своими пояснениями в судебных заседаниях. Действия и пояснения ответчика ФИО2 (покупка продуктов питания, лекарств, уборка дома, проведение ремонтных работ, обработка земельного участка) свидетельствуют о наличии и исполнении встречных требований в связи с подписанием договора дарения доли в имуществе, что не свидетельствует правовой природе дарения, предполагающей волю дарителя передать имущество одаряемому безвозмездно при жизни. При этом, истец в судебном заседании 19 октября 2022 года пояснила, что ожидала встречных предоставлений от ответчика в виде помощи и ухода, всегда считала себя собственником спорного дома и земельного участка, производила оплату коммунальных услуг за свой счет, при этом, действительно, из платежных поручений на оплату коммунальных услуг, отсутствия документов после заключения оспариваемого договора на дом и земельный участок у истца могло складываться представление, что обладателем спорного имущества является она, до момента возникновения конфликта с ответчиком, который истец восприняла как отказ от последующей ожидаемой помощи и заботы, в которой истец нуждалась после перенесенного в августе 2022 года инсульта. Указанное в совокупности свидетельствует об ошибочном понимании истцом правовой природы заключенного договора, с учетом установленных судом обстоятельств, достижения истцом к моменту подписания оспариваемого договора возраста 75 лет, образования 5 классов, наличие заболевания - тугоухости, что также могло способствовать неправильному представлению истцом правовой природы подписываемого договора в части дарения доли.

Следовательно, проанализировав в совокупности все представленные сторонами доказательства, суд полагает доказанным факт подписания истцом договора дарения доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество под влиянием заблуждения относительно природы сделки и относительно отсутствия встречных обязательств одаряемой по обеспечению дарителя уходом.

Согласно ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Согласно ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (абзац 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (абзац 2).

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 101-102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения. В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Не является основанием к отказу в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 ходатайство ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку на момент подписания договора истец заблуждалась относительно его правовой природы, продолжала проживать в спорном доме, производила оплату коммунальных услуг, о том, что она не собственник узнала в сентябре 2022 года из выписки из Единого государственного реестра недвижимости при обращении к адвокату за оказанием юридической помощи, при этом документы после государственной регистрации перехода права собственности у истца отсутствовали, что подтверждается пояснениями стороны ответчика и третьими лицами в судебном заседании, следовательно, суд полагает верным исчислять срок исковой давности с сентября 2022 года. При этом, истец обратилась с настоящим иском в суд 22 сентября 2022 года, до истечения установленного в один год, со дня когда истец узнала об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки в оспариваемой части недействительной, срока.

Достоверных и допустимых доказательств того обстоятельства, что истцу с момента совершения сделки было известно, что она собственником не является, в материалы дела не представлено.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о признании договора дарения от 04 сентября 2018 года в части дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок по спорному адресу, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применении последствий недействительности сделки, погашении регистрационных записей в части регистрации права собственности на спорную долю за ФИО2 на жилой дом и земельный участок по указанному адресу, признании права собственности на указанную долю в спорном имуществе за истцом.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, -

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт ПАСПОРТНЫЕ ДАННЫЕ), - удовлетворить.

Признать договор дарения от 04 сентября 2018 года в части дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 47,1 кв.м, расположенный по адресу: АДРЕС, и 2/3 доли на земельный участок, общей площадью 600 кв.м, адрес объекта: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: АДРЕС, заключенный между ФИО1 к ФИО2 (паспорт ПАСПОРТНЫЕ ДАННЫЕ), недействительным.

Применить последствия недействительности сделки.

Погасить регистрационную запись НОМЕР от 12 сентября 2018 года в части регистрации права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности за ФИО2 на жилой дом по указанному адресу, погасить регистрационную запись НОМЕР от 12 сентября 2018 года в части регистрации права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности за ФИО2 на земельный участок по указанному адресу.

Признать право собственности за ФИО1 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 47,1 кв.м, расположенный по адресу: АДРЕС, и на 2/3 доли на земельный участок, общей площадью 600 кв.м, адрес объекта: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: АДРЕС.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Копейский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий Эммерт О.К.