Апелляционное определение по делу № 33А-8832/2023 от 04.07.2023

дело № 33а-8832/2023

УИД-66RS0004-01-2022-005829-52

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04.07.2023 г. Екатеринбург

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Шабалдиной Н.В.,

судей Патрушевой М.Е.., Захаровой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Лужецкой Е.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-5461/2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей

по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 30.11.2022.

по апелляционной жалобе административного истца ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 21.09.2022.

Заслушав доклад судьи Патрушевой М.Е., объяснения представителя административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области ФИО3, судебная коллегия

установила:

административный истец ФИО1, отбывающий наказание в виде пожизненного лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением к ГУФСИН России по Свердловской области, Министерству финансов Российской Федерации, в котором просил признать незаконным действия (бездействие) административного ответчика, выразившееся в нарушении условий содержания в исправительном учреждении, взыскать компенсацию морального вреда за ненадлежащие условия содержания в размере 350000 руб.

В обоснование требований указал, что в период с 22.08.2010 по 11.03.2018 содержался в ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области в ненадлежащих условиях содержания. В качестве ненадлежащих условий содержания сослался на то, что он ежедневно раздевался догола во время проведения проверок; в помывочное помещение и обратно ходил в нижнем белье; содержался в помещении имеющий статус «нежилое», которое находилось аварийном здании в антисанитарных условиях, необходимости заниматься побелкой камер; запрет иметь короткую стрижку, отращивать бороду, усы; необеспечение работы банно-прачечного комбината из-за ремонта котельной в августе-сентябре 2017 года.

Определениями суда к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФСИН России, ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области.

Решением Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 30.11.2022 административные исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с указанным решением, административный истец ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять новое решение, которым удовлетворить административные требования в полном объеме. Повторяя доводы административного искового заявления, настаивает на том, что суд неверно применил нормы материального и процессуального права, необоснованно отказал в допросе свидетелей, не учел практику судов по аналогичным делам. Полагает, что ответчиком не опровергнуты его доводы о допущенных нарушениях.

Представитель административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области ФИО3 в суде апелляционной инстанции просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Административный истец ФИО1 о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещен надлежащим образом (извещение вручено по месту отбывания наказания 28.06.2023.

Представители административных ответчиков ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области, Министерства финансов Российской Федерации о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещен надлежащим образом - электронной почтой, а также путем размещения информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Учитывая изложенное, руководствуясь положениями ч. 6 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела дело при данной явке.

Заслушав представителя административных ответчиков, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, исследовав в соответствии с ч. 2 ст. 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации новые доказательства, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке ст. 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, приходит к следующему.

Из содержания ст. 218, п. 1 ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», вступившим в силу 27.01.2020, в главу 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регламентирующую производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов и организаций, наделенных публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, введена ст. 227.1, устанавливающая особенности рассмотрения требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях (ст. 3).

Поскольку требование о компенсации морального вреда или требование о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в местах изоляции в связи с заключением под стражу или отбыванием наказания в виде лишения свободы предъявляются лицом, полагающим, что нарушены условия его содержания в исправительном учреждении, с целью получения конкретной денежной суммы, в обоих случаях используется один способ защиты в споре, вытекающем из публичных отношений между гражданином и государством в лице конкретных органов и учреждений, наделенных по отношению к нему властными полномочиями.

В соответствии со ст. 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению.

Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Гражданский кодекс Российской Федерации определяет моральный вред как физические или нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, который подлежит возмещению путем возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда; устанавливает обязанность суда при определении размеров компенсации морального вреда принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывать характер, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, а также исходить из требований разумности и справедливости. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (ст. 151, п. 2 ст. 1101 названного Кодекса).

В ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации закреплено, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Судом установлено и подтверждается материалами административного дела, ФИО1, отбывающий наказание в виде пожизненного лишения свободы, с 22.08.2010 по 11.03.2018 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области, убыл для отбывания наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН по Хабаровскому краю, что подтверждается справкой по личному делу.

Суд первой инстанции, рассматривая требования административного истца и отказывая в их удовлетворении, пришел к выводу о недоказанности таких нарушений условий содержания в исправительном учреждении, как проведение обыска в указанной административным истцом позе, следование на помывку в душевую и обратно в нижнем белье, содержание в камерах ПКТ со статусом «нежилое», отсутствие возможности иметь стрижку, носить бороду и усы, аварийное и антисанитарное состояние помещения.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции. Доводы апелляционной жалобы административного истца в указанной части были предметом проверки суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка, оснований для переоценки не имеется.

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы (ст. 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

В соответствии с пп. 3 и 6 п. 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 года № 1314, основные задачи ФСИН России включают в том числе обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, и создание им условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

В соответствии со ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации приказом Министерства юстиции Российской Федерации (далее также - Минюст России) от 16.12.2016 № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее также – Правила, действовавшие в спорный период).

Правила регламентируют и конкретизируют соответствующие вопросы деятельности исправительных учреждений и обязательны для администрации исправительных учреждений, содержащихся в них осужденных, а также иных лиц, посещающих исправительные учреждения.

Пунктом 21 Правил установлено, что помывка осужденных обеспечивается не менее двух раз в семь дней с еженедельной сменой нательного и постельного белья.

На основании Федерального закона от 30.03.199 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и Положения о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации № 554, введены в действие санитарно-эпидемиологические правила и нормативы. Соблюдение требований санитарии и гигиены является обязанностью не только для осужденных, но и для работников системы исполнения наказаний России.

Требования соблюдения санитарно-гигиенических норм, определяющих критерии безопасности и безвредности факторов среды обитания человека, призваны устранить угрозу жизни и здоровью людей, а также возникновения и распространения заболеваний.

Согласно ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Из материалов административного дела усматривается, что с 20.08.2017 по 25.08.2017 в ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области была произведена остановка печного оборудования котельной ПКТ в связи с проведением профилактического ремонта согласно плана по подготовке учреждения к осеннее-зимнему периоду, между тем данное приостановление не повлияло на принятие постельных принадлежностей, белья и одежды осужденных, а также на работу банно-прачечного комплекса. Обратного административным истцом не представлено.

Вопреки ошибочным доводам административного истца, сам факт неосуществления помывки в связи с закрытием котельной на профилактический ремонт в 2017 году, не свидетельствует о неосуществлении стирки и невыдаче чистого постельного и нательного белья. Достоверных и допустимых доказательств, что в оспариваемый период не осуществлялась смена постельного белья, невозможно было осуществить стирку нательного и постельного белья, не представлено. Из ответа прокурора также не следует о наличии данного нарушения, указано только на непроведение помывок на протяжении трех недель в августе-сентябре 2017 года. Более того, судом правомерно учтено, что решением Ивдельского городского суда Свердловской области от 29.06.2021 присуждена компенсация за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении, выразившиеся в необеспечении помывки в августе-сентябре 2017 года.

Также судом первой инстанции правомерно были отклонены доводы административного истца о проведении в отношении него ежедневных обысков в недозволенной форме.

В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, которые в соответствии с ч. 3 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

В оспариваемый период проведение проверок было регламентировано п. 33 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказами Минюста России от 03.11.2005 № 205 (утратил силу 06.01.2017), от 16.12.2016 № 295 (утратил силу 06.07.2022) действовавшими в спорный период.

В силу п. 33 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений № 205 проверки наличия осужденных в исправительных учреждениях осуществляются ежедневно утром и вечером в часы, определенные распорядком дня. Одновременно проверяется внешний вид осужденных. В необходимых случаях проверки могут проводиться в любое время суток.

Проверки наличия осужденных в штрафных изоляторах, помещениях камерного типа колоний, единых помещениях камерного типа, в тюрьмах проводятся покамерно, а отбывающих наказание в строгих условиях, содержащихся в безопасных местах, пользующихся правом передвижения без конвоя и освобожденных из-под стражи под надзор администрации исправительного учреждения, - в местах их проживания.

В установленное распорядком дня время осужденные поотрядно, побригадно выстраиваются в отведенных местах для вывода на работу и съема с работы. При этом проверяется их внешний вид и производится обыск (п. 23 Правил).

Данные положения также закреплены Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295.

В силу п. 7, 39, 49 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, личный обыск осужденного производится только лицом одного с ним пола. Личный обыск осужденного проводится в корректной форме, исключающей причинение вреда здоровью осужденного, в пределах, необходимых для обнаружения запрещенных предметов и веществ. Проверки наличия осужденных в исправительном учреждении осуществляются ежедневно утром и вечером в часы, определенные распорядком дня. Одновременно проверяется внешний вид осужденных. Администрация исправительного учреждения вправе проверять наличие осужденных по спальным, рабочим и другим возможным местам нахождения осужденных, выявлять причины их отсутствия в определенное время, в определенном месте, следить за выполнением распорядка дня, исполнением осужденными своих обязанностей.

Осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных - досмотру. Личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными. Обыск жилых помещений при наличии в них осужденных допускается в случаях, не терпящих отлагательства. Запрещенные вещи, а также вещи, имеющиеся у осужденных сверх установленного веса, изымаются в момент обнаружения, о чем составляется акт.

Осужденные, содержащиеся в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ и в одиночных камерах, при передвижении за пределами камер держат руки за спиной. При каждом выводе осужденных из камеры производится их личный обыск, а обыскиваемый становится лицом к стене, упираясь в стену вытянутыми руками, ноги ставятся на ширину плеч (п. 164).

Доводы административного истца на недозволенный метод проведения обысков, основан на субъективной оценке административного истца, были предметом исследования суда первой инстанции. Допустимых и достоверных доказательств совершения в отношении ФИО1 действий со стороны должностных лиц исправительного учреждения, выходивших за рамки допустимых, которые могли быть квалифицированы как жестокое и унижающее человеческое достоинство обращение в материалы дела не представлено. Доказательств, подтверждающих факт причинения ФИО1 вреда при проведении обысков, материалы дела не содержат.

Согласно позиции Европейского суда по правам человека, изложенной в постановлении по делу «Фреро (Preror) против Франции», взятый отдельно обыск с раздеванием, который является явно необходимым для обеспечения безопасности в тюрьме, предупреждения беспорядков или предотвращения преступлений, не противоречит требованиям статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Указанное не противоречит и позиции изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.07.2021 № 58-КАД21-12-К9.

Вопреки доводам апеллянта судебный акт по делу № 33а-7033/2022 по административному иску ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области о признании действий незаконными, присуждении компенсации, не имеет преюдициального значения в отношении административного истца в рамках рассматриваемого дела.

Также судебная коллегия полагает необоснованным доводы административного истца о том, что нарушения, выразившиеся в раздевании при проведении обысков догола установлены решением Чердаклинского районного суда Ульяновской области от 26.10.2021 по делу № 2а-837/2021 по иску ФИО7, поскольку данный судебный акт отменен судебной коллегией по административным делам Ульяновского областного суда 29.11.2022 (апелляционное определение от 29.11.2022 по делу № 33а-4836/2022 находится в открытом доступе). При этом судебная коллегия отмечает, что данный судебный акт не имеет преюдициальное значение, поскольку принят с учетом конкретных обстоятельств дела в отношении иного осужденного. Административный истец с жалобами на нарушение его прав в связи с указанными действиями административного ответчика, ни в администрацию исправительного учреждения, ни в прокуратуру не обращался.

При таких обстоятельствах, учитывая, что достоверных доказательств предполагаемых нарушений условий содержания, выразившихся в несоблюдении административными ответчиками положений Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в связи с неустановлением факта применения недозволенных мер воздействия в отношении ФИО1 в материалы дела со стороны последнего не представлено, при этом административный ответчик в силу объективных обстоятельств (ФИО1 обратился в суд по истечении 4 лет с момента убытия из колонии, и прекращения предполагаемого нарушения) лишен возможности предоставить доказательства соблюдения условий содержания, судебная коллегия соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для признания в этой части действий сотрудников исправительного учреждения и условий отбывания наказаний незаконными.

Доводы административного истца о том, что ему не разрешалось носить бороду и усы, а также отращивать волосы судебной коллегией также отклоняются, как несостоятельные и не подтвержденные материалами дела.

Доводы административного истца о том, что здания ПКТ находится в статусе «нежилое» и являлось аварийным основан на субъективном мнении административного истца.

В соответствии с п. 6.20 Правил проектирования (в двух частях), утвержденного и введенного в действие приказом Минстроя России от 20.10.2017 № 1454/пр., ранее действующей Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (Инструкция СП 17-02 Минюста России), утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 02.06.2003 № 130-ДСП, в жилой зоне ИК особого режима для осужденных ООР предусматривалось выделение, в том числе, локального участка со зданием ПКТ для проживания осужденных на строгих условиях содержания.

Указанные здания ПКТ в силу п. 3.4 настоящей Инструкции рассматривались как здания общественного назначения.

Законодателем определено размещение осужденных к лишению свободы для отбывания наказания в виде пожизненного лишения свободы первые 10 лет в ПКТ. При строительстве данных зданий применяются технические требования к «общественным зданиям», а не «жилым». Доказательств того, что здание ПКТ находилось в аварийном состоянии в материалах дела не имеется. Доводы административного истца в данной части являются субъективными, неподтвержденными допустимыми и достоверными доказательствами.

Учитывая изложенное, пребывание административного истца в спорный период в ПКТ ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области, относящегося согласно классификатору объектов капитального строительства по их назначению и функционально-технологическим особенностям (для целей архитектурно-строительного проектирования и ведения единого государственного реестра заключений экспертизы проектной документации объектов капитального строительства), утвержденному приказом Минстроя России от 10.07.2020 № 374/пр, к объектам инфраструктуры уголовно-исполнительной системы, является законным и не может служить основанием для взыскания компенсации причиненных моральных страданий, перенесенных в связи с нахождением в указанном помещении.

Правильным является вывод суда в части недоказанности таких нарушений условий содержания в исправительном учреждении как антисанитарные условия содержания административного истца, поскольку доказательств того, что камеры в спорный период находились в антисанитарном состоянии материалы дела не содержат.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой у судебной коллегии не имеется.

Отбывание наказания административным истцом в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения. Само по себе отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него права на компенсацию.

Административный истец, ссылаясь на причинение ему нравственных страданий, также не представил доказательств, свидетельствующих о том, что он перенес такие страдания, что могло бы, в свою очередь, явиться основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий, бездействия государственных органов.

При этом судебная коллегия учитывает, что о предполагаемом нарушении своих прав ФИО1 было достоверно известно в период отбывания наказания в исправительном учреждении. Однако с настоящим административным иском он обратился в суд только 09.06.2022. Данное обстоятельство позволяет судебной коллегии сделать вывод о несоответствии значимости и действительности указанных нарушений содержания в исправительной колонии, тем физическим и нравственным страданиям, которые якобы претерпел административный истец.

Также судебная коллегия учитывает, что длительное непредъявленные требований (бездействие) исключило возможность установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу, не представляется возможным и установить состав гражданско-правовой ответственности по ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно факт причинения моральных страданий и вину должностных лиц и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом.

Учитывая установленные по административному делу обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в данном случае факты причинения вреда ФИО1, противоправность поведения административных ответчиков, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения последних, своего подтверждения не нашли.

Доводы апелляционной жалобы административного истца о том, что суд не допросил свидетелей, не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права, учитывая, что такое ходатайство в судебном заседании заявлено не было. Судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения ходатайств административного истца о допросе свидетелей, истребовании видеофайла с записью телепередачи, изложенных в апелляционной жалобе, принимая во внимание такой критерий, как достаточность собранных по делу доказательств для разрешения спора.

В целом доводы апелляционной жалобы административного истца направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой у судебной коллегии не имеется. Иное толкование подателем жалобы закона, другая оценка обстоятельств дела и доводы, не подтвержденные допустимыми и относимыми доказательствами, не свидетельствуют об ошибочности выводов суда первой инстанции и не опровергают их.

С учетом того, что обстоятельства, имеющие значение для дела, суд установил правильно, представленные доказательства оценил в соответствии с требованиями процессуального закона, нормы материального и процессуального права применил верно, судебная коллегия оснований, предусмотренных ст. 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, для отмены решения и удовлетворения апелляционной жалобы не усматривает

Руководствуясь ч. 1 ст. 308, п. 1 ст. 309, ст. 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 30.11.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу административного истца ФИО1 – без удовлетворения.

Решение суда первой инстанции и апелляционное определение могут быть обжалованы в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня принятия апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.В. Шабалдина

Судьи М.Е. Патрушева

О.А. Захарова