Судья в 1-й инстанции Власова С.С. Дело № 22-2754/2023

91RS0004-01-2021-003075-10

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 сентября 2023 года город Симферополь

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего Фариной Н.Ю.,

судей Спасеновой Е.А., Даниловой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Лалакиди А.А., с участием прокурора Швайкиной И.В., осужденного ФИО1, участвовавшего в судебном заседании в режиме видео-конференц-связи, его защитника – адвоката Попчук Ю.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Попчук Ю.Е. и по апелляционному представлению государственного обвинителя Шкиль Д.Н. на приговор Алуштинского городского суда Республики Крым от 24 апреля 2023 года, по которому

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <данные изъяты>, ранее осужденный:

- приговором от ДД.ММ.ГГГГ Алуштинского городского суда Республики Крым по ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.4 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ окончательное наказание в виде лишения свободы ФИО1 смягчено до 5 лет 6 месяцев лишения свободы;

- приговором от ДД.ММ.ГГГГ Алуштинского городского суда Республики Крым по ч.3 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ окончательное наказание в виде лишения свободы ФИО1 смягчено до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

осужден по:

- ч.3 ст. 159 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы;

- ч.1 ст. 330 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей.

На основании п.2 ч.5 ст. 302 УПК РФ ФИО1 освобожден от отбывания назначенного наказания по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.330 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказаниями, назначенными по приговорам Алуштинского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом внесенных изменений Апелляционными определениями Верховного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО1 назначено окончательное наказание в виде 6 (шести) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В срок отбытия наказания зачтено наказание, частично отбытое ФИО1 по приговорам Алуштинского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, а именно - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ на основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Исковые требования потерпевшей ФИО2 удовлетворены частично, взыскано с ФИО1 в пользу ФИО2 в счёт возмещения имущественного вреда 53 800 рублей 06 копеек.

Исковые требования потерпевшего ЖСК «Афалина» удовлетворены, взыскано с ФИО1 в пользу ЖСК «Афалина» в счёт возмещения имущественного вреда 825 000 рублей.

Взыскано с осужденного ФИО1 в доход Федерального бюджета 30 000 рублей в качестве оплаты вознаграждения представителю потерпевшего.

Приговором приняты решения: о мере пресечения до вступления приговора в законную силу; о порядке исчисления срока наказания; о зачёте в срок лишения свободы времени содержания осужденного под стражей и времени его нахождения под мерой пресечения в виде запрета определённых действий; о вещественных доказательствах по уголовному делу.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Крым Фариной Н.Ю. о содержании приговора и существе апелляционных жалоб и представления, выслушав мнения участников судебного разбирательства, судебная коллегия,

установил а:

По приговору суда ФИО1 осужден за совершение ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> мошенничества, то есть хищения имущества ФИО2 путём обмана, с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину <данные изъяты>.

Кроме того, ФИО1 осужден за совершение ДД.ММ.ГГГГ самоуправства, то есть самовольного, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается организацией (<данные изъяты>»), причинившие существенный вред (<данные изъяты>).

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Попчук Ю.Е. просит приговор суда первой инстанции отменить, ФИО1 признать невиновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 159 и ч.3 ст. 160 УК РФ, уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить.

Жалобу обосновывает тем, что приговор суда является незаконным, необоснованным и постановленным на основании доказательств, которые противоречат материалам дела, показаниям свидетелей и подсудимого ФИО1

Указывает, что вывод суда о виновности ФИО1 по эпизоду преступления по ч.3 ст. 159 УК РФ, фактически основан только на показаниях потерпевшей ФИО2 и свидетеля ФИО8 При этом указывает, что отсутствуют доказательства встречи ФИО2 и ФИО1, а также передачи денег ФИО2 её подзащитному (отсутствуют квитанции, приходно-кассовые ордера, расписки о получении денежных средств от ФИО2). По мнению защитника, отсутствует событие данного преступления.

Также указывает, что отсутствуют допустимые и достаточные доказательства в обосновании суммы денег в размере <данные изъяты>, якобы переданной её подзащитному.

Кроме того указывает, что судом необоснованно не приняты во внимание показания ФИО1, поскольку он последовательно и детально пояснил о невозможности указанной встречи и передачи денег.

Не соглашаясь с квалификацией действий ФИО1 по ч.1 ст. 330 УК РФ, защитник-адвокат указывает, что вывод суда в данной части является ошибочным, противоречащим материалам уголовного дела.

Полагает, что суду первой инстанции надлежало оправдать ФИО1 по ч.1 ст. 330 УК РФ, поскольку решение о расходовании <данные изъяты> было принято на заседании <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, в составе 7 членов правления, то есть коллегиальным органом, в присутствии ФИО9, в связи с чем ФИО1 не самовольно распорядился данными денежными средствами. При этом указывает, что ФИО1 не скрывал обстоятельства передачи денег ФИО10 и данные действия были очевидны для большого количества людей.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней, осужденный ФИО1, просит приговор суда первой инстанции отменить.

Оценивая имеющуюся в материалах уголовного дела копию членской книжки на имя ФИО2, её показания, реестр <данные изъяты>, устав данного кооператива, показания свидетелей ФИО8, ФИО17, а также обращая внимание на имеющиеся в гражданских делах, рассмотренных Алуштинским городским судом Республики Крым документы, полагает, что потерпевшая ФИО2 и свидетель ФИО8 его оговорили, с целью скрыть свои действия по незаконному захвату земельного участка, самовольных строительных работ, с подключением объекта строительства к инженерным сетям ЖСК.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шкиль Д.Н., не оспаривая доказанность вины осужденного, просит приговор суда первой инстанции изменить:

- дополнить вводную часть приговора указанием на судимости ФИО1 по приговору Алуштинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и по приговору Алуштинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ;

- квалифицировать действия ФИО1 по ч.1 ст. 330 УК РФ, как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативно-правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Указывает, что резолютивная часть приговора суда содержит принятое судом решение о назначении наказания на основании ч.5 ст. 69 УК РФ со ссылкой на вынесенные в отношении ФИО1 приговоры Алуштинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, вводная часть приговора не содержит сведений об указанных приговорах.

Также указывает, что потерпевшим по эпизоду преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ признана организация – <данные изъяты>, однако суд квалифицировал действия ФИО1 ч.1 ст. 330 УК РФ, как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативно-правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и представлении, а также в выступлениях сторон в судебном заседании, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Как видно из состоявшегося по делу судебного решения, все необходимые требования уголовно-процессуального закона, строгое выполнение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение уголовного дела, судом первой инстанции были выполнены.

Приведенные в апелляционных жалобах осужденного и его защитника-адвоката доводы о невиновности ФИО1, несоответствии содержащихся в приговоре выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам уголовного дела, судебная коллегия находит необоснованными и не подтверждающимися материалами настоящего уголовного дела.

Суд первой инстанции по результатам состоявшегося разбирательства, обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного ФИО1 в инкриминируемых ему деяниях, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям уголовно-процессуального закона по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Так, суд правильно сослался в приговоре, как на доказательства виновности ФИО1 в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путём обмана, с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину, на следующие доказательства:

- показания допрошенной в судебном заседании потерпевшей ФИО2, согласно которым она познакомилась с ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ, когда обратилась в <данные изъяты> по вопросам о приобретении земельного участка. Была договоренность, что она покупает пай у ФИО11 В итоге купили не пай, а участок. Участок – это участок, а пай – это участок и эллинг. На земельный участок никакие документы не оформлялись и не выдавались. ФИО11 за участок были переданы денежные средства в размере <данные изъяты>. На тот момент, ФИО1 говорил, что если Вы берете три сотки, то считается, что к этим трём соткам положен эллинг. ФИО11 написал заявление о том, что он просит передать свой участок, числящийся за ним в кооперативе <данные изъяты>, а она написала заявление, в котором просила принять её в ЖСК <данные изъяты> Членские книжки тогда не выдали, её выдал потом ФИО1 ФИО11 автоматически выбыл из членов ЖСК, а её (ФИО2) фактически на его место включили. Когда она разговаривала с ФИО3, он был уверен, что передает ей весь пай, а она - что покупает весь пай.

ДД.ММ.ГГГГ, когда началось оформление по Российскому законодательству они (ФИО2 и её муж) спросили у ФИО1 почему их нет в списке на эллинги. ФИО1 ответил, что нужно посодействовать, чтобы они были в этих списках, и тогда у них будет эллинг, тогда он включит их вместо ФИО24. Посодействовать – это значит оказать содействие, помощь в размере <данные изъяты>, и тогда он включит их вместо ФИО25, перепишет на их имя эллинг. О том, что для этого надо собрать общее собрание, ФИО1 ничего не говорил. Она с мужем все обсудила и они согласились на данное предложение. Затем, созвонившись с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ они встретились с ним в сквере памяти афганцам, расположенном в <адрес>. ФИО1 подошел к ней, и предложил ей сесть в его автомобиль, после чего ФИО2 села к нему в машину и передала ФИО1 денежные средства в сумме <данные изъяты>. При передаче денег они были вдвоем, никаких письменных документов о передаче денег, расписок, квитанций они не оформляли, поскольку она доверяла ФИО1 Муж ФИО2 был в курсе всего этого. Она полагала, что эллинг входил в то, от чего отказывался ФИО27. Деньги <данные изъяты> были переданы ФИО1, чтобы поменять фамилию с ФИО26 на ФИО23 в документах. ФИО1 не отказывался, что даст эллинг, говорил, что ещё оформляет документы. Позже они узнали, что эллингов в кооперативе нет. ДД.ММ.ГГГГ переизбирали нового председателя кооператива, который сказал: «Забудьте про эллинг, потому что нет бумаг на землю под эллинги». Также пояснила, что у ФИО1 при Украине был сайт «<данные изъяты>», на котором на главной странице имелась заставка с эллингами, красивая набережная. ФИО1 показывал документы, пояснив, что их подписал главный архитектор. Пояснила, что ущерб для неё значительный. Деньги ФИО1 ей не вернул;

- показания допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО8, согласно которым он является мужем ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ они состоят в кооперативе <данные изъяты> ФИО1 говорил, что если у них имеется участок 3 сотки и более, то им положен эллинг. Он (ФИО8) спросил, что нужно для того, чтобы его получить. ФИО1 сказал, что нужно, чтобы заплатили <данные изъяты>. Когда разговаривали об эллинге, у ФИО1 была красивая разноцветная схема. ФИО1 говорил, что есть общий план развития кооператива, показывал на нём участок, разбитый на эллинги, показал эллинг, который будет их. После этого, он (ФИО8) посоветовавшись с женой, решили, что согласны на предложение ФИО1 После чего его жена ДД.ММ.ГГГГ, встретившись с ФИО1 в <адрес> передала последнему деньги. После передачи денег он (ФИО8) несколько раз интересовался, когда у них появится эллинг, на что ФИО1 говорил, что: «Ты дал деньги, это пошло на развитие кооператива, не беспокойся, бумаги будут-будут». Никаких заявлений на получение эллинга они не писали, поскольку у них с ФИО1 были доверительные отношения. Когда в кооперативе появился новый председатель, на первом собрании кооператива стали задавать вопросы про эллинги. На что новый председатель сказал: «Какие эллинги? Этого в плане нет и не предусмотрено». По вопросу выделения земельного участка под эллинги между супругой и ФИО1 никакие документы не писались. Это все был договор устного характера. ФИО1 говорил, что люди, которые получают указанные эллинги, попадают в какой-то список, однако позже оказалось, что данного списка нет;

- показания допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО12, согласно которым ФИО2 является членом <данные изъяты>. Когда он стал председателем, она уже была членом кооператива;

- показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО13, ФИО17, согласно которым ФИО2 они знают как члена кооператива <данные изъяты>;

- протокол осмотра места происшествия с фото-таблицей от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что произведен осмотр места происшествия по адресу: <адрес>. Осмотрена территория земельного участка <данные изъяты>, в ходе которого установлено отсутствие земельных участков, отведенных для строительства эллингов в границах земельного участка <данные изъяты>;

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого денежные средства ФИО2 в сумме <данные изъяты> (согласно курса валют, установленного ЦБ РФ на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты>), переданные ею ФИО1, в кассу <данные изъяты> не поступали и не отражены в представленных на исследование кассовых книгах <данные изъяты>, отсутствуют в приходных кассовых ордерах, и на счёт <данные изъяты> не поступали за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого денежные средства ФИО2 в сумме <данные изъяты> (согласно курса валют, установленного ЦБ РФ на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты>), переданные ею ФИО1, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в кассу <данные изъяты> не поступали и не отражены в представленных на исследование кассовых книгах <данные изъяты>.

Суд также привел в приговоре другие доказательства виновности осужденного ФИО1: протокол принятия устного заявления о преступлении от ДД.ММ.ГГГГ; рапорт заместителя начальника следственного отдела ОМВД России по <адрес> об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ; протокол осмотра места происшествия с фото-таблицей от ДД.ММ.ГГГГ; копию членской книжки <данные изъяты> на имя ФИО2

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшей и свидетелей по всем значимым обстоятельствам уголовного дела не имеется, они являются логичными, последовательными, дополняют друг друга, согласуются между собой, оснований им не доверять у судебной коллегии не имеется.

Данных о том, что потерпевшая ФИО2, свидетель ФИО8 в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства каким-либо образом были заинтересована в результатах разбирательства дела, в материалах уголовного дела не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, а также проведении следственных и процессуальных действий.

Вопреки доводам осужденного ФИО1, оснований считать копию членской книжки на имя ФИО2 недопустимым доказательством по уголовному делу у судебной коллегии не имеется, поскольку она выдана ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2. Данная книжка подписана председателем <данные изъяты> на ней стоит печать председателя данного ЖСК, отражены взносы, внесенные ДД.ММ.ГГГГ и в последующий период.

В приговоре, как это предусмотрено требованиями ст. 307 УПК РФ, содержится описание преступных действий ФИО1 с указанием места, времени, способа совершения, формы вины и мотивов, изложены доказательства его виновности в содеянном.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных доказательств, позволили суду первой инстанции правильно установить фактические обстоятельства уголовного дела и обоснованно прийти к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему мошенничества.

Суд проверил версии в защиту осужденного, в том числе о том, что ФИО2 не передавала ему денежные средства за эллинг, а он в свою очередь не обещал ей посодействовать в выделении земельного участка под эллинг; о том, что потерпевшая и свидетель ФИО8 его оговорили, в приговоре им дана правильная оценка. Позиция стороны защиты как по делу в целом, так и по отдельным деталям обвинения и обстоятельствам доведена до сведения суда с достаточной полнотой и определенностью. Она получила объективную оценку. При этом, судом обоснованно отвергнуты доводы ФИО1 о самовольном захвате ФИО2 и ФИО8 земельных участков в <данные изъяты> незаконном возведении ими строений на данных участках, поскольку указанные доводы материалами уголовного дела не подтверждаются и стороной защиты никак не подтверждены.

Судебная коллегия находит правильной квалификацию действий осужденного ФИО1 по ч.3 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения с причинением значительного ущерба гражданину.

Все выводы суда первой инстанции, в том числе о квалифицирующих признаках указанного преступления, в приговоре надлежащим образом мотивированы со ссылкой на фактические обстоятельства, установленные на основании исследованных в судебном заседании доказательств, и являются правильными.

Выводы суда о том, что ФИО1 совершил преступление в отношении потерпевшей ФИО2 с использованием им своего служебного положения являются правильными, так как ФИО1, занимая должность председателя <данные изъяты> действовал в отношении имущества потерпевшей, используя своё служебное положение, регламентированное Уставом кооператива, в соответствии с которым обладал правом без доверенности действовать от имени кооператива, в том числе представлять его интересы, подписывать платёжные документы и совершать сделки, за исключением сделок, на совершение которых требуется одобрение правления кооператива или решения общего собрания членов кооператива, заключать договора от имени кооператива, а также правом созывать и возглавлять правление кооператива, председательствовать на его заседаниях.

Судом сделан правильный вывод о незаконном завладении ФИО1 имуществом потерпевшей ФИО2 путём обмана, поскольку как следует из установленных судом обстоятельств, у ФИО1 отсутствовала реальная возможность выполнить взятое на себя обязательство перед потерпевшей ФИО2, исходя из способа обмана и убеждения потерпевшей о наличии у него такой возможности и о принятых им мерах по выполнению такого обязательства.

Кроме этого, суд первой инстанции, исследовав и оценив совокупность доказательств, предоставленных стороной обвинения, защиты, пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 совершил самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред, исходя из следующего.

Так, согласно показаниям представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО14, в 2005 году ФИО1 создал кооператив, стал его председателем. Члены кооператива проживают в <адрес>, у них у всех земельные участки. ДД.ММ.ГГГГ кооператив перерегистрирован по российскому законодательству. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подписал договор с Администрацией города на аренду земли под «<данные изъяты>». Данная аренда предусматривала право пользования землей без права собственности, потому что земля была муниципальной. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не отчитался за финансовую деятельность, за уставы. Люди хотели увидеть, кто является членом кооператива, а кто нет, кто какие земельные участки имеет, какой площадью. ФИО1 им обещал, но не давал, поэтому произошел конфликт между членами кооператива, в связи с чем избрали нового председателя кооператива. Набережной у кооператива нет, она не подлежит оформлению и никогда не была в аренде кооператива. ФИО1 не имел права брать какие-либо деньги на реконструкцию, на доработку набережной. Считает, что денежные средства, которые зачли как членский взнос, это деньги кооператива, а поэтому по данному факту ФИО1 причинил кооперативу вред, и должен возвратить указанные денежные средства. Также показала, что когда у ФИО1 изымались описи и документы у ФИО29, установлено, что денежные средства в размере <данные изъяты> были приняты в счет кооператива. Кооператив провел аудит ДД.ММ.ГГГГ и оказалось, что деньги, которые были взяты у ФИО28 на набережную, нигде не прошли. ФИО4 написала заявление, показала расписку, и сказала, чтобы кооператив засчитывал данные деньги как членский взнос. В итоге кооператив зачел ей, и она не платила денежные средства за аренду этих земельных участков. Кооператив выполнил перед Брицкой свои обязательства в ущерб себе. Денежных средств, которые передала ФИО4 на развитие набережной, в кооперативе нет, как и проекта развития набережной.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что ДД.ММ.ГГГГ она на имя председателя <данные изъяты> ФИО1 написала заявление с просьбой принять её в члены <данные изъяты> и выделить в пользование участок, площадью 0,3 га. ДД.ММ.ГГГГ было проведено заседание правления <данные изъяты>, на котором принято решение о необходимости передачи земельного участка площадью 0,3 га для строительства рекреационно-селитебного комплекса с паевым взносом в размере <данные изъяты>, и, что данная сумма эквивалентна <данные изъяты>. После заседания ФИО1 передал ФИО9 выписку из протокола заседания правления <данные изъяты>, в которой прописью и цифрами была вписана сумма <данные изъяты> и эквивалент <данные изъяты>, с его подписью и подписью секретаря заседания ФИО15 и с оттиском печати <данные изъяты>. Как тогда объяснил ФИО1, из данной суммы денежных средств <данные изъяты>, как паевой взнос будут использованы только как финансирование и строительство дороги к участку и набережной, расположенной напротив выделенного ей земельного участка. ДД.ММ.ГГГГ её доверенное лицо - ФИО16 в помещении офиса Кооператива, расположенного на территории <данные изъяты> передал ФИО1 принадлежащие ФИО9 денежные средства качестве паевого взноса в размере <данные изъяты>, в подтверждение чего ФИО1 выдал документ.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО16 дал показания аналогичные показаниям свидетеля ФИО9 в части вступления её в члены <данные изъяты>, проведения собрания правления кооператива, принятия им решения, составления договора о совместном сотрудничестве. Также свидетель пояснил, что после выплаты ими указанных денежных средств, ФИО1 выписал приходный ордер, в котором указал, что получил <данные изъяты> на проектирование набережной. По денежной сумме в размере <данные изъяты> не обговаривалось, что это деньги на финансирование проекта набережной. Фактически они (ФИО30 и ФИО31) выдали часть своего паевого взноса за земельный участок.

В судебном заседании свидетель ФИО17 пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она была членом кооператива <данные изъяты>. На собрании её выбрали кассиром. В кооперативе она выполняла работу кассира, принимала членские взносы за аренду земли. Процедура принятия членских взносов была такая: она работала в центре села в магазине, люди приносили туда деньги, а она записывала в ведомость. В ведомости расписывались члены кооператива и она (ФИО17) о том, что получила членские взносы. Далее составлялись отчеты и передавались на аренду земли. Деньги передавались председателю кооператива ФИО1 Случаев, чтобы она писала в ведомостях и членских книжках, что взносы получены, но по факту ей деньги не передавались, не было. Участником данного кооператива был ФИО10, который являлся проектировщиком и который пообещал сделать проект набережной. Первая сумма на проектную документацию набережной для кооператива в сумме <данные изъяты> поступила от Ковалевского, который принес данные деньги ей в кассу, а после этого их забрал ФИО10 для проведения проектных работ. Деньги она передала ФИО10 по указанию председателя ФИО1, написав в расходной ведомости, что выдано <данные изъяты>. ФИО10 расписался, за что он берёт деньги, написав на проектные работы. Также уточнила, что после того, как ФИО5 принес ей деньги, она получила их в кассу, однако документы на эти деньги выписаны рукой ФИО1, а не её рукой, значит, он их и выдал. После этого, на одном из собраний ФИО10 предоставил членам кооператива проектную документацию. Также свидетель пояснила, что общее собрание членов кооператива по вопросу необходимости проектирования набережной ФИО1 не проводил, вопросы на общем собрании не слушались, не рассматривались, сумма денег также не обсуждалась.

Согласно показаниям допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО10, с ним ДД.ММ.ГГГГ был заключен от имени <данные изъяты> договор на проектирование набережной. Когда было принято решение о заключении договора по проведению работ, которые предусматривали три этапа: 1 – сделать архитектурно-дизайнерский проект; 2- конструкторскую часть; 3 – инженерная система, а также прохождение государственной экспертизы. Договор был заключен между ним (ФИО10) и Кооперативом на проведение первых двух этапов. Оплата была предусмотрена: 1 этап – <данные изъяты>, 2 этап – <данные изъяты>, 3 этап – <данные изъяты>, 4 этап – прохождение экспертизы, стоимость в районе <данные изъяты>. Оплата произведена не в полном объеме, он получил за первый этап деньги, со вторым этапом были какие-то проблемы, но тем не менее второй этап <данные изъяты> и <данные изъяты> он (ФИО10) выполнил в полном объеме. Пояснил, что ему была оплачена сумма <данные изъяты>, которую он получил авансом. Для прохождения государственной экспертизы и получения разрешения на строительство было все готово, кроме плана земельного участка. <данные изъяты> он получали через кассу, ему был выдан подтверждающий документ - расчетный ордер. Проект он сделал в бумажном и электронном виде. Акты на промежуточные этапы не были предусмотрены. Оставшуюся сумму по договору ему так и не выплатили, заплатили только <данные изъяты>. По процедуре получения денежных средств ФИО10 пояснил, что деньги ФИО5 отвез в кассу <адрес>, потом привез их с ордером, и ФИО10 написал расписку о получении этих средств. В судебном заседании ФИО10 подтвердил, что трудовое соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, он заполнял лично.

Кроме того, при допросе свидетеля ФИО10 суду первой инстанции представлены документы, подтверждающие образовательный и профессиональный уровень ФИО10 на проведение работ по проектированию, а также документы по проектной документации «Обустройство прибрежной зоны кооператива «<данные изъяты>» по адресу: АР Крым, <адрес>.

Как следует из показаний допрошенный в ходе предварительного следствия свидетелей – членов кооператива <данные изъяты> ФИО15, ФИО18, общие собрания членов <данные изъяты> по вопросу необходимости проектирования общедоступной сельской набережной в границах земельного участка <данные изъяты>, а также сумма денежных средств, необходимая для её проектирования, не созывались и не проводились.

Согласно выписке из протокола заседания правления <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ члены правления <данные изъяты> пришли к единогласному мнению о необходимости передачи ФИО9 земельного участка 0, 3 га для строительства рекреационно-селитебного комплекса с паевым взносом в размере <данные изъяты> (эквивалент <данные изъяты>), который будет использован для проектирования и строительства общедоступной набережной.

Согласно приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ с подписью ФИО1 и печатью <данные изъяты>, указанный кооператив получил от ФИО9 на финансирование проекта набережной согласно трудовому соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, сумму <данные изъяты>.

Из квитанции к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ следует, что от ФИО9 принят паевой взнос на финансирование проектных работ набережной <данные изъяты> - <данные изъяты>.

Как следует из приобщенных и исследованных судом первой инстанции трудового соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ и расписки от имени ФИО10, между председателем ФИО1, именуемым в дальнейшем «Заказчик», с гражданином ФИО10, именуемым в дальнейшем «Исполнитель», заключено соглашение, согласно которому «Заказчик» поручает, а «Исполнитель» принимает на себя обязательства выполнить следующие работы: организация и проведение работ по проектированию набережной <данные изъяты> в срок до ДД.ММ.ГГГГ. За выполненную работу «Заказчик» выплачивает вознаграждение в сумме: этап №1 – <данные изъяты> не позднее ДД.ММ.ГГГГ; этап № 2 – <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ со дня подписания акта выполненных работ. При этом, в данной расписке ФИО10 указал, что получил денежные средства в сумме <данные изъяты> через кассу <данные изъяты> на проведение работ по проектированию набережной ЖСК. Кроме того, в расписке имеются подписи ФИО10 и председателя <данные изъяты> ФИО1, а также печать кооператива <данные изъяты>.

Согласно выводам почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подписи от имени ФИО1, расположенные в графе «Руководитель (Директор)» в расходном кассовом ордере № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> выполнены ФИО1

В соответствии с п.9.4, п.9.7, устава Жилищно-строительного кооператива «<данные изъяты>» курортно-рекреационно-селитебного назначения, утвержденного общим собранием членов <данные изъяты> председатель правления Кооператива обладает правом: открывать и закрывать счета Кооператива в банках, без доверенности действовать от имени Кооператива, в том числе представлять его интересы, подписывать платежные документы и совершать сделки, за исключением сделок, на совершение которых требуется одобрение правления Кооператива или решение Общего собрания членов Кооператива; распоряжаться имуществом Кооператива, в соответствии с общим порядком и направлениями, определяемыми Общим собранием членов Кооператива; заключать договора от имени Кооператива, осуществлять представительство от имени Кооператива в органах государственной власти, органах местного самоуправления, в учреждениях и организациях, подписывать справки и иные документы, выдаваемые Правлением Кооператива; а так же несет ответственность перед Кооперативом за убытки, причиненные Кооперативу его действиями (бездействиями).

При этом доводы защитника-адвоката о том, что решение о расходовании <данные изъяты> принято на заседании <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, в составе 7 членов правления, то есть коллегиальным органом, в связи с чем ФИО1 не самовольно распорядился данными денежными средствами, опровергаются п.8.10.12, п.7.12.6, п.7.13.4, п.7.13.5 Устава <данные изъяты>, согласно которым в полномочия правления кооператива входит совершение от имени Кооператива сделок на сумму до <данные изъяты>. К исключительной компетенции общего собрания (конференции) относится: принятие решения о заключении сделки на сумму свыше <данные изъяты> минимальных размеров оплаты труда, установленных законодательством; принятие решений о формировании и об использовании имущества Кооператива, о создании и развитии объектов инфраструктуры, а также установление размеров целевых фондов и целевых взносов и сроков их внесения; утверждение приходно-расходной и сметы Кооператива и принятие решений о её исполнении.

Как правильно установлено судом первой инстанции с 1 июля 2016 года минимальный размер оплаты труда в Российской Федерации был установлен в размере 7500 рублей, по Республике Крым - 7650 рублей.

Учитывая изложенное, судебная коллегия, полностью соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что ФИО1, будучи председателем правления <данные изъяты> распорядился имуществом - денежными средствами <данные изъяты> в размере <данные изъяты>, не имея на это полномочий, а именно, принятого в установленном законом порядке решения общего собрания членов <данные изъяты>, к исключительной компетенции которого относится принятие решения об использовании имущества Кооператива и о заключении сделки на сумму свыше <данные изъяты> МРОТ, установленных законодательством, заключил такую сделку с ФИО10, и во исполнение данной сделки ФИО10 переданы указанные денежные средства Кооператива.

Судом первой инстанции правильно установлено, что в материалах уголовного дела отсутствуют и органом следствия не представлено бесспорных доказательств наличия у ФИО1 корыстной цели при распоряжении денежными средствами кооператива в сумме <данные изъяты> и при заключении трудового соглашения с ФИО10 на проведение работ по проектированию набережной <данные изъяты>, по которому указанные денежные средства переданы ФИО10, а также доказательств того, что в действиях ФИО1 отсутствовала такая обязательная категория для хищения, как безвозмездность и того, что ФИО1 данные денежные средства обратил в свою пользу.

Кроме того, суд первой инстанции на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, пришел к обоснованному выводу о том, что достоверно не подтвержден факт передачи денег в сумме <данные изъяты> от ФИО16 непосредственно на руки ФИО1 При этом суд правильно установил, что ФИО1 выписал приходный кассовый ордер Кооператива от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> и квитанцию к приходному кассовому ордеру, после чего эти деньги возили из офиса Кооператива в кассу кассиру ФИО17, а затем данные денежные средства переданы ФИО10 по трудовому соглашению и расписке.

По мнению судебной коллегии, выводы суда о том, что указанными действиями ФИО1 потерпевшему <данные изъяты> причинен существенный вред, являются правильными и надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Доказательства, положенные в основу осуждения ФИО1 собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают. Всем доказательствам, приведенным в приговоре, суд дал правильную оценку в соответствии с требованиями ст. 86-89 УПК РФ, приведя мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется.

Каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, судом при рассмотрении дела, допущено не было. Уголовное дело рассмотрено объективно и в соответствии с законом.

Судебное разбирательство проведено судом с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Данные о том, что председательствующий по делу каким-либо образом выражал свое мнение в поддержку какой-либо из сторон, отсутствуют.

Судебная коллегия находит правильной квалификацию действий ФИО1 по ч.1 ст. 330 УК РФ.

Вместе с тем, суд первой инстанции правильно установив и указав в приговоре, что ФИО1 совершил самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред, при квалификации действий ФИО1 допустил явную техническую ошибку, указав, что правомерность указанных действий ФИО1 оспаривается гражданином.

Таким образом, описательно-мотивировочная часть приговора в указанной части подлежит уточнению с указанием, что действия ФИО1 по эпизоду преступления по ч.1 ст. 330 УК РФ подлежат квалификации, как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Судебная коллегия приходит к выводу, что внесение указанных изменений не влияет на законность и обоснованность приговора суда первой инстанции.

Назначая ФИО1 наказание, судом в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, все имевшиеся в распоряжении суда данные о личности виновного, который ранее не судим, является пенсионером по старости, состоит в браке, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, а также обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 судом на основании ч.2 ст. 61 УК РФ обоснованно признано: совершение преступления впервые, пенсионный (преклонный) возраст и состояние здоровья ФИО1, положительную характеристику.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание судом не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Судом первой инстанции также достаточно мотивировано назначение осужденному ФИО1 по ч.3 ст. 159 УК РФ наказания в виде реального лишения свободы, в приговоре приведены обстоятельства, безусловно свидетельствующие о том, что исправление последнего возможно только в условиях его изоляции от общества без применения условного осуждения. При этом указав, что для достижения целей и задач уголовного наказания необходимости в назначении дополнительного наказания не имеется. Судебная коллегия не может с этим не согласиться.

Каких-либо достаточных обстоятельств, позволяющих применить при назначении наказания положения ст. 64 УК РФ, а также влекущих в силу ч.6 ст. 15 УК РФ возможность изменения категории преступлений, связанных с целями и мотивами, поведением ФИО1 во время и после совершенных преступлений и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, с чем соглашается судебная коллегия.

Судом обоснованно на основании ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 8 ст. 302 УПК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Оснований считать назначенное осужденному ФИО1 наказание, за каждое преступление и окончательное по совокупности преступлений, чрезмерно суровым, у судебной коллегии не имеется, оно назначено справедливо, соразмерно содеянному и личности осужденного. При определении вида и размера наказаний, суд руководствовался не только целью восстановления социальной справедливости, но и необходимостью обеспечить исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

Не допущено судом нарушений уголовного закона и в части определения ФИО1 вида исправительного учреждения, в соответствии с п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Предусмотренные ст. 72 УК РФ вопросы об исчислении срока наказания и зачёта в срок наказания в виде лишения свободы времени нахождения осужденного под стражей и времени применения к нему запрета определенных действий, разрешены судом первой инстанции правильно.

Гражданские иски потерпевших ФИО2 и <данные изъяты> разрешены в соответствии с требованиями Гражданского законодательства РФ. Выводы суда о необходимости частичного удовлетворения требований потерпевшей ФИО2 и об удовлетворении требований потерпевшего <данные изъяты>, обоснованы и мотивированны.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденного и его защитника-адвоката, не имеется.

Вместе с тем, иные доводы апелляционного представления, судебная коллегия находит заслуживающими внимания и обоснованными по следующим основаниям.

Так, суд обоснованно на основании ч.5 ст. 69 УК РФ назначил ФИО1 окончательное наказание по совокупности преступлений, применив принцип частичного сложения наказаний, назначенных по приговору Алуштинского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ (с учётом внесённых изменений апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ) и приговору Алуштинского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ (с учётом внесённых изменений апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ).

Указание на данные судимости в вводной части приговора не отражены, в нарушение разъяснений, изложенных в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре».

Таким образом, приговор суда подлежит изменению с указанием в вводной части приговора указанных фактических данных.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих изменение приговора, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании допущено не было.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определил а :

Приговор Алуштинского городского суда Республики Крым от 24 апреля 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить описательно мотивировочную часть приговора, указав, что действия ФИО1 по эпизоду преступления по ч.1 ст. 330 УК РФ подлежат квалификации, как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Указать во вводной части приговора, что ФИО1 ранее осужден: - приговором от ДД.ММ.ГГГГ Алуштинского городского суда Республики Крым по ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.4 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159, ч.3 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ окончательное наказание в виде лишения свободы ФИО1 смягчено до 5 лет 6 месяцев лишения свободы; - приговором от ДД.ММ.ГГГГ Алуштинского городского суда Республики Крым по ч.3 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ окончательное наказание в виде лишения свободы ФИО1 смягчено до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор Алуштинского городского суда Республики Крым от 24 апреля 2023 года, оставить без изменений.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном Главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Осужденный вправе заявить ходатайство об участии в судебном заседании суда кассационной инстанции непосредственно либо путем использования систем видеоконференц-связи.

Такое ходатайство может быть заявлено осужденным в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения им извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий: Судьи:

_________________ ________________ _________________

Фарина ФИО6 ФИО7 Е.В.