Дело № 2-1364/2022

Поступило в суд: 09.06.2022 г.

УИД 54RS0013-01-2022-002412-38

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(мотивированное)

22 сентября 2022 г. г. Бердск

Бердский городской суд Новосибирской области в составе председательствующего судьи Новосадовой Н.В.,

при секретаре Телепиной Г.А.,

с участием: представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения НСО «Бердская центральная городская больница» о признании незаконным дисциплинарного взыскания, отмене выговора, взыскании компенсации морального вреда, обязании выплатить сумму компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения НСО «Бердская центральная городская больница» (далее ГБУЗ НСО «БЦГБ») о признании незаконным дисциплинарного взыскания, отмене выговора, взыскании компенсации морального вреда, обязании выплатить сумму компенсации. В обоснование заявленных требований указал, что является работником ГБУЗ НСО «БЦГБ», на основании трудового договора от 17.11.2021 года, работает в должности заместителя главного врача по организационно-методической работе.

Приказом № 20-В от 14.04.2022 года «О дисциплинарном взыскании» работодателем применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за выявленное неисполнение (ненадлежащее исполнение) работником по его вине возложенных на него должностных обязанностей, предусмотренных пп. 5, 21, 31, 32 раздела II «Основные задачи и функции», пунктами 1, 14 раздела III «Обязанности» и в соответствии с разделом V «Ответственность» должностной инструкции заместителя главного врача по организационно-методической работе от 25.02.2022 года № 7-в/22.

Истец полагает, что выговор объявлен работодателем незаконно. На должностной инструкции от 25.02.2022 года отсутствует подпись истца об ознакомлении с данным локальным нормативным актом. Истец, только после ознакомления с приказом о дисциплинарном взыскании, направил запрос работодателю с просьбой предоставить ему должностную инструкцию №7-в/22 от 25.02.2022 года, на которую ссылался работодатель при применении дисциплинарного взыскания. При заключении трудового договора 17.11.2021 года истец не был ознакомлен с должностной инструкцией. С письменным заключением по результатам служебной проверки, в котором изложены факты и обстоятельства неисполнения или ненадлежащего исполнения работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, установленные по результатам служебной проверки, истец так же ознакомлен не был. С рапортами (объяснительными) сотрудников организации истец ознакомился только 22.04.2022 года после направления ему работодателем запрошенных им документов (сведений) по электронной почте.

В соответствии с разделом III должностной инструкции, обязанностями истца, как лица, назначенного на должность заместителя главного врача по организационно-методической работе, являются, в числе прочих перечисленных в должностной инструкции: квалифицированно и в установленные сроки выполнение всех видов работ, предусмотренных настоящей должностной инструкцией (пункт 1 раздела III); организационное и методическое обеспечение оказания медицинской помощи (пункт 3 раздела III); ведение информационной системы в соответствии с требованиями действующего законодательства, контроль соответствия отчетной документации установленным формам сбора, обработки и предоставления статистических сведений, отчетности, единовременных отчетов, в том числе в вышестоящие и контрольно-надзорные органы (пункт 4 раздела III); осуществление госпитального учета больных (пункт 5 раздела III); инструктаж персонала по вопросам организационно-методической работы (пункт 8 раздела III); квалифицированное и своевременное выполнение указаний непосредственного руководителя, если оно соответствует обязанностям и законодательству РФ (пункт 14 раздела III).

Таким образом, из обязанностей, перечисленных в должностной инструкции, следуют основные задачи и функции, которые должен исполнять работник, в то время как в Приказе о дисциплинарном взыскании содержатся ссылки на пункты должностных обязанностей (пункты 1,14), не характеризующих конкретных обязанностей, применимых к данной должности.

Приказ о дисциплинарном взыскании содержит отсылки к основным задачам и функциям, которые в данном случае были использованы не в контексте ответственности работника, возложенной на него в соответствии с его должностью. Отмечает, что до смены главного врача ГБУЗ НСО «БЦГБ» обязанности по осуществлению взаимодействия с медико-социальными экспертными комиссиями, а также со страховыми медицинскими компаниями, территориальными фондами обязательного медицинского страхования и социального страхования, контроль за ведением медицинской документации осуществлял специалист в должности заместителя главного врача по клинико-экспертной работе. На момент вынесения дисциплинарного взыскания такой специалист в организации отсутствовал в связи с увольнением.

Кроме того, в рапорте оператора П.А. от 15.04.2022 года, который был представлен на следующий день после вынесения Приказа о дисциплинарном взыскании, есть информация о том, что запросами из страховых компаний занимается клинико-экспертный отдел, который расположен на 2 этаже.

В связи с этим, можно сделать вывод о том, что ответственность за выполнение задачи по предоставлению медицинской карты пациента в ТФОМС главным врачом Т.Е. было поручено специалистам отдела, в чьи должностные обязанности это не входило.

Истец полагает, что все необходимые действия для контроля за передачей медицинской документации в связи с поручениями, содержащимися в резолюции непосредственного руководителя - главного врача ГБУЗ НСО «БЦГБ» Т.Е. - на запросах ТФОМС от 28.02.2022 года и от 09.03.2022 года, он выполнил добросовестно и в установленный срок.

С Приказом о возложении дополнительных обязанностей специалиста по клинико-экспертной работе на истца, ФИО3 ознакомлен не был и своего письменного согласия на выполнение дополнительной работы в клинико-экспертном отделе организации работодателю не предоставлял.

Истец полагает, что дисциплинарное взыскание было вынесено за неисполнение должностных обязанностей, которые возложены на специалиста другой должности - заместителя главного врача по клинико-экспертной работе.

Свою вину в совершении дисциплинарного проступка не признает и считает, что незаконное дисциплинарное взыскание нарушило его материальные и нематериальные права, законные интересы, а также явилось причиной создания для него в трудовом коллективе крайне неблагоприятных условий для продолжения трудовой деятельности в данной организации и, как следствие, необходимостью смены места работы.

Основанием для проведения ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности явились запросы Территориального фонда обязательного медицинского страхования Новосибирской области от 28.02.2022 года №940-11 и от 09.03.2022 года №1081-11 «О предоставлении медицинской документации».

В соответствии с пунктом 4 Приказа ТФОМС от 28.02.2019 №36 «Об утверждении Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию», объектом контроля является организация и оказание медицинской помощи застрахованному лицу по обязательному медицинскому страхованию.

В рамках требований, установленных Приказом ФФОМС №36 от 28.02.2019 года, Территориальным ФОМС была запрошена медицинская документация пациента в целях проведения экспертизы качества оказанной медицинской помощи.

Согласно требованиям Приказа Минздрава РФ от 31.07.2020 №785Н, внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности, целевые внеплановые проверки проводятся во всех случаях летальных исходов.

Проверка медицинской документации пациента, наряду с внутренним контролем качества оказания медицинской помощи, должна была быть проведена комиссией изучения летальных исходов (КИЛИ) в рамках внутриведомственного контроля ещё до направления запросов из Территориального ФОМС о предоставлении медицинской документации пациента О.В..

Была ли проведена комиссия изучения летальных исходов, какие нарушения были выявлены на момент её проведения, истцу неизвестно. С отчетом о результатах проведения Комиссии он ознакомлен не был.

С Приказом министерства здравоохранения Новосибирской области от 01.04.2022 года №1035 о проведении ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности в ГБУЗ НСО «БЦГБ» в отношении пациентки О.В. истец так же ознакомлен не был, как и с результатами работы врачебной комиссии с участием главного пульмонолога К.Л..

Полагает, что отсутствие медицинской документации явилось следствием сокрытия юридически важных доказательств, подтверждающих качество оказания (неоказания) медицинской помощи должностными лицами, ответственными за её осуществление, при этом, круг лиц, виновных в совершении данного правонарушения, как и сами причины утраты/отсутствия медицинских документов, служебной поверкой установлен не был, в результате чего ответственность за отсутствие в истории болезни листа назначения, отсутствие контроля за предоставлением медицинской документации, отсутствие интерпретации результатов анализов, исследований в истории болезни и несоответствие стандарта лечения клиническим рекомендациям работодатель переложил на лицо, вина которого в совершении данного дисциплинарного проступка не была установлена.

Ответчик допустил неоднозначное толкование проступка, не указал четко и ясно, какое именно нарушение, явившееся основанием для объявления выговора, было допущено истцом. Из содержания Приказа о дисциплинарном взыскании невозможно установить факты, подлежащие проверке на предмет их действительности, и вину работника в их совершении. Указанные в приказе формулировки не могут являться основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, так как работник должен нести ответственность только за конкретный дисциплинарный проступок при наличии его виновного поведения.

Истец не согласен с вынесенным приказом о дисциплинарном взыскании, считает выговор необоснованным и незаконным, кроме того, сведения, указанные в приказе, получили большее распространение из-за того, что стали известными неопределенному кругу лиц, поскольку с данным приказом ознакомили и второго работника, подвергшегося дисциплинарному наказанию - П.А..

Считает, что распространением персональных данных истца, без его на то согласия, путем ознакомления с приказом о дисциплинарной ответственности другого работника, ответчиком был нанесен вред нематериальному благу и причинен вред чести и достоинству личности истца (моральный вред). Учитывая специфику деятельности и распространение информации в профессиональном врачебном сообществе, в том числе среди персонала организации, что сведения о применении мер дисциплинарного взыскания к истцу, как к врачу, замещающему руководящую должность, нанесли вред его доброму имени и деловой репутации.

Также, истец полагает, что при его увольнении, ответчик должен компенсировать ему сумму заработной платы в трехкратном размере.

Просит признать незаконным применение дисциплинарного взыскания в виде выговора, обязать отменить пункт № 2 приказа № 20-В от 14.04.2022 года «О дисциплинарном взыскании» в части объявления выговора ФИО3, признать факт нарушения ГБУЗ НСО «Бердская центральная городская больница» личного неимущественного права ФИО3, взыскать с ГБУЗ НСО «Бердская центральная городская больница» сумму в размере 1 000 000 рублей в возмещение компенсации морального вреда, обязать выплатить в день увольнения ФИО3 сумму в размере 395 581 рубль, в возмещение компенсации в связи с прекращением трудового договора (л.д.1-10).

Истец ФИО3 о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, в судебное заседание не явился, просил рассматривать дело в его отсутствие (л.д. 58).

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности (л.д.16), в судебном заседании исковые требования поддержала, по основаниям указанным в исковом заявлении, приведенном выше.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д.60), требования не признала, представлен письменный отзыв на иск (л.д.61-72), который поддержала в судебном заседании.

Выслушав участников процесса, исследовав представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, и подтверждается материалами дела, что 17.11.2021 года между ГБУЗ «БЦГБ» и ФИО3 заключен трудовой договор № 358/21, в соответствии которым истец принят на работу заместителем главного врача по организационно-методической работе на полную ставку на неопределенный срок, которым в том числе предусмотрены общие права и обязанности работника (л.д.73-75), оформлен приказ о приеме на работу с 17.11.2021 года (л.д.79), работником дано согласие на обработку персональных данный, в целях, в том числе, оформления трудовых отношений (л.д.76). 25.02.2022 года утверждена новая должностная инструкция по должности, которую занимал ФИО3 (л.д.84-89), с которой последний ознакомился (л.д.90). В том числе с ФИО3 заключено дополнительное соглашение 25.02.2022 года, где права и обязанности изложены в новой редакции с 25.02.2022 года (л.д.91-92).

В соответствии с должностной инструкцией от 25.02.2022 года, задачами и функциями заместителя главного врача по организационно методической работе (по ОМР) (раздел П) является подготовка совместно с ответственными лицами ответов по запросам вышестоящих инстанций и внешних организаций (п.5), соблюдение и контроль соблюдения норм и правил в системе документооборота (п.21), планирование, организация и контроль деятельности организационно-методического отдела, медицинского архива и информационно-технического отдела (п.31), организация документооборота (п.32), в обязанности (раздел Ш) входит квалифицированное и в установленные сроки выполнение всех видов работ, предусмотренных должностной инструкцией (п.1), своевременное и квалифицированное выполнение указаний руководителя (п.14).

Согласно Положению об организационно-методическом отделе ГБУЗ НСО «БЦГБ» (л.д.143-146), задачами отдела является сбор и обработка медико-статистической, аналитической информации, обеспечение достоверности сведений в учетной и отчетной медицинской документации (п.2.1.), своевременное предоставление сведений из медицинского архива (п.2.4), своевременная и качественная подготовка медицинской документации по требованиям (запросам) (п.2.5), осуществление учета и полной сохранности принятых на хранение дел (документов) (п.3.13), обеспечение сдачи документов в архив в соответствии с установленными требованиями (п.3.14), исполнение запросов, подготовка и проверка медицинской документации на соответствие предъявляемым требованиям (п.3.15), руководство, координация и контроль деятельности по вопросам делопроизводства и архивного дела (п. 3.18).

28.02.2022 года на имя главного врача ГБУЗ НСО «БЦГБ» поступил запрос из Территориального фонда обязательного медицинского страхования Новосибирской области (далее ТФОМС) (л.д.97), по которому требовалось предоставить медицинскую карту стационарного больного О.В. в срок до 09.03.2022 года за период с 30.12.2021 года по 16.01.2022 года. Исполнение указанного запроса было поручено, в том числе ФИО3, что не оспаривалось его представителем в судебном заседании. Ответ на запрос подготовлен последним 05.03.2022 года (л.д.98), направлена медицинская карта стационарного больного О.В. только за период 30.12.2021 по 01.01.2022 г., т.е. запрос выполнен не полно, направлены не все медицинские документы (требовалось по 16.01.2022). В связи с неполным исполнением запроса от 28.02.2022 года, ТФОМС вторично направлен запрос о предоставлении медицинской карты по 16.01.2022 года (л.д.99), который также был поручен к исполнению ФИО3 и исполнен последним 10.03.2022 года.

Из пояснений представителя ответчика в судебном заседании установлено, что по факту проверки ТФОМС НСО предоставленных медицинских карт, были установлены нарушения, в частности несвоевременное исполнение запросов, равно как и некачественное исполнение в части проверки документов, направляемых по запросу, что сообщено заместителю главного врача ГБУЗ «БЦГБ» В.Р. в устной форме на совещании в НОКБ в начале апреля 2022 года, а в последствии на это же указано главному врачу Т.Е.. Кроме того, в ГБУЗ «БЦГБ» представлено экспертное заключение от 07.04.2022 года (л.д.167 оборот), где указано на то, что в связи с отсутствием в медицинской карте листа назначения, проведение экспертизы было затруднено.

Учитывая установленные нарушения, 11.04.2022 года заместителю главного врача по ОМР ФИО3 предложено дать объяснения по установленным обстоятельствам, что не оспаривалось стороной истца в судебном заседании. На требование главного врача ФИО3 подготовлен рапорт, где последним указано каким образом им исполнялись запросы ТФОМС (л.д.104).

Приказом № 20-В от 14.04.2022 года (л.д.106-107) ФИО3 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за выявленное неисполнение (ненадлежащее исполнение) работником по его вине возложенных на него должностных обязанностей пунктами 5,21,31,32 раздела П, пунктами 1,14 раздела Ш, разделом Y должностной инструкции заместителя главного врача по организационно-методической работе от 25.02.2022 г..

В судебном заседании в качестве свидетеля допрошен В.Р. – заместитель главного врача по медицинской части ГБУЗ НСО «БЦГБ», который пояснил, что все запросы, кроме узконаправленных, готовит отдел организационно-методической работы, который и возглавляет ФИО3 и к которому были замечания по поводу ненадлежащей работы отдела и соответственно его, как руководителя. При этом, в непосредственную работу ФИО3 и его подчиненных входит в том числе исполнение запросов в установленный срок и проверка наполняемости направляемых медицинских документов. Он (В.Р.) был приглашен на совещание по поводу проверки качества медицинских услуг пациентке О.В., где специалисты-эксперты, проводившие изучение представленных медицинских документов указали, что запрос ТФОМС по предоставлению медицинских документов был исполнен не в срок и некачественно, пришлось второй раз запрашивать документы, медицинские карты не были проверены, так как поступили, в том числе без листа назначения. Указанные замечания он сообщил главному врачу и лично ФИО3 в тот же день, когда приехал с совещания. Как впоследствии стало известно, ФИО3 предложили написать рапорт, он (В.Р.) тоже впоследствии письменно изложил доведенную до него информацию.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ дисциплинарным проступком является неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (ст. 21 ТК РФ). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

Неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушений требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил).

Согласно ч. 1 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Взыскание налагается при соблюдении процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности и в установленные законом сроки.

Применительно к данному делу, учитывая приведенные выше доказательства и оценив их в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что процедура и сроки привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО3 были соблюдены, выявлен факт ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей, в частности исполнение запроса ТФОМС некачественно, с нарушением срока, без фактической проверки наполняемости направляемых медицинских документов (медицинской карты), что подтвердил в судебном заседании свидетель В.Р. и следует из приведенного выше экспертного заключения от 07.04.2022 года. При этом, суд обращает внимание, что представитель стороны истца в судебном заседании не оспаривала того факта, что ФИО3 лично не смотрел и не проверял направляемые по запросу ТФОМС медицинские карты пациента, полагая, что это не входит в его обязанности. По факту выявленных нарушений у работника затребовано объяснение, которое им представлено 11.04.2022 года, а 14.04.2022 года работник привлечен к дисциплинарной ответственности, о чем ознакомлен под роспись, что отражено в оспариваемом приказе.

Доводы представителя стороны истца о том, что в действительности нарушения ФИО3 должностных обязанностей не допущено, что дисциплинарное взыскание было вынесено за неисполнение должностных обязанностей, которые возложены на специалиста другой должности - заместителя главного врача по клинико-экспертной работе, что задачи по предоставлению медицинской карты пациента в ТФОМС главным врачом Т.Е. были поручены специалистам отдела, в чьи должностные обязанности это не входило, суд признает несостоятельными, поскольку из приведенных выше положений должностной инструкции ФИО3, как заместителя главного врача по организационно-методической работе, из Положения об организационно-методическом отделе, Положения о документообороте (л.д.154-163), следует, что задачами именно отдела ОМР является своевременное предоставление сведений, в том числе из медицинского архива, качественное исполнение запросов, проверка медицинской документации на соответствие предъявляемых требований. Тогда как в соответствии с Положением об отделе контроля качества (л.д. 147-153), его основными задачами является организация контроля качества медицинской помощи (медицинских услуг).

Доводы стороны истца о том, что в приказе непонятно за какой именно дисциплинарный проступок он привлечен к ответственности, также несостоятельным, поскольку в приказе, в его резолютивной части, указаны конкретные пункты должностной инструкции от 25.02.2022 года, с которой ФИО3 ознакомлен, а в установочной части приказа указаны выявленные нарушения, в частности отсутствие в истории болезни листа назначения, отсутствие контроля за предоставлением медицинской документации, отсутствие контроля за деятельностью отдела ОМР, в части качественного и своевременного исполнения запросов, что и явилось нарушением приведенных выше функциональных обязанностей как всего отдела ОМР, так и ФИО3, как непосредственного руководителя отдела. Более того, пункт 3 приказа содержит указания, каким образом необходимо устранить допущенные нарушения.

Заявления стороны истца о фальсификации доказательств по делу (л.д.205-207, 228-231), в частности о фальсификации представленных и указанных выше Положений об организационно-методическом отделе, об отделе контроля качества, о документообороте, суд признает необоснованными, не доверять указанным документам у суда оснований не имеется, сам истец, являлся работником руководящей должности, должен был знать и руководствоваться указанными документами, при этом, каких-либо сведений о том, что имелись иные Положения на период работы истца, которыми он руководствовался, не представлено. Что касается доводов стороны истца о фальсификации экспертных заключений, то указанные документы составлялись не ГБУЗ НСО «БЦГБ», а иной организацией (ТФОМС), сам по себе факт запроса документов ТФОМС, проводимой ими проверки по обращению, никем не оспаривался, у суда не вызывает сомнений тот факт, что по итогам обращения ТФОМС были составлены и доведены до ГБУЗ НСО «БЦГБ» представленные в материалы дела заключения, что впоследствии еще раз подтверждено соответствующим письмом (л.д.246).

В соответствии с абз. 3 п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит исключительно работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Стороной истца не указывалось на несоразмерность примененной меры дисциплинарного взыскания, а оспаривался сам факт наличия дисциплинарного проступка.

Тем не менее судом проверена соразмерность примененной ответственности, стороной ответчика указывалось, что при применении дисциплинарного взыскания работодателем учтено предшествующее поведение работника, его отношение к труду. В частности до применения оспариваемого административного взыскания в виде выговора ФИО3 уже указывалось на низкие показатели качества работы, что подтверждается протоколом заседания комиссии (л.д.138-139), где сам ФИО3 оценил работу как несвоевременное и некачественное выполнение поручений руководителя (л.д.140), протоколами заседания комиссии от 10.02.2022 года и от 18.02.2022 года, где ФИО3 было поручено отработать взаимодействие с медицинской частью для надлежащего исполнения обязанностей, чего выполнено не было. Кроме того учтено, что за невыполнение каких-либо требований, в том числе ТФОМС, медицинская организация может быть привлечена к ответственности, в том числе в виде штрафа, в соответствии с договором она оказание и оплату медицинской помощи по ОМС (Л.д.175-189), что негативно сказывается на финансовом состоянии организации.

При таких данных, учитывая установленные по делу обстоятельства и представленные доказательства, суд приходит к выводу, что совершенное работником ФИО3 невыполнение (ненадлежащее выполнение) должностных обязанностей, явившееся поводом к применению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место, работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 Трудового кодекса РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка, дисциплинарное взыскание является соразмерной мерой воздействия, а потому оснований для признания незаконным пункта 2 приказа № 20-В от 14.04.2022 года не имеется.

Кроме того ФИО3 ссылается на нарушение его личного неимущественного права, указывая, что незаконное дисциплинарное взыскание нарушило его материальные и нематериальные права, законные интересы, явилось причиной создания для него в трудовом коллективе крайне неблагоприятных условий для продолжения трудовой деятельности в данной организации и, как следствие, необходимостью смены места работы. Сведения, указанные в приказе, получили большее распространение из-за того, что стали известными неопределенному кругу лиц, поскольку с данным приказом ознакомили и второго работника, подвергшегося дисциплинарному наказанию - П.А.. Полагает, что при ознакомлении с приказом другого работника, распространили его персональные данные без его на то согласие.

Однако, поскольку суд пришел к выводу о законности примененного дисциплинарного взыскания, доводы стороны истца в части нарушения его прав работодателем несостоятельны, опровергнуты приведенными выше доказательствами. В том числе и доводы о распространении персональных данных без согласия работника, поскольку указанным выше согласием на обработку персональных данных сотрудника (л.д.76), подтверждено согласие ФИО3 на обработку своих персональных данных, в том числе в целях оформления трудовых прав, что и было сделано работодателем при изготовлении оспариваемого приказа о применении дисциплинарного взыскания.

Статьей 237 Трудового кодекса РФ установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

В соответствии с абзацем 2 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации" Трудового кодекса Российской Федерации" суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Поскольку при рассмотрении настоящего иска не установлено каких-либо неправомерных действий (бездействий) работодателя, требования о возмещении компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Кроме того, ФИО3 заявлено о выплате в день увольнения суммы в размере 395 581 руб. в возмещение компенсации в связи с прекращением трудового договора.

При этом, судом достоверно установлено и не оспаривалось сторонами по делу, что на момент рассмотрения настоящего дела ФИО3 является работником ГБУЗ НСО «БЦГБ», до настоящего времени не уволен, с апреля 2022 года по настоящее время находится на листке нетрудоспособности, потому требования о каких-либо выплатах на день увольнения, учитывая положения ст. 140 Трудового кодекса РФ, заявлены необоснованно и не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения НСО «Бердская центральная городская больница» о признании незаконным применения дисциплинарного взыскания в виде выговора, обязании отменить пункт № 2 Приказа № 20-В от 14.04.2022 года «О дисциплинарном взыскании» в части объявления выговора ФИО3, признании факта нарушения ГБУЗ НСО «Бердская центральная городская больница» личного неимущественного права ФИО3, взыскании с ГБУЗ НСО «Бердская центральная городская больница» суммы в размере 1 000 000 рублей в возмещение компенсации морального вреда, обязании выплатить в день увольнения ФИО3 сумму в размере 395 581 рубль, в возмещение компенсации в связи с прекращением трудового договора, отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья /подпись/ Н.В. Новосадова

Решение в окончательной форме изготовлено 30.09.2022 года.

Судья /подпись/ Н.В. Новосадова