Решение по делу № 2-3343/2023 от 03.08.2023 - об установлении факта трудовых отношений и взыскании задолженности по заработной плате.

55RS0003-01-2022-004522-33

2-3343/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Омск 3 августа 2023 года

Ленинский районный суд г. Омска

в составе председательствующего судьи Савчук А.Л.,

при секретаре судебного заседания Давидович О.А.

с участием помощника судьи Вилкс Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Звезда-Технология» об установлении факта трудовых отношений и взыскании задолженности по заработной плате,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Звезда-Технология» об установлении факта трудовых отношений и взыскании задолженности по заработной плате. В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с октября 2018 года по 15.04.2021, он состоял в трудовых отношениях с ответчиком- ООО «ЗВЕЗДА-ТЕХНОЛОГИЯ». Трудовые отношения между ним, как работником и ответчиком, как работодателем, надлежащим образом оформлены не были. Трудовой договор с его стороны был подписан, ответчик, со своей стороны подписанный экземпляр ему на руки не выдавал, приказ о приеме на работу и иные необходимые для приема на работу документы не оформлялись. Однако в указанный выше период, он был принят на работу в должности инженера и фактически был допущен ответчиком к исполнению трудовых функций в его организации, на его территории, согласно установленным в организации нормам и правилам, в соответствие с указаниями и заданиями руководства ООО «ЗВЕЗДА-ТЕХНОЛОГИЯ». За исполнение трудовых функций ему ежемесячно выплачивалась заработная плата в размере 40 000 руб., помимо этого работодателем оплачивались периодические дополнительные работы. Заработная плата выплачивалась ему наличными денежными средствами в кассе работодателя ФИО2, исполняющим функции директора, либо частично перечислениями на принадлежащую ему банковскую карту. Перечисления на карту осуществлялись от имени физических лиц: и.о. директора-ФИО2, директора организации-ФИО6, его сына-ФИО7, учредителя организации - ФИО3. Исполнение им трудовых отношений прекратилось в апреле 2021 года, заработная плата ответчиком оплачивалась по январь 2021 года. Соответственно, у ответчика перед ним имеется задолженность по оплате заработной платы за период с 01.02.2021 по 15.04.2021, а также задолженность по оплате компенсации за неиспользованные отпуска. Приведенные им в обоснование настоящего иска обстоятельства подтверждены документально - распечатками о движении денежных средств по его карте, на которую ему перечислялась заработная плата, его перепиской по электронной почте с заказчиками контрагентами, работниками, и руководством организации по производственным вопросам, а также показаниями свидетелей. В связи с тем, что работодатель не исполнил своих обязательств, предусмотренных законом и трудовым договором, тем самым нарушил его права работника, в добровольном порядке его требования не удовлетворил, в соответствие со ст.237 ТК РФ с работодателя в пользу работника подлежит возмещению моральный вред. В соответствие со ст.236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Помимо этого, в соответствие со ст.127 ТК РФ работнику полагается компенсация за неиспользованный отпуск в случае, если на момент увольнения он не полностью воспользовался своим правом на отпуск. В письме Минтруда от 28.10.2016 № 14-1/В-1074 уточняется, что компенсация выплачивается за все отпуска, накопленные у конкретного работодателя и не зависит от основания увольнения и других причин. Просит установить факт трудовых отношений между обществом с ограниченной ответственностью «ЗВЕЗДА-ТЕХНОЛОГИЯ» как работодателем, с одной стороны, и им -ФИО1, как работником, с другой стороны, в период с 01.10.2018 по 15.04.2022, и обязать внести соответствующею запись в трудовую книжку; взыскать с ответчика - общества с ограниченной ответственностью «ЗВЕЗДА-ТЕХНОЛОГИЯ» в его пользу задолженность по заработной плате за период с 01.02.2021 по 15.04.2021 в размере 100 000 руб. (исходя из заработной платы 40 000,00 в месяц: 40 000*2,5); взыскать с ответчика - общества с ограниченной ответственностью «ЗВЕЗДА-ТЕХНОЛОГИЯ» в его пользу компенсацию за неиспользованные отпуска за 2019,2020,2021 года в размере 98 292,96 рублей; компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 51 820,57 рублей, денежную компенсацию причиненного ему работодателем морального вреда, в размере 50 000 руб., судебные издержки в размере 6 000 руб., уплаченные им за юридические консультации и подготовку настоящего искового заявления, всего взыскать 306 113,53 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании участие не принимал, извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просил их удовлетворить.

Представитель истца ФИО4, действующего на основании ордера, в судебном заседании доводы своего доверителя поддержал, настаивал на удовлетворении требований в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Звезда-Технология» ФИО5, действующая на основании доверенности, иск не признала в полном объеме, пояснила, что заявленный ФИО1 иск был спровоцирован тем, что его попросили освободить нежилое помещение, площадью <адрес> которое он под собственное производство занимал по договоренности с прежним собственником помещения. Тот факт, что у ФИО1 там находилось собственное оборудование и мебель, ФИО1 подтвердил и перечислил в судебном заседании. Данное помещение принадлежит ООО «Архстройдизайн», руководителем и учредителем которого является ФИО3 Указанной организацией в настоящее время предъявлено требование к ответчику об оплате арендной платы. Доводы ФИО1 о том, что представленные им денежные переводы от директора ООО «Звезда-Технология» ФИО6 и его родственников ФИО3 и ФИО7 следует расценивать как заработную плату, являются надуманными и опровергаются фактическими обстоятельствами. Также поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях отрицая факт трудовых отношений между ООО «Звезда-Технология» и ФИО1. Кроме того, указала, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. Исковая давность в части требованиям истца об установлении факта трудовых отношений, в силу ст. 392 абз.1 ТК РФ составляет 3 месяца. Судьба же исковых требований в остальной части о выплате денежных средств зависит от решения суда относительно первой части требований и исковая давность по ним в силу ст. 392 абз.2 ГК РФ составляет один год. Таким образом, исковая давность по трудовому спору в части установления факта трудовых отношений для истца истекла 15.07.2021г. Отвечающих требованиям закона, надлежащих доказательств, уважительности причины пропуска срока исковой давности истцом не представлено. В связи с указанным требования об установлении факта трудовых отношений удовлетворению не подлежит. Соответственно, с учетом этого исковые требования в оставшейся части также не подлежат удовлетворению.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению, поскольку ФИО1 в ООО «Звезда-Технология» не работал, трудовых отношений между сторонами не было.

В судебном заседании третье лицо ФИО6 участия не принимал, извещен надлежащим образом, ранее в судебном заседании полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворению, поскольку трудовых отношений между истцом и ООО «Звезда-Технология» не было. Договоренности о приеме истца на работу не было, он считал, что истец работает в другой организации. Ангар, где находилось оборудование истца и ее кабинет, общество никогда не арендовало.

В судебное заседание третье лицо ФИО7 не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Поводом для обращения в суд ФИО1 послужило не признание ответчиком существования между сторонами трудовых отношений в период с 01.10.2018 по 15.04.2021.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 пояснял, что он был принят ответчиком на работу на должность инженера, трудовой договор подписывал при директоре ФИО2, один экземпляр, второй на руки ему не выдали. Трудовая книжка находится у него. С ФИО6 он знаком с 2002 года он был соучредителем компании СТБ с К-вым и ФИО8. Компания постоянно реорганизовывалась, но не прекращала свою деятельность. Позже компания ООО АСД, где учредителем являлась ФИО3, приобрела участок на ул. Воровского и производственные помещения. В дальнейшем было создано ООО «Звезда-Технология». Занималась компания обработкой металла, лазерной резкой, гибкой и др.. Он (истец) продолжал работать в ООО «Звезда-Технология» даже после ухода из нее ФИО6 Он занимался резкой, гибкой, было куплено лазерное оборудование, помогал с подборкой кадров, также использовал территорию в своих личных целях, ремонтировал и настраивал оборудование, также занимался составлением чертежей, производил различного рода работы в интересах данного предприятия. Рабочий день был у него ненормированный. Все работы, которые он делал, заказчики оплачивали в кассу предприятия. Предпринимательской деятельностью он не занимался, личных денег от заказчиков не получал. Никакой деятельностью ФИО3 не занималась, все вопросы решались с ФИО6, все решения в плане финансов тоже принимал он. Позже ФИО3 тоже присоединилась, все руководство приняла на себя, уволила в феврале-марте директора ФИО2. Начала добавлять обязанности, не входившие в его полномочия ранее, нагрузка была большая, и он принял решение уволится. Его оборудование находилось на безвозмездной основе в одном из производственных помещений предприятии по договоренности с ФИО6. При увольнении он напомнил ФИО6, о задолженности по заработной плате, последний отправил его к ФИО3, которая сказала ему, что никакого договора между ними нет, соответственно ему никто и ничего не должен. Также пояснил, что у них с ФИО6 были доверительные, товарищеские отношения и не доверять ему у него не было оснований. Исполнение трудовых отношений прекратилось в апреле 2021 года, заработная плата ответчиком оплачивалась по январь 2021 года. Полагал, что у ответчика перед ним имеется задолженность по оплате заработной платы за период с 1 февраля 2021 г. по 15 апреля 2021 г., а также задолженность по оплате компенсации за неиспользованные отпуска.

Ответчик ООО «Звезда-Технология» не признал наличие между сторонами трудовых отношений, указав на осуществление истцом самостоятельной деятельности на производственной территории предприятия и наличие товарищеских отношений с директором организации ФИО6, поскольку ранее продолжительное время работали вместе в ООО «СТБ». ФИО6 в ходе судебного разбирательства пояснил, что трудовых отношений с истцом не было, не отрицал, что пользовался его услугами как специалиста, просил выполнить разовую работу, помочь в изготовлении каких-то заказов, за что переводил на счет истца денежные средства.

Решением Ленинского районного суда г. Омска от 29 сентября 2022 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 25 января 2023 г. решение Ленинского районного суда г. Омска от 29 сентября 2022 г. оставлено без изменения.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 01.06.2023 решение Ленинского районного суда г. Омска от 29 сентября 2022 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 25 января 2023 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Ленинский районный суд г. Омска.

При этом судом кассационной инстанции указано, что суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении исковых требований ФИО1 к ООО «Звезда- Технология» об установлении факта трудовых отношений неправильно применили нормы материального права, в связи с чем не определили обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, и то, какой стороне надлежит их доказывать, в нарушение норм процессуального права не оценили в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, не дали полной, надлежащей оценки характеру и условиям сложившихся между сторонами отношений, вследствие чего выводы судебных инстанций об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 об установлении факта трудовых отношений с ООО «Звезда-Технология» не могут быть признаны правильными. При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами и с соблюдением требований процессуального закона.

Рассматривая заявленные истцом требования, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В силу ст.16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. (ч.3)

В соответствии с ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ч.1 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч. 2 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя-физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (ч. 1 ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч.2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19 мая 2009 г. № 1-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абз. 3 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ст.1, ч. 1; ст. 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзц. 4 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзц. 5 и 6 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть 3 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу ч. 4 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзц. 3 п. 8 и в абзц. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей-физических лиц и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. № 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей-физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзц. 1 и 2 п. 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст.ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзц. 3 п. 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзц. 4 п. 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Принимая во внимание, что ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзц. 1 п. 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (абз. 2 п. 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзц.3 п. 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст.19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзц.4 п. 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Из приведенного правового регулирования, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены неправильно, без учета правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

Согласно п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Ответчик в ходе судебного разбирательства настаивал на том, что имели место отношения, возникшие между ответчиком ООО «Звезда-Технология» и ФИО1 на основании разовых договоров возмездного оказания услуг, за выполненные работы истцу оплачивались денежные средства. Указанные договоры заключались в устной форме в силу сложившихся между сторонами доверительных отношений.

Действующим гражданским законодательством допускается заключения договора подряда в устной форме, форма договора подряда должна соответствовать общим правилам о форме сделок (статьи 158 - 161 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако, по смыслу гражданского-процессуального законодательства его заключение при возникновении такого рода спора должно подтверждаться соответствующими допустимыми доказательствами, в том числе письменными, и не может подтверждаться лишь устными пояснениями ответчика.

Вместе с тем, надлежащим образом оформленного подтверждения заключения между сторонами гражданско-правового договора, отвечающего требованиям статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 9 июня 2022 г. ООО «Звезда-Технология» создано 29 июня 2018 г., учредителем данного общества является ФИО3, директором общества - ФИО6, основной вид деятельности - производство прочих готовых металлических изделий.

Доводы ответчика о том, что общество начало осуществлять свою деятельность и принимать работников только в 2019 году какими-либо доказательствами не подтверждены. Отсутствие доходов у общества в данный период, на которое ссылается представитель ответчика, само по себе не свидетельствует об отсутствии у организации работников и наличии с ними трудовых отношений.

По сведениям ЕГРЮЛ общество расположено по адресу: <адрес> с момента его создания, место нахождения не меняло.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами в ходе разбирательства по делу, что ФИО1 имел доступ на производственную территорию, расположенную по адресу: <адрес>, в одном из нежилых помещений находилось специализированное оборудование, принадлежащее лично истцу. В этом же здании находился его кабинет. При этом указанный комплекс зданий ООО «Звезда-Технология» не принадлежит. Ответчик арендует одно из помещений, используемых для производственной деятельности.

В обосновании исковых требований указал, что в период с октября 2018 года по 15 апреля 2021 г. он состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО «Звезда - Технология». Трудовые отношения между ним и ответчиком, как работодателем, надлежащим образом оформлены не были. Трудовой договор с его стороны был подписан, ответчик, со своей стороны подписанный экземпляр ему на руки не выдавал, приказ о приеме на работу и иные необходимые для приема на работу документы не оформлялись. При этом в период с октября 2018 года по 15 апреля 2021 г. он исполнял функции инженера в ООО «Звезда технология» и фактически был допущен ответчиком к исполнению трудовых функций в его организации, на его территории, согласно установленным в организации нормам и правилам, выполнял которую в соответствии с указаниями и заданиями руководства. За исполнение трудовых функций ему ежемесячно выплачивалась заработная плата в размере 40 000 руб., помимо этого работодателем оплачивались периодические дополнительные работы. Заработная плата по общему правилу выплачивалась ему наличными денежными средствами в кассе работодателя, за получение он расписывался в ведомости. Кроме того иногда заработная плата перечислялась на его банковскую карту директором организации ФИО6, либо его родственниками, а также ФИО2, который в определенный период исполнял обязанности директора.

Согласно выписке по счету дебетовой карты ФИО1 из ПАО Сбербанк, 12 октября 2018 г., 31 октября 2019 г., 8 ноября 2019 г., 6 декабря 2019 г., 8 мая 2020 г., 13 августа 2020 г., 21 августа 2020 г., 26 августа 2020 г., 18 сентября 2020 г., 10 ноября 2020 г., 24 декабря 2020 г. были осуществлены переводы со счета ФИО6 (суммы соответственно датам -1 520 руб., 20 000 руб., 2 000 руб., 31 000 руб., 34 939 руб., 45 000 руб., 10 000 руб., 17 000 руб., 25 000 руб., 20 000 руб., 20 000 руб.).

16 июня 2020 г., 9 октября 2020 г., 13 октября 2020 г. были осуществлены переводы со счета ФИО2 (суммы соответственно датам - 14 000 руб., 25 000 руб., 15 000 руб.), 29 декабря 2020 г. и 25 февраля 2021 г. были осуществлены переводы со счета ФИО3 (28 000 руб. и 6 000 руб.).

Также истцом в качестве доказательства по делу представлена переписка с принадлежащей ему электронной почты kev-67@mail.ru,, оформленная протоколом осмотра доказательств, составленным нотариусом от 21 июля 2022 г., из которой усматривается, что на электронную почту истца как с электронной почты организации, так с электронной почты руководителя направлялись документы, связанные с деятельностью организации и взаимодействием с контрагентами, в частности схемы и чертежи изготавливаемых изделий, счета на оплату, выданные с указание реквизитов ООО «Звезда технология».

Стороной истца также указано, что доказательствами, подтверждающими факт трудовых отношений между сторонами, являются показания допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что в компании «Звезда-Технология» работала с апреля 2019 года, трудовой договор с ней заключен с 01.06.2019, где она указана в должности менеджера по продажам. ФИО1 был инженером с ним согласовывались все заказы. ФИО10 выплачивались денежные средства в качестве заработной платы, они расписывались в ведомости. В ведомости фигурировала фамилия ФИО1. Он не единственный работник, с которым не произведен расчет по заработной плате. В ведомостях указывалась одна заработная плата, а по факту выплачивалась другая. Предприятием ей было предложило приобрести автомобиль в лизинг, в 21.08. был купен автомобиль и с ее заработной платы удерживались денежные средства в счет погашения этих обязательств. С февраля 2020 года она ушла в декретный отпуск, и в декрете и после родов она периодически осуществляла трудовую деятельность, в том числе и удалено. Заработная плата фиксировалась, но в полном объеме не выплачивалась, в феврале был уволен ФИО2, в апреле ФИО1. Ей был органичен доступ к рабочей почте, ограничен доступ к заказам. Нарушен п. 6 трудового договора. Новое руководство говорило, что она больше не работает на предприятии и ФИО1 также. Деятельность предприятия в основном лазерная резка, гибка, полимер металла. Все, у кого деятельность связана с производством изделий из металла, были их заказчиками, примерно 15-30 юридических и физических лиц. Она ФИО1 пересылала заявки, после чего он ей сообщал, возможно или нет изготовить на их оборудовании какое-либо изделие, потом составлялся чертеж и отдавали на изготовление. Заявки поступали ей на почту, офис и база организации расположены <адрес> Ее рабочий день был ненормированный; на предприятии имеется КПП, где вели график и отмечали работников. В большей части она получала заработную плату на руки, часть уходила в гашение долга по лизингу и пару раз перевели на карту. На территории мастерской ФИО1 осуществлял шлифовку, гибку, фаски вытачивал, это были заказы предприятия. Деньги за заказы получало предприятие. В декабре 2020 года на карту деньги переводила ФИО3. В ее трудовом договоре не было прописано, что у нее рабочий день ненормированный, это была договоренность с руководством. Она работала менеджером по продажам с апреля 2019 года, трудовой договор с июля 2019 года. Она единственный на предприятие менеджер по продажам, претензий со стороны работодателя по работе к ней не было. Она была загружена полностью. Проводила работу с заказчиками и получала заявки, при возникновении вопросов технического характера консультировалась с ФИО1. У них велся журнал, заявки учитывались в электронном виде. Учитывались все поступления заявок от 15-30 заявок в месяц. Ее кабинет находился в здании Литере Т, рядом с кабинетом директора организации. На территории предприятия находился кабинет ФИО1. Они проводили мини совещания, обсуждали рабочие вопросы, сама ходила к нему в ангар, общались везде даже там, где расположены станки, виделись с ФИО1 каждый день. Все заказы проводились через предприятие. Никаких собственных личных заказов у нее не было. У нее на рабочем месте был компьютер, там все заявки-заказы. Договор подписывал с контрагентами ФИО2 и ФИО10. Оформлялись в письменном виде. Трудовой договор у нее есть, должностной инструкции нет. В декретный отпуск она ушла, но продолжала работать даже с маленьким ребенком и также продолжала общаться ФИО1, согласовывать с ним рабочие моменты. После выписки из роддома на третий день она уже встречалась с заказчиком, переписку с заказчиками и руководством вела будучи даже в роддоме. С ФИО6 у нее хорошие отношения, она относилась с пониманием к задержке заработной платы и находилась в режиме ожидания. ФИО3 стала новым собственником предприятия, конфликты с ней возникали на фоне задержки заработной платы, она накапливалась и ей никто ее не выдавал. Завод им. Попова, в том числе был ее заказчиком, но Ольга Николаевна сказала, что заработная плата ей не положена.

Свидетель ФИО11 суду пояснил, что он познакомился с истцом в производственном комплексе, расположен он в конце ул. Иртышской набережной. Он нашел Елену и отправил в работу свои чертежи, по ним производили изделия. С Еленой познакомился, найдя объявление в сети Интернет. Отношения, как заказчика и производителя никак не оформлял, потому что заказ был не большой. ФИО1 представили как сотрудника, который будет сопровождать его заказ. Познакомила их Елена. Все необходимые документы и чертежи скидывал на почту. Заявки и сам проект он скидывал не только Евгению, но и на почту организации. Он приезжал на производство либо в 14 час. или 17 час., т.е. после обеда, поскольку с утра он занят на работе. В ООО «Звезда-Технология» есть два корпуса в одном гибочный станок, в другом покраска, у Евгения была комната, где он доделывал заказ. Денежные средства за заказ он вносил сначала директору ФИО2, потом директор сменился и денежные средства вносил новому директору женщине. Весной 2021 года делал заказ. Он является индивидуальным предпринимателем, Елена эта та женщина которая была допрошена ранее в судебном заседании (свидетель ФИО9). Изделие состоит из мелочей и требует определенных знаний, которыми Евгений обладал и на своем оборудовании доделал. На втором этаже у ФИО1 был кабинет, был еще ангар, где находилось оборудование, он присутствовал постоянно в цеху, видел, как выполнял ремонт лазера, обучал сотрудников. ФИО1 объяснял сотрудникам, как необходимо изготавливать правильно детали.

Свидетель ФИО12 суду пояснил, что он познакомился с ФИО1 в компании СТБ в 2007 году, после реорганизации он трудоустроился в ООО «Звезда-Технология», работал в период с 2018 году по 2021 годы оператором лазерного станка. В Компании СТБ он работал слесарем монтажником, потом его обучили работе на лазерном станке. ФИО6 позвал ФИО1 инженером в ООО «Звезда-Технология». Истец обучал его работе на лазерном, гибочном станках, прессе и другом оборудовании. Иногда он был вынужден вечером оставаться, а так его рабочий день был установлен с 09 час до 18 час. Менеджер Елена приносила заказ ФИО2, а ФИО2 отдавал его свидетелю для исполнения в виде чертежей. Если возникали вопросы, обсуждал с Еленой и ФИО1. Истец был инженером, помогал покупать станки. В течение дня ФИО1 приезжал, его день был ненормированный. Заработную плату выплачивал ФИО2, иногда ее перечисляли на карту которая оформлена на его маму. Никаких фактов хищения, взлома на территории установлено не было, конфликтов с руководством у него не было. Уволился, потому что нашел новую работу и устраивает заработная плата. Никакие заказы Елена и ФИО1 для личных целей не брали.

Свидетель ФИО13 суду пояснил, что познакомились с истцом на предприятии ООО «Звезда- Технология», он работал в цехе оператором лазерного станка с августа 2020 года, ФИО1 работал инженером. Уволился в связи с трудоустройством в другую организацию. При возникновении вопросов по технической части всегда обращались к истцу. В ангаре на втором этаже у него был кабинет. Заработную плату директор ФИО2 выплачивал наличными, расписывались в ведомостях, карты не заводил работодатель, единая ведомость была на всех, расписывались на предприятии в кабинете ФИО2. В 2020 году пришла директором ФИО3, за заработную плату также расписывались в отдельных ведомостях, где указана фамилия и сумма. Предприятие находилось на ул. Воровского. В настоящее время он работает инженером в ООО «Омская пивоваренная компания». Истец на предприятии делал обход ежедневно, иногда приезжал на работу с утра, иногда к обеду, иногда задерживались с Евгением. Ему известно, что у ФИО1 на предприятии имелось личное оборудование, которое находилось в слесарном помещении. Ему, не известно работал ли он в личных целях. Неприязненных отношений с руководством или каких-либо разбирательств на счет неучтенных заказов не было, ему об этом ничего не известно. Заказы ему поступали от менеджера предприятия Елены. О каком-либо случае хищения или разбирательств, незаконных проникновений на территорию предприятия ему неизвестно, ему никто не звонил и об этом не сообщал.

Директор организации ФИО6, привлеченный к участию в деле в качесвте третьего лица, в судебных заседаниях не отрицал, что пользовался услугами ФИО1 как специалиста, просил выполнить разовую работу, помочь в изготовлении каких-либо заказов, за что переводил на счет истца денежные средства. ООО «Звезда-Технология» имеет официально трудоустроенных работников, в отношении которых предоставляет соответствующие сведения в уполномоченные органы.

Возражая против требований ответчик, указывает на то, что относительно показаний свидетеля ФИО9 ранее были представлены документы, из которых следует, что с ней у ответчика возник конфликт по поводу покупки для нее в лизинг автомобиля, в связи с чем ответчик был вынужден обратиться в полицию по факту кражи автомобиля, данный факт подтвердил сам ФИО1 в судебном заседании. Показания ФИО12 против ответчика не могут являться достоверными, поскольку из его же показания следует, что еще до работы в ООО «Звезда-Технология» у него с ФИО1 сложились тесные дружеские отношения, в суде он пояснил, что Курачев ему практически как отец, который его обучал производству. Однако, следует заметить, что данное обучение происходило за рамками производственного процесса ответчика. Не являются объективными показания и ФИО14, который был вхож в семью Т-вых, что подтверждается представленными фото, а позже совершил кражу промышленного пылесоса с территории предприятия, что подтверждается телефонной перепиской между ним и ФИО3 В полицию по данному факту не обращались. Однако, сам конфликт имел место быть, в силу чего с семьей Т-вых у него конфликтные отношения, что и явилось следствием показаний против ответчика.

Вместе с тем оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются между собой, с пояснениями истца, а также иными представленными в материалы дела доказательствами. Доводы истца о совершении свидетелями кражи с предприятия ответчика, выполнении каких-то заказов не в интересах предприятия на оборудовании ответчика какими-либо объективными, допустимыми и достаточными доказательствами не подтверждены, по факту хищения в органы полиции ответчик не обращался.

Приведенные ответчиком доводы в данной части суд оценивает, как способ обосновать свою правовую позицию по существу спора, не нашедший свое подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Определяя правовую природу отношений, сложившихся между ФИО1 и ООО «Звезда-Технология», суд принимает во внимание, что все работы выполнялись по распоряжению ООО «Звезда-Технология», конкретный вид работ не определен и определялся ответчиком в ходе их выполнения (производил консультирование работников, ремонтировал и настраивал оборудование, занимался составлением чертежей), переписка с электронной почты kev-67@mail.ru, принадлежащей истцу, при этом ответчик обеспечивал истца рабочим местом, оплачивал его труд.

Из представленных в материалы дела и исследованных судом доказательств следует, что отношения, которые сложились между ним и ответчиком, имели все признаки трудовых отношений: ФИО1 как работник был интегрирован во внутреннюю организационную структуру предприятия, а именно другие работники знали его как инженера предприятия, обращались к нему по производственным вопросам, ФИО1 выполнял работу по изготовлению чертежей и других заказов в интересах и под контролем работодателя в соответствии с достигнутой с руководителем договоренностью, в офисе по месту расположения общества либо удаленно на дому. Оплата труда осуществлялась работодателем выдачи наличных в кассе с проставлением росписи в общей ведомости, что подтвердили иные сотрудники организации, допрошенные в качестве свидетелей, либо путем перечисления на карту в лице самого руководителя, его сына или владельца предприятия, а также сотрудника в определённый период времени исполнявшего обязанности директора общества – ФИО2

Отсутствие в штатном расписании ООО «Звезда технология» должности инженера само по себе не опровергает характер сложившихся между сторонами трудовых отношений.

Согласно представленному ответчиком штатному расписанию на 2019, 2020 и 2021 года в штате организации имеется 5 ставок: директор – 1 ставка, менеджер по продажам 1 ставка, оператор станков ЧПУ 1 ставка, оператор станков с программным управлением 1 ставка, электросварщик 1 ставка.

При этом суд обращает внимание, что в представленном ООО «Звезда технология» перечню работающих штатных сотрудников в организации работают два электросварщика, два менеджера по продажам и директор, кроме того в 2019-2020 на предприятии был трудоустроен техник-монтажник ОПС, должность которого в представленном штатном расписании отсутствует.

Ссылки ответчика на отсутствие у организации необходимости в принятии инженера в связи с наличием у директора соответствующего образования и необходимых знаний для осуществления контроля за производством состоятельными не могут быть признаны.

Действительно согласно п. 2.5 должностной инструкции, утвержденной 01.06.2019, директор предприятия контролирует лично выполнение предприятием технических заданий на соответствие чертежам заказчиков/контрагентов, а также качеству и стандартам, установленным действующим законодательством.

Вместе с тем наличие названной обязанности у директора не исключает наличие в организации должности инженера и лица, выполняющего данные функции.

В характеристиках должностей, установленных положениями квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и других служащих, утвержденного Постановлением Минтруда РФ от 21 августа 1998 года № 37, указано, что в должностные обязанности инженера входит выполнение с использованием средств вычислительной техники, коммуникаций и связи работы в области научно-технической деятельности по проектированию, строительству, информационному обслуживанию, организации производства, труда и управления, метрологическому обеспечению, техническому контролю и т.п.; разработка методических и нормативных документов, технической документации, а также предложений и мероприятий по осуществлению разработанных проектов и программ; проведение технико-экономического анализа, комплексное обоснование принимаемых и реализуемых решений, изыскание возможности сокращения цикла выполнения работ (услуг), содействие подготовке процесса их выполнения, обеспечение подразделений предприятия необходимыми техническими данными, документами, материалами, оборудованием и т.п.; участие в работах по исследованию, разработке проектов и программ предприятия (подразделений предприятия), в проведении мероприятий, связанных с испытаниями оборудования и внедрением его в эксплуатацию, а также выполнении работ по стандартизации технических средств, систем, процессов, оборудования и материалов, в рассмотрении технической документации и подготовке необходимых обзоров, отзывов, заключений по вопросам выполняемой работы; изучение и анализ информации, технических данных, показателей и результатов работы, обобщение и систематизация их, проведение необходимых расчетов, используя современную электронно-вычислительную технику; составление графиков работ, заказов, заявок, инструкций, пояснительных записок, карт, схем, другой технической документации, а также установленной отчетности по утвержденным формам и в определенные сроки. Также инженер оказывает методическую и практическую помощь при реализации проектов и программ, планов и договоров; осуществляет экспертизу технической документации, надзор и контроль за состоянием и эксплуатацией оборудования; следит за соблюдением установленных требований, действующих норм, правил и стандартов; организует работу по повышению научно-технических знаний работников; способствует развитию творческой инициативы, рационализации, изобретательства, внедрению достижений отечественной и зарубежной науки, техники, использованию передового опыта, обеспечивающих эффективную работу предприятия.

Обязательным требованием к лицу, замещающему должность инженера, является наличие высшего профессионального (технического) образования.

Согласно представленному диплому № ФИО1 имеет высшее техническое образование по специальности подъемно-транспортные, строительные и дорожные машины и оборудование, квалификацию инженер-механик.

Как усматривается из записей в трудовой книжке №, выданной на имя ФИО1, после получения высшего технического образования он осуществлял трудовую деятельность в должности механика, начальника производственно-технического отдела, заместителя директора и директора по обеспечению в производственных организациях и предприятиях.

Соответственно истец имеет необходимый уровень знаний и опыт работы для занятия должности инженера на предприятии ответчика.

Вместе с тем согласно записям в трудовой книжке истца с предыдущего места работы он был уволен 05.10.2018, соответственно мог быть трудоустроен к ответчику по основному месту работы не ранее 06.10.2018.

В приведенной связи, суд приходит к выводу, что между ООО «Звезда-Технология» и ФИО1 в связи с фактическим допуском к работе в период с 06.10.2018 по 15.04.2021 возникли трудовые отношения, в указанный период ФИО1 выполнял работу по изготовлению чертежей, непосредственному исполнению заказов в интересах и под контролем работодателя, ремонтировал и настраивал оборудование, проводил обучение вновь принимаемых работников (операторов технических установок), осуществлял консультирование сотрудников организации по вопросам технического характера, в соответствии с достигнутой с руководителем договоренностью в соответствии с установленной трудовой функцией и трудовыми обязанностями.

Вопреки суждению ответчика об обратном, отсутствие сведений об обращении истца к ответчику с заявлением о приеме на работу и заключении трудового договора, приказов о приеме истца на работу к ответчику, должного учета его рабочего времени, надлежащего оформления прекращения трудового договора осуществления окончательного расчета при увольнении, не свидетельствует об отсутствии факта трудовых отношений между сторонами, а указывает о допущенных нарушениях требований закона со стороны ответчика как работодателя по надлежащему оформлению отношений с истцом как с работником (статьи 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частями 1 и 3 статьи 66 ТК РФ предусмотрено, что трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется).

Согласно ч. 4 ст. 66 ТК РФ в трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым возложить на ответчика обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу 06.10.2018 в должности инженера и запись об увольнении с работы 15.04.2021 на основании пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации за задержку их выплаты суд исходит из следующего.

Истец просит взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за период с 01.02.2021 по 15.04.2021 в размере 100 000 руб. (исходя из заработной платы 40 000,00 в месяц); компенсацию за неиспользованные отпуска за 2019,2020,2021 года в размере 98 292,96 рублей; компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 51 820,57 рублей.

В соответствии с абзацем пятым части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абзаца седьмого части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Понятие заработной платы сформулировано в части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой она определяется как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Под окладом (должностным окладом) понимается фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Как предусмотрено статьей 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 кодекса).

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена (часть шестая статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из анализа указанных положений закона следует, что выплата заработной платы производится за выполненную работу в порядке, установленном трудовым договором и в соответствии с действующей у данного работодателя системой оплаты труда.

Согласно разъяснений в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (применяющегося ко всем работодателям независимо от организационно-правовой формы), при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, размер заработной платы работника, в случае, если трудовые отношения не оформлены в установленном законом порядке, может быть подтвержден письменными доказательствами о размере заработной платы такого работника, при отсутствии которых суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.

Как следует из Положения об оплате труда сотрудников ООО «Звезда-технология», утвержденного 02.07.2018, заработная плата, выплачиваемая работникам складывается из вознаграждения за труд, компенсационных и стимулирующих выплат. Иные выплаты работнику в состав заработной платы не включаются и выплачиваются в размерах, порядке и сроки, установленные Положением о премировании.

Вознаграждение за труд для руководящего и инженерно-технического состава устанавливается в форме должностного оклада в соответствии со штатным расписанием, работников – представляет собой оплату за отработанное время (повременная система оплаты труда), если трудовым договором с работником не предусмотрено иное (п. 2.2.1 Положения).

Согласно п. 2.3.1 Положения должностные оклады работников устанавливаются в соответствии с утвержденным штатным расписанием.

В силу п. 2.3.2 Положения размер ежемесячного должностного оклада работника определяется в трудовом договоре с ним и не может быть ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на согласовании сторонами заработной платы в сумме 40 000 рублей и ее выплату в таком размер в течение всего периода работы до января 2021 года.

Согласно представленному ответчиком штатному расписанию на 2019 год оклад директора составляет 15 000 рублей, районный коэффициент 2 250 рублей, всего 17250 рублей, менеджера по продажам, оператора станков ЧПУ, оператор станков с программным управлением – 14 000 рублей, районный коэффициент 2 100 рублей, всего 16 100 рублей, электросварщика – 14 500 рублей, районный коэффициент – 2 175 рублей, всего 16 675 рублей.

Согласно представленному ответчиком штатному расписанию на 2020 год оклад директора составляет 16 000 рублей, районный коэффициент 2 400 рублей, всего 18 400 рублей, менеджера по продажам, оператора станков ЧПУ, оператор станков с программным управлением – 14 500 рублей, районный коэффициент 2 175 рублей, всего 16 675 рублей, электросварщика – 15 000 рублей, районный коэффициент – 2 250 рублей, всего 17 250 рублей.

Согласно представленному ответчиком штатному расписанию на 2021 год оклад директора составляет 16 500 рублей, районный коэффициент 2 475 рублей, всего 18 975 рублей, менеджера по продажам, оператора станков ЧПУ, оператор станков с программным управлением – 15 000 рублей, районный коэффициент 2 250 рублей, всего 17 250 рублей, электросварщика – 15 500 рублей, районный коэффициент – 2 325 рублей, всего 17 825 рублей.

В ходе судебного разбирательства истцом исследован скриншот с экрана компьютера - таблица, в которой перечислены сотрудники общества с указанием их должностей и окладов, в том числе указан ФИО1 с окладом в 40 000 руб. за июль, август, сентябрь и октябрь месяцы.

При этом на счет ФИО1 в ПАО Сбербанк со счета директора организации-ФИО6, его сына-ФИО7, учредителя организации – ФИО3 и ФИО2, в декабре 2019 г. было перечислено 31 000 руб., в мае 2020 года 34 939 руб., в июне 14 000 рублей, в августе 2020 года 72 000 руб., в сентябре 2020 года 25 000 руб., в октябре 2020 года 40 000 рублей, в ноябре 2020 года 20 000 рублей, в декабре 2020 года 48 000 рублей.

Согласно сведения, предоставленным Территориальным органом Федеральной службы государственной статистики Омской области средняя начисленная заработная плата работников организаций Омской области по профильной группе «Инженеры в промышленности и на производстве» (включая специальность инженер) за октябрь 2019 года составляла 46 899 рублей.

Согласно представленному Положению об оплате труда сотрудников ООО «Звезда-технология», утвержденному 02.06.2018, заработная плата выплачивается перечислением на счет в банке, с которым работодатель заключил договор (п. 3.1.4).

Вместе с тем показаниями свидетелей подтверждается, что зарплатные счета в каком-либо банке работникам не открывались, денежные средства выдавались наличными в кассе предприятия под роспись в ведомости, иногда перечислялись на банковские карты, реквизиты, которых они сами предоставляли работодателю.

Факт отсутствия договора с каким-либо банком и открытых работникам счетах для выплаты заработной платы в спорный период также подтвердили в судебном заседании представитель ответчика и третье лицо ФИО3, являющаяся учредителем предприятия.

Доказательств регулярного перечисления работникам ответчика заработной платы на зарплатные счета в каком-либо банке в материалы дела не представлено.

Учитывая приведенное выше, оценив представленные доказательства в их совокупности, в том числе размеры окладов, установленные в представленных штатных расписаниях, установленный минимальный размер оплаты труда в соответствующие периоды, суммы, перечисляемые уполномоченными работодателем лицами на карту ФИО1, соотносимые с указанным им размером заработной платы, показания свидетелей, официально трудоустроенных у ответчика, о несоответствии фактически выплачиваемой заработной платы размеру оклада, указанному в договоре, обычное вознаграждение инженера в Омской области в спорный период времени по данным службы статистики, суд приходит к выводу об обоснованности доводов истца о согласовании между сторонами его заработной платы в размере 40 000 рублей.

Доказательств установления истцу заработной платы в ином размере ответчиком не представлено.

При изложенных обстоятельствах, при расчете заработной платы ФИО1 суд полагает возможным исходить из установленного ему оклада в размере 40 000 рублей.

Обращаясь в суд с иском ФИО1 указывает на наличие задолженности по заработной плате за период с 01.02.2021 по 15.04.2021.

Документы, подтверждающие выплату истцу заработной платы за названный период в согласованном сторонами размере материалы дела не содержат.

Поскольку в материалах дела отсутствуют сведения о режиме рабочего времени истца суд полагает возможным руководствоваться производственным календарем, утвержденным на 2021 годы (для пятидневной (40-часовой) рабочей недели).

В приведенной связи суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате в сумме 100 000 рублей согласно следующему расчету: за отработанные в полном объеме февраль и март 2021 года по 40 000 рублей, за 11 рабочих дней апреля 2021 года 20 000 рублей (40000/22*11).

В соответствии со статьей 114 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Согласно части 1 статьи 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Частью 1 статьи 122 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В силу ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (далее - Положение), которым в том числе определены виды выплат, применяемых у работодателя, которые учитываются для расчета среднего заработка, порядок и механизм расчета среднего заработка, включая порядок расчета этого заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска.

Из приведенных нормативных положений следует, что в случае увольнения работника, не использовавшего по каким-либо причинам причитающиеся ему отпуска, работодатель обязан выплатить такому работнику денежную компенсацию за все неиспользованные отпуска. Расчет этой компенсации производится исходя из заработной платы работника, размер которой, по общему правилу, устанавливается в трудовом договоре, заключенном между работником и работодателем в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда, и должен соответствовать нормативным положениям статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Постановлению Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

Согласно п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам.

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней) (часть 4 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 10 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3). В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах.

Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце.

За полностью отработанный месяц работнику полагается 2,33 дня отпуска. В соответствии с пунктом 35 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30 апреля 1930 г. № 169, при исчислении сроков работы, дающих право на пропорциональный дополнительный отпуск или на компенсацию за отпуск при увольнении, излишки, составляющие менее половины месяца, исключаются из подсчета, а излишки, составляющие не менее половины месяца, округляются до полного месяца.

Таким образом, за отработанные ФИО1 периоды с 06.10.2018 по 05.10.2019 (28 дней), с 06.10.2019 по 05.10.2020 (28 дней), с 06.10.2020 по 15.04.2021 (14 дней (28/12*6) имеет право на 70 дней отпуска.

Поскольку в материалах дела отсутствуют сведения о режиме рабочего времени истца, табели учета рабочего времени, при определении количество отработанного истцом в расчётном периоде времени суд полагает возможным руководствоваться производственным календарем, утвержденным на 2020, 2021 годы (для пятидневной (40-часовой) рабочей недели).

Исходя из приведенного выше количество календарных дней в отработанном ФИО1 периоде для расчета среднедневного заработка составит 351,6 (29,3*12), а среднедневной заработок истца для расчета компенсации за неиспользованный отпуск составит 1365,19 рублей((480000/351,6).

Между тем доказательств использования дней отпуска в период работы или получения компенсации за неиспользованный отпуск работодателем в материалы дела не представлено. Справки о доходах истца сведений о получении им дохода с кодом,

Компенсация за неиспользованный отпуск выплачивается работнику в день увольнения, такой вывод следует из ч. 1 ст. 140 Трудового кодекса РФ.

Сведений о выплате указанной сумм в материалы дела не представлено.

В приведенной связи с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный истцом отпуск в размере 95 563,14 рубля.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В соответствии с частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной стопятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из приведенных положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации в определенном законом размере наступает при нарушении работодателем срока выплаты начисленной работнику заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику по трудовому договору.

Принимая во внимание, что заработная плата и компенсация за неиспользованный отпуск работнику не была выплачена в установленный законом срок, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы.

Исходя из суммы заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, задержанной работнику, компенсация за задержку выплаты заработной платы на дату вынесения решения составит 51 068,06 рублей, согласно следующему расчету:

Период

Ставка, %

Дней

Компенсация, руб.

17.04.2021 – 25.04.2021

4,5

9

528,02

26.04.2021 – 14.06.2021

5

50

3259,39

15.06.2021 – 25.07.2021

5,5

41

2939,97

26.07.2021 – 12.09.2021

6,5

49

4152,46

13.09.2021 – 24.10.2021

6,75

42

3696,14

25.10.2021 – 19.12.2021

7,5

56

5475,77

20.12.2021 – 13.02.2022

8,5

56

6205,87

14.02.2022 – 27.02.2022

9,5

14

1733,99

28.02.2022 – 10.04.2022

20

42

10951,54

11.04.2022 – 03.05.2022

17

23

5097,68

04.05.2022 – 26.05.2022

14

23

4198,09

27.05.2022 – 13.06.2022

11

18

2581,43

14.06.2022 – 15.06.2022

9,5

2

247,71

Итого:

51068,06

Действующим законодательством вычет из суммы, подлежащей взысканию на основании решения суда заработной платы налога на доходы физических лиц, не предусмотрен. Обязанность по уплате налога на доходы физических лиц в соответствии с положениями Налогового кодекса РФ возлагается на налогового агента, каковым является работодатель, либо на самого работника, если такой налог не был удержан. Удержание налога и его соответствующее перечисление должно быть произведено ответчиком при исполнении решения суда.

На основании п. 4 ст. 226 Налогового кодекса РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

В приведенной связи оснований для исключения из суммы заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, подлежащей взысканию в пользу истца суммы налога на доходы физических лиц суд не усматривает.

Рассматривая доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения с данными исковыми требованиями, суд приходит к следующему.

Ответчик начало течения срока, установленного ст. 392 ТК РФ, связывает с периодом невыплаты или неполной выплаты ему заработной платы в этой связи считает, что истец не получив оплату знал о нарушении его права и должен был обратиться не позднее 15.07.2021.

В силу ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и положений международных правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Частью 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно ч. 5 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных ч.ч. 1-4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (до 16 апреля 2021 г. - даты вступления в силу Федерального закона от 5 апреля 2021 г. № 74-ФЗ «О внесении изменений в статьи 391 и 392 Трудового кодекса Российской Федерации» - была ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзц. 5 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора содержатся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. (абзц. 1 п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15).

В абзц. 3 п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абзц. 4 п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15).

В абзц. 5 п. 16 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок по их ходатайству может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В случае пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, наличия его ходатайства о восстановлении срока и заявления ответчика о применении последствий пропуска этого срока суду следует согласно ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации поставить на обсуждение вопрос о причинах пропуска данного срока (уважительные или неуважительные). При этом с учетом положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями ст.ст. 2, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Трудовые отношения между сторонами были прекращены 15.04.2021, с настоящим иском в суд ФИО1 обратился 15.06.2022, направив его посредством почтовой связи.

Вместе с тем из представленных истцом документов усматривается, что он страдает хронической обструктивной болезнью легких, в 2010 году <данные изъяты>

По заключению врачебной комиссии городской больницы № г.Омска от 20 января 2023 г. № у истца тяжелое течение указанного заболевания, <данные изъяты>

При обращении 27 мая 2021 г. к торакальному хирургу - жалобы на одышку, периодическое кровохаркание, основное заболевание – буллезная эмфизема, буллы обоих легких, сопутствующее –хроническая обструктивная болезнь легких, обострение.

26 мая 2021 г., 27 мая 2021 г., 21 июня 2021 г. и на протяжении 2022 года истец действительно обращался в медицинские учреждения в связи с состоянием своего здоровья, которое, как следует из заключения врачебной комиссии от 20 января 2023 г. ухудшалось, и привело к установлению истцу инвалидности. Представленным медицинским документам, протоколам консультаций специалистов и протоколам осмотров, обследований, результатов анализов истца, подтверждающим его доводы о том, что на протяжении 2021 и 2022 года он вынужден был заниматься своим здоровьем в связи с его ухудшением, поэтому не имел возможности в установленный законом срок обратиться с иском в суд

Приведенное, по мнению суда, свидетельствует о наличии у истца препятствий для обращения в суд с настоящим исковым заявлением. Представленные медицинские документы, протоколы консультаций специалистов и протоколы осмотров, протоколы обследований истца свидетельствуют об отсутствии у истца возможности обратиться в установленный законом срок в суд с настоящими исковыми требованиями. Из представленных медицинских документов следует, что истец находился на стационарном лечении или по медицинским показаниям не имел возможности в трехмесячный срок обратиться с исковым заявлением в суд.

В приведенной связи суд приходит к выводу, что исковое заявление подано ФИО1 в суд за пределами срока, установленного взаимосвязанными положениями ч. 2 ст. 19.1 и ч. 1 ст. 392 ТК РФ, однако имеются уважительные причины его пропуска, в связи с чем суд полагает возможным пропущенный процессуальный срок восстановить и не находит оснований для применении последствий пропуска срока.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, поэтому суд в силу ст. 21 и ст. 237 данного Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Установив наличие незаконных действий ответчика, выразившихся в неоформлении трудовых отношений с истцом, невыплате работнику со стороны работодателя заработной платы и компенсации морального вреда, наличие нарушений работодателем трудовых прав работника, с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины ответчика в нарушении трудовых прав истца, характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, а также требований разумности и справедливости, принимая во внимание длительный период неисполнения ответчиком требований истца, суд считает возможным удовлетворить требования ФИО1 о компенсации морального вреда, взыскав в его пользу 20 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит взыскать с ответчика понесенные при рассмотрении дела судебные расходы по оплате юридических услуг, связанных с составлением искового заявления, размер которых составил 6 000 рублей.

Как следует из разъяснений, данных в п.п. 11 - 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично, сторона истца имеет право на возмещение судебных расходов пропорциональной удовлетворенной части исковых требований.

В обоснование заявленных требований о возмещении судебных расходов ФИО1 представлена квитанция серии № на сумму 6 000 рублей, выданная Филиалом № 4 Омской областной коллегии адвокатов, вид юридических услуг: юридическая консультация и составление искового заявления.

При таких обстоятельствах, применительно к положениям ст. 100 ГПК РФ, соотнося заявленную сумму расходов на оплату услуг представителя с объемом защищенного права, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер спорного правоотношения, объем фактически выполненной представителем работы, его временные и интеллектуальные затраты, сложность спора, содержание составленных им процессуальных документов, сложность и объем материала, изучение которого требовалось для их составления, размер вознаграждения, обычно получаемый за аналогичные услуги, предъявление истцом как имущественных, так и неимущественных требований, частичное удовлетворение имущественных требоаний, суд полагает возможным заявленные требования о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя по составлению искового заявления и консультации удовлетворить частично, взыскав 5 972 рубля.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ООО «Звезда-Технология» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета исходя из размера удовлетворенных исковых требований в сумме 6 266 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между обществом с ограниченной ответственностью «Звезда-Технология» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина Российской Федерации серии № в период с 06.10.2018 по 15.04.2021 года на условиях выполнения ФИО1 трудовой функции инженера.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Звезда-Технология» (ОГРН <***>, ИНН <***>) внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу ДД.ММ.ГГГГ в должности инженера и запись об увольнении с работы 15.04.2021 на основании пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Звезда-Технология» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина Российской Федерации серии № задолженность по выплате заработной платы за период с 01.02.2021 по 15.04.2021 в размере 100 000 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск 95 563 рубля 14 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 51 068 рублей 06 копеек, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, в счет возмещения судебных расходов 5 972 рубля.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Звезда-Технология» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования городской округ город Омск Омской области государственную пошлину в размере 6 266 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Омский областной суд через Ленинский районный суд города Омска в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.Л. Савчук

Мотивированный текст решения изготовлен 10 августа 2023 года

Судья А.Л. Савчук