Дело № 2а-955/2023

66RS0001-01-2022-010781-02

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 января 2023 года город Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Никитиной Л.С., при секретаре Халиловой К.Д.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службы исполнения наказаний России ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 8» ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России о присуждении компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

административный истец ФИО1, отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением к ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 8» ГУФСИН России по Свердловской области (далее по тексту-ФКУ ИК-8), в котором просит взыскать компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в период с 24.01.2011 года по 21.11.2012 в размере 1 800 000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что в период с января 2011 года по 21.11.2012 ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-8.

По прибытию в ФКУ ИК-8 ФИО1 был помещен в камеру № 8 штрафного изолятора, где содержалось 30 человек. На обыск выводили по 5 человек и заставляли писать заявления на уборку контрольно-смотровой полосы, однако ФИО1 отказался писать данное заявление. После чего, ФИО1 завели в комнату обыска, где высказывали угрозы применения методов недозволенного воздействия. Понимая, что сотрудники исправительного учреждения не остановятся, ФИО1 согласился написать заявление и попросил вывести его в туалет. Зайдя в камеру, ФИО1 нашел лезвие и вскрыл вены. Этим самым сотрудники колонии пытались унизить человеческое достоинство административного истца. Далее, ФИО1 увели в камеру № строгих условий содержания, куда привели еще 3 человек с перемотанными руками. При переводе в строгие условия содержания в камере № находилось 16 человек, то есть не соблюдалась норма санитарной площади на 1 человека, поскольку площадь помещения составляла 16-18 кв.м. После 10 дней отбывания в данной камере без медицинского осмотра ФИО1 размещен в помещение камерного типа на срок 6 месяцев, в данном помещении камерного типа не было освещения, лампочка освещала только потолок, при посещении туалета не была обеспечена приватность, вода из крана шла с запахом болота. За весь период отбывания наказания в ФКУ ИК-8 ненадлежащим образом оказывалась медицинская помощь. За весь период содержания в ФКУ ИК-8 не выдавали предметы первой необходимости (мыло, паста, зубная щетка, туалетная бумага). По приезду выдали один раз костюм хлопчато-бумажный. В прогулочный дворик выводили на 1 час 30 минут при морозе в 30 градусов в одежде не по сезону, забирали даже носки. В связи с чем, имея заболевание <иные данные>, ФИО1 чувствовал себя простывшим, никто из медицинского персонала не брал анализы, хотя оказалось, что все время у административного истца был низкий гемоглобин, что выяснилось в больнице № 15 Сосьвинского района в сентябре-октябре 2011 года. Поданная жалоба была порвана в присутствии ФИО1.

Свои физические, моральные и нравственные страдания, вызванные ненадлежащими условиями содержания в ФКУ ИК-8, ФИО1 оценивает в 1 800 000 000 руб.

Определением суда от 21.12.2022 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России.

Административный истец ФИО1, опрошенный в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме по изложенным в административном иске предмету и основаниям.

Представитель административных ответчиков ФСИН России и ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме ввиду отсутствия предусмотренных оснований. Указала на пропуск установленного законом срока на обращение в суд с заявленными требованиями.

Представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России, представитель административного ответчика ФКУ ИК-8 в судебное заседание не явились, о дате и времени проведения которого извещены своевременно и надлежащим образом, представителем ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России представлены письменные возражения, в которых представитель административного ответчика просит отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме ввиду пропуска установленного законом срока на обращение в суд.

Учитывая, что административные ответчики извещены о месте и времени судебного заседания надлежащим образом и своевременно, суд, руководствуясь статьей 150, частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, рассмотрел дело в их отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Как следует из ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5"О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы регламентировано статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые в городе Женева 30 августа 1955 года, (далее по тексту-Правила) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12 части 1).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 части 1 Правил). В помещениях, где живут и работают заключенные: a) окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; b) искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения (пункт 11 части 1 Правил).

Пунктами 15, 16 Правил предусмотрено, что от заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья.

Согласно части 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 N 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, зарегистрированные в Министерстве юстиции РФ 26.12.2016 N 44930 (действовали в оспариваемый период, далее- Правила).

Пунктами 15 и 20.2 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, принятых в Женеве 30 августа 1955 года Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, предусмотрено, что от заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья. Каждый заключенный должен располагать питьевой водой, когда он испытывает в ней потребность.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Материалами дела подтверждается, что приговором Алапаевского городского суда Свердловской области от 22.06.2010 ФИО1 осужден по ч.1 ст. 158, ч.2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде 1 года 09 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу 02.07.2010.

Приговором Алапаевского городского суда Свердловской области от 22.10.2010 осужден по ч.1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением положений ч.5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации окончательно назначено наказание в виде 02 лет 05 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу 08.12.2010.

Из справки по личному делу ФКУ ИК-8 следует, что 24.01.2011 осужденный ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-8. 25.10.2011 ФИО1 убыл в ОБ ИК-15 на лечение, откуда прибыл 30.12.2011.

21.11.2012 ФИО1 освобожден из ФКУ ИК-8 по отбытии наказания.

Административный истец указал, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-8 с 24.01.2011 по 21.11.2012 содержался в ненадлежащих условиях, а именно, по прибытии в ФКУ ИК-8 его принуждали к уборке контрольно-следовой полосы, высказывали угрозы применения методов недозволенного воздействия, в камере № строгих условий содержания норма жилой площади не соответствовала установленным нормам, не в полном объеме выдавалось вещевое довольствие, в помещении камерного типа в период с 02.02.2011 по 02.08.2011 было недостаточное освещение, при посещении туалета не была обеспечена приватность, вода из крана шла с запахом болота, не выдавались предметы первой необходимости (мыло, паста, зубная щетка, туалетная бумага), выводили в прогулочный дворик в зимнее время в одежде не по сезону, не принимали жалобы.

Из представленного в материалы дела письменного отзыва представителя административных ответчиков ФСИН России и ГУФСИН России по Свердловской области следует, что согласно справке инспектора ГКБИ и ХО ФКУ ИК-8 от 20.12.2022 учетные документы на выдачу вещевого имущества уничтожены по истечению срока хранения. Доводы административного истца о том, что его принуждали к уборке, высказывали в его адрес угрозы подтвердить, либо опровергнуть не представляется возможным в связи с отсутствием в ФКУ ИК-8 каких-либо документов.

В судебном заседании 18.01.2023 представитель административных ответчиков ФСИН России и ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2 пояснила, что все учётные документы за 2011-2012 годы уничтожены в ФКУ ИК-8 по истечению срока хранения. Журнал регистрации информации о происшествиях был уничтожен в пожаре в 2019 году.

Вместе с тем, каких-либо сведений достоверно, подтверждающих количество лиц, совместно содержащихся с ФИО1 в помещении камерного типа, а также в камере строгих условий содержания в спорный период, технические паспорта данных помещений, в которых содержался административный истец в оспариваемый период, административными ответчиками в материалы дела не представлено, как и акты об уничтожении соответствующих документов. Не представлены документы, подтверждающие факт выдачи административному истцу вещевого довольствия, а также предметов первой необходимости в оспариваемый период, как и акты об уничтожении соответствующих документов. Не представлены акты об уничтожении журналов учета жалоб, обращений и заявлений осужденных в оспариваемый период.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что доводы административного истца о несоблюдении в исправительном учреждении материально-бытовых условий в оспариваемый период (в камере строгих условий содержания норма жилой площади не соответствовала установленным нормам, в помещении камерного типа было недостаточное освещение, при посещении туалета не была обеспечена приватность, вода из крана шла с запахом болота, не выдавались предметы первой необходимости (мыло, паста, зубная щетка, туалетная бумага), выводили в прогулочный дворик в зимнее время в одежде не по сезону, не в полном объеме выдавалось вещевое довольствие, не принимались жалобы) не опровергнуты стороной административных ответчиков.

Доводы административного истца о том, что по прибытии в ФКУ ИК-8 в январе 2011 года его принуждали к уборке контрольно-следовой полосы, высказывали угрозы применения методов недозволенного воздействия также не опровергнуты стороной административного ответчика. Доводы представителя административных ответчиков о том, что журнал регистрации информации о происшествиях был уничтожен в пожаре в 2019 году также документально не подтвержден.

При этом доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи не нашли своего подтверждения в связи со следующим.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Правила оказания медицинской помощи осужденным установлены Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 N 285 "Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы", а до его издания Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Министерства юстиции Российской Федерации от 17.10.2005 N 640/190 "О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу".

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В ходе судебного заседания административный истец пояснил, что ненадлежащая медицинская помощь выражалась в том, что перед водворением в помещение камерного типа ФИО1 не был осмотрен медицинским работником, ему не были проведены необходимые обследования: раз в пол года-флюорография, анализы на ВИЧ-инфекцию, не осматривался медицинскими работниками.

Однако из копии медицинской карты, исследованной в судебном заседании, следует, что по прибытии в ФКУ ИК-8 24.01.2011 в отношении ФИО1 было проведено медицинское освидетельствование, установлено наличие заболеваний –«ВИЧ-инфекция», дерматит, хронический гепатит С.

02.02.2011 перед водворением в помещение камерного типа ФИО1 был осмотрен медицинским работником, что опровергает доводы административного истца об обратном.

17.02.2011 ФИО1 просил вызвать его на прием в связи с болями в области печени, из медицинской карты следует, что он был осмотрен врачом, назначено соответствующее лечение.

С 31.01.2011 получал медицинские препараты в связи с наличием заболеваний, что подтверждается карточкой учета выдачи лекарственных препаратов.

21.02.2011 прошел медицинское обследование, состояние здоровья удовлетворительное, установлено, что ФИО1 в ШИЗО содержаться может.

Также осматривался врачами 25.03.2011, 07.04.2011, 15.04.2011, 05.05.2011, 01.07.2011, 26.07.2011, 25.08.2011, 26.09.2011, 03.02.2012, 13.02.2012, 13.04.2012, 17.04.2012, по результатам осмотров врачами даны соответствующие рекомендации, назначено лечение

15.04.2011 поступили результаты анализов, количество клеток СД-4- 644, общее состояние удовлетворительное, получает лечение по поводу дерматита.

06.06.2011 направлен с целью определения количества клеток СД-4 для контроля в областную больницу при ФКУ ИК-15, затем был снят с этапа.

19.10.2011 в связи с жалобами на сыпь, слабостью, жалобами на плохое самочувствие вновь был направлен для определения количества клеток СД-4 для контроля в областную больницу при ФКУ ИК-15, откуда вернулся 30.12.2011.

Количество клеток СД-4 составило 522 согласно результатам анализов от 02.11.2011, даны рекомендации.

Флюорография проведена 24.06.2010, а также 28.12.2010- без патологий.

В ходе судебного заседания административный истец не оспаривал факт осмотра его медицинскими работниками в указанные даты. При этом указал, что в период нахождения в областной больнице при ФКУ ИК-15 все анализы на определение количества клеток СД-4, флюорография были произведены, что свидетельствует о том, что медицинская помощь оказана правильно и своевременно. Доводы административного истца о том, что он чувствовал себя простывшим из-за того, что его выводили в прогулочный дворик в одежде не по сезону, опровергаются представленными доказательствами, поскольку в медицинское карте отсутствуют какие-либо жалобы по данному факту. В связи с чем, доводы о ненадлежащем оказании медицинской помощи суд полагает несостоятельными.

При этом суд полагает обоснованными доводы представителя административных ответчиков о том, что административным истцом пропущен срок обращения в суд с настоящим административным исковым заявлением.

Согласно статье 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административное исковое может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1).

В силу части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Как следует из материалов дела, административным истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда, которое мотивировано незаконностью бездействия должностных лиц ФКУ ИК-8, выразившегося в необеспечении надлежащего уровня материально-бытовых условий содержания в в ФКУ ИК-8 в период с 24.01.2011 по 21.11.2012. Настоящее административное исковое заявление подано в суд лишь 10.11.2022, то есть со значительным пропуском установленного законом срока для обращения в суд.

При этом доказательств наличия уважительных причин, препятствующих административному истцу обратиться в суд с настоящим административным иском в установленный срок, в материалы дела не представлено. Ходатайство административного истца о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд, мотивированное тем, что административный истец являлся юридически неграмотным, а узнал лишь в 2022 году о нарушении своих прав, является несостоятельным, поскольку описанные в административном иске нарушения являлись объективно очевидными для ФИО1, имели место в 2011-2012 годах.

Кроме того, в судебном заседании административный истец не оспаривал, что ранее в 2022 году неоднократно ( 4-5 раз) обращался в суды с целью признания незаконными условий его содержания в следственных изоляторах № и № (оспариваемый период-2010 год), ФКУ ИК-26 (оспариваемый период с 03.04.2014 по 25.02.2019). Данные факты свидетельствуют о том, что административный истец знает о способах защиты своих прав.

Более того, административный истец не оспаривал, что 21.11.20212 освободился из ФКУ ИК-8, в последующем был взят под стражу 10.07.2013.

Таким образом, у административного истца в период с 21.11.2012 по 10.07.2013 имелась реальная возможность обратиться в суд за защитой своих прав и законных интересов, однако он таким правом не воспользовался.

Суд также обращает внимание, что обращение административного истца с требованием о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-8 последовало только через 10 лет со дня окончания его нахождения в данном исправительном учреждении, что само по себе свидетельствует о степени значимости для административного истца исследуемых обстоятельств, подобный весьма продолжительный срок не только доказывает факт отсутствия у административного истца надлежащей заинтересованности в защите своих прав, но и утрату для него с течением времени актуальности их восстановления.

То обстоятельство, что исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ в силу абзаца 2 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может служить основанием для продления сроков обращения в суд с иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия в исправительном учреждении. Более того, в судебном заседании административный истец не оспаривал, что ранее в 2022 году неоднократно обращался в суд

Таким образом, пропуск административным истцом срока обращения в суд и отсутствие оснований для признания причин пропуска срока уважительными в соответствии с частью 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Руководствуясь статьями 227, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 8» ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России о присуждении компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению.

Мотивированное решение суда составлено 28.01.2023

Судья: