Дело №2-2725/2025
УИД12RS0003-02-2025-001333-03
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Йошкар-Ола 30 сентября 2025 года
Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл в составе:
председательствующего судьи Шалагиной Е.А.,
при секретаре судебного заседания Идрисовой Т.Ю.,
с участием
старшего помощника прокурора г. Йошкар-Олы Илтубаевой О.В.,
представителя истца ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Н-Групп», обществу с ограниченной ответственностью «Негабарит 12» о признании травмы производственной, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Н-Групп» (далее – ООО «ГК «Н-Групп») и просил признать травму, полученную истцом <дата> на автодороге вблизи <адрес>, производственной травмой, полученной им при исполнении трудовых обязанностей, возложить на ответчика обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.
В обоснование иска указано, что истец состоит в трудовых отношениях с ответчиком на основании трудового договора от <дата> №<номер>. <дата> года на автодороге вблизи <данные изъяты> во время замены воздушной подушки на трале, она сорвалась с места, вследствие чего поднятый домкрат упал на левую руку ФИО2, чем причинён вред его здоровью. По данному факту проводится проверка, назначено проведение судебно-медицинской экспертизы. С момента происшествия и до настоящего времени ответчик расследование несчастного случая и составление акта по форме Н-1 не осуществляет. В результате полученной травмы истец испытал нравственные и физические страдания, в настоящее время проходит медицинское лечение.
Определением Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 11 апреля 2025 года в порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участию вделе в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено ООО «Негабарит 12».
От ООО «ГК «Н-Групп» поступил отзыв на исковое заявление, в котором общество просит отказать в удовлетворении иска. Указывает, что ФИО2 является работником ООО «ГК «Н-Групп» на основании трудового договора, состоит в должности водителя. Вместе с тем, 19 декабря 2024 года между ФИО2 и ООО «Негабарит 12» заключен договор аренды транспортного средства без экипажа, в соответствии с которым истцу переданы автомобиль – тягач и прицеп. В момент происшествия ФИО2 осуществлял перевозку груза в личных коммерческих целях, не связанных с трудовыми обязанностями.
Истцом представлены возражения на отзыв ответчика ООО «ГК «Н-Групп», в котором приводятся доводы о необоснованности ссылки ответчика на осуществление истцом перевозки в личных коммерческих целях. Указано, что ООО «ГК «Н-Групп» и ООО «Негабарит 12» являются аффилированными лицами, поскольку имеют одного директора и учредителя – ФИО3 Транспортное средство по договору аренды передавалось фактически для исполнения трудовых обязанностей в интересах работодателя. Факт осуществления перевозки в интересах общества, по мнению истца, подтверждается сведениями из транспортной накладной, а также наличием трудового договора.
Определением Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 2 июня 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан и Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл.
Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан представило в суд письменный отзыв, в котором сообщило, что несчастный случай с ФИО2 в отделении не зарегистрирован. Просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.
Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Марий Эл также представлен письменный отзыв, согласно которому сведений о несчастном случае на производстве, произошедшем с ФИО2, в отношении ООО «ГК «Н-Групп» и ООО «Негабарит 12» в отделение поступало. Отделение просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.
25 июля 2025 года по ходатайству стороны истца определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Негабарит 12», а также в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации – прокурор.
Определением Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 22 сентября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО3
Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен.
Представители ответчиков ООО «ГК «Н-Групп», ООО «Негабарит 12», в судебное заседание не явились, ответчики извещены надлежащим образом.
От ООО «Негабарит 12» поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела в связи с необходимостью подготовки мотивированного отзыва.
Судом в удовлетворении данного ходатайства отказано, поскольку ранее представитель указанного общества, представляющий также интересы ООО «ГК «Н-Групп», участвовал в судебном заседании, имел возможность высказать свою позицию по делу, после привлечении ООО «Негабарит 12» к участию в деле в качестве соответчика также по ходатайству представителя общества, судебное разбирательство откладывалось, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.
Представители третьих лиц Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Республике Татарстан, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Республике Марий Эл, Государственной инспекции труда в Республике Марий Эл в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в отсутствие своих представителей.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 исковые требования поддержал в полном объёме, просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что ФИО2 состоит в трудовых отношениях с ООО «ГК «Н-Групп» с <дата> года в должности <данные изъяты>. В период с 6 января 2025 года он осуществлял грузоперевозки негабаритного груза в интересах работодателя. При этом предоставленное транспортное средство не было предназначено для перевозки такого груза, в связи с чем произошло его смещение на одну сторону, лопнуло колесо, возникла необходимость ремонта пневмоподушек на прицепе. Груз сопровождал второй работник Л.А.В. вместе с которым ФИО2 осуществлял ремонт своего автомобиля. Также представитель истца указал, что представленное стороной ответчиков заключение специалиста нельзя признать допустимым доказательством, поскольку оно содержит выводы о виновности работника, тогда как данный вопрос является правовым и не входит в компетенцию специалиста.
Представитель ответчиков ФИО4, ранее участвовавшая в судебном заседании, с иском не согласилась. Пояснила, что ФИО2 действительно работает <данные изъяты> в ООО «ГК «Н-Групп», однако в момент происшествия он трудовые обязанности не исполнял, путевой лист, оформленный работодателем, отсутствует. Между ООО Негабарит 12» и истцом был заключен договора аренды транспортного средства без экипажа, на основании которого ФИО2 осуществлял грузоперевозки в личных целях. Работа водителя является специфической, после длительных рейсов имеется длительный период отдыха, в этот период некоторые работники на основании договоров аренды осуществляют перевозки в личных целях.
Старший помощник прокурора г. Йошкар-Олы в заключении полагала требования ФИО2 подлежащими удовлетворению в отношении ответчика ООО «Негабарит 12», поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, то в период, когда истцом была получена травма, он исполнял трудовые обязанности в ООО «ГК «Н-Групп». Тогда как материалами дела подтверждается, что в это время он осуществлял грузоперевозки в интересах и по поручению ООО «Негабарит 12». Требования, заявленные к ООО «ГК «Н-Групп» удовлетворению не подлежат.
Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.
В силу части первой статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Частью третьей статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить помимо прочего безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;а также расследование и учет несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, учет и рассмотрение причин и обстоятельств событий, приведших к возникновению микроповреждений (микротравм), в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; и обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Согласно статье 215 Трудового кодекса Российской Федерации работник в свою очередь обязан, в том числе соблюдать требования охраны труда;правильно использовать производственное оборудование, инструменты, сырье и материалы, применять технологию;следить за исправностью используемых оборудования и инструментов в пределах выполнения своей трудовой функции.
При этом в силу положений части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон №125-ФЗ).
Как следует из статьи 3 Федерального закона №125-ФЗ страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию; несчастный случай на производстве –это событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона №125-ФЗ).
В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Абзацами 1, 2 части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление: утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
Согласно положениям статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смертьпострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.
После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).
Работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию.
Статьей 231 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либолиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.
Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что <дата> между ФИО2 и ООО «ГК «Н-Групп» заключен трудовой договор №<номер>, по условиям которого истец принят на работу на должность <данные изъяты> (пункт 1.1) с испытательным сроком 2 месяца (пункт 1.5). Договор заключен на неопределенный срок (пункт 1.3). Работа носит разъездной характер (пункт 1.4).
В соответствии с разделом 5 трудового договора режим рабочего времени определяется правилами внутреннего трудового распорядка. Работнику устанавливается рабочая неделя продолжительностью 40 часов, ежедневная продолжительность смены – 9 часов. Междусменный отдых составляет 48 часов. Любой ежедневный отдых работника может быть заменен еженедельным. Каждую неделю позднее чем на седьмой день после окончания предыдущего времени недельного отдыха <данные изъяты> должен отдыхать 48 часов.
Согласно пункту 6.6 трудового договора работник подлежит социальному и обязательному медицинскому страхованию за счет работодателя в соответствии с законодательством Российской Федерации.
<дата> года ФИО2, осуществлял перевозку груза на автомобиле <данные изъяты>. В пути лопнуло колесо, которое он и сопровождающий его водитель Л.А.В. заменили с помощью домкратов, однако при этом замялась пневматическая подушка. <дата> ФИО2 попытался заменить замятую подушку, однако <данные изъяты> в результате чего он получил травму.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизыот 28 февраля 2025 года №<номер>, проведенной в рамках проведения проверки по факту получения ФИО2 травмы, у истца обнаружены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>
Постановлением следователя Новоорского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Оренбургской области от 3 марта 2025 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту получения ФИО2 травмы на производстве по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В период с 13 января 2025 года по 20 января 2025 года ФИО2 находился на стационарном лечении в лечебном учреждении п. Новоорск Оренбургской области. Поступил с диагнозом: <данные изъяты>
При выписке установлен диагноз: <данные изъяты>
В период с 21 января 2025 года по 21 февраля 2025 года истец проходил стационарное лечение в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>
После выписки рекомендовано наблюдение у травматолога, перевязки три раза в неделю, лекарственные препараты.
До 26 мая 2025 года ФИО2 являлся нетрудоспособным, что подтверждается больничными листками. Как пояснил в судебном заседании представитель истца, до настоящего времени истец также находится на больничном.
Истец, обращаясь с иском, указывает на нарушение его прав работодателем ввиду отказа в признании полученной травмы производственной и в оформлении акта о несчастном случае на производстве.
Ответчики в ходе судебного разбирательства ссылались на осуществление ФИО2 в момент получения травмы деятельности в своих личных интересах, а не в интересах работодателя, на основании договора аренды транспортного средства без экипажа, а также на нарушение самим истцом правил расположения груза на прицепе, что, по мнению ответчиков, привело к возникновению неисправности.
Как следует из материалов дела, 19 декабря 2024 года между ООО «Негабарит 12»» и ФИО2 заключен договор аренды транспортного средства без экипажа №<номер>. По условиям договора арендатору передано имущество: грузовой тягач седельный марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>, и прицеп <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>. По условиям договора аренды транспортные средства переданы за плату, составляющую 40 000 руб. и оплачиваемую единоразово в срок до 23 мая 2025 года, без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации. Срок действия договора установлен пунктом 3.1 до 25 мая 2025 года.
Транспортные средства переданы на основании акта приемки-передачи имущества от 19 декабря 2024 года.
С исковым заявлением истцом приложена трудночитаемая копия транспортной накладной от 6 января 2025 года №<номер>, грузоотправителем в которой указано ПАО «Уралмашзавод».
По запросу суда ПАО «Уралмашзавод» представлен договор транспортной экспедиции от <дата> года №<номер>, заключенный между ПАО «Уральский завод тяжелого машиностроения» (клиент) и ООО «Негабарит 12» (экспедитор). В соответствии с условиями договора экспедитор принял на себя обязательство за вознаграждение и за счет клиента оказывать или организовывать оказание по заявке клиента услуг, связанных с перевозкой грузов клиента.
Также представлена транспортная накладная от <дата> года №<номер> к заявке №<номер>. В качестве грузоотправителя в накладной указано ПАО «Уралмашзавод», в качестве грузополучателя – ООО «Южуралмаш». Перевозчик ООО «Негабарит 12», водитель ФИО2, транспортное средство <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>. Два места груза с расчетной массой 28 196 кг. Согласно отметке в накладной груз доставлен <дата> года.
Согласно счету-фактуре от <дата> года ПАО «Уралмашзавод» оплачены транспортные услуги ООО «Негабарит 12» по поручению от 6 января 2025 года №1 по маршруту <данные изъяты>, оказанные с использованием транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>, с прицепом <номер>, транспортного средства <номер>, государственный регистрационный номер <номер>, с прицепом <номер>, и транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный номер <номер>, с прицепом <номер>, под управлением водителей К.Д.В., К.И.В.., ФИО2
В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовыми отношения являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Согласно части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №597-О-О).
В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2, судам необходимо иметь в виду, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (части первая, третья статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (часть первая статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации).
Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.
Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть первая статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
ООО «ГК «Н-Групп» по запросу суда в материалы дела представлен табель учета рабочего времени, из которого усматривается, что в период с 1 по 8 января 2025 года у ФИО2 были выходные дни, 9 и 10 января 2025 года проставлено отсутствие по невыясненной причине, 11 и 12 января 2025 года вновь выходные дни. Начиная с <данные изъяты> года непрерывно отмечен период временной нетрудоспособности.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Л.А.В.. показал суду, что знаком с ФИО2, так как они вместе работали. Сам он был трудоустроен по трудовому договору в ООО «Негабарит 12», в настоящее время уволен. В декабре 2024 года ФИО2 осуществлял грузоперевозки, свидетель являлся водителем машины сопровождения. Перед новогодними праздниками они оставили автомобили на стоянке и поехали домой. В начале января на поезде вновь поехали на стоянку, продолжили доставку груза. Отъехали недалеко и лопнуло колесо. Стали менять, но одного домкрата не хватило, поэтому он поехал за вторым домкратом. С двумя домкратами удалось поменять колесо. Но замяло пневмоподушку. Поэтому они решили поменять неисправную подушку. По мнению свидетеля, подушка пришла в негодность из-за изношенности. Груз был уложен в прицепе равномерно, но прицеп не предназначен для перевозки негабаритного груза. Когда ФИО2 менял подушку, домкрат вылетел, и он получил травму. Непосредственно момент травмы свидетель не видел, поэтому точно не может сказать, что произошло. Затем он отвез ФИО2 в больницу. Подушку поменял другой водитель, которого вызвали, машину отогнали. После рейса водители могут оставить автомобиль на стоянке и уехать отдыхать на какое-то время.
Показания свидетеля подтверждаются материалами проверки по факту получения травмы ФИО2, объяснениями ФИО5 и ФИО2 от <дата> 2025 года, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 3 марта 2025 года.
При даче объяснений как Л.А.В. так и истец ФИО2 указали, что местом их работы является ООО «Негабарит 12».
Третье лицо ФИО3 ранее допрошенный в качестве свидетеля, показал суду, что является директором ООО «ГК «Н-Групп» и ООО «Негабарит 12». Организации занимаются перевозкой негабаритных грузов. Бывает так, что водители просят автомобили для личных нужд, потому что в работе бывают перерывы, если нет заказов. ФИО2 также арендовал машину. Пояснил, что если ПАО «Уралмашзавод» представлен счет-фактура, то перевозка осуществлялась ООО «Негабарит 12».
Также судом был допрошен свидетель К.И.В.., который показал, что работает водителем в ООО «ГК «Н-Групп», ФИО2 знает по работе. В начале января 2025 года видел его на дороге, остановился, ФИО2 спросил у него домкрат. Свидетель заметил, что автомобиль был перекошен на одну сторону. Через какое-то время логисты вызвали его, чтобы забрать сломанный автомобиль ФИО2 Когда он приехал, то увидел, что нет крайней правой пневмоподушки. Пневмоподушки располагаются с двух сторон по три штуки. Если не будет подушки с края, то ехать нельзя, а если отсутствует в центре, что возможно доехать до сервиса. Он переставил подушку и отогнал машину на стоянку. Полагает, что ФИО2 не спустил с пневмоподушки воздух, поэтому она вылетела. Также пояснил, что работа фактически является вахтовой, месяц работа, потом две недели отдых.
С учетом представленных в материалы дела письменных доказательств, показаний свидетелей, суд приходит к убеждению в том, что в данном случае не подтверждается осуществление ФИО2 13 января 2025 года трудовой деятельности по поручению и в интересах ООО «ГК «Н-Групп». При этом такая деятельность, по мнению суда, фактически осуществлялась истцом от имени, по поручению и в интересах ООО «Негабарит 12». Данные обстоятельства подтверждаются табелем учета рабочего времени за январь 2025 года, транспортными накладными, счетом-фактурой, показаниями свидетелей.
При этом судом отклоняется ссылка стороны ответчиков на наличие договора аренды транспортного средства без экипажа от <дата> года, заключенного между ООО «Негабарит 12» и ФИО2, поскольку данный договор заключен в отношении транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>, тогда как 13 января 2025 года ФИО2 осуществлял грузоперевозки на транспортном средстве <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>. В ходе судебного разбирательства не нашел подтверждения и довод ответчика об осуществлении ФИО2 коммерческой деятельности в личных целях. Использование же истцом в личных целях для осуществления грузоперевозок прицепа с государственным регистрационным номером <номер>, переданного по договору аренды, в отсутствие тягача, по мнению суда, является объективно затруднительным.
Таким образом, суд приходит к выводу, что между истцом и ответчиком ООО «Негабарит 12» фактически имели место трудовые отношения в период с 6 по 13 января 2025 года по совместительству, поскольку им осуществлялись грузоперевозки на транспортном средстве, предоставленном указанным обществом, по его поручению и в его интересах, то есть ФИО2 фактически был допущен к исполнению трудовых обязанностей.
Отсутствие трудовых отношений ответчиком ООО «Негабарит 12» не доказано.
Поскольку судом установлено наличие фактических трудовых отношений между ФИО2 и ООО «Негабарит 12» в спорный период, травма, полученная истцом <дата> года вблизи <данные изъяты>, подлежит признанию производственной травмой, полученной при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Негабарит 12» с возложением на ООО «Негабарит 12» обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1.
Соответствующие требования, заявленные к ООО «ГК «Н-Групп» удовлетворению не подлежат.
При этом суд отклоняет доводы стороны ответчика о наличии вины работника в неисправности транспортного средства ввиду неверного расположения груза на прицепе. В данном случае для признания травмы полученной на производстве юридически значимым обстоятельством является факт наличия трудовых отношений и их исполнения в момент получении травмы.
Истцом также заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда.
Исходя из доводов искового заявления и пояснений представителя истца, данных им в судебном заседании, указанные требования заявлены по основанию нарушения работодателем прав истца как работника, а также в связи с причинением вреда здоровью ФИО2
В соответствии со статьёй 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.
Согласно пункту 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Поскольку при рассмотрении дела судом установлен факт нарушения трудовых прав истца ответчиком, учитывая фактические обстоятельства дела, длительность периода нарушения, нравственные переживания истца, необходимость обращения за защитой своих прав, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, в сумме 20 000 рублей.
Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, в результате получения травмы <дата> года здоровью ФИО2 причинен вред средней тяжести.
Истец длительное время находился на стационарном лечении (в общей сложности 40 дней, до настоящего времени проходит амбулаторное лечение, нетрудоспособен, утрата общей трудоспособности составила 30%.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В пункте 18 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.
При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).
В данном случае из обстоятельств дела следует, что вред здоровью ФИО2 причинен при взаимодействии с источником повышенной опасности, коим является транспортное средство – <данные изъяты>.
Согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).
Как следует из карточек учёта транспортных средств, автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>, зарегистрирован за ООО «Негабарит 12»; <данные изъяты> <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>, - за ФИО3
Согласно материалам дела ФИО3 является директором ООО «Негабарит 12».
В ходе судебного разбирательства установлено, что грузоперевозки на указанных транспортных средствах осуществляло ООО «Негабарит 12» на основании договора транспортной экспедиции. Таким образом, транспортное средство <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>, передан собственником ФИО3 во владение и пользование ООО «Негабарит 12», директором которого он является, для использования в предпринимательской деятельности. Самостоятельное использование <данные изъяты> для грузоперевозок не представляется возможным.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в данном случае именно ООО «Негабарит 12» являлось владельцем источника повышенной опасности, в результате взаимодействия с которым причинен вред здоровью истца ФИО2
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).
Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Суд считает, что в ходе судебного разбирательства нашли подтверждение доводы стороны истца о том, что <данные изъяты> <номер> не предназначен для перевозки негабаритных грузов.
Указанные доводы истца стороной ответчика не опровергнуты.
В материалы дела истцом представлена переписка в мессенджере Вотсап, из которой следует, что 4 января 2025 года подана заявка на перевозку груза (<данные изъяты>) по маршруту Екатеринбург-Орск, что соответствует маршруту, указанному в счете-фактуре от <данные изъяты>.
Водителем сообщено оппоненту, что прицеп не подходит для данного груза, однако получен ответ, что другого выхода нет, нужно ставить так.
О том, что прицеп не подходит для перевозки негабаритных грузов, пояснил и свидетель Л.А.В.., а также на это указано в объяснении ФИО2 от 14 января 2025 года.
По сведениям из открытых источников общая допустимая нагрузка на осевой агрегат <данные изъяты> <номер> составляет 24 000 кг (на каждую ось по 8000 кг), технически возможная нагрузка на агрегат приблизительно 27 000 кг (по 9000 кг на каждую ось), допустимый общий вес 35 000 кг. Согласно транспортной накладной ФИО2 перевозил груз общей массой 28 196 кг, то есть вес, превышающий допустимую нагрузку.
В опровержение названных доводов истца стороной ответчиков представлено заключение специалиста от 23 июня 2025 года №<номер>, составленное ООО «АвтоТрансКом».
Согласно выводам специалиста на автомобиле <данные изъяты> в сцепке с полуприцепом <данные изъяты>, VIN <номер>, государственный регистрационный номер <номер> не имеется недостатков по расположению груза и по транспортируемому грузу. Характеристики подвижного состава тягач марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер> в составе с полуприцепом <номер> позволяли произвести безопасную перевозку груза 2 (два) места.
Водителем ФИО2 нарушены нормы размещения груза, описанного в ответе на первый вопрос, на подвижном составе транспортного средства, препятствующие безопасной транспортировке груза.
Неправильное размещение груза на транспортном средстве привело к критической нагрузке на правую часть, как следствие, разрыву правой шины в пути следования.
На автомобиле <данные изъяты> в сцепке с полуприцепом <данные изъяты>, VIN <номер> государственный регистрационный номер <номер>, запрещено произвести ремонт транспортного средства в пути следования (замена загнутой подушки с ниспущенным с нее воздухом) с использованием двух домкратов одному водителю.
Водителем ФИО2 не выполнены требования, установленные приказом Минтруда России от 9 декабря 2020 года №871н, работы с повышенной опасностью, к которым относится замена загнутой подушки с ниспущенным с нее воздухом, которые должны производиться в специально отведенных местах – ремонтно-технических мастерских или постах СТО.
Между тем, суд не принимает указанное заключение специалиста в качестве допустимого и относимого доказательства ввиду следующего.
В заключении специалистом проводится исследование транспортного средства <данные изъяты>, VIN <номер>, государственный регистрационный номер <номер>, в сцепке с полуприцепом <номер>. Однако из материалов дела следует, что в день получения травмы ФИО2 осуществлял перевозку груза на ином транспортном средстве - <данные изъяты>, государственный регистрационный номер <номер>
При проведении исследования специалистом осмотр транспортного средства не производился, на что указано на стр. 2 заключения; исследование проведено на основании представленных документов: транспортной накладной от 6 января 2025 года №<номер>, постановления о назначении судебной медицинской экспертизы от 5 февраля 2025 года и постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 3 марта 2025 года, а также на основании одной фотографии прицепа.
При этом специалистом сделаны категоричные выводы о причинах возникновения неисправности в автомобиле по причине неверного расположения груза водителем ФИО2
Между тем представленная в заключении фотография прицепа с размещенным на нем грузом не позволяет с достоверностью идентифицировать тягач, установить время и место фиксации транспортного средства.
Кроме того, в заключении специалист указывает, что неправильное расположение груза явилось причиной разрыва правой шины (без конкретизации её расположения на тягаче или прицепе), тогда как ФИО2 получил травму при замене замятой пневмоподушки прицепа.
Ссылка стороны ответчика на положения должностной инструкции водителя, согласно пункту 3.5 которой водитель должен следить и нести личную ответственность за погрузку груза в транспортное средство, а именно: не допускает перегруза транспортного средства, не превышает допустимой нагрузки на ось транспортного средства. Если состояние и размещение груза не удовлетворяет указанным требованиям, водитель обязан принять меры к устранению нарушений перечисленных правил и прекратить дальнейшее движение, отклоняется судом, поскольку не свидетельствует об отсутствии вины ответчика в предоставлении не соответствующего для перевозки конкретного груза прицепа. Кроме того, представленная должностная инструкция не содержит даты ее утверждения, подписи ответственного лица, и утверждена директором ООО «ГК «Н-Групп», тогда как судом установлено, что <дата> года истец осуществлял фактическую трудовую деятельность в ООО «Негабарит 12».
В пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с пунктами 14 и 15 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Вместе с тем, суд полагает необходимым отметить следующее.
В силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Суд с учётом фактических обстоятельств происшествия приходит к выводу о том, что в действиях ФИО2 имелась грубая неосторожность, состоящая в причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения вреда его здоровью.
Приказом Минтруда России от 9 декабря 2020 года №871н утверждены Правила по охране труда на автомобильном транспорте.
В соответствии с пунктом 56 данных Правил техническое обслуживание и ремонт транспортных средств должны производиться в ремонтно-механических мастерских, постах, оснащенных необходимыми оборудованием, устройствами, приборами, инструментом и приспособлениями.
Во время работы на линии водителю разрешается устранять неисправности, не требующие разборки механизмов. В остальных случаях для проведения ремонтных работ транспортное средство должно быть отбуксировано в ремонтно-механическую мастерскую.
Как следует из пояснений сопровождающего водителя Л.А.В.. от 14 января 2025 года, данных в рамках проверки сообщения по факту получения травмы ФИО2, 11 января 2025 года на трале лопнуло колесо, вовремя его замены при опускании домкрата замяло лапу, на которую опускается воздушная подушка. Во время замены подушки ФИО2 находился под тралом. Скорее всего, воздушная подушка сорвалась с места, в результате чего ФИО2 получил травму левой руки.
При этом допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании Л.А.В. показал суду, что для замены колеса было недостаточно одного домкрата, в связи с чем им был приобретен второй домкрат, на что он также указывал и объяснениях от 14 января 2025 года.
Таким образом, ФИО2, зная, что управляемое им транспортное средство не предназначено для перевозки имеющегося груза; уже имея неисправность в виде лопнувшего колеса, устранить которую самостоятельно удалось с затруднениями; понимая возможное наступление неблагоприятных последствий ввиду недостаточности подъёмной силы домкратов, имея возможность обратиться за помощью к другим водителям, что пояснил в судебном заседании свидетель К.И.В.., к которому ФИО2 обращался за домкратом; тем не менее принял решение о производстве ремонтных работ по замене воздушной подушки самостоятельно непосредственно на обочине дороги в отсутствие специально-оборудованного места.
Принимая во внимание изложенные выше нормы права, их разъяснение, установленные по делу фактические обстоятельства, степень вреда, причинённого здоровью истца ФИО2 (средний); характер полученных травм, их последствия (травматическая ампутация 4, 5 пальцев левой кисти); длительное нахождение на стационарном лечении (40 дней); возраст потерпевшего (на момент происшествия 61 год); невозможность вести привычный образ жизни и при этом отсутствие данных о невозможности продолжать дальнейшую трудовую деятельность; учитывая степень вины ответчика, предоставившего для перевозки груза не предназначенное для этого транспортное средство; то обстоятельство, что стороны фактически состояли в трудовых отношениях; а также наличие в действиях истца грубой неосторожности; руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд полагает, что в данном случае соразмерной последствиям нарушения прав истца, позволяющей компенсировать перенесенные им физические и нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту, будет являться сумма компенсации морального вреда в размере 130 000 руб.
С учётом суммы компенсации морального вреда, взысканной судом в пользу истца в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, всего с ООО «Негабарит 12» подлежит взысканию в пользу ФИО2 компенсация морального вреда в размере 150 000 руб.
В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9000 руб. с учетом удовлетворенных требований неимущественного характера.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Признать травму, полученную ФИО2 <дата> года вблизи <адрес>, производственной травмой, полученной при исполнении трудовых обязанностей в обществе с ограниченной ответственностью «Негабарит 12».
Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Негабарит 12» (ИНН <***>) обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Негабарит 12» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (СНИЛС <номер>) компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.
В удовлетворении исковых требований, заявленных к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Н-Групп», отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Негабарит 12» (ИНН <***>) в доход бюджета городского округа «Город Йошкар-Ола» государственную пошлину в размере 9000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Е.А. Шалагина
Мотивированное решение составлено 14 октября 2025 года.