Дело № 2-467/2025
УИД 76RS0013-02-2024-004477-65
Мотивированное решение изготовлено 30 июля 2025 года.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Рыбинский городской суд Ярославской области в составе:
председательствующего судьи Ломановской Г.С,
при секретаре Шагиной К.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Рыбинске 11 июля 2025 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском, с учетом его уточнения, к ФИО3 в котором просит:
1. Признать договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, от 10.07.2018 г. ничтожным.
2. Признать сделку купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>А, <адрес>, совершенную 10.07.2018 года, недействительной в связи с ее притворностью.
3. Применить последствия недействительности притворной сделки в соответствии с п.2 ст. 170 ГК РФ.
4. Возвратить стороны в первоначальное положение:
- прекратить право собственности ФИО3 на спорную квартиру,
- исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права ФИО3 на квартиру по адресу: <адрес>
- признать право собственности ФИО1 на квартиру по адресу: <адрес>.
Исковые требования мотивированы следующими обстоятельствами.
ФИО1 проживает одна, муж умер, детей нет. Единственным близким человеком был племянник ФИО2. В 2018 году истица заболела, была госпитализирована. После больницы была очень слаба, находилась в болезненном состоянии, нуждалась в помощи и поддержке. Истица обратилась за помощью к своему племяннику, чтобы тот помогал ей с покупкой продуктов и необходимых лекарств, ссылаясь на то, что он у нее единственный наследник и после смерти квартира, в которой она проживает, достанется ему. Племянник решил закрепить квартирный вопрос документально и предложил истице подписать документы, заверив, что это никак не отразится на жизни истицы, и что квартира перейдет к нему только после ее смерти. ФИО2 отвез истицу в МФЦ подписать документы. В ДД.ММ.ГГГГ истица узнала, что племянник ФИО2 умер, а квартира, в которой она проживает, по договору купли-продажи от 10.07.2018 продана ФИО2
После смерти ФИО2 его наследником является дочь – ФИО3, которая на контакт с истицей не идет.
Полагает, что сделка купли-продажи квартиры является притворной, прикрывающей сделку пожизненного содержания с иждивением.
В судебном заседании истец ФИО1 не участвовала. Ранее в заседании 30.06.2025 исковые требования поддержала. Дополнительно пояснила, что при подписании договора купли – продажи квартиры денег не получала. По договоренности с племянником тот обещал ей помогать, иногда навещал ее. ФИО4, дочь ФИО2, она не знает, первый раз увидела ее за три месяца до смерти ФИО2
Представитель истца по доверенности ФИО5 исковые требования и позицию истицы поддержала в полном объеме. Дополнительно пояснила, что права истицы нарушены, квартира - это её единственное жилье. Она бы не оспаривала сделку, если бы племянник был жив. Но ответчика истец не знает, это чужой человек. Подробные доводы в поддержание иска изложила в письменной позиции.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании не участвовала. Ранее в заседаниях 15.05.2025 и 30.06.2025 возражала против удовлетворения иска, пояснив, что ее отец умер. После его смерти она получила в порядке наследования по завещанию спорную квартиру. Когда бабушка Мира ей позвонила, попросила завести документы, она приехала к ней с гостинцами. Каких-либо просьб со стороны бабушки о покупке продуктов и оказании помощи не было. Но если бабушка позвонит и попросит купить продукты, она выполнит ее просьбу без проблем.
Представитель ответчика ФИО6, действующая на основании доверенности, поддержала позицию ответчика, полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению. Дополнительно пояснила, что на момент оформления документов по купле-продаже квартиры Мира Алексеевна знала, какие действия она совершает. Согласно передаточному акту, подписанному истицей, деньги за квартиру были получены полностью. При этом со стороны ответчика никакие права истицы не нарушаются. Право пользования квартирой за истицей сохраняется в полном объеме при этом ответчик готова оказывать истице помощь, в которой та нуждается. Полагает, что доказательства, подтверждающие недействительность договора купли-продажи квартиры от 10.07.2018 года в связи с его притворностью, истцом не представлены. Кроме того, обратила внимание на то, что срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной на момент обращения с иском истек.
Выслушав стороны и их представителей, исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует усматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.
Согласно статье 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В силу статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.
В соответствии со статьей 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.
Как следует из материалов дела, ФИО1 являлась собственником 1-комнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в соответствии с пунктом 4 статьи 218 ГК РФ, как член жилищно-строительного кооператива «Машиностроитель-17», полностью внесший свой паевой взнос за указанную квартиру, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 19.02.2009 № <адрес> (л.д.12), справкой ЖСК «Машиностроитель-17» от 29.12.2008 (л.д.13).
10.07.2018 между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи по условиям которого ФИО1 продала квартиру, расположенную по адресу <адрес>, ФИО2, составлен передаточный акт.
Цена продаваемой квартиры по договоренности сторон составляет 500 000 рублей.
Согласно п. 4 договора указанная сумма будет передана покупателем в день подписания договора.
В соответствии с пунктом 2 передаточного акта к договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ квартира покупателем осмотрена. Претензий к состоянию квартиры нет, взаиморасчеты произведены полностью (л.д.15).
В этот же день стороны обратились с заявлением о государственной регистрации договора купли-продажи и перехода права собственности на указанное имущество.
ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: <адрес> (л.д.76-78).
ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.44).
При жизни ФИО2 составил завещание от 16.11.2023 года, согласно которому все свое имущество он завещал дочери – ФИО3(л.д.47).
Нотариусом ФИО7 открыто наследственное дело № к имуществу ФИО2, согласно которому с заявлением о принятии наследства по завещанию после смерти ФИО2 обратилась его дочь ФИО3
Наследственное имущество состоит из следующих объектов:
- квартиры, расположенной по адресу: <адрес>;
- квартиры, расположенной по адресу: <адрес>;
- земельного участка и гаража расположенных по адресу <адрес>
- денежных средств, хранящихся в ПАО Сбербанк, ООО «Хоум Кредит энд Финанс банк», ПАО «Совкомбанк», АО «Альфа Банк».
15.01.2025 года нотариусом ФИО7 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на имя ФИО3 на наследственное имущество ФИО2, в том числе на квартиру по адресу: <адрес>, полученную ФИО2 по договору купли-продажи, заключенному с ФИО1 10.07.2018 года (л.д.96).
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, заявив указанные выше требования.
Разрешая исковые требования о признании указанного договора недействительным (ничтожным) и применении последствий недействительности сделки, суд учитывает следующее.
В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В силу статьи 154 ГК РФ двух- или многосторонние сделки признаются договорами.
В соответствии со статьей 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Исходя из положений ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В обоснование исковых требований о признании сделки купли-продажи квартиры недействительной (ничтожной) в связи с ее притворностью, истица ссылается на отсутствие каких-либо взаимных расчетов, связанных с получением ею за квартиру денежных средств в сумме 500000,00 рублей, отсутствие передачи прав и обязанностей собственника. При заключении договора она заблуждалась относительно природы сделки, поскольку была уверена, что в период своей жизни не утрачивает право собственности на квартиру, которое перейдет к ее племяннику только после ее смерти. При оценке данной ситуации просила учесть ее возраст, который на момент совершения сделки составлял 81 год, состояние здоровья.
Возражая против иска, сторона ответчика ссылалась на то, что при заключении договора истец ясно понимала характер и цель сделки. Подписываемый ею договор обозначен как договор купли-продажи. Взаиморасчет по договору произведен, что отражено в передаточном акте и свидетельствует об исполнении договора сторонами. Отсутствие фактической передачи квартиры не свидетельствует о недействительности договора, поскольку в пункте 5 предусмотрено сохранение права пожизненного проживания и регистрации в указанной квартире за ФИО1 Срок исковой давности пропущен.
Оценив доводы сторон и представленные ими доказательства, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска с учетом следующего.
Согласно п. п. 1 и 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
В силу ст. 209 ГК РФ собственник вправе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
По смыслу указанной нормы права истец должен доказать, что при заключении договора воля обеих сторон сделки была направлена не на достижение соответствующих ей правовых результатов, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. При этом, намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения п. 2 ст. 170 ГК РФ недостаточно (п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Таким образом, сделка признается притворной при наличии совокупности следующих условий: присутствие и в прикрываемой сделке, и в притворной сделке одних и тех же сторон, направленность воли всех сторон на достижение в прикрываемой сделке иных гражданско-правовых отношений и последствий и целей по сравнению с указанными в притворной сделке; осознание сторонами последствий своих действий.
Обращаясь в суд с иском о признании договора купли-продажи недвижимого имущества, а именно 1-комнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, недействительным, истец, ссылаясь на притворность договора купли-продажи, указывала на то, что данный договор фактически прикрывал собой договор ренты, то есть пожизненного содержания с иждивением, поскольку цель его заключения - получение истцом от племянника помощи в быту, а также передача ФИО2 безвозмездно права собственности на квартиру для того, чтобы исключить возможность родственников истицы претендовать на жилье в случае ее смерти. Она заблуждалась относительно правовой природы сделки, ее правовых последствий.
Оценивая доводы стороны истца о том, что денежные средства в счет оплаты стоимости квартиры ей не передавались, передача имущества по договору купли-продажи также не состоялась, поскольку до настоящего времени ФИО1 проживает и зарегистрирована в спорной квартире, несет бремя ее содержания, самостоятельно оплачивает коммунальные услуги, суд находит их обоснованными.
Анализируя все обстоятельства и представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что отсутствуют данные, свидетельствующие о воле ФИО1 на реализацию принадлежащего ей имущества.
Так, ответчиком не представлено суду никаких доказательств, подтверждающих намерение истицы передать право собственности на спорную квартиру своему племяннику ФИО2 После заключения спорной сделки и до настоящего времени истица, проживая в данной квартире, несет расходы по ее содержанию и оплате коммунальных услуг. Оплата жилищно-коммунальных услуг за апрель 2025 года, произведенная ФИО3 в мае 2025 года, в период рассмотрения дела в суде (л.д.130-135), не может служить доказательством, безусловно подтверждающим фактическое наступление правовых последствий, предусмотренных договором купли-продажи от 10.07.2018 года, в виде передачи спорной квартиры покупателю и (или) его наследнику.
Спорное жилое помещение является единственным жильем истца, что подтверждает отсутствие оснований для его отчуждения.
С момента регистрации права собственности на спорное имущество ФИО2 действий по реализации своих прав как собственника не предпринимал, несмотря на длительный период времени, прошедший с 2018 года, а именно: реальной передачи имущества не требовал, в него не вселялся, его состоянием не интересовался, оплату каких-либо услуг не производил.
Достаточных доказательств подтверждающих реальную оплату покупателем денежных средств истцу материалы дела не содержат. Указание в передаточном акте о том, что взаиморасчеты по договору произведены полностью, суд, при отсутствии других доказательств, признает формальным и не подтверждающим безусловно и в полной мере передачу денежных средств, в том числе с учетом материального положения ФИО2, нашедшего свое отражение и в материалах наследственного дела и пояснениях стороны истца. Так, в судебном заседании ФИО1 пояснила, что помогала племяннику, именно она давала племяннику деньги на покупку гаража. Ее пояснения другой стороной не оспорены.
Документальных доказательств, подтверждающих намерение фактической передачи ФИО1 своей квартиры по договору купли-продажи, наличие у нее данных денежных средств, полученных по договору, суду не представлено.
На основании изложенного, оценив все обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что воля обеих сторон сделки купли-продажи была направлена не на достижение соответствующих ей правовых результатов.
Приведенные выше обстоятельства, как и тот факт, что истец продолжает проживать в спорной квартире, зарегистрирована в ней, несет расходы по ее содержанию, ответчик мер по вселению в жилое помещение не предпринимал, но поддерживал отношения с ФИО1, посещал ее, оказывал внимание, по мнению суда, свидетельствуют о направленности воли и действий сторон при подписании договора купли-продажи на совершение иной сделки - договора пожизненного содержания с иждивением, в связи с чем следует вывод о притворности оспариваемого договора купли-продажи в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При этом суд учитывает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 601 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц). К договору пожизненного содержания с иждивением применяются правила о пожизненной ренте.
В силу статьи 602 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты ритуальных услуг.
В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.
По смыслу приведенной выше правовой нормы, для притворной сделки характерно несоответствие действительной воли сторон при ее заключении фактическому волеизъявлению. В связи с этим обстоятельствами, подлежащими установлению при разрешении настоящего спора, являются фактические отношения между сторонами, а также действительные намерения каждой из сторон при заключении сделки.
Из установленных в судебном заседании обстоятельств следует вывод, что имея в собственности указанную квартиру, истица пыталась за счет передачи ее в собственность племянника после своей смерти заручиться его поддержкой и вниманием в период своей жизни, поскольку других близких родственников у нее, кроме родного племянника, не было.
При этом суд учитывает, что ни ФИО2 ранее, ни ФИО3 в настоящее время не оспаривали право и возможность проживания ФИО1 в спорной квартире, а также готовность ФИО3 оказывать ФИО1 помощь в покупке продуктов, лекарств. Однако указанные обстоятельства не свидетельствуют о намерении сторон заключить договор купли-продажи, напротив, подтверждают волю сторон на заключение договора пожизненного содержания.
Таким образом, оценив совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка купли-продажи является притворной, поскольку не повлекла правовых последствий, присущих такого рода сделкам, за исключением формального осуществления государственной регистрации права собственности ответчика на квартиру, а все последующие действия и поведение сторон указывали на их стремление к наступлению правовых последствий, характерных для договора пожизненного содержания с иждивением.
Одновременно следует учитывать, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия, а именно: применение к прикрываемой сделке относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой сделки.
Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В соответствии сданной нормой в договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена, как минимум, стоимость всего объема содержания с иждивением.
В соответствии со статьей 584 Гражданского кодекса Российской Федерации договор ренты подлежал нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты - также государственной регистрации.
Учитывая, что сторонами не исполнены предусмотренные законом в качестве обязательных требования о нотариальной форме договора пожизненного содержания, а также о существенных условиях договора, при таких обстоятельствах имеются основания для вывода о том, что обязательства по договору пожизненного содержания с иждивением не возникли, правовые последствия признания сделки купли-продажи недействительной в виде применения к прикрываемой сделке правил, относящихся к прикрывающей сделке, не могут быть применены.
В судебном заседании стороной ответчика заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, который в соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГРК РФ по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года и в соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГРК РФ по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.
Разрешая данное ходатайство, суд учитывает, что в судебном заседании истица ссылалась на то, что племянник хотя и редко, но навещал ее, каких-либо претензий к нему она не имела и не высказывала. Нарушение своих прав она связывает со смертью ФИО2 После его смерти ФИО3 только один раз приезжала к ФИО1 по ее просьбе, но договоренности они не достигли.
В абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).
Учитывая, что ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, с иском о признании сделки недействительной истец обратилась 15.10.2024 года, следовательно, с уточненным иском к ФИО3 11.04.2025 года, срок исковой давности о применении последствий недействительной (ничтожной) сделки на момент обращения с иском не истек.
Кроме того, в силу статьи 181 ГК РФ течение срока исковой давности по РФ по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.
В соответствии с разъяснениями, содержащимся в п. 101 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (п. 1 ст. 181 ГК РФ).
В данном случае судом с достоверностью установлено, что ни одна из сторон к фактическому исполнению сделки не приступала, соответственно суд признает убедительными доводы истца о том, что о нарушении своих прав ФИО1 стало известно с момента получения сведений о смерти ее племянника, когда она фактически осталась без какой-либо помощи со стороны родственников.
На основании изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании договора купли-продажи 1-комнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от 10.07.2018, недействительным (ничтожным), прекращении права собственности ФИО3 на указанную квартиру с погашением соответствующей записи в ЕГРН и восстановлении в Едином государственном реестре прав записи о праве на квартиру за ФИО1
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Признать договор купли-продажи 1-комнатной квартиры, кадастровый №, общей площадью 30,3 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 10.07.2018 года между ФИО1 и ФИО2, недействительным.
Прекратить право собственности ФИО3, <данные изъяты>, на квартиру, кадастровый №, общей площадью 30,3 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>
Аннулировать (погасить) в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество запись о праве собственности ФИО3 на квартиру, кадастровый №, общей площадью 30,3 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>.
Восстановить в Едином государственном реестре прав запись о праве на квартиру, кадастровый №, общей площадью 30,3 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, за ФИО1, <данные изъяты>.
Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение одного месяца с момента вынесения решения суда в окончательной форме.
Судья Г.С. Ломановская