Дело № 33-4550/2023

Номер в суде первой инстанции 2-9688/2022

72RS0025-01-2022-010078-10

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Тюмень 14 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего Пуминовой Т.Н.,

судей Малининой Л.Б., Фёдоровой И.И.,

при секретаре Матвеевой О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ИП Ш.О.В. на решение Центрального районного суда г. Тюмени от 26 декабря 2022 года, с учетом определения судьи от 09 января 2023 года об исправлении описки, определения судьи от 26 июня 2023 года об исправлении описки, которым постановлено:

«Исковые требования К.В.В. к индивидуальному предпринимателю Ш.О.В. удовлетворить частично.

Признать факт трудовых отношений между К.В.В. и индивидуальным предпринимателем Ш.О.В. в период с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года.

Возложить обязанность на индивидуального предпринимателя Ш.О.В. внести запись в трудовую книжку К.В.В. о периоде ее работы с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года,

Возложить обязанность на индивидуального предпринимателя Ш.О.В. произвести отчисления в Отделение Пенсионного фонда, в Фонд социального страхования в отношении К.В.В. за период ее работы с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, предоставить обязательные сведения по начисленным и оплаченным страховым взносам.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Ш.О.В. в пользу К.В.В. компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 23.02.2018 по 14.09.2022 в размере 128 000 рублей, компенсацию за задержку выплат в размере 43883,94 рубля.

В остальной части иска отказать

Взыскать с индивидуального предпринимателя Ш.О.В. в доход муниципального образования город Тюмень государственную пошлину в размере 5 837,68 рублей».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Фёдоровой И.И. об обстоятельствах дела, объяснения представителя ответчика Б.Е.Н., настаивавшей на удовлетворении апелляционной жалобы, предстаивителя истца И.Н.В., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

К.В.В. обратилась в суд с иском к ИП Ш.О.В. о защите трудовых прав.

Требования мотивированы тем, что в период с 23 февраля 2018 года истец работала в должности продавца в салоне мягкой мебели «Экон», принадлежащем ответчику. Данный салон располагался с 23 февраля 2018 года по июль 2018 года в ТРЦ «Сити Молл», с июля 2018 года по 31 марта 2022 года в ТЦ «Мебель-град», с 01 апреля 2022 года по настоящее время – в ТД «Мангазея». В должностные обязанности истца входило заказ мягкой и корпусной мебели у поставщиков, ведение переговоров с поставщиками и контроль поставки мебели, прием мебели, проведение консультаций покупателям, продажа корпусной и мягкой мебели, оформление доставки мебели, оказание помощи в оформлении кредитных продуктов, ведение журнала продаж. Истцу был установлен график работы 2 дня рабочих, 2 дня выходных. Заработная плата выплачивалась ежедневно в размере 1 000,00 рублей плюс процент от продаж. Денежные средства перечислялись ответчиком на счет в ПАО Сбербанк, а также наличными денежными средствами. На момент фактического допущения истца к работе с истцом не были надлежащим образом оформлены трудовые отношения, отчисления в Пенсионный фонд и в Фонд социального страхования не производились. За период работы у ответчика истец ни разу не воспользовалась правом на ежегодный оплачиваемый отпуск.

На основании изложенного, с учетом заявления об уточнении исковых требований, просила об установлении факта трудовых отношений в период с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о периоде работы с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, возложении обязанности произвести отчисления в Отделение Пенсионного фонда, в Фонд социального страхования в отношении К.В.В. за период ее работы с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, предоставить обязательные сведения по начисленным и оплаченным страховым взносам, взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000,00 рублей, компенсации за неиспользованный отпуск за период с 23.02.2018 по 14.09.2022 в размере 128 000,00 рублей, компенсации за задержку выплат с 23.02.2018 по 14.09.2022 в размере 62 708,19 рублей.

В суде первой инстанции:

представитель истца И.Н.В. исковые требования поддержала.

Представитель ответчика ИП Ш.О.В. – Б.Е.Н. возражала против удовлетворения исковых требований, заявив о пропуске истцом срока для обращения в суд.

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласна ответчик ИП Ш.О.В., в апелляционной жалобе представитель Б.Е.Н. просит решение отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов жалобы указывает, что суд вышел за пределы исковых требований, так как истец не заявлял требований о признании трудовых отношений расторгнутыми с 31.10.2022.

Отмечает, что у суда отсутствовали основания для взыскания сумм компенсации за неиспользованный отпуск, так как трудовые отношения между сторонами прекращены не были.

Считает, что суд в полном объеме не отразил показания свидетелей, в связи с чем неверно определил обстоятельства, имеющие значение для дела.

Обращает внимание, что истец сообщила ложные сведения о передаче трудовой книжки ИП Ш.О.В.

Отмечает, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие намерение истца заключить трудовой договор, к работодателю она также не обращалась.

Указывает, что истцом пропущен срок обращения в суд, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Полагает, что истец злоупотребляет своими правами.

Также отмечает, что судом при взыскании суммы компенсации отпуска неправомерно не применен п.6 ч.1 ст. 208 Налогового кодекса Российской Федерации.

Не соглашается с взысканной судом суммой компенсации морального вреда, указывая на необоснованность ее размера.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу К.В.В. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения (том 1, л.д. 248-252).

Стороны, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении дела слушанием не заявляли.

Информация о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции была заблаговременно размещена на официальном сайте Тюменского областного суда oblsud.tum.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство»).

При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями ч. 1 ст. 327 и ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как это предусмотрено ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав объяснения лиц, присутствующих в судебном заседании, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, действующее трудовое законодательство устанавливает два возможных варианта возникновения трудовых отношений между работодателем и работником: на основании заключенного в установленном порядке между сторонами трудового договора либо на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции К.В.В. работала у ИП Ш. в салоне мебели, принадлежащем ответчику. Данный салон располагался с 23 февраля 2018 года по июль 2018 года в ТРЦ «Сити Молл», с июля 2018 года по 31 марта 2022 года в ТЦ «Мебель-град», с 01 апреля 2022 года по настоящее время – в ТД «Мангазея». В должностные обязанности истца входило заказ мягкой и корпусной мебели у поставщиков, ведение переговоров с поставщиками и контроль поставки мебели, прием мебели, проведение консультаций покупателям, продажа корпусной и мягкой мебели, оформление доставки мебели, оказание помощи в оформлении кредитных продуктов, ведение журнала продаж. Истцу был установлен график работы 2 дня рабочих, 2 дня выходных. Заработная плата выплачивалась ежедневно в размере 1 000 рублей плюс процент от продаж. Денежные средства перечислялись ответчиком на счет в ПАО Сбербанк, а также наличными денежными средствами. В подтверждение вышеуказанного истцом представлены журналы продаж (л.д. 21-46, 89-94, 103-114), заявления покупателей о получении, либо о возврате мебели (том 1, л.д. 47-52), товарные чеки, подписанные К.В.В. (том 1, л.д. 95-102), копия журнала приема и выдачи ключей от служебных помещений, приема и сдачи помещений, с подписью К.В.В. (том 1, л.д. 115-119).

Согласно выписке по счету истца ей на счет, начиная с 23 февраля 2018 года до октября 2022 года, ежедневно с перерывами 1-2 дня поступали денежные средства от Ш.О.В. в сумме 1 000,00 рублей и выше (том 1, л.д. 55-65, 73-81, 83-88).

Приказом 2-к от 01 июля 2022 года К.В.В. принята на работу бухгалтером в ООО «Холдинговая компания ТД «Мангазея» (том 1, л.д. 152).

Согласно ответа ООО «Холдинговая компания ТД «Мангазея» от 18 ноября 2022 года, с К.В.В. 31 октября 2022 года был расторгнут трудовой договор (том 1, л.д. 168).

Обращаясь в суд, истец указывала, что ответчик не оформил с ней надлежащим образом трудовые отношения.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства, руководствуясь ст. 15, ч.3 ст.16, ч.2 ст.67, ст.91 Трудового кодекса Российской Федерации, абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», принимая во внимание показания свидетелей, пояснения представителя ответчика, которым не оспаривалось в судебном заседании, что К.В.В. работала у ответчика продавцом мебели, денежные средства переводились истцу как оплата за работу в салоне мебели, но как оплата за гражданско-правовые отношения, установил, что между К.В.В. и ИП Ш.О.В. сложились длительные отношения по выполнению истцом трудовой функции по реализации товара, трудовая функция выполнялась на организованном ответчиком рабочем месте, по согласованному с ответчиком графику в определенном сторонами режиме, выполнение трудовой функции оплачивалось ответчиком в согласованном сторонами размере, в связи с чем суд пришел к выводу об обоснованности заявленных исковых требований о признании факта трудовых отношений между К.В.В. и индивидуальным предпринимателем Ш.О.В. в период с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, в связи с чем также возложил обязанность на ИП Ш.О.В. внести запись в трудовую книжку К.В.В. о периоде ее работы с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, произвести отчисления в Отделение Пенсионного фонда, в Фонд социального страхования в отношении К.В.В. за период ее работы с 23.02.2018 года по 31.10.2022 года, предоставить обязательные сведения по начисленным и оплаченным страховым взносам, взыскав с работодателя в пользу К.В.В. компенсацию морального вреда в размере 20 000,00 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 23.02.2018 по 14.09.2022 в размере 128 000,00 рублей, компенсацию за задержку выплат в размере 43883,94 рублей.

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд пришёл к выводу, что трехмесячный срок для обращения в суд истцом не пропущен, поскольку на момент обращения в суд с иском К.В.В. продолжала работать у ответчика, трудовые правоотношения являются длящимися, и на момент обращения в суд с иском истец могла рассчитывать на добровольное оформление трудовых отношений истцом.

Судебная коллегия полностью соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции и считает, что выводы суда основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства при оценке судом доказательств, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, не допущено.

Доводы жалобы о том, что суд вышел за пределы исковых требований, так как истец не заявлял требований о признании трудовых отношений расторгнутыми с 31.10.2022 судебной коллегией отклоняются, поскольку таких выводов обжалуемое решение не содержит.

Указание в жалобе о том, что у суда отсутствовали основания для взыскания сумм компенсации за неиспользованный отпуск, так как трудовые отношения между сторонами прекращены не были, опровергается заявлением К.В.В. об уточнении исковых требований от 28.11.2022, в котором она указывает, что после обращения в суд с иском, она вынуждена была уволиться 31.10.2022, доказательств продолжения трудовых отношений, исполнения истцом трудовых обязанностей после 31.10.2022 материалы дела не содержат, после 31.10.2022 трудовые отношения между сторонами фактически прекратились, в связи с чем у суда в порядке ст. 127 Трудового кодекса российской Федерации имелись основания для взыскания такой компенсации, которая верно исчислена судом первой инстанции, расчет суммы компенсации за неиспользованный отпуск проверен судом апелляционной инстанции, признается арифметически верным.

Не согласие с оценкой, данной показаниям свидетелей, указывая на их полноту, судом апелляционной инстанции во внимание не принимается, поскольку является субъективной точкой зрения стороны ответчика о том, как должно быть рассмотрено дело, оценены имеющиеся доказательства и каков должен быть его результат. Между тем, иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения. Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей оценивались судом в совокупности со всеми доказательствами, представленными сторонами.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец сообщила ложные сведения о передаче трудовой книжки Ш.О.В., с указанием на то, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие намерение истца заключить трудовой договор, к работодателю она также не обращалась не могут повлечь отмену состоявшегося решения, поскольку обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя, следовательно, доказательства того, что работодатель предпринимал меры для оформления трудовых отношений надлежащим образом, однако работник уклонился от предложений работодателя, должен представить работодатель, который данные обстоятельства не доказал, письменных актов, либо иных доказательств не представил, что не может также свидетельствовать о злоупотреблении работником, как слабой стороной спора, своими правами.

Необоснованными признаются доводы апелляционной жалобы о необходимости взыскания задолженности в пользу работника К.В.В. за вычетом налога на доходы физических лиц, приведенные доводы основаны на неверном толковании заявителем норм налогового законодательства.

Пунктом 1 статьи 207 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.

Объектом налогообложения физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации, признается доход, полученный от источников в Российской Федерации и от источников за пределами Российской Федерации (статья 209 Налогового кодекса Российской Федерации).

На основании подпункта 6 пункта 1 статьи 208 Кодекса вознаграждение за выполнение трудовых или иных обязанностей, выполненную работу, оказанную услугу, совершение действия в Российской Федерации относится к доходам от источников в Российской Федерации.

Положениями статьи 24, пункта 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации установлена обязанность российских организаций и индивидуальных предпринимателей, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, исчислить, удержать и перечислить в бюджет сумму налога на доходы физических лиц, причитающуюся к уплате с этих доходов.

Пунктом 4 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога на доходы физических лиц непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

В то же время пунктом 5 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при невозможности в течение налогового периода удержать у налогоплательщика исчисленную сумму налога налоговый агент обязан в срок не позднее 25 февраля года, следующего за истекшим налоговым периодом, в котором возникли соответствующие обстоятельства, письменно сообщить налогоплательщику и налоговому органу по месту своего учета о невозможности удержать налог, о суммах дохода, с которого не удержан налог, и сумме неудержанного налога.

В силу приведенных норм права ответчик, являясь налоговым агентом, при выплате К.В.В. суммы отпускных в размере 128 000,00 рублей обязан самостоятельно произвести начисление, удержать и перечислить в бюджет сумму налога на доходы физических лиц, причитающуюся к уплате с этого дохода. В случае невозможности удержать у К.В.В. исчисленную сумму налога ответчик обязан руководствоваться требованиями пункта 5 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности принятого решения в части компенсации морального вреда не могут быть приняты во внимание, поскольку суд пришел к выводу о необходимости взыскания компенсации, установив факт нарушения трудовых прав К.В.В. в соответствии с положениями ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам жалобы, при определении размера компенсации суд принял во внимание обстоятельств дела, объем и характер причиненного работнику вреда, степень вины работодателя, а также требований разумности и справедливости. Судебная коллегия соглашается с размером компенсации морального вреда, определенного судом первой инстанции.

Доводы жалобы о том, что истцом пропущен срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению.

Согласно части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 названного кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Как разъяснено в пунктах 13 - 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано) (пункт 13 постановления).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из изложенных норм трудового законодательства следует, что для обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлен трехмесячный срок, течение которого начинается со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Как следует из пояснений представителя ответчика, данных в суде первой и апелляционной инстанции, в начале июня 2022 года истец обратилась к ИП Ш.О.В. по вопросу трудоустройства, ответчик помогла ей устроиться на работу с 01.07.2022 в ООО «Холдинговая компания ТД «Мангазея».

Таким образом, истец узнала о нарушении своего права 01.07.2022, когда работодатель ИП Ш.О.В. фактически отказал по обращению истца в оформлении возникших между ними отношений как трудовых и истица была трудоустроена не к ИП Ш.О.В., а в ООО «Холдинговая компания ТД «Мангазея».

В суд с настоящим исковым заявлением истец обратился 15.09.2022 (л.д. 68).

Следовательно, трехмесячный срок для обращения в суд истцом не пропущен.

При таких обстоятельствах, оснований для отказа в удовлетворении исковых требований об установлении факта трудовых отношений по причине пропуска срока обращения в суд не имелось.

Указание в жалобе о том, что истцом также пропущен срок на обращение в суд по требованиям о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, основано на неверном толковании норма материального права.

Согласно части первой статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Из приведенного правового регулирования отношений по выплате работникам денежной компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении следует, что выплата денежной компенсации за все неиспользованные отпуска служит специальной гарантией, обеспечивающей реализацию особым способом права на отдых теми работниками, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по инициативе работодателя или по иным основаниям и в силу различных причин не воспользовались ранее своим правом на предоставление им ежегодного оплачиваемого отпуска.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 25 октября 2018 года № 38-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Д., К.К.В. и других» признал часть первую статьи 127 и часть первую статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них положения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не ограничивают право работника на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные отпуска и, если данная компенсация не была выплачена работодателем непосредственно при увольнении, не лишают работника права на ее взыскание в судебном порядке независимо от времени, прошедшего с момента окончания рабочего года, за который должен был быть предоставлен тот или иной неиспользованный (полностью либо частично) отпуск, при условии обращения в суд с соответствующими требованиями в пределах установленного законом срока, исчисляемого с момента прекращения трудового договора.

Поскольку с момента прекращения трудовых отношений с 31 октября 2022 года истцом не пропущен годичный срок для обращения в суд по взысканию невыплаченных денежных средств, то доводы жалобы об обратном во внимание не принимаются.

Не свидетельствуют о незаконности оспариваемого судебного акта доводы жалобы о злоупотреблении правом со стороны истца, поскольку суд такие обстоятельства не установил, доказательства, подтверждающие недобросовестное поведение истца, материалы дела не содержат, учитывая, что в данном случае действия истца направлены на обращение в суд с целью защиты нарушенных ответчиком трудовых прав.

Изложенные ответчиком доводы были предметом исследования суда первой инстанции и по существу сводятся к несогласию с его выводами, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом при рассмотрении дела, влияли на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил правильные по существу решения.

Нарушений норм процессуального права, являющимся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. В связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Центрального районного суда г. Тюмени от 26 декабря 2022 года, с учетом определения судьи от 09 января 2023 года об исправлении описки, определения судьи от 26 июня 2023 года об исправлении описки оставить без изменения, апелляционную жалобу ИП Ш.О.В. - без удовлетворения.

Определение в окончательной форме изготовлено 16 августа 2023 года.

Председательствующий

Судьи коллегии