36RS0005-01-2024-006180-19
№ 2-405/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 декабря 2025 года г. Воронеж
Советский районный суд г. Воронежа в составе:
председательствующего судьи Косенко В.А.,
при секретаре Шкаруповой М.В.,
с участием адвоката Быковой де Родригес О.Ю., представляющей интересы истца,
адвоката Бобкова Е.А., представляющей интересы ответчика,
ответчика ФИО7
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО7 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным,
установил:
ФИО8 обратилась в суд с вышеназванным иском, указывая, что 15.12.2020 она оформила у нотариуса договор купли-продажи двухкомнатной квартиры <адрес>. Цена договора составила 1.730.000 рублей, денежные средства были переданы от покупателя продавцу в отделении Сбербанка. На всех этапах оформления сделки истец принимала личное и непосредственное участие.
После покупки жилья в нем были постоянно зарегистрированы и проживали истец и её ФИО1., ДД.ММ.ГГГГ г.р. Другого жилья у них в собственности не имелось.
Сын истца сожительствовал с ФИО7, проживавшей отдельно. Он познакомил истца с ФИО7 примерно в 2019 году, они периодически общались и их отношения складывались нормально.
22.10.2021 сын истца внезапно умер, что стало для неё настоящим ударом. Истец находилась в состоянии подавленности и ступора, отстранилась от повседневных и бытовых проблем, постоянно плакала и очень плохо себя чувствовала. Именно в этот период ФИО7 сказала, что поможет истцу справиться с горем и не оставит её одну в память о сыне.
Полностью доверяя ответчице и не ожидая от нее в такой скорбный момент какого- либо обмана или злоупотребления доверием, истец не возражала, чтобы у ФИО7 находились некоторые оригиналы документов, а именно – свидетельства о рождении и о смерти сына, свидетельство о смерти мужа, документы о захоронении сына и мужа, документ о праве собственности на гараж. Истец полагала, что это поможет ответчице решать повседневные вопросы, на которые у истца не было сил ввиду постигшего её горя. Спустя непродолжительное время после смерти ФИО9, ФИО7 предложила истцу пройти в МФЦ в гипермаркете «Лента» на ул. Домостроителей, где истец подписала какие-то документы, при этом в текст этих документов она не вникала, полностью доверяя ответчице. Все экземпляры документов ФИО7 оставила у себя.
После смерти сына истец проживала в квартире одна, а ФИО7 периодически к ней заходила. Однажды истец предложила оформить завещание на ФИО7, однако она сказала, что этот вариант ее не устраивает, т.к. завещание могут оспорить внуки истца. Другие варианты распоряжения квартирой ими не обсуждались. Намерений продать свое единственное жилье у истца никогда не было.
В лицевом счете № № на квартиру была указана фамилия истца, а оплата за жилое помещение производилась из пенсии истца.
26.01.2023 у истца случился ишемический <данные изъяты>, отнялась правая часть туловища, были проблемы с речью. Лечение и период восстановления были длительными и лишь к концу весны 2024 года истец стала выходить из дома на непродолжительные прогулки.
В июне 2024 года у истца заболели зубы, ей потребовалась помощь стоматолога и оказалось, что абсолютно все личные документы истца (паспорт, медицинский полис и СНИЛС) находятся у ФИО7 Также в этот период истцу попалась на глаза квитанция об оплате жилья, где было указано, что владельцем лицевого счета № № выступает ФИО7
Забрав у ФИО7 свои личные документы, истец поехала в паспортный стол Советского района, где ей на словах пояснили, что собственником её квартиры уже давно является ФИО7 После этого истец закрыла свою пенсионную карту и перевела получение пенсии на дом. Это вызвало гнев и недовольство ФИО7, которая после инсульта истца полностью распоряжалась её пенсией, выдавая истцу порядка 10.000 рублей на неотложные нужды. ФИО7 пришла к истцу домой и путем угроз и скандала вынудила истца написать в июне 2024 года две расписки, как помнится истцу, на 350.000 рублей и на 1.350.000 рублей. Истец указала, что поскольку находилась в квартире в этот момент одна, то очень испугалась, расплакалась и написала то, что требовала ФИО7 По мнению ответчицы, эти расписки в общей сложности позволят ей подтвердить факт оплаты по договору купли-продажи квартиры, однако это не так.
Согласно полученной в июле 2024 года официальной информации, между истцом и ФИО7 12 ноября 2021 года, то есть спустя 20 дней после смерти сына, был якобы заключен договор купли-продажи единственного жилья истца. Цена договора составила 1.730.000 рублей.
Переход права собственности на жилое помещение с кадастровым номером № к ФИО7 был зарегистрирован 18.11.2021 года.
Лицевой счет № на квартиру был переоформлен ФИО7 в феврале 2023 года, то есть сразу после того, как с истцом случился <данные изъяты>
В июле 2024 года истец обратилась к ФИО7 с письменным заявлением о расторжении договора и о возвращении всех оригиналов документов, находящихся на данный момент у ответчика. Также истцом было подано заявление в полицию и в прокуратуру Советского района. Заявления были проигнорированы как ответчицей, так и правоохранителями.
Полагает, что только суд поможет восстановить справедливость и защитить её жилищные права.
Истец указывает, что не имела намерения распорядиться своим единственным жильем путем продажи его ФИО7
Иные варианты отчуждения квартиры (договор ренты, договор дарения) между сторонами также никогда не обсуждались.
Истец считает, что ФИО7 при оформлении сделки действовала заведомо недобросовестно, используя тяжелый момент в жизни истца, ее пожилой возраст, доверчивость и юридическую неграмотность. О заключенном договоре ФИО7 умалчивала, денежные средства не уплачивала в счет покупной цены, в жилое помещение не вселялась, расходов по его содержанию не несла.
Подписание документов в ноябре 2021 года производилось ФИО8 в состоянии душевного волнения и психологической травмы, вызванной потерей единственного сына. Текст Договора и Акта приема-передачи квартиры ФИО8 не читала, на руки копии этих документов не получала. Об оспариваемом договоре истцу стало известно в июле 2024 года.
Договор не повлек за собой правовых последствий, характерных купле-продаже недвижимости. В частности:
Никаких действий, направленных на переход права собственности на квартиру, истец не предпринимала. О регистрационных действиях со стороны ФИО7 истцу стало известно в июле 2024 года.
Денежных средств в размере 1.730.000 рублей в счет оплаты по договору купли-продажи квартиры истцу в ноябре 2021 года либо позже не поступало, что подтверждается выписками из Сбербанка по лицевому счету ФИО8
Собственноручную расписку продавца о произведенном полном расчете по договору ФИО7 в ноябре 2021 года в УФРС не предоставляла, поскольку такой расписки не было ввиду безденежности договора. Намерений произвести оплату по договору у ФИО7 не имелось.
В исковом заявлении истец указала, что в случае, если в суд будут предоставлены расписки ФИО8, о которых писалось выше, то необходимо учесть обстоятельства получения этих расписок (под влиянием угрозы со стороны ответчика в условиях болезненного состояния истца), давность их изготовления (примерно 20 месяцев от даты договора), а также документально подтвержденную безденежность сделки.
Вселение ответчицы в квартиру и выселение из нее ФИО8 не происходило ни в ноябре 2021 года, ни позже. В квартире зарегистрирована и постоянно проживает только ФИО8, что подтверждается справкой. Личных вещей ФИО7 в квартире никогда не было и нет. Жилое помещение использует исключительно ФИО8 Оплата жилого помещения (ОДН и коммунальные услуги) осуществляется за счет личных денежных средств ФИО8 из ее пенсии. Переоформление лицевого счета на квартиру было осуществлено ФИО7 в феврале 2023 года, после информации о тяжелой болезни ФИО8 При этом оплату за квартиру ответчик по-прежнему производил за счет денежных средств истца, не неся бремя расходов по содержанию «своего» имущества (ст. 210 ГК РФ).
Доказательства наличия у ответчика финансовой возможности оплатить приобретенную квартиру также отсутствуют.
Текст договора купли-продажи и Акта приема передачи имеют существенные недостатки и противоречат друг другу. В частности, в шапке договора и Акта указана дословно дата его составления «Двенадцатое две тысячи двадцать первого года». Месяц не указан. В тексте Акта идет речь как о квартире, так и о гараже одновременно. В частности, последнее предложение Акта звучит дословно: «Претензий по техническому состоянию указанного гаража Покупатель к Продавцу не имеет». В то же время, в начале Акта речь идет о некой квартире, при этом № квартиры, № дома, название улицы и город – в Акте не указаны. Имеющаяся в тексте Акта дата Договора «12.11.2021 года» не согласуется со всеми остальными датами, поскольку конкретный месяц совершения сделки в Договоре не указан. Таким образом, буквальный текст Договора купли-продажи и Акта приема-передачи не позволяют сделать вывод о дате (месяце) сделки и об индивидуально-определенном объекте, который подлежал приему-передаче. Порядок расчетов между сторонами определен крайне нечетко. Договор, п. 3: «Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора». Акт: «Оплата произведена полностью». При этом дублирующей расписки от ноября 2021 года в регистрационном деле и у ответчика не имеется, поскольку, по мнению истца, весь этот договор изначально – безденежная сделка. Две расписки были написаны истцом намного позже и вынужденно – под угрозой со стороны ответчика. Кроме того, нигде в Договоре не указано, что денежные средства в счет оплаты жилья уплачивались частями (аванс/задаток и основной платеж), а расписок ФИО7 потребовала написать две. Общая сумма по распискам, которые могут быть предоставлены в суд стороной ответчика, не согласуется с ценой Договора купли-продажи квартиры. Давность составления таковых расписок будет устанавливаться в ходе экспертизы.
Истец ФИО8 просила суд:
Признать недействительным Договор купли-продажи квартиры <адрес> г. Воронежа от 12 ноября 2021 года, заключенный между ФИО8 и ФИО7, аннулировав запись о регистрации права собственности ФИО7 на указанное жилое помещение в ЕГРН.
Возвратить в собственность ФИО8 квартиру <адрес>.
Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО8 понесенные по делу расходы по оплате госпошлины в размере 7.300 рублей и правовой помощи согласно квитанциям (представлены квитанции на сумму 70000 руб.).
В судебное заседание ФИО8 не явилась, о времени и месте слушания дела извещена в установленном законом порядке. Обеспечила явку своего представителя – адвоката Быковой де Родригес О.Ю., которая исковые требования поддержала.
Ответчик ФИО7 и ее представитель – адвокат Бобков Е.А. возражали против иска, указывая, что для признания сделки мнимой обязательным условием должна быть порочность воли двух сторон. Расписки подтверждают факт исполнения договора. У ФИО7 были ключи от спорной квартиры, она завезла в квартиру вещи, шкаф, ковер, соковыжималку. О фактическом исполнении договора также свидетельствует наличие акта газовой службы о замене счетчика. Также ФИО7 получила налоговый вычет после покупки квартиры. Она несет бремя по оплате налоговых платежей. Кроме того, стороной ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности. Просили в иске отказать в полном объеме.
Суд, выслушав доводы лиц, явившихся в судебное заседание, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
Согласно ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В соответствии с п. 1, 2 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 настоящего Кодекса.
В силу требований ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
На основании п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
В ст. 550 ГК РФ предусмотрено, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.
В п. 1 ст. 432 ГК РФ закреплено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В силу п. 1 ст. 556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.
На основании ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 1). В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2).
В соответствии со ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3). Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).
Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2). 5. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).
В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ).
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).
Для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности (п. 6 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021).
В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2).
В п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 указано, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).
Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.
В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что ФИО8 являлась собственником квартиры общей площадью 42,5 кв.м., расположенной по адресу: г<адрес>, кадастровый номер №, на основании договора купли-продажи от 15.12.2020 и передаточного акта от 15.12.2020.
12.11.2021 между ФИО8 (Продавец) и ФИО7 (Покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого Продавец передает в собственность, а Покупатель принимает и оплачивает двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадь 42,5 кв.м.
Согласно п. 3 названного Договора квартира оценивается сторонами в 1730000 (один миллион семьсот тридцать) рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора.
В соответствии с п. 7 Договора, передача Продавцом квартиры и её принятие Покупателем осуществляется по подписываемому сторонами настоящего Договора передаточному акту.
В передаточном акте указано, что ФИО8 передала, а ФИО7 приняла квартиру, согласно договора купли-продажи квартиры от 12.11.2021 (т. 1 л.д. 17).
Переход права собственности на вышеназванную квартиру к ФИО7 зарегистрирован в ЕГРН 18.11.2021 (л.д. 51-54).
Суду были представлены расписки ФИО8 от 12.11.2021 в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 руб.
Со слов ФИО7 известно, что фактически было передано 1,5 млн. руб., так как ранее она давала в долг ФИО8 350000 руб. ФИО8 не отрицала, что брала в долг у ответчика 350000 руб. (т. 1 л.д. 126об, 129об).
ФИО8 в исковом заявлении утверждала, что ФИО7 пришла к ней домой и путем угроз и скандала вынудила написать в июне 2024 года две расписки, как ей помнится, на 350000 руб. и на 1350000 руб. Однако таких расписок суду не представлено.
Сторона истца поставила под сомнение подлинность расписки в получении денежных средств от 12.11.2021. Определением от 10.02.2025 по делу была назначена судебная комплексная почерковедческая и техническая экспертиза.
В заключении № 1015/4-2-25, 1016/2-2-25 от 16.07.2025 эксперты ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России пришли к следующим выводам:
Эксперт ФИО10 – по первому вопросу (В расписках от 12.11.2021 о получении ФИО8 от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 рублей (два экземпляра) – рукописная часть, а именно: дата «12.11.2021» в верхнем правом углу и подпись в нижней части после слов «ФИО8» выполнена самой ФИО8 или иным лицом?)
1. Рукописная запись: «12 11 2021» в верхней правой части в 2-х экземплярах расписок от имени ФИО8 о получении от ФИО7 денежных средств в размере 173 0000 рублей от 12.11.2021- выполнены ФИО8 под влиянием «сбивающих» факторов, обусловленных возрастными изменениями организма, отягощенных болезненным состоянием.
2. Подписи от имени ФИО8, расположенные:
- после слов: «ФИО8» в нижней части 2-х экземплярах расписок от имени ФИО8 о получении от ФИО7 денежных средств в размере 173 0000 рублей от 12.11.2021 - выполнены самой выполнены ФИО8 под влиянием «сбивающих» факторов, обусловленных возрастными изменениями организма, отягощенных болезненным состоянием.
Эксперт ФИО11 – по второму вопросу (Давность изготовления расписок от 12.11.2021 о получении ФИО8 от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 рублей (два экземпляра) соответствует ли дате «12.11.2021», указанной в этих расписках?)
Давность изготовления расписок о получении ФИО8 от ФИО7 денежных размере 1730000 рублей (два экземпляра) не соответствует указанной этих расписках дате «12.11.2021». Представленные на исследование документы были изготовлены не ранее марта 2023 года (т. 1 л.д. 148-193).
Ответчик ФИО7 не согласилась с заключением эксперта в части определения давности изготовления расписок, поскольку в феврале 2022 года она подавала заявление в налоговый орган на налоговый вычет, в том числе представляла и эту расписку.
По запросу суда из МИФНС России №16 по Воронежской области поступили копии документов, предоставленных ФИО7 для получения имущественного налогового вычета в связи с приобретением квартиры, расположенной по адресу: <...>, в том числе расписка ФИО8 о получении денежных средств от 12.11.2021 (т. 1 л.д. 198-225). Из содержания налоговой декларации следует, что декларация и подтверждающие документы представлены в налоговый орган 21.02.2022.
Определением от 27.08.2025 по делу была назначена судебная комплексная почерковедческая и техническая экспертиза.
В заключении № 4430/4-2-25, 4431/2-2-25 от 30.09.2025 эксперты ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России пришли к следующим выводам:
Эксперт ФИО12 – по первому вопросу (Выполнены ли подписи и даты составления в копиях расписок от 12.11.2021 (т. 1 л.д. 215, 225) ФИО8?)
Записи «12 11 2021», изображения которых находятся в копиях:
расписки от 12.11.2021 от имени ФИО8 в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 рублей в верхней правой части (т.1, л.д.215),
расписки от 12.11.2021 от имени ФИО8 в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 рублей в верхней правой части (т.1, л.д.225),
выполнены ФИО8 под действием «сбивающих» факторов, обусловленных возрастными изменениями организма, отягощенных болезненным состоянием.
2. Подписи от имени ФИО8, изображение которых находятся в копиях:
расписки от 12.11.2021 от имени ФИО8 в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 рублей после слов: «ФИО8» (т.1, л.д.215),
расписки от 12.11.2021 от имени ФИО8 в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1730000 рублей после слов: «ФИО8» (т.1, л.д.225),
выполнены самой ФИО8 под действием «сбивающих» факторов, обусловленных возрастными изменениями организма, отягощенных болезненным состоянием.
Эксперт ФИО13 – по второму вопросу (Выполнены ли копии расписок от 12.11.2021 (т. 1 л.д. 215, 225) с подлинников этих расписок, имеющихся в деле (без учета произведенных экспертами оттисков и вырезов)?)
Копия расписки от имени ФИО8, в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1 730 000 рублей, датированная 12.11.2021, расположенная в т.1 на л.д.215, изготовлена с одного из представленных на экспертизу экземпляров расписки, условно обозначен экспертом как «экземпляр №2». Копирование производилось до производства микровырезок в оригинале документа.
Копия расписки от имени ФИО8, в получении от ФИО7 денежных средств в размере 1 730 000 рублей, датированная 12.11.2021, расположенная в т.1 на л.д.225, изготовлена с одного из представленных на экспертизу экземпляров расписки, условно обозначен экспертом как «экземпляр №1». Копирование производилось до производства микровырезок в оригинале документа (т. 2 л.д. 35-51).
Заключение экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России ФИО12 и ФИО13 содержит описание проведенного исследования с указанием примененной методики и использованной литературы. В Приложении № 3 наглядно приведены совпадающие и различающиеся частные признаки почерка и подписей. Установлено, что совпадающие признаки устойчивы, существенны по своему значению и образуют индивидуальную совокупность, достаточную для вывода о выполнении исследуемых подписей самой ФИО8 Выявленные различающиеся признаки на сделанный категорический положительный вывод не влияют, так как согласно экспериментальным данным относятся к неустойчивым в почерках лиц старческого возраста и их появление связано с действием «сбивающих» факторов. Данное заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", не допускает неоднозначного толкования, а потому оценивается судом в качестве достоверного и допустимого доказательства.
Эксперт ФИО11, допрошенная в судебном заседании 22.10.2025, пояснила, что выполняла по этому гражданскому делу экспертизу относительно давности расписок, и пришла к выводу, что документы изготовлены не ранее марта 2023 года. Эксперту не была сообщена информация о том, что документы ранее фигурировали в налоговой инспекции. Если бы был документ, который представлялся ранее, был бы более длительный период старения. С учетом открывшихся обстоятельств она не подтверждает вывод о дате изготовления документа. С учетом неполной информации в расчете получилась ошибка (т. 2 л.д. 138об-139).
Таким образом, доводы истца о том, что расписки были написаны в июне 2024 года под влиянием угроз со стороны ФИО7, своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.
Кроме того, даже отсутствие расписок ФИО8 от 12.11.2021 не могло бы свидетельствовать о том, что деньги по договору не передавались, поскольку сами стороны сделки в п. 3 договора купли-продажи квартиры определили, что расчет произведен полностью до подписания договора (к примеру, определение Верховного Суда РФ от 29.01.2019 N 4-КГ18-93).
Из показаний свидетеля ФИО2., допрошенной судом 10.02.2025, известно, что стороны по делу ей знакомы с 2016 года, она участвовала в судебных спорах между Олегом (сыном истца) и его бывшей женой, которые длились около пяти лет. Татьяну, ответчика по делу, ФИО8 всегда считала своим помощником, она делала на нее завещание. Потом ФИО8 сказала о том, что она хочет продать Татьяне квартиру, свидетель спросила, что надо от неё. В итоге свидетель составила договор и предложила пойти к своим знакомым, к которым ходит с другими клиентами. Подъехали они не вместе, подписали договор и сдали. Территориально подписывали договор на ул. Варейкиса, там сидит оператор МФЦ, и там можно записаться заранее на сделку (т. 1 л.д. 133-134).
Из показаний свидетеля ФИО3., допрошенного судом 27.11.2025, известно, что ФИО8 – это его родная тетя. ФИО7 он знает, первый раз он ее увидел в январе 2019 года на похоронах мужа тети. После того, как тетя заболела <данные изъяты> в 2022-2023 году, ему надо было взять ключи от гаража, чтобы там взять ходунки, но ключи от гаража оказались у ФИО14 Тетя ему дала номер телефона Татьяны, чтобы он взял у нее ключи от гаража. Он позвонил, и они договорились о встрече. Как возвращал ключи от гаража, не помнит. Возможно, он брал ключи от квартиры, а не от гаража. В квартире надо было взять личные вещи. Свидетель пояснил, что после смерти сына тетя была в подавленном состоянии, но она не была намерена продавать квартиру, тетя намерена была проживать в квартире. После смерти Олега тетя продолжила делать ремонт, поменяла оконные блоки. Точную дату замены окон сказать не смог. После <данные изъяты> тети в квартире был сделан ремонт в ванной комнате, ванна была переделана на душевую кабину. Это делал знакомый Олега, его звали Станислав. Все ремонтные работы тетя делала для себя. Она привлекала знакомых, родственников, которые помогали. У тети это единственное жилье. Никакого другого жилья не было. Свидетель, когда пришел к ней после <данные изъяты>, предлагал ей переехать в Россошь. Он думал приобрести ей жилье в Россоши за счет продажи её квартиры в г. Воронеже. Не было никогда разговора о том, что квартира в г.Воронеже не принадлежит ей. Тетя хотела восстановить свое здоровье, поэтому и не поехала. Вся мебель осталась в квартире со времен молодости тети. Никакой новой мебели и чужих вещей свидетель не видел. Доступ в квартиру у Татьяны был. Свидетель спрашивал у тети, на каком основании у Татьяны есть доступ в квартиру, но она сказала, что она ей доверяет. Когда тетя была в больнице, свидетель хотел забрать документы, но их не оказалось. Тетя сказала, что, наверное, документы у Татьяны. Татьяна посещала тетю в больнице. После смерти Олега тетя продолжила работать, мысли бросить работу у нее не было. Потеря сына для нее была тяжелым ударом, она говорила, что находясь на работе, ей легче (т. 2 л.д.216об-218об).
Из показаний свидетеля ФИО4., допрошенного судом 04.12.2025, известно, что Татьяну Анатольевну он знаю с 2019 года, она является воспитателем в детском саду, куда ходила его дочь. Валентину Николаевну он узнал, когда устанавливал окна, это было в конце декабря 2021 года. Татьяна Анатольевна обратилась к нему с просьбой о замене окон. Окна устанавливались во всей квартире. Окно на кухне, окно в комнате и балконный блок, и окно еще в одной комнате. Татьяна Анатольевна в 2022 году попросила установить балкон и сделать его отделку. В середине апреля 2022 года свидетель приходил, замерял, потом закупал материал, и потом в конце апреля - начале мая начал заниматься внутренней отделкой балкона. Обшивали изнутри пенопластом, утепляли панелями МДФ. Материал он покупал в разных магазинах. Татьяна Анатольевна просила, чтобы балкон был в светлых тонах. Все финансовые вопросы свидетель обсуждал с Татьяной Анатольевной. Оплату она производила. Татьяна Анатольевна давала свидетелю ключи. Когда делали балкон, в квартире никого не было. Свидетель думал, что Татьяна Анатольевна и Валентина Николаевна – родственники, так как отношения у них были замечательные. Свидетель весной 2022 года перевозил шкаф на квартиру, и там был папа Татьяны Анатольевны, и когда я носил шкаф, папа ФИО7 разговаривал с Валентиной Николаевной. Шкаф был большой, еще были несколько пакетов. Шкаф собирал папа Татьяны Анатольевны. Свидетелю на обозрение предоставлялись чеки (копии на л.д. 179-182 т. 2), он подтвердил, что это те чеки, которые он передавал Татьяне Анатольевне. Есть почерк его на квитанциях. Он закупал материал, может подтвердить где, что куплено и сделано (т. 2 л.д. 219).
Из показаний свидетеля ФИО5., допрошенной судом 04.12.2025, известно, что с ФИО8 она знакома давно, вместе работали в АО «Холод». Татьяну Анатольевну свидетель видела три раза. Свидетелю известно, что в декабре 2021 года Валентина вставляла окна. Балкон был сделан после, наверное, в марте 2022 года. Свидетель занимала Валентине денежные средства три раза. Сначала занимала 50000 рублей на покупку квартиры на ул. Писателя Маршака, 60000 рублей давала на похороны Олега, и 50000 рублей на установку балкона. Валентина не говорила, что она продала квартиру. О том, что это произошло, свидетель узнала, когда пошли судебные дела. Свидетель знает, что Валентина нанимала человека Дмитрия Сергеевича, он делал без чеков. Окна устанавливали два человека. Установка окон была, когда были морозы. Свидетель была в квартире у Валентины, нового там ничего не видела. Свидетель пояснила, что в квартире на Маршака был сделан балкон, были вставлены окна, в спальне был сделан ремонт, в ванной комнате была установлена душевая кабина. В конце 2021 - начале 2022 года Валентина была в здравом уме, она работала. По мнению свидетеля, Валентина не могла забыть о том, что она продала квартиру. Странностей в ее поведении не было (т. 2 л.д. 220).
Из показаний свидетеля ФИО6., допрошенного судом 04.12.2025, известно, что ФИО8 он знает они раньше проживали в одном доме по <адрес>. Это было в 1977 году. Потом Валентина с семьей переехала в квартиру на ул. <адрес>. Они дружили семьями, дети ходили в одну школу. ФИО7 свидетель видел. Когда Валентина купила квартиру по <адрес>, он начал видеть там Татьяну около 4-5 раз. Он с женой помогал делать Валентине ремонт, и Татьяна приходила и помогала деньгами, советами. Тогда еще был жив сын Валентины Олег, и Татьяна встречалась с ним. В 2022 году Валентина пришла в себя после смерти Олега, и свидетель с женой помогали клеить обои в спальне. На обои деньги давала Валентина. Из гаража они привозили линолеум, который потом отчищали, и постелили в спальне, на кухне, в коридоре, чтобы хоть как-то выровнять пол. Обои клеили, когда еще было холодно, в квартире были горячие батареи, это, наверное, был февраль-март 2022 года. Окна были новые, балкон еще не был сделан. Потом, наверное, в конце апреля - начале мая 2022 года был сделан балкон. У свидетеля были ключи от квартиры Валентины Николаевны, он туда приезжал и делал столик на балконе. Валентина была в это время или на даче, или на работе. Валентина никогда не говорила, что она продала квартиру. Разговора на такие темы не было. Валентина все делала для себя. Деньги на обои давала Валентина. Валентина говорила, что на покупку квартиры на <адрес> у нее деньги были, но не хватало. Где она брала недостающую сумму, он не знает. Свидетель пояснил, что вся мебель у Валентины старая, с предыдущих квартир. Была стенка, хрусталь. Диван на новую квартиру они отдавали. Шкаф стоит тоже старых времен. Шкаф стоит в спальне. Этого шкафа в квартире на <адрес> не было. Валентина говорила, что шкаф привезла Татьяна, чтобы не выкидывать. Валентина всегда была в здравом разуме. Валентина не могла забыть, что она продала квартиру. Со слов свидетеля, получалось, что когда не было Валентины, они пересекались в квартире с Татьяной. Он что-то делал в квартире, и приходила Татьяна. У Татьяны были свои ключи от квартиры. Он думал, что Татьяна помогает Валентине, поддерживает (т. 2 л.д. 221).
Из искового заявления и пояснений сторон известно, что отношения между ФИО8 и ФИО7 были хорошими, ответчик заботилась об истце, помогала ей во всем, ухаживала после <данные изъяты>.
Из материалов дела известно, что 25.04.2020 (т.е. еще при жизни сына) ФИО8 завещала все свое имущество ФИО7 Завещание было удостоверено нотариусом нотариального округа г.о.г. Воронеж ФИО15, зарегистрировано в реестре за № (т. 1 л.д. 78). Указанное завещание было отменено 21.11.2024 в период нахождения дела в суде (т. 1 л.д. 93)
08.04.2023 ФИО8 выдала ответчику доверенность, в которой уполномочила ФИО7 управлять и распоряжаться всем ее имуществом, представлять интересы у нотариуса, оформлять и получать причитающиеся денежные выплаты, быть представителем в органах государственной власти и местного самоуправления и т.д. Доверенность удостоверена временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО16 – ФИО17, зарегистрировано в реестре № (т. 1 л.д. 72-77). Доверенность отменена 18.07.2024 (т. 1 л.д. 22).
Сам по себе факт того, что истец продолжила проживать в спорной квартире, не подтверждает мнимость сделки, поскольку собственник в силу предоставления ему законом полномочий, вправе предоставить принадлежащее ему жилое помещение для проживания иных лиц (к примеру, определение Верховного Суда РФ от 29.01.2019 N 4-КГ18-93), факт проживания истца в спорном жилом помещении, несение ею расходов по оплате коммунальных услуг также не является бесспорным доказательством мнимости оспариваемой сделки, поскольку, учитывая близкие отношения истца и ответчика, сохранявшиеся до лета 2024 года, при переходе к ответчику права собственности на квартиру, не исключается возможность по согласованию указанных лиц проживание истца в данном помещении и, как следствие, оплата предоставленных коммунальных услуг (к примеру, определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 06.06.2024 N 88-16952/2024).
Кроме того, являются обоснованными доводы представителя ответчика, что сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (определения Верховного Суда РФ от 16.07.2020 N 306-ЭС19-2986(7,8), от 28.09.2021 N 30-КГ21-2-К5, 13.10.2020 N 49-КГ20-15-К6).
При этом в ходе рассмотрения дела установлено, что в спорной квартире есть вещи ФИО7, о чем известно также и со слов истца (ковер на пол, ковер на стенку, шкаф, пылесос, соковыжималка, тапочки); у Татьяны есть ключи от квартиры; истец спрашивала у Тани разрешения для того, чтобы поставить окна, Таня разрешила заменить окна (т. 1 л.д. 128об). ФИО7 воспользовалась правом на налоговый вычет после приобретения квартиры (т. 1 л.д. 197-225, т. 2 л.д. 167-168), ежегодно оплачивает налог на имущество (т. 2 л.д. 169-171), заменила счетчик в квартире (т. 2 л.д. 172).
Оценивая реальность намерений ФИО7 на совершение оспариваемого договора купли-продажи от 12.11.2021, учитывая, что ФИО8, будучи законным владельцем спорной квартиры, в соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ распорядилась принадлежащим ей имуществом и произвела его отчуждение в пользу ФИО7 по указанному договору, который сторонами исполнен, у суда не имеется оснований полагать, что участники оспариваемой сделки при ее заключении стремились к достижению иного правового результата; условия, которые могли бы ввести стороны в заблуждение относительно характера и последствий сделки, в оспариваемом договоре отсутствуют.
Заключая оспариваемый договор купли-продажи, стороны сделки достигли соответствующего договору правового результата, факт передачи и принятия недвижимости подтверждается передаточным актом от 12.11.2021, заявление на переход права собственности ФИО8 подписала лично, такой переход права собственности к ФИО7 зарегистрирован в ЕГРН 18.11.2021, что является свидетельством того, что стороны не только имели намерение создать соответствующие заключенной сделке правовые последствия, но и совершили для этого необходимые действия.
При таких обстоятельствах подлежит оставлению без удовлетворения требование ФИО8 к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры <адрес> от 12.11.2021, и взаимосвязанное с ним требование возврате указанной квартиры в собственность истца, а равно требование о взыскании судебных расходов, поскольку по смыслу ст. 98 ГПК РФ судебные расходы возмещаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО8 к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры <адрес> от 12 ноября 2021 года, возврате указанной квартиры в собственность истца, взыскании судебных расходов – оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Воронежский областной суд через Советский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья: В.А. Косенко
В окончательной форме решение изготовлено 26 декабря 2025 года