Решение по делу № 2А-333/2023 от 15.02.2023

74RS0006-01-2022-007407-56

Дело № 2а-333/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 февраля 2023 года г. Челябинск

Калининский районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего Саламатиной А.Г.,

при секретаре судебного заседания Куликовой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области (далее - СИЗО-3) о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении в размере 50 000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что (дата) был этапирован из ФКУ СИЗО-3, помещен в 4-х местную камеру №, без постельных принадлежностей, столовых приборов, при нахождении в камере от 8 до 13 человек. Считает, что Администрация учреждения нарушила его права на непрерывный восьмичасовой сон, поскольку мест для сна не имелось и спали все по очереди, а также на получение трехразового питания из-за отсутствия столовых приборов. Указал, что в своем ответе начальник ГУФСИН России по Челябинской области ФИО9 от (дата) № подтвердил, что на период времени с 13 февраля по (дата) нормы санитарной площади в камерах ФКУ СИЗО-3 были нарушены, при этом невыдача постельных принадлежностей и постельного белья со столовыми приборами не подтвердилась в связи с наличием подписи истца, указал, что он нигде не расписывался.

Определениями суда к участию в деле в качестве административного ответчика привлечены ФСИН России; в качестве заинтересованных лиц ГУФСИН России по Челябинской области, Прокуратура Челябинской области.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании, проведенном посредством видео конференц связи, поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель административного ответчика ФСИН России, заинтересованного лица ГУФСИН России по Челябинской области ФИО2, действующая на основании доверенности, представившая диплом о высшем юридическом образовании, в судебном заседании просила в иске отказать, по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области ФИО3, действующая на основании доверенности, представившая диплом о высшем юридическом образовании, в судебном заседании просила в иске отказать, по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Представитель заинтересованного лица Прокуратуры Челябинской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещены, причина неявки неизвестна.

Сведения о дате, времени и месте судебного разбирательства доведены до всеобщего сведения путём размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу: http://www.kalin.chel.sudrf.ru.

Суд в силу ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения административного истца, представителей административных ответчиков, заинтересованных лиц, исследовав материалы дела, суд считает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года, ст. ст. 2, 17, 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норма международного права и международных договоров Российской Федерации», к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания; унижающим достоинство признается обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с частью 1 статьи 218, частью 2 статьи 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (части 9 и 11 статьи 226, статья 62 КАС РФ).

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан.

Положениями ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований: 1) раздельно содержатся: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы; подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу; 2) отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся: подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества; подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества; подозреваемые и обвиняемые при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к смертной казни; лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации; по решению администрации места содержания под стражей либо по письменному решению лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, подозреваемые и обвиняемые, жизни и здоровью которых угрожает опасность со стороны других подозреваемых и обвиняемых; больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

В судебном заседании было установлено, что согласно справке по личному делу ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области с (дата) по (дата), а именно прибыл в ФКУ СИЗО-З (дата) из ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области, следуя транзитом в учреждение УИС Свердловской области.

В период с (дата) по (дата) ФИО1 содержался в камере № ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, площадью 19,3 квадратных метров, а именно:

(дата) в камере № содержалось 10 человек;

(дата) в камере № содержалось 4 человека;

(дата) в камере № содержалось 7 человек;

(дата) в камере № содержалось 6 человек;

(дата) в камере № содержалось 5 человек;

(дата) в камере № содержалось 4 человека;

(дата) в камере № содержалось 5 человек;

(дата) в камере № содержалось 4 человека.

Согласно письму начальника ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области от (дата) в ФКУ СИЗО-3 в (дата) имело место незначительное уплотнение спецконтингента в режимных помещениях, при этом камеры были обеспечены дополнительными спальными местами – раскладушками, что также подтверждает письмо главного бухгалтера ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области о том, что на балансе учреждения числятся кровати полевые раскладные в количестве 40 шт. и кровати раскладные усиленные «П-У» в количестве 50 шт.

Распределение дополнительных спальных мест по камерам производится по мере необходимости. Подтвердить факт обеспечения истца индивидуальным спальным местом, а также выдачи на период сна лицам, содержащимся совместно с истцом в камере, раскладушек не представляется возможным, по причине того, что законом не предусмотрено ведение соответствующего учета.

Нарушение санитарной нормы жилой площади, происходит по независящим от администрации учреждения причинам.

В целях снижения численности лиц, содержащихся в СИЗО-З при образовавшимся переполнении, администрацией проводится комплекс мероприятий, включающий информирование судей, следственных органов, органов прокуратуры о количестве подозреваемых, обвиняемых и осужденных, находящихся в СИЗО; перезакрепление административно-территориальных единиц из которых доставляются лица, заключенные под стражу; направление осужденных из СИЗО -3 в СИЗО имеющие свободные места.

По мнению Конституционного суда Российской Федерации, сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе либо их перевода в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве, не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в законную силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положения лица как осужденного. «Такие лица сохраняют свой статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу и предусмотренными уголовно-исполнительным законодательством правами и обязанностями", — говорится в определении Конституционного суда Российской Федерации от 28 декабря 2020 г. № 50-П.

Согласно ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Таким образом, норма санитарной площади в расчете на 1 человека в камере №, где содержался истец с (дата) по (дата) на 0,07 м2 не соответствовала требованиям ст. 99 УИК РФ, что по мнению суда является не существенным нарушением условий содержания. Кроме того, в указанный период весь спец. контингент был обеспечен, при необходимости, дополнительными спальными местами - раскладушками.

Кроме того, такое размещение по мнению ответчика было обусловлено коронавирусной ситуацией, разделением режимного корпуса на различные зоны заражения болезнью спец. контингента и контактировавших с больными. В результате принятых мер удалось избежать массового заболевания, в том числе истца.

Все камеры в период содержания истца были оснащены оборудованием в соответствии с требованиями Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденных Приказом Минюста РФ от дата №, п. 40 - 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от дата № (далее - Правила) и требованиями раздела 4 приложения № к Приказу ФСИН России от дата № «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» и иными нормативными правовыми актами, действовавшими в период содержания истца в СИЗО-3.

Ссылка административного истца на письмо начальника ГУФСИН России по Челябинской области ФИО10 от (дата) № о том, что на период времени с (дата) по (дата) нормы санитарной площади в камерах ФКУ СИЗО-3 были нарушены, судом не принимается, поскольку согласно ответу начальника ГУФСИН России по Челябинской области ФИО11 на запрос суда, факт нарушения в части предоставления норм санитарной площади в камере СИЗО был выявлен, по выявленному нарушению была проведена проверка, дежурному помощнику начальника следственного изолятора ФКУ СИЗО-3 ФИО4 объявлен устный выговор за нарушение ст.23 ФЗ от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», со ссылкой на то, что данное нарушение было допущено ввиду объективных причин, в связи с прибытием спецконтингента следующего транзитом в ФКУ СИЗО-3 России по Челябинской области и превышении установленного лимита спецконтингента содержащегося в учреждении.

Также ФИО1 обращался с жалобой в ГУФСИН России по Челябинской области, (дата) дан ответ, согласно которому обращение признано необоснованным.

В период нахождения административного истца в указанные периоды в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, согласно представленным суду камерным карточкам, административный истец был обеспечен индивидуальным спальным местом, постельными принадлежностями (матрасом, подушкой), постельным бельем (двумя простынями, наволочкой), столовой посудой (чашкой, кружкой, ложкой).

Разрешая настоящий спор, суд, руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив по правилам ст. 84 КАС РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, принимая во внимание то, что требования административного истца о присуждении ему компенсации за нарушение условий содержания под стражей фактически основаны на его утверждении о незаконности действий сотрудников ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области по содержанию истца в ненадлежащих условиях, не находит законных оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований.

Относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств противоправности действий (бездействий) сотрудников СИЗО-3, нарушений установленных условий содержания в целях установления права административного истца на компенсацию суду в ходе судебного разбирательства не представлено.

Согласно представленным административным ответчиком справкам камера, в которой содержался истец, была оборудована необходимыми принадлежностями по количеству лиц, содержащихся в камере, истец был обеспечен индивидуальным спальным местом, постельным бельем, столовыми приборами.

Учитывая, что несоблюдение предусмотренной ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» нормы санитарной площади имело место непродолжительное время, было продиктовано прежде всего необходимостью обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, отличается от установленной Федеральным законом Российской Федерации нормы санитарной площади на небольшое значение, нельзя рассматривать как бесчеловечные и унижающие достоинство личности условия содержания, не свидетельствует о нарушении прав административного истца, доказательств обратного последним суду не представлено.

При указанных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах, суд приходит к выводу о том, что поскольку право на компенсацию морального вреда возникает при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие истцу нематериальные блага, и только в случаях, прямо предусмотренных законом, при отсутствии доказательств нарушения условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО № 3 ГУФСИН России по Челябинской области, в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

Как разъяснено в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная *** и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл.59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В силу указанных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред подлежит компенсации, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага.

При отсутствии доказательств достоверно подтверждающих как сам факт причинения истцу морального вреда действиями ответчика, так и доказательств, подтверждающих степень причиненных ответчиком нравственных страданий, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, суд не находит.

Принимая во внимание то, что в ходе рассмотрения дела доказательств, подтверждающих причинение истцу физических и нравственных страданий действиями государственных органов, их должностных лиц, которые нарушили бы личные неимущественные права ФИО1 представлено не было, с учетом того, что ФИО1 причинялись лишь те ограничения и лишения, которые являются неизбежными при применении мер, связанных с лишением свободы, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных им исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении в размере 50 000 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Челябинского областного суда через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий А.Г.Саламатина

Мотивированное решение изготовлено 27 февраля 2023 г.