Судья 1-й инстанции Соколова О.Р. дело № 22-2285/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 июля 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе председательствующего Кулагина А.В.,

судей Першина В.И., Сергеевой Г.Р.,

при секретаре Бронниковой А.А.,

с участием прокурора Власовой Е.И.,

осужденного ФИО1, путем использования систем видео-конференцсвязи, его защитников - адвокатов Следниковой Н.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Блажковой А.А. и апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Следниковой Н.С. на приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 13 марта 2023 года, которым

ФИО1, родившийся (данные изъяты), судимый:

- Дата изъята по приговору Ангарского городского суда Иркутской области по п. «а» ч.2 ст.166 (7 преступлений), п. «а» ч.2 ст.158 (2 преступления), п.п. «а, в» ч.2 ст.158 (3 преступления) УК РФ, с применением ст.73 УК РФ, к 2 годам 10 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Снят с учета в уголовно-исполнительной инспекции по истечении испытательного срока Дата изъята ;

- Дата изъята по приговору Ангарского городского суда Иркутской области по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 166, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ, к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года

осужден по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговорам Ангарского городского суда Иркутской области от Дата изъята и от Дата изъята .

В соответствии со ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по настоящему приговору, частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Ангарского городского суда Иркутской области от Дата изъята в виде 6 месяцев лишения свободы и по приговору Ангарского городского суда Иркутской области от Дата изъята в виде 6 месяцев лишения свободы, назначено окончательное наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В срок наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей по настоящему приговору с Дата изъята до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима.

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.

По докладу судьи Кулагина А.В., заслушав выступления осужденного ФИО1, адвоката Следниковой Н.С., поддержавших доводы жалоб и просивших об отмене приговора суда, прокурора Власовой Е.И., полагавшую постановленный приговор оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за совершение грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении несовершеннолетнего Б.А.И.

Преступление совершено в период с 22 часов 00 минут Дата изъята по 00 часов 22 минуты Дата изъята в <адрес изъят> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Блажкова А.А. считает, что вина ФИО1 не установлена и не доказана. Приводит показания ФИО1, данные на стадии предварительного расследования, согласно которым потерпевший Б.А.И. добровольно передал свой телефон ФИО1, который в свою очередь передал его Н.Д,Е. на время, так как пошел в туалет, когда он вышел из туалета, то не увидел Н.Д,Е. с телефоном. У ФИО1 не было намерений похищать телефон Б.А.И.

Указанные показания подтверждаются показаниями свидетелей, однако суд отнесся к ним критически.

Также в порядке ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия стороны защиты были оглашены показания свидетеля Ф.А.В. Не согласившись с показаниями данного свидетеля ФИО1 настаивал на её вызове в суд и допросе, однако суд не принял надлежащих мер к её приводу, ограничившись только двумя принудительными приводами. В связи с чем полагает, что данные показания не могут быть доказательством. Судом не были приняты во внимание положения ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ.

В обоснование доводов приводит Определение Конституционного Суда РФ от 10 октября 2017 года № 2202-О

Отмечает, что свидетели Д.М.А., М.Р.А., Н.Д,Е., К.А.Ш., Ф.Н.М. не подтвердили, что ФИО1 угрожал Б, замахнулся на него локтем, забрал у него телефон и распорядился им.

Кроме того, потерпевший Б.А.И. страдает заболеванием мозга и находился в состоянии алкогольного опьянения, что не исключает его необъективного восприятие события.

Приводит положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О Судебном приговоре», ст. 14 УПК РФ.

Полагает, что при вынесении решения суд принял сторону обвинения. Приводит положения п.п. 1,2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ.

Также следователь использовал по делу копии протоколов допроса потерпевшего М.Р.А., свидетелей Ф.Н.М., И.П.С., Д.М.А., Б.О.М. не признав их при этом доказательствами, не приобщив к материалам дела, что не было учтено судом.

Приводит положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре», ст. 14 УПК РФ.

Просит отменить обвинительный приговор в отношении ФИО1 и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Следникова Н.С. полагает, что приговор суда является незаконным и необоснованным.

Считает, что на стадии возбуждения уголовного дела были допущены существенные нарушения требований УПК РФ, нарушения прав и законных интересов осужденного ФИО1, которые невозможно устранить в суде, в связи с чем обвинительное заключение было составлено с нарушением требований УПК РФ.

Указывает, что следователем СО по г. Ангарску СУ СК России по Иркутской области У.И.А. в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело на основании рапорта и материалов проверки из уголовного дела № и на основании постановления о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела от Дата изъята , которое не соответствует требованиям УПК РФ и является незаконным.

Считает, что приговор не соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ, ст. 297 УПК РФ, ч. 1 ст. 307 УПК РФ.

Также полагает, что следователем были грубо нарушены требования уголовно-процессуального закона выразившиеся в использовании копии протоколов допроса потерпевшего М.Р.А., свидетелей Ф.Н.М., И.П.С., Д.М.А., Б.О.М. из другого уголовного дела, не признав их при этом доказательствами и не приобщив к материалам данного уголовного дела. Вместе с тем в нарушение положений п. 5 ч.1 ст. 220 УПК РФ следователем в обвинительном заключении указанные документы были приведены в качестве доказательств, чем было нарушено право ФИО1 на защиту от предъявленного обвинения.

Отмечает, что судом в описательно-мотивировочной части приговора указан вывод о наличии в действиях осужденного квалифицирующего признака грабежа - с целью изъятия имущества потерпевшего Б.А.И. угрожал последнему нанесением ударов по голове, замахиваясь на него, то есть угрожал применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. Однако каких-либо данных свидетельствующих о применении осужденным угрозы насилия с целью завладения сотовым телефоном либо удержанием судом установлено не было. Данные противоречия свидетельствуют о незаконности судебного решения и ставят под сомнение соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В ходе судебного заседания ФИО1 вину не признал, пояснив, что умысла похитить телефон Б.А.И. и распорядиться им у него не было, в сторону Б.А.И. он не замахивался, угроз не высказывал. Вместе с тем, судом данные показания были расценены как недостоверные, так как они противоречат показаниям потерпевшего Б.А.И. и свидетеля Ф.А.В. Однако показания потерпевшего, по мнению стороны защиты, не вызывают доверия, так как противоречат стабильным показаниям свидетеля Б.О.Р.

Суд без достаточных оснований и с нарушением уголовно-процессуального закона использовал оглашенные в судебном заседании показания свидетеля Ф.А.В. Со ссылкой на п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ указывает, что судом не принято исчерпывающих мер для установления места нахождения данного свидетеля. Судом также не принято во внимание, что согласно ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний свидетелей, не явившихся в судебное заседание, возможно лишь при условии предоставления подсудимому возможности оспорить эти доказательства. Приводит положения Определения Конституционного Суда РФ от 10 октября 2017 года № 2252-О.

Также суд в приговоре сослался на показания свидетеля М.Р.А., данные им в суде и в ходе предварительного следствия, однако они изложены не точно и противоречат протоколу судебного заседания.

Кроме того, не смотря на возражения стороны защиты об оглашении копий протокола допроса потерпевшего М.Р.А., свидетелей Ф.Н.М., И.П.С., Д.М.А., Б.О.Р. суд огласил данные документы и положил в основу недопустимые доказательства.

Просит отменить приговор суда и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционные жалобы помощник прокурора г. Ангарска Н.Е.В. полагает, что приговор является законным, обоснованным, отмене и изменению не подлежит, жалобы являются несостоятельными и удовлетворению не подлежат.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. Каждое доказательство оценено судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст. 88 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре в соответствии со ст. 307 УПК РФ.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия, которые могли бы повлечь признание судом какого-либо из доказательств недопустимым, допущено не было, уголовное дело возбуждено при наличии соответствующих на то повода и оснований надлежащим должностным лицом, порядок возбуждения уголовного дела, предусмотренный ст. 146 УПК РФ, соблюден, также отсутствуют основания полагать о нарушении уголовно-процессуального закона при выделении из уголовного дела материалов. Процессуальные документы, протоколы следственных действий составлены в порядке и в соответствии с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законом, содержат все необходимые сведения. Доказательства получены надлежащим должностным лицом компетентного органа либо при расследовании уголовного дела, либо при проведении доследственной проверки, что допускается уголовно-процессуальным законодатель0ством.

Общие условия судебного разбирательства судом первой инстанции соблюдены в полной мере.

ФИО1 был обеспечен надлежащей защитой с момента задержания.

В ходе судебного разбирательства дела в условиях состязательности сторонам созданы равные условия для осуществления ими своих функций, судом были приняты и исследованы все доказательства, представленные сторонами. Каких-либо данных об обвинительном уклоне, нарушении общих принципов судопроизводства, презумпции невиновности, суду апелляционной инстанции не представлено, и таких нарушений судебной коллегией не установлено.

Фактические обстоятельства преступления установлены верно, а данная судом оценка доказательств в их совокупности, в том числе показаниям осужденного, потерпевшего и свидетелей, не противоречит материалам дела, и оснований для признания этой оценки неправильной не имеется. Все выводы суда основаны на материалах дела, законе, надлежащим образом мотивированы и обоснованны.

В судебном заседании ФИО1 отказался давать показания, в связи с чем обоснованно были оглашены его показания, данные на предварительном следствии, согласно которым телефон он взял из рук Б.А.И. в тот момент, когда кто-то замахнулся на потерпевшего и для того, чтобы помочь найти тому деньги для компенсации причиненного Ф.А.В. оскорбления. Однако телефон он передал Н.Д,Е..

Суду ФИО1 показал, что не собирался причинять вред Б.А.И. и его активная жестикуляция в разговоре могла быть расценена потерпевшим как замах для удара. Б.А.И. сам протянул ему телефон, и он взял его. Никакого имущества он у Б.А.И. не требовал, предложил только найти и заплатить компенсацию за обиду, нанесенную Ф.А.В., чтобы потерпевшего не обидели.

Показания ФИО1 и доводы апелляционных жалоб об отсутствии признаков грабежа опровергнуты показаниями потерпевшего Б.А.И. и свидетеля, очевидца событий, М.Р.А.

Так, согласно показаниям потерпевшего Б.А.И., телефон он не передавал ФИО1, тот замахнулся как для удара и выхватил у него из рук телефон. Он не мог сопротивляться, т.к. боялся удара по голове. Кроме того, он был окружен компанией друзей ФИО1, которые требовали, чтобы он передал им 5000 рублей или телефон в компенсацию причиненной Ф.А.В. обиды.

Вопреки доводам апелляционных жалоб адвокатов, как при первоначальном допросе, так и при последующих допросах потерпевший Б.А.И. последовательно сообщал об обстоятельствах хищения телефона.

Не доверять показаниям потерпевшего Б.А.И. об открытом характере действий ФИО1, связанных с угрозой применения насилия и хищением телефона, а также об осознании им происходящих событий по открытому хищению ее имущества, у суда оснований не имелось.

В ходе судебного заседания установлено, что у потерпевшего имеется киста головного мозга и он находился в состоянии опьянения, вместе с тем данное обстоятельство не свидетельствует о том, что потерпевший Б.А.И. не мог воспринимать какие-либо обстоятельства и воспроизвести их. У суда не имелось ни правовых ни фактических оснований расценивать показания потерпевшего как надуманные и ложные воспоминания. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Указанные стороной защиты недостатки протоколирования хода допроса потерпевшего Б.А.И. в судебном заседании не умаляют доказательственного значения его показаний, поскольку не касаются тех обстоятельств, которые подлежат доказыванию в судебном заседании и могли быть устранены принесением замечаний на протокол, чем сторона защиты не воспользовалась.

Потерпевшая Б.Н.Б., давая показания подтвердила, что Дата изъята ее сын находился в гостях у своего друга М.Р.А. в общежитии. около 23.00 часов сын позвонил ей и попросил дать ему 5000 рублей, пояснив, что сломал что-то и должен возместить ущерб. Позже он звонила ему, но телефон был недоступен. Затем она узнала, что телефон у него похитили.

Свидетель М.Р.А. в суде и на следствии показывал, что Дата изъята ФИО1, который находился в компании своих друзей, забрал телефон у Б, вырвав его из рук последнего и замахнувшись на того как для нанесения удара.

Вопреки доводам апелляционной жалобы и доводам защиты, судом первой инстанции обоснованно принято решение об оглашении показаний М.Р.А. в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными в суде и на следствии, что, в силу ч. 3 ст. 281 УПК РФ, не требует согласия сторон.

Доводы стороны защиты о необоснованном использовании в приговоре показаний М.Р.А. в связи с тем, что у него не отобрана подписка о предупреждении об ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ являются несостоятельными, поскольку предупреждение председательствующим судьей свидетелей об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, что отражено в протоколе судебного заседания, отвечает требованиям ст. 11 УПК РФ, в соответствии с которой суд обязан разъяснить участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав, а также требованиям ч. 2 ст. 278 УПК РФ, и не может быть расценено как оказавшее влияние на содержание его показаний в судебном заседании.

Отсутствие подписки свидетеля о разъяснении ему прав, обязанностей и предупреждении об ответственности не свидетельствует о недостоверности его показаний или об их недопустимости.

Свидетель Б.О.Р. суду показала, что ФИО1 не забирал у потерпевшего телефон, как и не требовал передать его. Он попросил телефон и Б и тот его передал подсудимому.

На предварительном следствии Б.О.Р. показывала, что телефон потерпевший передал ФИО1 по требованию последнего. (т. 1 л.д. 94-97)

Б.О.Р. пояснила, что оговорила ФИО1 по просьбе Д.М.А..

Показания свидетеля Б.О.Р. о том, что потерпевший Б.А.И. добровольно передал сотовый телефон ФИО1 и насилие к потерпевшему подсудимый не применял, суд первой инстанции обоснованно признал недостоверными, опровергнутыми собранными по делу доказательствами.

Свидетель Д.М.А. в суде и на следствии показал, что принимал участие в разговоре с Б Дата изъята . Вечером того же дня ФИО1 передал ему сотовый телефон «Самсунг А6+» для продажи, который он в дальнейшем передал Б.Д.Ю.. Требований к Б.Л. оговорить ФИО1 он не выдвигал.

Свидетель Б.Д.Ю, подтвердил, что сдавал в комиссионный магазин телефон «Самсунг А6+» по просьбе Д.М.А..

Свидетель Я.Ю.Н. в судебном заседании подтвердила факт передачи сотового телефона «Самсунг А6+» в комиссионный магазин свидетелем Б.Д.Ю,

Свидетели К.А.Ш., Н.Д,Е., Ф.Н.М. и И.П.С. подтвердили, что ФИО1 изъята приходил в общежитие и разговаривал с Б.

Вопреки доводам защиты, показания свидетелей Ф.Н.М. и И.П.С. обоснованно приняты в качестве доказательств, поскольку были оглашены в судебном заседании с согласия защиты, и ни подсудимый, ни защитник не усомнились в их достоверности и не потребовали предоставить возможность их опровергнуть.

Судебная коллегия не усматривает противоречий между показаниями указанных свидетелей и подсудимого, которые могут явиться основанием для предоставления права на их оспаривание или, при отсутствии возможности реализации такого права – на признание доказательств недопустимыми.

Свидетели Д.М.А. и Б.О.Р. были допрошены в судебном заседании, их показания были оглашены в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 281 УПК РФ и, более того, с согласия стороны защиты.

Оснований усомниться в обоснованности принятого судом решения или в необходимости признать показания указанных свидетелей, данные ими на предварительном следствии и содержащиеся на л.д. 80-84 т. 1 и л.д. 94-97 т. 1 соответственно, не имеется.

Вопреки доводам защитников, выделение в отдельное производство материалов уголовного дела со ссылкой на ст. 154 УПК РФ, а не на ст. 155 УПК РФ судебная коллегия не может расценивает как обстоятельство, свидетельствующее о грубом и существенном нарушении требований процессуального законодательства, влекущем признание недопустимыми доказательств, полученных после принятия указанного решения или о незаконном ведении следствия.

Постановление о выделении материалов уголовного дела не может быть признано недопустимым, поскольку не является доказательством.

Оценивая показания потерпевшего и свидетелей, суд обоснованно пришел к выводу, что показания указанных лиц последовательны, согласуются между собой, объективно подтверждаются письменными материалами дела, признал их надлежащими доказательствами по делу, соответствующими принципу допустимости, а их совокупность - достаточной для принятия решения по делу, с чем соглашается и судебная коллегия.

Однако, как верно указано стороной защиты, суд неправомерно сослался в обоснование своих выводов на показания свидетеля Ф.А.В., поскольку согласно протоколу судебного заседания, она в ходе судебного разбирательства не допрашивалась и показания в качестве свидетеля на стадии предварительного следствия, в соответствии со ст. 281 УПК РФ оглашались хоть и при наличии согласия сторон, но в отсутствие предоставления обязательной возможности лично оспорить их подсудимым, который указал на их недостоверность.

Обстоятельств, которые свидетельствовали бы о наличии оснований для оговора осужденного потерпевшим и свидетелями, по делу не установлено.

Наряду с показаниями потерпевших и свидетелей суд обоснованно сослался на объективные доказательства вины осужденного – протоколы осмотров места происшествия и предметов, изъятых при их проведении и при производстве выемки.

Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного ФИО1, по делу отсутствуют. Потерпевший, свидетели М.Р.А., Д.М.А. и Б.Л. и другие допрошены в судебном заседании, у участников процесса была возможность задать потерпевшему и свидетелям вопросы, указанное право ими было реализовано.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, все собранные по делу доказательства, в том числе показания потерпевшего и свидетелей, исследованы судом всесторонне, полно и объективно, им дана надлежащая оценка, показания согласуются между собой по всем значимым обстоятельствам, а также с иными исследованными доказательствами.

Заявленное защитой отсутствие очевидцев всех этапов преступления, вопреки доводам жалобы, не повлекло отсутствие возможности устанавливать его обстоятельства иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Обстоятельства преступления, указанные потерпевшим Б.А.И. и свидетелем М.Р.А., имеют детальные совпадения по месту, времени, обстановке как между собой так и с показаниями свидетелей Б.О.Р., Д.М.А., Ф.Н.М. и других. В отдельности показания свидетелей детализируют события, указывая их восприятие с разных сторон, исходя из места наблюдения и возможностей получения ими информации.

Непризнание вины ФИО1 в связи с указанием на отсутствие умысла на открытое хищение чужого имущества, суд расценивает как способ защиты от обвинения, в т.ч. следующий из неверного толкования подсудимым диспозиции вменяемого ему преступления.

Судебная коллегия признает, что действия ФИО1 и обстановка в целом, сопровождающая его общение с потерпевшим, не могла не действовать угнетающе на последнего, подавляла его активное сопротивление, что логично сопровождает вывод суда о приведенной оценке действий потерпевшего и подсудимого.

Требование передать любое ценное имущество – деньги или телефон, свидетельствуют о направленности умысла, при этом манипуляции руками подсудимым с имитацией угрозы нанесения потерпевшему ударов, что последним воспринималось как угроза насилием, свидетельствует о направленности действий ФИО1 на подавление сопротивления, а завладение телефоном вопреки воли потерпевшего в указанной последним и не отрицаемой подсудимым обстановке свидетельствуют о хищении и его открытом характере.

Оценив каждое из приведенных в приговоре доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, как в отдельности, так и в совокупности, суд сделал правильный вывод о виновности ФИО1 в содеянном и правильно квалифицировал его действия по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

При назначении наказания судом в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Судом обоснованно признаны и в полной мере учтены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание: наличие малолетнего ребенка у виновного, его молодой возраст, неблагополучное состояние здоровья.

Оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих, суд первой инстанции не усмотрел. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Как верно установлено судом, исключительных обстоятельств либо существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, при наличии которых возможно применение положений ст. 64 УК РФ, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.

Судебная коллегия считает, что назначенное ФИО1 наказание, как по его виду, так и по размеру, соразмерно содеянному, является справедливым, соответствует целям исправления осужденных и предупреждения совершения им новых преступлений, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ, в связи с чем смягчению или снижению не подлежит.

Основания к невозможности применения правил ст. 73 УК РФ судом в приговоре приведены убедительно и обоснованно.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о применении ч. 5 ст. 74 УК РФ и назначении окончательного наказания по правилам ст. 70 УК РФ.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен судом верно в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Суду не представлено медицинских документов, свидетельствующих о невозможности отбывания наказания в виде реального лишения свободы в связи с состоянием здоровья ФИО1

Избранная мера пресечения в виде заключения под стражу является законной и обоснованной исходя из необходимости обеспечить исполнение приговора. Срок нахождения под стражей обоснованно засчитан в срок наказания по правилам ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Каких-либо новых обстоятельств, влияющих на вид и срок назначенного наказания, судебная коллегия не находит.

Вместе с тем, постановленный в отношении ФИО1 приговор подлежит изменению в связи с необоснованным приведением в приговоре показаний свидетеля Ф.А.В.

Между тем, исключение указанного доказательства из приговора не влияет на правильность выводов суда о виновности ФИО1 в совершении преступления и не свидетельствует о незаконности и необоснованности судебного решения в целом, поскольку имеется достаточная совокупность иных доказательств, которые соответствуют требованиям ст. ст. 87, 88 УПК РФ и оценены в приговоре с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а исключение из приговора данных доказательств не влечёт за собой смягчения наказания.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора в т.ч. по доводам жалобы, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.9, 389.13, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 13 марта 2023 года в отношении ФИО1 изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля Ф.А.В., в остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников-адвокатов Блажковой А.А., Следниковой Н.С. без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

В случае обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: А.В. Кулагин

Судьи: В.И. Першин

Г.Р. Сергеева