Судья Турлиу К.Н. Дело ***)

УИД ***

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 сентября 2023 года г.Барнаул

Судебная коллегия по административным делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Пасынковой О.М.,

судей Запаровой Я.Е., Скляр А.А.,

при секретаре Хабаровой Ю.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу административного ответчика отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Новоалтайску на решение Новоалтайского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ по административному делу по административному иску Г к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Новоалтайску, Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю, федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю» о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

Заслушав доклад судьи Запаровой Я.Е., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Г обратился в суд с административным иском к отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Новоалтайску (далее – ОМВД России по г.Новоалтайску) о признании незаконными присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей в размере 12 000 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал на то, что в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в нарушение статьи 13 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании подозреваемых и обвиняемых под стражей» содержался с превышением срока 10 суток в изоляторе временного содержания ОМВД России по <адрес>, что не соответствовало принципам законности, справедливости, гуманизма, уважения человеческого достоинства, закрепленным в статье 4 названного Федерального закона и части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации о недопустимости пыток.

В ходе рассмотрения административного дела к участию в административном деле в качестве административных ответчиков привлечены Министерство финансов Российской Федерации, МВД России, ГУ МВД России по Алтайскому краю, ФСИН России, УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю.

Решением Новоалтайского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ административные исковые требования удовлетворены частично.

С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Г взыскана компенсация за нарушение условий содержания под стражей в размере 15 000 руб.

В остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе административный ответчик ОМВД России по г.Новоалтайску просит решение суда отменить с вынесением нового об отказе в удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь как на отсутствие незаконных действий (бездействия) административного ответчика в связи с содержанием административного истца в изоляторе временного содержания для совершения следственных действий, а также на отсутствие нарушения личных неимущественных прав административного истца в результате его содержания в изоляторе временного содержания. Установив факт превышения срока 10 суток содержания истца в изоляторе временного содержания, суд первой инстанции не установил, какие физические нравственные страдания причинены административному истцу данным обстоятельством, не определил фактические условия содержания в СИЗО-2 и ИВС г.Новоалтайска, сопоставив лишь требования нормативных правовых актов.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель административного ответчика

Административный истец, административные ответчики и их представители, уведомленные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, не явились, в связи с чем на основании статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Рассмотрев дело в полном объеме в соответствии с частью 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, исследовав дополнительно представленные доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами административного дела, ДД.ММ.ГГ Г избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по уголовному делу.

ДД.ММ.ГГ Г прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, откуда был этапирован в Новоалтайский ГО с ДД.ММ.ГГ Г убыл для отбывания наказания.

Таким образом, судом установлено содержание административного истца в ИВС г.Новоалтайска в указанные периоды, а также в период с ДД.ММ.ГГ при этом основания административного искового заявления связаны с содержанием административного истца в изоляторе временного проживания сверх установленной продолжительности 10 суток в течение месяца.

Удовлетворяя административные исковые требования и взыскивая в пользу Г компенсацию за нарушение условий содержания, суд первой инстанции исходил из установленных обстоятельств превышения 10-дневного срока содержания в изоляторе временного содержания <адрес> в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ и нарушения прав административного истца, поскольку условия содержания в изоляторе временного содержания не предназначены для длительного содержания в нем лиц, заключенных под стражу.

Судебная коллегия находит указанные выводы основанными на неправильном применении норм материального права и не соответствующими обстоятельствам административного дела, которые установлены городским судом не в полном объеме.

Согласно части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В силу части 2 статьи 62 и части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. Обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает.

Статьей 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц (пункты 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

В пункте 14 названного Постановления разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца.

Основанием для такого перевода является постановление следователя или лица, производящего дознание, либо решение суда.

По смыслу приведенных норм и разъяснений основания для удовлетворения или отказа в удовлетворении заявленных требований устанавливаются судом при разрешении спора в каждом конкретном случае с учетом представленных доказательств по делу, поэтому само по себе установленное то или иное нарушение требований Федерального закона № 103-ФЗ не может во всяком случае свидетельствовать о наличии оснований для взыскания компенсации за нарушение условий содержания без установления обстоятельств того, имеются ли существенные отклонениями от установленных требований, которые могут рассматриваться в качестве нарушений условий содержания, а также какие негативные последствия для заявителя повлекли данные нарушения.

Компенсация за нарушение условий содержания присуждается индивидуально и имеет не абстрактный, а дифференцированный характер, зависящий от множества факторов, в том числе применительно к обстоятельствам настоящего административного дела – от последствий содержания административного истца в изоляторе временного содержания свыше 10 суток в течение месяца.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2023 года № 3-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО1» высказана правовая позиция о том, что иных норм, помимо статьи 13 Федерального закона № 103-ФЗ, устанавливающих распределение подозреваемых и обвиняемых в следственные изоляторы в зависимости от их территориального расположения, данный Федеральный закон не содержит.

Это, однако, не означает, что определение или изменение места содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых с точки зрения его территориального расположения может быть произвольным и что такое расположение никак не затрагивает прав заключенных, еще не являющихся осужденными по вступившему в силу обвинительному приговору суда.

В этой связи, хотя в действующем законодательстве отсутствует прямая и непосредственная регламентация цели и основания перевода подозреваемого, обвиняемого в другой следственный изолятор, расположенный не по месту нахождения органа предварительного расследования или суда, в том числе в другом субъекте Российской Федерации, это обстоятельство само по себе не исключает и не делает беспредметной судебную процедуру проверки такого решения, которая должна осуществляться судом применительно к конкретным случаям на основе сбалансированной оценки цели, оснований и условий содержания под стражей и степени ограничения прав лица, находящегося под стражей, таким переводом.

Согласно Федеральному закону «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые, обвиняемые пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными названным Федеральным законом и иными федеральными законами (часть первая статьи 6); имеют право на свидания с защитником, с родственниками и иными лицами, перечисленными в статье 18 этого Федерального закона, пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка, получать посылки, передачи, участвовать в гражданско-правовых сделках; при наличии соответствующих условий им предоставляется возможность трудиться (пункты 4, 5, 12, 16 и 18 части первой, часть третья статьи 17).

Эти и иные положения, определяющие порядок содержания под стражей и правовой статус подозреваемых и обвиняемых, затрагивают (могут ограничивать) гарантированные Конституцией Российской Федерации права на охрану государством достоинства личности (статья 21, часть 1), на неприкосновенность частной жизни (статья 23, часть 1), участвовать в управлении делами государства (статья 32, часть 1), право на труд, распоряжаться своими способностями к труду (статья 37, части 1 и 3), право и обязанность заботы о детях, их воспитание (статья 38, часть 2), на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41, часть 1) и др.

Применительно к настоящему административному делу факт содержания Г в изоляторе временного содержания подлежит оценке с точки зрения нарушения его прав, в частности, последствий различия в конкретных условиях содержания подозреваемых и обвиняемых в изоляторе временного содержания <адрес> и СИЗО-2, из которого административный истец этапировался в ИВС, в вышеуказанный период.

Согласно сведениям Информационного центра ГУ МВД по Алтайскому краю и представленным Новоалтайским городским судом копиям приговоров от ДД.ММ.ГГ по уголовному делу *** (по обвинению Г в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации) и от ДД.ММ.ГГ *** (по обвинению Г в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 131, частью 1 статьи 132 Уголовного кодекса Российской Федерации) на момент избрания меры пресечения ДД.ММ.ГГ по уголовному делу *** Г не отбывал наказание в виде лишения свободы, в связи с чем не мог обладать правами осужденного в периоды нахождения в следственном изоляторе. По приговору от ДД.ММ.ГГ наказание назначено условно на основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Порядок деятельности изоляторов временного содержания и следственных изоляторов, включая условия содержания в них подозреваемых и обвиняемых, в периоды содержания административного истца в изоляторе временного содержания в 2004-2005 г.г. регулировались Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 26 января 1996 года № 41 (далее – Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания), и Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно – исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 12 мая 2000 года № 148 (далее – Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов).

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2, 3.3 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом (при наличии соответствующих условий); постельными принадлежностями, постельным бельем; столовой посудой на время приема пищи.

Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них подозреваемых и обвиняемых выдаются: мыло (туалетное и хозяйственное), стиральный порошок; бумага для гигиенических целей; настольные игры (шашки, шахматы, домино); газеты; предметы для уборки камеры; швейные иглы, ножницы и другие используемые в быту колюще - режущие предметы выдаются подозреваемым и обвиняемым под контролем администрации ИВС.

Камеры ИВС оборудуются: столом; санитарным узлом; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком; урной для мусора.

Ежедневно по потребности в камеры выдается кипяченая вода для питья.

Не реже одного раза в неделю подозреваемому и обвиняемому предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

Бритвенные принадлежности выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе в установленное время не реже двух раз в неделю.

Для написания предложений, заявлений и жалоб подозреваемым и обвиняемым по их просьбе выдаются письменные принадлежности (бумага, шариковая ручка).

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Аналогичные материально – бытовые условия установлены пунктами 42-45 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, дополнительно предусматривая скамейки, шкаф для продуктов, настенное зеркало, кнопку для вызова представителя администратора, розетки, вентиляционное оборудование, телевизор и холодильник (при наличии возможности).

Установленный Приказом МВД России от 30 июня 2012 года № 655 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения» срок хранения журналов учета лиц, содержащихся в изоляторе временного содержания (10 лет) истек задолго об обращения административного истца в суд. В материалы дела административным ответчиком представлены акты уничтожения журналов проверок, книг приема-сдачи дежурств, журнала выдачи передач лицам, содержащимся в ИВС журнал регистрации медицинской помощи лицам, содержащимся в ИВС, журнала учету предложений, заявлений и жалоб.

По запросам суда первой инстанции и судебной коллегией прокуратурой <адрес>, прокуратурой Алтайского края, Уполномоченным по правам человека в Алтайском крае представлены сведения об отсутствии актов проверок ИВС <адрес> в спорный период, а также отсутствии обращений Г относительно его условий содержания в ИВС и проведении в связи с этим проверок.

Представление в адрес ГУВД Алтайского края о нарушениях в изоляторе временного содержания <адрес>, направленное в адрес судебной коллегии архивным органом администрации <адрес>, содержит сведения о выявленных нарушениях за период 8 месяцев 2004 года, то есть данное доказательство не отвечает требованиям относимости к настоящему делу, в рамках которого началом периода, превышающего 10 суток содержания в изоляторе временного содержания (на что ссылался административный истец в обоснование требование), является ДД.ММ.ГГ (поскольку период ДД.ММ.ГГ не превысил 10-дневный срок, впоследствии Г прибыл в изолятор временного содержания ДД.ММ.ГГ).

Таким образом, письменные доказательства, подтверждающие условия содержания Г в изоляторе временного содержания в ДД.ММ.ГГ.г., отсутствуют по объективным причинам.

Судом апелляционной инстанции в качестве свидетеля допрошен Л, занимавший в спорный период должность милиционера-кинолога изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых, показавший, что в здании изолятора в спорный период имелось около 12 камер, в каждой из которых располагалось по 2-4 подозреваемых, обвиняемых исходя из соблюдения площади; в здании имелась принудительная вентиляция; камеры изолятора оборудовались кроватями (деревянными нарами), столом, скамейкой, санзулом, огороженным от остального помещения, в изоляторе имелась работающая радиоточка; температурный режим соблюдался.

Согласно техническому паспорту по состоянию на ДД.ММ.ГГ год здания по <адрес>, в <адрес>, где располагался изолятор временного содержания, в нем имелись отопление, водопровод, канализация, электроосвещение, радио, вентиляция, сигнализация; внутренняя отделка представляла собой штукатурку, побелку, окраску, обои.

Согласно плану в техническом паспорте только 2 помещения (*** и ***) имели площадь *** и больше, что предполагает соблюдение нормативной площади содержания подозреваемых и обвиняемых с учетом показаний свидетеля о содержании по *** человека в камерах, и отсутствии доказательств покамерного размещения лиц в связи с их уничтожением.

Право подозреваемых и обвиняемых на прогулку гарантировано как пунктами 6.40, 6.41 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания, так и пунктом 138 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов. Факт предоставления прогулок подозреваемым, обвиняемым подтвердил допрошенный свидетель.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание участие Г в следственных и процессуальных действиях, что предполагает вывод подозреваемого, обвиняемого из изолятора в дневное время и его пребывание на открытом воздухе.

Помывка в душе продолжительностью не менее 15 минут не менее одного раза в неделю предусмотрена для подозреваемых, обвиняемых как в изоляторе временного содержания (пункт 3.2 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания), так и следственном изоляторе (пункт 47 Правил внутреннего распорядка следственного изолятора).

Право на свидания с родственниками и иными лицами на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, но не более 2-х свиданий в месяц, гарантировано также независимо от нахождения подозреваемого, обвиняемого в изоляторе временного содержания или следственном изоляторе (пункты 6.20, 6.21 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания, пункт 143 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов).

Наличие в изоляторе <адрес> комнаты для свиданий в спорный период подтвердил допрошенный судом апелляционной инстанции свидетель.

В силу пункта 6.3 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемым и обвиняемым разрешается получать без ограничения количества посылки, вес которых не должен превышать 30 кг в месяц и нормы, предусмотренные почтовыми правилами.

Аналогичная норма содержится в пункте 69 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов.

Таким образом, отсутствуют существенные отличия материального – бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах.

Установленные нормативные требования о наличии в камерах следственного изолятора шкафа для хранения продуктов, настенного зеркала, розеток не может свидетельствовать о существенном различии условий содержания, при которых права подозреваемых и обвиняемых в изоляторе временного содержания ограничены.

Оказание медицинской помощи предусмотрено также как для содержащихся в изоляторах временного содержания (раздел 9 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания), так и в следственных изоляторах (раздел XIV Правил внутреннего распорядка следственного изолятора), при этом обследования, предусмотренные при поступлении в следственный изолятор, во всяком случае гарантированы административному истцу, поступившему в СИЗО-2 впервые ДД.ММ.ГГ, до этапирования в изолятор временного содержания на срок более 10 суток.

Административный истец в ходе рассмотрения административного дела судом первой инстанции в качестве доводов о последствиях превышения срока содержания его в изоляторе временного содержания указал на отсутствие постельных принадлежностей и качество пищи. Правом подачи возражений на апелляционную жалобу административный истец не воспользовался, на адресованное судебной коллегией письмо административному истцу дополнения не поступили до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Изложенные суду первой инстанции доводы административного истца не нашли своего подтверждения.

Нормы суточного довольствия лиц, находящихся в изоляторах временного содержания, в спорный период устанавливались Постановление Правительства Российской Федерации от 1 декабря 1992 года № 935 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а также лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых, воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях Министерства внутренних дел Российской Федерации», утвержденная которым Норма 3 суточного довольствия лиц, находящихся в следственных изоляторах Министерства внутренних дел Российской Федерации, распространена и на изоляторы временного содержания согласно примечанию.

Допрошенный судебной коллегией свидетель показал, что подозреваемым и обвиняемым предоставлялось 3-разовое питание по нормам, которое поставлялось из находящейся радом с изолятором столовой, а также выдавались постельные принадлежности либо подозреваемые, обвиняемые имели свои.

Оснований не доверять показаниям свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности, не имеется; доказательства, которые ставили бы под сомнение достоверность показаний свидетеля, отсутствуют, как отсутствуют и документы о жалобах административного истца либо иных лиц на качество пищи в изоляторе временного содержания, а также отсутствие постельных принадлежностей в целом в спорный период.

Судебной коллегией проверена также возможность реализации административным истцом прав, гарантированных статьей 17 Федерального закона № 103-ФЗ (в редакции, действовавшей на дату возникновения спорных правоотношений) для содержащихся в следственных изоляторах, а именно: получать и отправлять денежные переводы; заключать и расторгать брак, участвовать в иных семейно-правовых отношениях в случае, если это не противоречит настоящему Федеральному закону; приобретать продукты питания и предметы первой необходимости в магазине (ларьке) следственного изолятора (тюрьмы) либо через администрацию места содержания под стражей в торговой сети; подписываться на газеты и журналы и получать их; получать от администрации при необходимости одежду по сезону, разрешенную к ношению в местах содержания под стражей; на платные телефонные разговоры при наличии технических возможностей и под контролем администрации с разрешения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, либо суда.

Новоалтайским городским судом по запросам судебной коллегии ДД.ММ.ГГ представлена информация об отсутствии в материалах уголовных дел, рассмотренных городским судом ДД.ММ.ГГ *** (по обвинению Г в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации) и ДД.ММ.ГГ *** (по обвинению Г в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 131, частью 1 статьи 132 Уголовного кодекса Российской Федерации), ходатайств Г о разрешении телефонных звонков. Те же сведения (об отсутствии соответствующих ходатайств) указаны ФКУ СИЗО-2 в справке от ДД.ММ.ГГ.

Согласно представленному ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю ДД.ММ.ГГ акту лицевые счета по учету движения личных денег и операций по безналичному расчету за ДД.ММ.ГГ уничтожены как не имеющие практического значения, в связи с чем не представляется возможным установить наличие либо отсутствие у Г на лицевом счете в следственном изоляторе денежных средств, за счет которых он мог бы приобретать разрешенные предметы либо осуществлять переводы, но был лишен этого права в период содержания в изоляторе временного содержания.

Камерные карточки за ДД.ММ.ГГ уничтожены в соответствии с актом *** от ДД.ММ.ГГ ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, в связи с чем по объективным причинам отсутствуют сведения о выдаче Г одежды по сезону, при этом судебная коллегия отмечает, что в изолятор временного содержания Г прибыл из следственного изолятора ДД.ММ.ГГ (начало первого периода, превысившего 10 суток), затем - ДД.ММ.ГГ, в связи с чем имел возможность прибыть в изолятор временного содержания с полученной по сезону одеждой в следственном изоляторе.

В справке от ДД.ММ.ГГ ФКУ СИЗО-2 сообщили об отсутствии обращений Г по вопросам подписок на газеты и журналы; о наличии в изоляторе временного содержания работающей радиоточки подтвердил допрошенный судом апелляционной инстанции свидетель, в связи с чем отсутствуют основания полагать нарушенным право административного истца на получение информации.

Материалы административного дела не содержат данных о регистрации административным истцом брака, наличии семьи.

Согласно информации ФКУ СИЗО-2 подозреваемые и обвиняемые не привлекались к труду в ДД.ММ.ГГ г.г., в связи с чем отсутствуют основания для вывода о нарушении права административного истца на труд и получение за него вознаграждения.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание следующее.

Согласно имеющимся в материалах административного дела копиям процессуальных документов из уголовных дел ***, ***, Г до применения меры пресечения в виде заключения под стражу фактически проживал в <адрес>, следовательно, реализация им прав на свидания с родственниками, получение посылок и передач в условиях изолятора временного содержания, расположенного в том же населенном пункте, являлась более доступной. Место регистрации в административном иске указан <адрес>, в связи с чем даже в случае того же адреса регистрации в ДД.ММ.ГГ г.г. нахождение Г в ИВС <адрес> или СИЗО-2 в <адрес> не имело значения.

Этапирование Г для участия в следственных и процессуальных действий, производимых в <адрес>, на сроки, превышающие 10 суток, в целом соотносится с принципами осуществления уголовного судопроизводства в разумный срок. При этом данных об оспаривании Г постановлений о переводе в изолятор временного содержания либо бездействия по переводу обратно в следственный изолятор материалы дела не содержат.

В силу части 4 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции на дату вынесения приговора в отношении Г) время содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу и время отбытия лишения свободы, назначенного приговором суда за преступление, совершенное вне пределов Российской Федерации, в случае выдачи лица на основании статьи 13 настоящего Кодекса засчитываются из расчета один день за один день, то есть независимо от содержания административного истца в изоляторе временного содержания или следственном изоляторе указанный срок зачтен в срок назначенного судом наказания, что подтверждается и приговором от ДД.ММ.ГГ по уголовному делу ***.

Установив вышеуказанные обстоятельства, судебная коллегия находит выводы суда о наличии оснований для присуждения компенсации на основании превышения предельного срока нахождения в изоляторе временного содержания, установленного в статье 13 Федерального закона № 103-ФЗ, не соответствующими обстоятельствам административного дела, которыми не подтверждается нахождение административного истца в таких условиях в изоляторе временного содержания, которые представляли собой существенные отклонения от требований к условиям содержания в изоляторах временного содержания либо ограничивали права административного истца по сравнению с условиями содержания в следственном изоляторе, в связи с чем оснований для присуждения компенсации административному истцу не имеется.

На основании изложенного решение городского суда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении административных исковых требований.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Новоалтайского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении административных исковых требований Г.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение шести месяцев со дня его вынесения путем подачи кассационной жалобы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГ