РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«18» июля 2022 года г. Ахтубинск

Ахтубинский районный суд Астраханской области в составе:

судьи Лубянкиной Ю.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кузнецовой О.А.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» ФИО2, помощника Ахтубинского городского прокурора Семеновой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Ахтубинске в помещении Ахтубинского районного суда гражданское дело № 2-260/2022 по иску ФИО3, ФИО1, действующей от себя и как законный представитель несовершеннолетнего ребенка ФИО4, ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» о взыскании денежной компенсации морального вреда, третьи лица Министерство здравоохранения Астраханской области, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10.

установил:

ФИО3, ФИО11, действующая от себя и как законный представитель несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, обратились в суд с иском к ГБУЗ Астраханской области «Ахтубинская районная больница» (далее по тексту ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница») о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных исковых требований истцы указали, что ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, почувствовал себя плохо. 28.09.2020 у него появилась слабость и отдышка. 29.09.2020 отдышка и слабость усилились, поднялась температура. 30.09.2020 ФИО12 вызвали скорую помощь, которая зафиксировала падение сатурации до 88%, сделали жаропонижающую инъекцию. Не госпитализировали. 01.10.2020 ФИО12 был госпитализирован в ковидное отделение, по телефону сообщил дочери, что ему необходимо купить лекарство «Клексан». 03.10.2020 ФИО12 было тяжело разговаривать. 08.10.2020 показатель сатурации составил 80 % на кислороде, к аппарату ИВЛ не подключили. 10.10.2020 родственники обратились к администрации больницы с просьбой о переводе ФИО12 в другую больницу. Однако получили отказ. 12.10.2020 ФИО12 в телефонном режиме сообщил родственникам, что на ИВЛ его так и не перевели, дышать он почти не может, лекарств нет. 13.10.2020 родственникам сообщили, что 12.10.2020 в 11-40 часов ФИО12 умер. Указывают, что при анализе медицинской документации выявлены дефекты при оказании медицинскими работниками ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» медицинской помощи. Согласно заключению эксперта № от 06.09.2021 были выявлены следующие недостатки: недооценка тяжести состояния-состояние тяжелое, а не средней тяжести; не отражена скорость подачи кислорода и насыщение крови кислородом; не проводился анализ лабораторных исследований; не выполнен посев мокроты, посев крови. Вышеперечисленное не позволило достоверно оценить степень тяжести заболевания, своевременно скорректировать лечение согласно действующим методическим рекомендациям. ФИО3 является вдовой умершего пациента ФИО12, ФИО1 его дочерью, а ФИО4 и ФИО5- внуками. Родные потеряли близкого человека, мужа, отца и дедушку. Ежедневно поддерживая связь, ФИО12 умирал фактически на их глазах. Поскольку постоянно велись телефонные переговоры и переписка. ФИО1 ощущала и продолжает чувствовать свое бессилие в ситуации, когда она не смогла помочь своему родному отцу. Вся их жизнь прошла на доверии и взаимопомощью. Произошедшая утрата и ощущение собственной беспомощности вызывают у истцов чувство депрессии и невозможности жить полноценной жизнью. На основании изложенного просят суд взыскать с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» компенсацию морального вреда за некачественное оказание медицинской помощи ФИО12 в пользу ФИО3 – 10 000000 рублей, в пользу ФИО1 – 5000000 рублей, в пользу ФИО5- 3000000 рублей, в пользу ФИО4 – 3000 000 рублей.

Истица ФИО1, действующая за себя и несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям изложенным в иске.

Истица ФИО3, в судебное заседание не явилась, о дате и времени слушания дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки суду не сообщила.

Представители истцов ФИО13 и ФИО14 в судебное заседание не явились, о дате и времени слушания дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки суду не сообщили, согласно ранее данным пояснениям исковые требования поддержали полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница»ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что ответчик предпринял все возможные меры по оказанию медицинской помощи пациенту, как в амбулаторных условиях, так и в условиях стационара, с учетом имеющегося в учреждении ответчика оборудования и наличия врачебного персонала. Лечение пациенту было назначено и проводилось в полном объеме, как на амбулаторном этапе, так и в инфекционном отделении. Учитывая, что согласно экспертного заключения допущенные нарушения при оказании медицинской помощи причиной возникновения новой коронавирусной инфекции у пациента не явились, с наступлением смерти пациента не связаны, как причинение вреда здоровью не расцениваются, на течение и исход острого инфекционного заболевания у ФИО12 не оказали, в удовлетворении исковых требований просила отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Астраханской области, третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, о дате и времени слушания дела извещены надлежаще, возражений относительно заявленных исковых требований не представили.

Выслушав истца ФИО1, представителя ответчика ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница»ФИО2, помощника прокурора Семенову Е.И., полагавшую необходимым исковые требования удовлетворить в части взыскания компенсации морального вреда, определение размера компенсации оставила на усмотрение суда, исследовав материалы дела и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено, что 16.09.2020 ФИО12 обратился к врачу - дерматовенерологу ГБУЗ АО «Ахтубинская РБ» ФИО6 с жалобами на аллергическую сыпь в результате приема антибиотика «Левомецитин», что подтверждается справкой.

Согласно сведениям, изложенным в карте вызова скорой медицинской помощиГБУЗ АО «Ахтубинская РБ» №от30.09.2020на имяФИО12(время вызова 15 часов 15 минут) отмечены жалобы на повышение температуры тела, ощущение нехватки воздуха, слабость, со слов болеет более 1 недели. Общее состояние – удовлетворительное. Поставлен диагноз «ОРВИ». Результат оказания медицинской помощи: улучшение, лечение у участкового терапевта. Результат выезда: оказана помощь, отказ от госпитализации.

Как усматривается из медицинской карты стационарного больного № 01.10.2020 в 09 часов 50 минут ФИО12,ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по направлению на госпитализацию поступил в инфекционное отделение ГБУЗ АО «Ахтубинская РБ». Диагноз клинический: коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19. В ходе осмотра в отделении ковид-госпиталя дежурным врачом ФИО9 указывалось на повышенную температуру тела (до 38,5 градусов), влажный кашель, слабость, головную боль, отдышку при физической нагрузке. Состояние средней степени тяжести. В легких дыхание жесткое, ослабленное в н/отд, прослушиваются рассеянные сухие и влажные хрипы с обеих сторон. На основании жалоб, данных анамнеза, выставлен клинический диагноз: Коронавирусная инфекция средней степени тяжести, не подтвержденная. U07/2 острая двусторонняя пневмония, средней степени тяжести. Лечение согласно листу назначения. В период с 02.10.2020 по 11.10.2020 указывались жалобы ФИО12 на повышенную температуру тела (до 38,8 градусов), общую слабость повышенную утомляемость, отдышку при физической нагрузке. Лечение в соответствии листом назначений. 12.10.2020 в 10 часов 10 минут пациент ФИО12 осмотрен врачом-реаниматологом ФИО8 в связи с ухудшением общего состояния. Пациент в сознании, контактен, не вполне адекватен, мечется по кровати. Кожные покровы бледные. Принято решение о переводе пациента в ПИТ, где налажена неинвазивная искусственная вентиляция легких с индивидуальным подбором параметров. Выполнение катетеризации правой подключичной вены. Гормонотерапия, седативная терапия. В этот же день в 11 часов 10 минут отмечается резкое ухудшение состояния больного в виде отсутствия сознания, самостоятельного дыхания. Пульсация на магистральных сосудах не определяется. Начат комплекс реанимационных мероприятий. Комплекс СЛМР: восстановление проходимости дыхательных путей: выдвижение вперед нижней челюсти, разгибание головы в шейном отделе, санация ротовой полости, удаление инородных тел. ИВЛ методом: рот ко рту, через S образный воздуховод, мешком АМБУ. Поддержание кровообращения: прекардиальный удар, непрямой массаж сердца. На ЭКГ асистолия. Расширенный комплекс СЛМР: продолжающийся непрямой массаж сердца, продолжающаяся ИВЛ методами: интубация трахеи, ИВЛ дыхательным аппаратом ФАЗА 21 параметрами до 600мо, МОД 9 л/мин, оксигентерапия. Внутривенное введение вазоактивных противошоковых препаратов: St Adrenalini 0.1 % 1.0 в/в №. Заключение: проводимые мероприятия в течение 30 минут без эффекта. В 11 часов 40 минут констатирована биологической смерти больного. Диагноз Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, вирус идентифицирован. J07.2

16.10.2020 отделом службы ЗАГС Астраханской области по Ахтубинскому району Астраханской области выдана справка о смерти ФИО12,ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 12.10.2020, в соответствии с которой причиной смерти указано» острая респираторная недостаточность, другая пневмония, возбудитель не уточнен, а также выдано свидетельство о смерти ФИО12 № от 16.10.2020.

Согласно представленному свидетельству о заключении брака № ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ФИО12 и ФИО15 заключен брак, супруге присвоена фамилия «Устькачкинцева».

Согласно свидетельству о рожденииУстькачкинцевой Н.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, № в графе ее родителей указаны:ФИО12 и ФИО3. В последующем фамилия истицы была изменена, в связи с вступлением в брак сО.А.Е. ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается представленным свидетельством о заключении брака №.

ФИО1 является матерью несовершеннолетнихФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, иФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые являются внуками ФИО12, умершего14.10.2020.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства ФИО3, ФИО11, действующая от себя и как законный представитель несовершеннолетнего ребенка ФИО4, ФИО5, обратились в суд с настоящим иском к медицинскому учреждению, по вине которого, по их мнению, наступили описанные неблагоприятные и трагические последствия, в котором просит взыскать денежную компенсацию морального вреда.

На основании постановления следователя Ахтубинского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Астраханкой области ФИО16 от 07.04.2021 в отделе сложных экспертиз Государственного учреждения здравоохранения Тульской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза № 99 в соответствии с заключением которой сделаны выводы о том, что при поступлении в ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» диагноз – коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19, ФИО12 поставлен правильно. Лечение было назначено правильно, своевременно. При анализе медицинской документации установлены недостатки: недооценена тяжесть состояния: начиная с 04.10.2020, объективно с учетом показателей (температура выше 38, 5, насыщенность крови кислородом 82 %, одышка) тяжелое, а не средней тяжести; в дневниках не отражена скорость подачи кислорода и насыщение крови кислородом при дыхании увлажненным кислородом; не проводился анализ лабораторных показателей в динамике (уровень лейкоцитов крови, прокальцитониновый тест, с-реактивный белок, коагулограмма); не выполнен посев мокроты на флору, посев крови на стерильность. Все вышеизложенное не позволило достоверно оценить степень тяжести заболевания, своевременно скорректировать лечение согласно действующим методическим рекомендациям(назначение адекватной антибактериальной терапии, коррекция этиотропной и симптоматической терапии, своевременный перевод в реанимационное отделение). Выявленные недостатки при оказании медицинской помощи не являлись причиной развития заболевания и возникновения тяжелых осложнений, не повлекли вреда здоровью человека и не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

У суда не имеется оснований не доверять выводам комиссии экспертов, поскольку эксперты не заинтересованы в исходе дела, эксперты дали обоснованное и объективное заключение, что свидетельствует о всестороннем производстве экспертизы, при этом экспертами были соблюдены требования ст.85-86 ГПК РФ, более того, эксперты, при даче заключения, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ. Эксперты являются лицами, обладающими специальными познаниями в данной области и имеют право на осуществление экспертной деятельности. Заключения экспертов сторонами не оспаривалось.

Совокупностью доказательств по делу установлен факт непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи между характером оказания ГБУЗ «Ахтубинская РБ» медицинских услуг в надлежащем объеме и качестве, как от него требовалось при веденииФИО12 с указанной клинической картиной заболевания, а также факт того, что ГБУЗ «Ахтубинская РБ» не предприняло необходимых и возможных мер по надлежащему оказанию медицинской услуги пациенту – ФИО12

Стороной ответчика не оспаривалось, что данные обязанности ГБУЗ «Ахтубинская РБ» выполнены не были, однако в связи с тем, что данные дефекты в прямой причинно-следственной связи со смертьюФИО12 не состоят, оснований, по мнению стороны ответчика, для удовлетворения требований истцов не имеется. Данные суждения ответчика, по мнению суда, являются ошибочными.

Несмотря на отсутствие между проведенным в ГБУЗ «Ахтубинская РБ» неполноценного лечения ФИО12 и наступлением его смерти прямой причинно-следственной связи, при проведении медицинского обслуживания был допущен ряд дефектов медицинской помощи, которые способствовали наступлению смерти.

При правильной организации стороной ответчика лечебного процесса в ГБУЗ «Ахтубинская РБ» имелась бы возможность оказатьФИО12 необходимую и своевременную помощь. Доказательств обратного стороной ответчика не приведено.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что работниками ГБУЗ «Ахтубинская РБ» были допущены дефекты оказания медицинской помощи, в связи с чем, ответчик не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности за наступившие последствия, поскольку доказательств отсутствия вины ответчика в причинении морального вреда ФИО3, ФИО1, несовершеннолетним ФИО4, ФИО5 в связи со смертью их мужа, отца и дедушки–ФИО12, медицинская помощь которому оказана ненадлежащим образом (не в полном объеме) суду не представлено, равно как и не доказан факт того, что ГБУЗ «Ахтубинская РБ» предприняло необходимые и возможные меры по спасению пациента (ФИО12) из опасной для его жизни ситуации.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуется вышеназванными нормами права, принимая во внимание, что смерть близкого человека привела к невосполнимой утрате семейных связей, является тяжелейшим событием в жизни, гибель супруга и отца сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, с учетом характера нравственных страданий, причиненных истцам, тяжесть переживаний в связи с утратой супруга и отца, степень вины ответчика, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21 и 53 Конституции Российской Федерации), исходя из конкретных обстоятельств данного дела, а также учитывая требования разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению определить следующим образом: истцу ФИО3 120000 рублей, истцу ФИО1 100000 рублей.

Заявленный размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению в сумме 10000000 рублей в пользу ФИО3, в сумме 5000 000 рублей ФИО1, суд считает завышенным. Взыскиваемая сумма, с учетом особо близких отношений между супругами, а так же отца и дочери, в совокупности с объемом вины ответчика, по мнению суда, соразмерна пережитым страданиям истцов и компенсирует причиненный им вред.

Приходя именно к такому размеру компенсации, суд также учитывает, что в добровольном порядке ответчик никаких возмещений не производил.

Кроме того, заявленный размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению в сумме по 3000000 рублей в пользу ФИО5 и ФИО4, с учетом малолетнего возраста потерпевших, а также с учетом размера взысканных судом денежных сумм в счет компенсации морального вреда другим родственникам умершего, суд считает завышенным.

Исходя из конкретных обстоятельств данного дела, а также учитывая требования разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению каждому из несовершеннолетних следует определить по 50 000 рублей каждому внуку умершего.

Взыскиваемая сумма, с учетом особо близких отношений дедушки и внуков, в совокупности с объемом вины ответчика, по мнению суда, соразмерна пережитым страданиям и компенсирует причиненный им вред.

Учитывая, чтоФИО5 и ФИО4 являются несовершеннолетними детьми суммы компенсации морального вреда, причиненного им, подлежат взысканию в пользу истицы ФИО1, как их законного представителя.

При таком положении исковые требования ФИО3, ФИО1, действующей от себя и как законный представитель несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО5, подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, то с ответчика с ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» в силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6000 рублей в доход бюджета муниципального образования «Ахтубинский район».

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

исковые требования ФИО3, ФИО1, действующей от себя и как законный представитель несовершеннолетнего ребенка ФИО4, ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» о взыскании денежной компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница», ИНН <***>, ОГРН <***> в пользу ФИО3, <данные изъяты>, денежную компенсацию морального вреда в размере 120 000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» ИНН <***>, ОГРН <***> в пользу ФИО1, <данные изъяты> денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» ИНН <***>, ОГРН <***> в пользу ФИО1, 04 <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причиненного несовершеннолетнемуФИО5, <данные изъяты>, в размере 50 000 рублей, компенсацию морального вреда, причиненного несовершеннолетнемуФИО4, <данные изъяты>, в размере 50 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Астраханской области «Ахтубинская районная больница» в доход бюджета МО «Ахтубинский район» государственную пошлину в размере 6000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Астраханского областного суда через Ахтубинский районный суд <адрес>.

Мотивированное решение изготовлено на компьютере ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Лубянкина Ю.С.