Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 23 августа 2023 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Ануфриевой О.А.,

судей Плечиковой Н.Ф., Шашкиной О.В.,

при секретаре Добаке А.В.,

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Ермиловой К.А.,

защитника – адвоката Юдина А.А.,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам и дополнениям осужденного ФИО2 и адвоката Юдина А.А. в его защиту на приговор Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 16.01.2023, которым

ФИО2, <данные изъяты>

осужден по п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с самостоятельным следованием осужденного в колонию-поселение.

Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Также приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ануфриевой О.А., изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционных жалоб и дополнений, выслушав выступления осужденного ФИО2 и адвоката Юдина А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, а также мнение прокурора Ермиловой К.А., полагавшей приговор законным, обоснованным и справедливым, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, совершенном в состоянии опьянения.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ на нерегулируемом пешеходном переходе на <адрес> в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО2 вину в совершении преступления признал частично; не отрицая факт наезда на пешехода на пешеходном переходе, показал, что в состоянии опьянения не находился, телефоном не пользовался, не имел технической возможности предотвратить ДТП.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Юдин А.А., действующий в защиту осужденного ФИО2, находит приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Отмечает, что в нарушение ст. 312 УПК РФ копия приговора вручена осужденному и защитнику 02.02.2023, т.е. по истечение пяти суток со дня его провозглашения, и в тот же день при ознакомлении с материалами уголовного дела он обнаружил отсутствие в деле всех протоколов судебного заседания, приобщенных стороной защиты консультативных заключений специалистов, письменных ходатайств стороны защиты, в том числе удовлетворенного судом ходатайства об истребовании с места работы ФИО2 результатов анализа на обнаружение наркотических средств в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, запроса суда и ответа с результатами данного анализа.

Заявляет, что вопреки требованиям ст.ст. 73, 220 УПК РФ указанное в обвинительном заключении и приговоре время совершения преступления – 16 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и опровергается распечаткой телефонных переговоров осужденного, согласно которой в период с 16 часов 09 минут до 16 часов 16 минут ДД.ММ.ГГГГ им были совершены вызовы скорой помощи и ГИБДД.

Считает недоказанным факт использования ФИО2 в момент ДТП мобильного телефона, поскольку постановление по делу об административном правонарушении от 17.03.2021, которым он был привлечен к административной ответственности за данное правонарушение по ст. 12.36.1 КоАП РФ, отменено решением Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 18.06.2021 по делу № 12-22/2021, и, по мнению защитника, установленные этим решением обстоятельства в силу требований ст. 90 УПК РФ должны быть признаны судом без дополнительной проверки.

Обращает внимание, что согласно распечатке телефонных переговоров осужденного до момента ДТП телефонные звонки он не совершал.

Выражает несогласие с выводами суда о том, что вина ФИО2 подтверждается показаниями свидетеля Г.С.

Указывает, что по показаниям свидетеля Г.С. перед выездом на линию ФИО2 прошел предрейсовый медицинский осмотр, по результатам которого у него не было установлено состояние опьянения; а после ДТП Г.С. лично выезжал на место происшествия и общался с ФИО2, у которого не имелось внешних признаков опьянения; при этом сотрудники ГИБДД не отстраняли ФИО2 от управления транспортным средством, тот сам отогнал автобус на штрафстоянку; после чего по прибытии последнего в автобусный парк в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сдавал анализы, в которых наркотические средства обнаружены не были.

Заявляет, что судом не приведены в приговоре и не приняты во внимание показания свидетеля Г.С. о том, что в ходе служебной проверки, проведенной работодателем по факту ДТП, при просмотре видеозаписи с видеорегистратора автобуса установлено, что ФИО2 не мог своевременно обнаружить пешехода на пешеходном переходе, поскольку непосредственно перед ДТП обзор ему перекрыл автомобиль, двигавшийся во встречном направлении, после проезда которого пешеход находился уже на середине пешеходного перехода и по сторонам не смотрел.

Не соглашается с выводами суда о том, что вина ФИО2 подтверждается показаниями свидетеля Р.Е., согласно которым на видеозаписи с SD-карты, изъятой с видеорегистратора автобуса, зафиксировано, что ДТП произошло ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 36 минут, а, значит, на видеорегистраторе были неверно установлены дата и время, поскольку такие показания являются предположением свидетеля, тогда как он не обладает специальными познаниями в технической области по определению времени на файлах видеозаписи, и не сообщил суду, каким временем и почему следует руководствоваться при просмотре этих видеофайлов.

Считает недоказанным факт нарушения ФИО2 требований п. 14.1 ПДД РФ, поскольку постановление по делу об административном правонарушении от 17.03.2021, которым он был привлечен к административной ответственности за данное правонарушение по ст. 12.18 КоАП РФ, отменено решением Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 18.06.2021 по делу № 12-24/2021, и, по мнению защитника, установленные этим решением обстоятельства в силу требований ст. 90 УПК РФ должны быть признаны судом без дополнительной проверки.

Находит недоказанным факт нахождения ФИО2 в состоянии опьянения, указывая, что на момент ДТП внешних признаков опьянения у него не имелось, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, а также тем, что выезжавшие на место происшествия сотрудники ГИБДД не усмотрели у ФИО2 таковых признаков, направив его для прохождения медицинского освидетельствования по иному основанию; при прохождении ФИО2 предрейсового медицинского осмотра в ООО «Пассажиравтотранс» состояние опьянения не было установлено; признаки опьянения, описанные врачом-наркологом в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения, являлись признаками стресса, испытанного ФИО2 после ДТП, что подтверждается заключениями специалистов и показаниями последних, исследованными в суде первой инстанции по ходатайству стороны защиты.

Полагает, что при проведении медицинского освидетельствования ФИО2 на состояние опьянения были нарушены требования Приказа №933н от 18.12.2015 «О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения», а также Приказа Минздравсоцразвития РФ от 27.01.2006 №40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ», поскольку в ходе освидетельствования врач не произвел сбор анамнестических данных и жалоб, осмотр ФИО2 непосредственно перед проведением тестов (п. 7 акта); не выяснил, после какого события и в связи с чем тот направлен на медицинское освидетельствование (п. 8 акта); не измерил пульс, давление, частоту дыхания; не выяснил, страдает ли ФИО2 какими- либо заболеваниями, связанными с высоким давлением и пульсом, а также не находится ли он в состоянии стресса и шока после ДТП со смертельным исходом (п. 9 акта); не выяснил сведения о последнем употреблении им алкоголя, лекарственных средств, наркотических средств и психотропных веществ (п. 12 акта), указав только название лекарственного препарата, принятого накануне ФИО2, без указания его дозы и причины употребления.

Отмечает, что в п. 14 акта медицинского освидетельствования не указана концентрация обнаруженных при исследовании мочи ФИО2 веществ (фенобарбитала и димедрола), тогда как в соответствии с п. 2 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 27.01.2006 № 40 обнаружение в моче фенобарбитала ниже уровня порогового значения анализа в 1000 нг/мл, не является состоянием опьянения.

Указывает, что для вывода о нахождении лица в состоянии опьянения необходимо установить у него не менее трех клинических признаков опьянения, а также наличие в пробе мочи фенобарбитала в концентрации не менее 1000 нг/мл, подтверждающееся вторым исследованием.

Цитируя перечисленные в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения имеющиеся у ФИО1 клинические признаки состояния опьянения, считает, что при их реальном наличии тот не мог самостоятельно передвигаться, тогда как согласно материалам дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на протяжении 11-12 часов управлял транспортным средством без признаков опьянения, совершая движение по маршруту согласно графику, своевременно останавливаясь на остановках и принимая от пассажиров оплату за проезд, двигаясь по своей полосе движения без нарушений ПДД РФ; при этом его поведение после ДТП являлось адекватным, он своевременно вызвал скорую помощь и сотрудников ГИБДД, у которых в течение около 4 часов общения с ним не возникло сомнений в том, что у него имеются внешние признаки состояния опьянения.

Обращает внимание, что приведенные им доводы и обстоятельства подтверждаются заключениями и показаниями в судебном заседании специалистов Р.Д., Б.В., которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, однако суд необоснованно отверг вышеуказанные доказательства.

При таких обстоятельствах считает необоснованным отказ суда в вызове и допросе в качестве свидетелей инспекторов ГИБДД, выезжавших на место происшествия и общавшихся с ФИО2 непосредственно после ДТП, а также выводы суда о недопустимости заключений специалистов и недостоверности их показаний в судебном заседании.

По мнению защитника, причиной ДТП явилось противоправное поведение потерпевшего П., который, пересекая дорогу на нерегулируемом пешеходном переходе, в нарушение п. 4.5 ПДД РФ не убедился в безопасном переходе проезжей части, что подтверждается записью с видеорегистратора автобуса, при этом ФИО2 не мог своевременно обнаружить и увидеть пешехода, поскольку обзор ему перекрывал двигавшийся во встречном направлении автомобиль.

В этой связи считает, что неверное указание следователем при назначении судебной автотехнической экспертизы момента обнаружения опасности водителем автобуса обусловило ошибочные выводы эксперта-автотехника, который уклонился от оценки действий пешехода со ссылкой на то, что для этого не требуется специальных познаний, однако оценил действия водителя ФИО2 как несоответствующие требованиям ПДД РФ.

Указывает, что в нарушение п. 8 постановления Пленума Верховного Суда от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», ни следствием, ни судом не дана оценка действиям пешехода.

Полагает, что объективная картина ДТП отражена в заключении специалиста Т.И., согласно которому причиной ДТП явилось несоответствие действий пешехода П. требованиям п. 4.5 ПДД РФ при отсутствии со стороны ФИО2 нарушений ПДД РФ и технической возможности избежать данного ДТП.

Приводит доводы о том, что в ходе допроса в судебном заседании специалист Т.И. показал, что заключение автотехнической экспертизы является неполным, недостоверным и необъективным, поскольку проводивший ее эксперт не обладает познаниями в области видеотехники и трасологии, в связи с чем не мог объективно исследовать видеозапись данного ДТП, сделать соответствующий расчет в области трасологии и определить момент возникновения опасности для водителя автобуса, установить, имел ли ФИО2 техническую возможность предотвратить ДТП с учетом конкретной дорожно-транспортной обстановки, а также установить причину ДТП с технической точки зрения.

Выражает несогласие с выводами суда о недостоверности вышеуказанного заключения и показаний специалиста Т.И., отмечая, что тот был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Считает, что при таких обстоятельствах имелись основания для допроса эксперта-автотехника и назначения дополнительной комплексной автотехнической, видеотехнической и трасологической судебной экспертизы, однако суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств защиты об этом, не мотивировав надлежащим образом свои решения.

По мнению защитника, заключение эксперта П.М. о возможном нахождении ФИО2 в момент совершения ДТП в состоянии опьянения не является доказательством, поскольку основано на предположениях и однозначных выводов не содержит.

Заявляет, что в нарушение требований ст. 294 УПК РФ суд необоснованно возобновил судебное следствие для дополнительного исследования доказательств стороны обвинения, тогда как стороны в судебных прениях и подсудимый в последнем слове о такой необходимости не заявляли и не сообщали каких-либо новых сведений или обстоятельств, о которых не было известно суду до удаления в совещательную комнату.

Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию или судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором и приводит доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы адвоката Ю.А.

Отмечает, что срочную службу в ВС РФ он проходил с 2010 по 2011 гг., а не с 1990 по 1991 гг., как указано в приговоре.

Обращает внимание, что на стр. 29 приговора суд ошибочно указал о совершении им преступления в состоянии алкогольного опьянения, тогда как из акта медицинского освидетельствования следует, что алкоголя в выдыхаемом им воздухе обнаружено не было.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию или со стадии судебного разбирательства.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обвинительного приговора.

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и основаны на совокупности исследованных судом доказательств.

Протоколом осмотра места ДТП со схемой и фото-таблицей к нему зафиксированы: место ДТП, расположенное у <адрес> в <адрес>; расположение дорожных знаков 5.19.1 и 5.19.2 «Пешеходный переход» Приложения 1 кПДД РФ, дорожной разметки 1.14.1 Приложения 2 к ПДД РФ; направление движения автобуса «Lotos 105», государственный регистрационный знак <***>, непосредственно перед ДТП и после него; место наезда на пешехода П. в зоне нерегулируемого пешеходного перехода (т. 1 л.д. 32-49).

В ходе осмотра автобуса «Lotos 105» зафиксированы повреждения в передней части автобуса, изъята miсro SD-карта из видеорегистратора, находящегося в салоне автобуса, а также иные предметы и документы (т. 1 л.д. 50-54, 102-106).

Протоколом осмотра предметов (документов) зафиксирован осмотр микро SD-карты, изьятой из автобуса «Lotos 105», а также имеющихся на ней видеофайлов - «4978_СН№» с видеозаписью камеры наружного обзора, «4978_СН№» с видеозаписью камеры внутри салона (т. 1 л.д. 114-118, 119).

В ходе просмотра в судебном заседании суда первой инстанции видеозаписи с камеры наружного обзора установлено, что автобус двигается по проезжей части <адрес> в направлении от <адрес> к <адрес> в <адрес>; когда время на видеозаписи отображается как 19:36:49, на нерегулируемом пешеходном переходе, расположенном на проезжей части <адрес>, виден пешеход П., двигающийся в темпе спокойного шага, слева направо относительно направления движения вышеуказанного автобуса, пересекает проезжую часть без ускорений, замедлений или изменения направления, видимость пешеходного перехода для водителя автобуса ничем не ограничена; когда время на видеозаписи отображается как 19:36:50, автобус совершает наезд передней частью на пешехода П., после чего тот ударяется о лобовое стекло и падает на проезжую часть.

В ходе просмотра в судебном заседании суда первой инстанции видеозаписи с камеры внутри салона установлено, что когда время на видеозаписи отображается как 19:36:49, т.е. непосредственно перед ДТП, водитель ФИО2 использует мобильный телефон, держа его в левой руке, прослушивая голосовые сообщения, а затем смотрит на экран телефона.

Согласно телефонограмме ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 25 минут констатирована смерть П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступившая в результате ДТП (т. 1 л.д. 55).

По заключению судебно-медицинского эксперта у гр-на П. установлены множественные телесные повреждения, которые составляют сочетанную тупую травму головы, груди, верхних и нижних конечностей, расцениваются как тяжкий вред здоровью, и образовались по механизму прямого удара передними частями движущегося транспортного средства в правую боковую поверхность туловища с последующим отбрасыванием и соударением тела о дорожное покрытие. Смерть П. последовала от тупой травмы головы, сопровождавшейся переломом костей свода и основания черепа и ушибом головного мозга в виде очаговых кровоизлияний в теменно-височных долях правого и левого полушарий головного мозга, кровоизлияний под мягкие мозговые оболочки затылочной области обоих полушарий головного мозга, и находится в прямой причинной связи с полученными повреждениями (т. 1 л.д. 154-164).

В соответствии с протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 26 мин. ФИО2 направлен на медицинское освидетельствование в связи с вынесением определения о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ (т. 1 л.д. 58).

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения в моче Б.Н.ОБ. обнаружены фенобарбитал, димедрол; у осужденного установлено состояние опьянения (т. 1 л.д. 60-61, т. 2 л.д. 134).

Из заключения эксперта следует, что в момент ДТП ФИО2 мог находиться в состоянии опьянения, обусловленном воздействием сильнодействующего вещества (веществ) – фенобарбитала (и/или димедрола), в связи с чем не мог реально оценивать дорожную ситуацию и своевременно реагировать на ее изменения (т. 1 л.д. 169-176).

В соответствии с заключением автотехнической судебной экспертизы в рассматриваемой дорожной ситуации водитель автобуса для предотвращения ДТП должен был руководствоваться требованиями пункта 14.1 ПДД РФ. С технической точки зрения в действиях водителя автобуса имелись несоответствия требованиям пункта 14.1 ПДД РФ. В данных дорожных условиях при заданных и принятых исходных данных водитель автобуса имел техническую возможность предотвратить наезд на пешехода путем применения торможения с момента выхода пешехода П. на нерегулируемый пешеходный переход (т. 1 л.д. 193-194).

По показаниям свидетеля Г.С., заместителя и.о. директора ООО «Вест-Сервис», которое является субарендатором автобуса «Lotos 105», ДД.ММ.ГГГГ данный автобус под управлением водителя ФИО2 стал участником ДТП в <адрес>. Со слов ФИО2 ему известно, что причиной ДТП послужило отвлечение ФИО2 от контроля за дорожной ситуацией в связи с прослушиванием аудиосообщений с телефона (т. 1 л.д. 83-85).

Согласно показаниям свидетеля Р.Е., в должностные обязанности которого входит обслуживание видеорегистраторов, установленных на транспортных средствах, ДД.ММ.ГГГГ он был участником осмотра автобуса «Лотос», государственный регистрационный знак <***>, в ходе которого из видеорегистратора указанного автобуса была изъята SD-карта. При просмотре файлов, находящихся на данной карте, зафиксирован момент ДТП – наезд на мужчину-пешехода. Дата и время в момент столкновения указаны как 19 часов 36 минут ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, время на видеорегистраторе было сбито и указано неверно (т. 1 л.д.80-81).

По показаниям потерпевшего П погибший в ДТП п.н. являлся его отцом. ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно о гибели отца в ДТП, произошедшем на нерегулируемом пешеходном переходе возле <адрес> в <адрес> (т. 1 л.д. 69-71).

Также виновность ФИО2 подтверждается его показаниями об обстоятельствах ДТП и протоколом проверки показаний на месте с его участием, в той части, в которой они согласуются с вышеприведенными доказательствами по делу.

В ходе проверки показаний на месте с участием ФИО2 последний указал место наезда на пешехода П., которое находится непосредственно на пешеходном переходе (т.1 л.д. 179-185).

Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал все доказательства, и в соответствии со ст. 88 УПК РФ дал им правильную оценку, приведя мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, верно установив фактические обстоятельства преступления.

Оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств по делу суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы стороны защиты о том, что в момент ДТП ФИО2 мобильным телефоном не пользовался, в состоянии опьянения не находился, а также ссылки на отсутствие у него технической возможности предотвратить ДТП, являлись предметом проверки и оценки суда первой инстанции, и были обоснованно им отвергнуты с приведением убедительных мотивов, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не усматривает.

Утверждение ФИО2 о неиспользовании телефона опровергается видеозаписью с камеры видеорегистратора внутри салона автобуса, согласно которой непосредственно перед ДТП ФИО2, держа в руке телефон, прослушивает голосовые сообщения, а затем смотрит на экран телефона, и указанные обстоятельства согласуются как с показаниями свидетеля Г.С., согласно которым со слов ФИО2 ему известно, что причиной ДТП явилось его отвлечение от контроля за дорогой в связи с прослушиванием аудиосообщений с телефона, так и с показаниями ФИО2 в судебном заседании о том, что непосредственно перед ДТП он прослушивал голосовые сообщения, а когда на секунду отвлекся от дороги посмотреть время на телефоне, внезапно появился пешеход (т. 3 л.д. 192-103).

С учетом изложенного, и принимая во внимание, что телефонные переговоры могут осуществляться с помощью обмена голосовыми сообщениями, отсутствие в распечатке оператора сотовой связи данных о соединениях абонентского номера осужденного в инкриминируемое время не опровергает выводы суда первой инстанции о нарушении ФИО2 требований п. 2.7 ПДД РФ, запрещающего пользоваться во время движения телефоном, не оборудованным техническим устройством, позволяющим вести переговоры без использования рук.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, факт нахождения ФИО2 в состоянии опьянения подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения, который обоснованно признан судом первой инстанции допустимым и достоверным доказательством.

Согласно примечанию 2 к статье 264 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается лицо, управляющее транспортным средством, в случае наличия в организме этого лица психотропных веществ или их аналогов.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 5 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Минздрава России от 18.12.2015 № 933н, медицинское освидетельствование проводится в отношении лица, которое управляет транспортным средством, на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного в соответствии с требованиями статьи 27.12 КоАП РФ.

Из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения усматривается, что ФИО2 направлен на это освидетельствование на основании ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ, как лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ.

Согласно п. 15 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в случае освидетельствования лиц, указанных в подпункте 1 пункта 5 настоящего Порядка, при обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ выносится медицинское заключение «установлено состояние опьянения».

По результатам химико-токсикологического исследования в моче ФИО2 обнаружен, в том числе фенобарбитал, являющийся психотропным веществом, включенный в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ (список III), утвержденный Постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 № 681.

Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения составлен в соответствии с требованиями п.п. 14-27 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, которым не предусмотрено обязательное указание концентрации обнаруженного в биологическом объекте лица психотропного вещества, в связи с чем доводы апелляционных жалоб в этой части нельзя признать состоятельными.

Таким образом, состояние опьянения установлено у ФИО2 в связи с обнаружением в его моче психотропного вещества, а потому доводы стороны защиты о наличии у осужденного клинических признаков стресса, а не опьянения, со ссылкой на показания свидетелей Г.С., Г.С. и заключения специалистов Р.Д., Б.В. по данному вопросу, а также о неуказании в акте медицинского освидетельствования более подробных сведений о состоянии здоровья ФИО2, являются несущественными.

При таких обстоятельствах оснований для допроса в судебном заседании инспекторов ГИБДД, прибывших на место происшествия и общавшихся с ФИО2 непосредственно после ДТП, не имеется, а потому ходатайство стороны защиты об этом отклонено судом первой инстанции правомерно.

Неустановление у ФИО2 состояния опьянения при прохождении предрейсового осмотра не ставит под сомнение достоверность результатов медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проведенного в отношении осужденного в СПб ГБУЗ «Городская наркологическая больница».

Доводы апелляционных жалоб о прохождении ФИО2 после ДТП послерейсового осмотра опровергаются ответом генерального директора ООО «ВЕСТ-СЕРВИС» (т. 3 л.д. 65).

Ссылки стороны защиты на употребление ФИО2 лекарственного препарата «капли Морозова», о химическом составе которого осужденный не был осведомлен, не влияют на правильность выводов суда первой инстанции о нахождении ФИО2 в момент ДТП в состоянии опьянения, в которое он привел себя самостоятельно.

Заключение эксперта П.М. правомерно расценено судом как допустимое доказательство; выводы эксперта согласуются с актом медицинского освидетельствования ФИО2 на состояние опьянения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, решения Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 18.06.2021, которыми отменены два постановления от 17.03.2021 по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.18 КоАП РФ и ст. 12.36.1 КоАП РФ, соответственно, не имеют преюдициального значения для настоящего уголовного дела. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что постановлениями инспектора по ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по г. Сосновый Бор Ленинградской области от 15.07.2021 производства по вышеуказанным делам прекращены в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности (т. 4 л.д. 148-157).

Заключение автотехнической судебной экспертизы обоснованно признано судом первой инстанции допустимым и достоверным доказательством, поскольку получено в соответствии с положениями ст. 204 УПК РФ и ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001 № 73-ФЗ; оснований сомневаться в правильности выводов эксперта суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Из материалов дела следует, что при назначении данной экспертизы момент возникновения опасности для водителя ФИО2 был определен следователем правильно, с учетом требований п. 14.1 ПДД РФ, согласно которому водитель транспортного средства, приближающегося к пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода.

Выводы суда о наличии у ФИО2 технической возможности предотвратить ДТП при соблюдении Правил дорожного движения убедительно мотивированы в приговоре, и оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не усматривает.

Утверждения стороны защиты о возникновении момента опасности для ФИО2 после проезда встречного автомобиля, а также о нарушении пешеходом П. Правил дорожного движения опровергаются видеозаписью с камеры наружного наблюдения видеорегистратора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, показания свидетеля Р.Е. о том, что дата и время, установленное в видеорегистраторе автобуса, было сбито и не соответствовало действительности, не являются предположением и согласуются с другими доказательствами, подтверждающими, что ДТП произошло около 16 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, оснований для допроса в судебном заседании эксперта-автотехника и назначения комплексной автотехнической, видеотехнической и трасологической судебной экспертизы не имеется, а потому ходатайства стороны защиты об этом отклонены судом первой инстанции правомерно.

С учетом изложенного, результаты служебной проверки, проведенной работодателем ФИО2 по факту ДТП, равно как и заключение специалиста Т.И. не влияют на правильность выводов суда первой инстанции о виновности ФИО2 в содеянном и квалификации его действий.

При таких обстоятельствах заключение специалиста Т.И. и его показания в судебном заседании обоснованно признаны судом первой инстанции недостоверными доказательствами, поскольку являются субъективным мнением специалиста, которое опровергается заключением автотехнической судебной экспертизы.

Ссылки стороны защиты в апелляционных жалобах на показания специалиста Т.И. о том, что заключение автотехнической судебной экспертизы является неполным, недостоверным и необоснованным, не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии со ст. 58 УПК РФ оценка доказательств по делу не входит в полномочия специалиста, а отнесена к исключительной компетенции суда.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб осужденного и защитника о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела являются несостоятельными, направлены на переоценку правильных выводов суда первой инстанции, оснований к чему не имеется.

Описание деяния, признанного судом доказанным, является конкретным и содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотиве и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного, о его виновности, которые достаточны для правильной правовой оценки содеянного.

Доводы стороны защиты о неустановлении точного времени совершения преступления являлись предметом проверки и оценки суда первой инстанции и были обоснованно им отвергнуты с приведением убедительных мотивов, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Действия ФИО2 верно квалифицированы судом первой инстанции по п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ; оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе по ч. 3 ст. 264 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон.

Суд первой инстанции оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем, неполном или необъективном исследовании и оценке представленных суду доказательств, по делу не установлено.

Все ходатайства сторон рассмотрены в установленном законом порядке, решения суда об отказе в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты убедительно мотивированы.

Возобновление судом судебного следствия не по ходатайству сторон, а по собственной инициативе для исследования ранее неисследованных доказательств не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и не влечет отмену обжалуемого приговора.

Ссылки в апелляционных жалобах на отсутствие в деле ряда ходатайств стороны защиты, заключений специалистов и протоколов судебных заседаний нельзя признать состоятельными, поскольку приводимые в жалобах ходатайства и документы имеются в материалах уголовного дела.

Получение стороной защиты копии приговора по истечение пяти суток со дня его провозглашения не является основанием для отмены приговора.

Замечания стороны защиты на протоколы судебных заседаний рассмотрены судом в установленном законом порядке, постановления суда об отклонении замечаний надлежащим образом мотивированы.

При назначении наказания суд первой инстанции принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО2, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности ФИО2 суд учел, что он не судим, к административной ответственности за нарушение главы 12 КоАП РФ не привлекался, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, женат.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признал в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного в результате преступления, выразившиеся в возмещении потерпевшему расходов на похоронно-ритуальные услуги, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание вины, раскаяние в содеянном; совершение преступления впервые; состояние здоровья подсудимого; принесение извинений потерпевшему; мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании; положительные характеристики с места жительства, работы и места прохождения срочной военной службы; прохождение срочной военной службы в рядах Вооруженных Сил РФ; наличие матери пенсионного возраста, страдающей хроническим заболеванием, которой он оказывает помощь.

Допущенная судом первой инстанции описка в указании периода прохождения ФИО2 срочной военной службы (вместо правильного с 2010 по 2011 гг. указано с 1990 по 1991гг.) является несущественной.

Отягчающих наказание обстоятельств суд не установил.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, его конкретных фактических обстоятельств, а также данных о личности осужденного и смягчающих наказание обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о назначении ФИО2 наказания в виде лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, правомерно не усмотрев оснований для применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ, надлежащим образом мотивировав свои выводы, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Определяя размер наказания, суд первой инстанции применил положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание представленные осужденным сведения о беременности его супруги, однако не находит оснований для признания данного факта смягчающим наказание обстоятельством, а также для снижения назначенного осужденному наказания, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, его конкретные фактические обстоятельства, отмечая также, что признание в качестве смягчающих обстоятельств иных, не предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельств, является правом, а не обязанностью суда.

Правовых оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется, поскольку размер назначенного ФИО2 наказания за преступление, относящееся к категории тяжких, превышает 5 лет лишения свободы.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному ФИО2 надлежит отбывать лишение свободы, определен судом в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, и является правильным.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденного ФИО2 и адвоката Юдина А.А. в его защиту суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению путем исключения из его описательно-мотивировочной части ошибочного указания суда на совершение ФИО2 преступления в состоянии алкогольного опьянения (стр. 29 приговора), поскольку согласно исследованным по делу доказательствам установленное у ФИО2 состояние опьянения не было связано с употреблением алкоголя.

Вносимые изменения не влияют на правильность выводов суда первой инстанции о виновности ФИО2 в совершении преступления, а также вид и размер назначенного ему наказания.

Иные вопросы разрешены в приговоре правильно.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора или его изменение по другим основаниям, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 16.01.2023 в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора (стр. 29 приговора) указание суда на нахождение ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Юдина А.А. и осужденного ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в 6 шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: