Решение по делу № 2-358/2023 от 31.03.2023 - о признании договора займа и договора ипотеки недействительными.

Гражданское дело №2-358/2023

УИД: 66RS0001-01-2022-008544-20

Мотивированное решение изготовлено 31 марта 2023 года

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 17 марта 2023 года

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга, в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С.,

при секретаре судебного заседания Кривошеевой К.В.,

с участием помощника прокурора Верх-Исетского района г. Екатеринбурга <ФИО>3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданскому делу по иску Прокурора Верх-Исетского района г. Екатеринбурга в интересах ФИО1 к ООО «НВЗЕ» о признании договора займа и договора ипотеки недействительными,

установил:

прокурор Верх-Исетского района г. Екатеринбурга обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором, с учетом уточнений, принятых к производству суда, просит суд признать сделки, совершенные между ФИО1 и ООО «НВЗЕ» 16.02.2018, а именно договор займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договор ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018 недействительными, применить последствия недействительности сделок путем внесения изменений в Единый государственный реестр недвижимости особственнике квартиры по адресу: <адрес> <адрес>, кадастровый № на ФИО1, взыскании с ФИО1 в пользу ООО «НВЗЕ» в счет возврата полученных денежных средств по договору займа №-ЕКБ от 16.02.2018 в размере 250 000 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что между ФИО1 и ООО «НВЗЕ» заключены договор займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договор ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018. В начале 2018 года у ФИО1 начались проблемы со здоровьем: заболели ноги. В указанный период времени какие-либо денежные сбережения у нее отсутствовали. С целью прохождения медицинского обследования в медицинских учреждениях, установления причины заболевания и последующего лечения ФИО1 приняла решение взять кредит в размере 100 000 рублей. В начале 2018 года ФИО1 решила обратиться в банк «Нева Займ» (увидела объявление, размещенное на остановочном комплексе). При обращении в указанную организацию, ФИО1 пояснила, что ей необходим заём в размере 100 000 рублей. Общение с сотрудниками происходило в здании, расположенном на ул. Куйбышева в г. Екатеринбурге. Точный адрес не знает, вывесок с названием организации не было. Сотрудники организации пояснили, что готовы предоставить займ, но в большем размере 250 000 рублей. Для оформления договора ФИО1 привезли сначала в офис на <адрес>, затем в офис, расположенный около железнодорожного вокзала. В данном офисе сотрудник «Нева Займ» дал ФИО1 много бумаг для подписания. На всех бумагах был мелкий текст. ФИО1 была уверена, что подписывает только договор займа, что никакого договора ипотеки не было. О том, что ее имущество в виде комнаты в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, комн. 119-124, является предметом залога не знала и не подписывала эти документы. Вместо 100 000 рублей оформили 250 000 рублей. ФИО1 выдали квитанцию о выдаче наличных на сумму 225 000 рублей. Как впоследствии узнала ФИО1 исполнителем было указано другое юридическое лицо ООО «Оптимальный вариант». Из этой суммы забрали обратно 90 000 рублей. Пояснили, что это деньги за оказанные услуги. После изнуряющих поездок по г. Екатеринбургу из офиса в офис ФИО1 была уставшей, плохо понимала, что происходит. Денежные средства в размере 100 000 рублей брала с целью лечения, в связи с сильными болями не осознавала и не понимала, что ей выдают заём под залог единственного жилья. Впоследствии у ФИО1 выявился диабет, в связи с прогрессированием заболевания в 2021 году ампутировали ногу. В июле 2022 года к ФИО1 пришел риэлтор и пояснил, что необходимо освобождать жилье. Только в 2022 году она узнала, что в договор займа включены условия о залоге недвижимости. Данные условия в договорах в феврале 2018 года не обсуждались, их не было. На такие условия ФИО1 согласия не давала. Такой воли при заключении договора у нее не было. Сделка между сторонами заключена под влиянием заблуждения, должна быть признана недействительной. В момент заключения сделки ФИО1 находилась в таком состоянии, что была не способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Судом для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, было привлечено ООО «Оптимальный вариант».

В судебном заседании помощник прокурора, доводы искового заявления с учетом уточнений поддержал, просил удовлетворить.

ФИО1, представитель ответчика, представитель третьего лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом и в срок, об отложении судебного заседания не ходатайствовали. Представитель ответчика в материалы дела представил письменные возражения на иск.

При таких обстоятельствах, с учетом мнения представителя истца, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика в порядке заочного производства согласно ст.233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и вынести заочное решение.

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В силу ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.

Из материалов дела следует, что ФИО1 обратилась к прокурору Верх-Исетского района г. Екатеринбурга о нарушении её жилищных прав.

Согласно справки МСЭ-2021 № ФИО1 установлена № группа инвалидности.

<ФИО>1 являлась собственником комнаты общей площадью 11,9 кв.м. в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (л.д. 28).

29.04.2022 право собственности на указанное помещение зарегистрировано за Обществом с ограниченной ответственностью «НВЗЕ», что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 26-27).

Судом установлено, что 16.02.2018 между Обществом с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания НВЗЕ» и ФИО1 заключен договор займа №-ЕКБ, согласно которому Заемщикубыли предоставлены денежные средства в размере 250 000 рублей 00 копеек для целевого использования, а именно для проведения капитального ремонта или иного неотделимого улучшения недвижимого имущества, указанного в п. 1.2 Договора сроком на 18 месяцев, считая с даты предоставления займа, на условиях, установленных настоящим Договором, а Заемщик обязался возвратить в обусловленный срок сумму займа и уплатить проценты за пользование суммой займа.

Согласно п. 1.2 договора займа, обеспечением исполнения денежных обязательств Заемщика является залог (ипотека) комнаты, находящейся по адресу: <адрес>, <адрес>.

16.02.2018 между Обществом с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания НВЗЕ» и ФИО1 заключен договор ипотеки №-ЕКБ, согласно которому предметом залога является комната, находящаяся по адресу: <адрес>, <адрес>.

Решением Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга от 12.12.2018 с ФИО1 в пользу ООО «Микрокредитная компания НВЗЕ» взыскана задолженность по договору займа в размере 307 393,84 рублей; проценты в размере 96% годовых от суммы займа за период с 17.08.2018 до дня фактического исполнения обязательств по договору; неустойка в размере 7,5% годовых от суммы займа за период с 17.08.2018 до дня фактического исполнения обязательств по договору; судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 274 рубля; обращено взыскание на заложенное имущество, принадлежащее ФИО1 на праве собственности, - комнату в <адрес> по адресу: <адрес>, <адрес> (кадастровый №), путем продажи с публичных торгов с начальной продажной ценой 830 000 рублей.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением истец указывает на то, что в начале 2018 года у ФИО1 начались проблемы со здоровьем: заболели ноги. В указанный период времени какие-либо денежные сбережения у нее отсутствовали. С целью прохождения медицинского обследования в медицинских учреждениях, установления причины заболевания и последующего лечения ФИО1 приняла решение взять кредит в размере 100 000 рублей. В начале 2018 года ФИО1 решила обратиться в банк «Нева Займ» (увидела объявление, размещенное на остановочном комплексе). При обращении в указанную организацию, ФИО1 пояснила, что ей необходим заём в размере 100 000 рублей. Общение с сотрудниками происходило в здании, расположенном на <адрес> в г. Екатеринбурге. Точный адрес не знает, вывесок с названием организации не было. Сотрудники организации пояснили, что готовы предоставить займ, но в большем размере 250 000 рублей. Для оформления договора ФИО1 привезли сначала в офис на <адрес>, затем в офис, расположенный около железнодорожного вокзала. В данном офисе сотрудник «Нева Займ» дал ФИО1 много бумаг для подписания. На всех бумагах был мелкий текст. ФИО1 была уверена, что подписывает только договор займа, что никакого договора ипотеки не было. О том, что ее имущество в виде комнаты в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, комн. 119-124, является предметом залога не знала и не подписывала эти документы. Вместо 100 000 рублей оформили 250 000 рублей. ФИО1 выдали квитанцию о выдаче наличных на сумму 225 000 рублей. Как впоследствии узнала ФИО1 исполнителем было указано другое юридическое лицо ООО «<иные данные>». Из этой суммы забрали обратно 90 000 рублей. Пояснили, что это деньги за оказанные услуги. После изнуряющих поездок по г. Екатеринбургу из офиса в офис ФИО1 была уставшей, плохо понимала, что происходит. Денежные средства в размере 100 000 рублей брала с целью лечения, в связи с сильными болями не осознавала и не понимала, что ей выдают заём под залог единственного жилья. Впоследствии у ФИО1 выявился диабет, в связи с прогрессированием заболевания в 2021 году ампутировали ногу. В июле 2022 года к ФИО1 пришел риэлтор и пояснил, что необходимо освобождать жилье. Только в 2022 году она узнала, что в договор займа включены условия о залоге недвижимости. Данные условия в договорах в феврале 2018 года не обсуждались, их не было. На такие условия ФИО1 согласия не давала. Такой воли при заключении договора у нее не было. Сделка между сторонами заключена под влиянием заблуждения, должна быть признана недействительной. В момент заключения сделки ФИО1 находилась в таком состоянии, что была не способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Разрешая заявленные истцом исковые требования, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно п. 1,2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п.1, 3 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно пп 2 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки (пп. 2пп. 2, 4 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пп 5 п. 2 ст. 178пп 5 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться, в том числе, в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Учитывая, что вопросы способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими требуют специальных познаний, суд, руководствуясь разъяснениями, приведенными в абз. 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», по ходатайству истца назначил проведение по делу судебной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

Комиссия врачей психиатров - психологов дала заключение от 03.02.2023 № ГАУЗ СО «СОКПБ», в соответствии с которым ВороноваТамара Александровна, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент заключения договора займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договора ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018 страдала <иные данные> этом свидетельствует <иные данные>. К периоду юридически значимого события y <ФИО>1 T.A. имелись такие индивидуально-психологические особенности, в том числе обусловленные психическим расстройством, как изменения co стороны динамической стороны познавательной деятельности, слабость регуляции поведения в виде импульсивности принятия решения, трудности выделения существенного от второстепенного, недостаточнocть критических и прогностическиx способностей, аффективная насыщенность переживаний c субъективной оценкой обстоятельств, обидчивость, уязвленное самолюбие, неустойчивость в отстаивании собственной точки зрения в сочетании ригидности и установки на избегaниe конфликта, парциальной внушаемости c пассивной подчиняемостью, неустойчивости мотивации и целенaправленности, которые нарушали ее способность к целостной оценке ситуации и собственных возможностей, обусловливали слабость коррекции поведения и неспособность совершать адекватные конечной цели промежуточные действия.

Из совместных выводов судебно – психиатрических экспертов и эксперта психолога (ответы на вопросы суда №), следует, что поскольку выявленное y ФИО2 экспертами психиатрами <иные данные>; эксперты пришли к выводу, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в момент заключения договора займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договора ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Выводы экспертов основаны на материалах дела и медицинских документах ФИО1 Экспертиза проводилась комиссией экспертов, имеющих специальное образование, достаточный стаж работы и соответствующие категории. Заинтересованность экспертов в исходе дела не установлена. В заключение экспертной комиссии подробно и последовательно изложены ход экспертного исследования; примененные методы исследования; анализ представленных материалов и медицинских документов.

Судом не усмотрено оснований для назначения дополнительной судебной психиатрической экспертизы, поскольку в соответствии со ст. 87 Гражданского кодекса Российской Федерации дополнительная экспертиза назначается в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта, чего не было установлено в ходе рассмотрения настоящего спора.

Оценивая заключение комиссии экспертов, суд принимает во внимание тот факт, что экспертами в достаточной степени принимались во внимание как доводы сторон, изложенные в материалах дела, так и имеющиеся в распоряжении экспертов медицинские документы.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, учитывая положения ст. ст. 6, 11, 12, 56, 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, оценивая вышеуказанное заключение в совокупности со всеми иными доказательствами по делу (письменными доказательствами) приходит к выводу об отсутствии оснований сомневаться в правильности, объективности и достоверности выводов экспертов.

Таким образом, принимая во внимание выводы экспертов, суд приходит к выводу о наличии объективных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 в момент заключения договора займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договора ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018 не была способна оценивать свои действия и руководить ими.

Так, оценивая заключение экспертов, суд приходит к выводу, что оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание проведенных исследований материалов дела, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы.

Судебная экспертиза проведена с соблюдением норм действующего законодательства, оснований не доверять выводам указанной экспертизы суд не усмотрел.

В соответствии с положениями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения экспертов должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение, полученное в рамках проведенной по настоящему гражданскому делу судебной амбулаторной комплексной психолого – психиатрической экспертизы, суд с ним соглашается и при вынесении решения принимает за его основу, поскольку экспертиза проведена на основании предоставленных судом материалов настоящего гражданского дела, в котором имелись все необходимые документы для производства экспертизы. Эксперты перед проведением экспертизы предупреждались об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, оснований сомневаться в компетентности экспертов не имеется, экспертами исследованы все представленные на экспертизу документы в рамках их специализации, даны аргументированные ответы на постановленные перед ними вопросы, в экспертном заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, выводы являются логическим следствием осуществленных исследований, заключение не содержит внутренних противоречий, а выводы достаточно мотивированы.

Так, экспертами указано на то, что проводился анализ всей совокупности предоставленных материалов. Для оценки психического и психологического состояния ФИО1 на 16.02.2018 судебно-психиатрическими экспертами применялись методы психиатрического (клинико-психопатологического) экспертного исследования (анамнез, клиническая беседа, описание психического состояния), в сочетании с клиническим анализом сомато-неврологического состояния, результатов экспериментально-психологического исследования; клинико-экспертный материалов гражданского дела и медицинской документации, а также соотнесение клинических данных с исследуемой юридической ситуацией, с учетом совокупности клинических, ситуационных и социальных факторов. Экспертом - психологом использовались: метод наблюдения, психологическое интервью, а также различные методики, психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации, а также соотнесение полученных данных с исследуемой юридической ситуацией. Следующие документы являлись предметом исследования: медицинские карты №, №.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что заключение экспертов является не только допустимым доказательством, но и достаточным для решения спорного вопроса, никаких новых доказательств, которые могут повлиять на содержание заключения, сторонами не представлено.

Крое прочего, бесспорно, с учетом изложенных фактических обстоятельств, а также представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения настоящего спора по существу, нашел свое подтверждение и факт того, что в момент заключения договора займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договора ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018, ФИО1 заблуждалась в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (была уверена, что подписывает договор займа на необходимую для нее сумму – 100 000 руб.).

Доводы представителя ответчика об обратном (ФИО1 была представлена полная и достоверная информация о договорах), противоречат совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Также критически суд относится и к доводам представителя ответчика о пропуске срока исковой давности.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованиям о признании недействительными и о применении последствий недействительности договора займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договора ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018, составляет три года, при этом иск подам в суд был 20.09.2022.

Весте с тем, как следует из материалов дела и ни кем не оспорено, о нарушении своих прав ФИО1 узнала в июле 2022 года, после того, как к ФИО1 пришел риэлтор и пояснил, что необходимо освобождать жилье. Только в 2022 году она узнала, что в договор займа включены условия о залоге недвижимости, данные условия в договорах в феврале 2018 года не обсуждались, их не было, на такие условия ФИО1 согласия не давала, такой воли при заключении договора у нее не было. 30.08.2022 ФИО1 уже обратилась к прокурору Верх-Исетского района г. Екатеринбурга о нарушении её жилищных прав.

С учетом изложенного, суд приходит к вводу, что срок исковой истцом не пропущен, в этой связи отсутствуют основания и для его восстановления.

Не основаны на законе, а потому не состоятельны доводы представителя ответчика в части того, что обстоятельства, установленные решением <иные данные> <адрес> по делу №, вступившим в законную силу 15.01.2019, которым с ФИО1 взыскана сумма долга по договору займа №-ЕКБ от 16.02.2018, обращено взыскание на заложенное имущество, обязательны для суда

Так, при рассмотрении вышеуказанного гражданского дела ФИО1 не участвовала, в связи с чем, представить какие – либо доказательства, не имела возможности.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание обстоятельства, установленные настоящим решением (факт того, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в момент заключения договора займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договора ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018 не могла понимать значение своих действий и руководить ими), суд приходит к выводу, что доводы представителя ответчика в указанной части, не свидетельствуют о неправомерности заявленного иска.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что истцом в соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела представлено достаточно доказательств в обоснование заявленных исковых требований.

Таким образом, договор займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договор ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018, надлежит признать недействительными.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Удовлетворяя исковые требования ФИО1 и признавая недействительным договор займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договор ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018, суд считает необходимым аннулировать записи в Едином государственном реестре недвижимости от 29.04.2022 о регистрации перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, <адрес>, кадастровый № от ФИО1 к ООО «НВЗЕ», при этом с ФИО1 в пользу ООО «НВЗЕ» надлежит взыскать в счет возврата полученных денежных средств по договору займа №-ЕКБ от 16.02.2018 денежную сумму в размере 250 000 рублей.

В соответствии со ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Согласно ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Иных доказательств в обоснование своих требований истцом суду представлено не было, равно как и не было представлено каких – либо допустимых и относимых (статьи 59, 60 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации) доказательств, опровергающих выводы суда.

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 233 - 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования Прокурора Верх-Исетского района г. Екатеринбурга в интересах ФИО1 к ООО «НВЗЕ» о признании договора займа и договора ипотеки недействительными удовлетворить.

Признать сделки, совершенные между ФИО1 и ООО «НВЗЕ» 16.02.2018, а именно договор займа №-ЕКБ от 16.02.2018 и договор ипотеки №-ЕКБ от 16.02.2018, недействительными.

Применить последствия недействительности сделок, а именно:

- аннулировать запись в Едином государственном реестре недвижимости от 29.04.2022 о регистрации перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, <адрес>, кадастровый № от ФИО1 к ООО «НВЗЕ»,

- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «НВЗЕ» в счет возврата полученных денежных средств по договору займа №-ЕКБ от 16.02.2018 денежную сумму в размере 250 000 рублей.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Е.С. Ардашева