УИД 60RS0001-01-2025-001280-88
Дело № 2-2338/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 ноября 2025 года город Псков
Псковский городской суд Псковской области в составе:
председательствующего судьи Даниловой О.С.,
при секретаре судебного заседания Мозжухиной А.В.,
с участием представителя истца – ФИО
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО5 к ФИО6 и ФИО7 о признании договоров займа и залога недвижимого имущества недействительными,
установил:
ФИО1 и ФИО5 (далее – истецы) обратились в суд с исковым заявлением к ФИО6 и ФИО7 (далее – ответчики) о признании договоров займа и залога недвижимого имущества недействительными.
В обоснование иска указано, что 05.12.2024 между ФИО6, действующим по доверенности в интересах ФИО7, как займодавцем, с одной стороны, и ФИО1, ФИО5, как заемщиками, с другой стороны заключен договор займа, по условиям которого займодавец передает заемщикам в собственность денежные средства в размере 1 350 000 (один миллион триста пятьдесят тысяч) рублей с начисленными процентами, сроком на 12 месяцев, под 4,4 % в месяц, что составляет 59 400 рублей в месяц (52,8% годовых) для целей, связанных с предпринимательской деятельностью, в т.ч. для начала осуществления предпринимательской деятельности и/или инвестирования в основные средства для предпринимательской деятельности (пункт 1.1, 1.2 Договора), а заемщики обязуются возвратить сумму займа и уплатить проценты за пользование займом, а также иные предусмотренные договором платежи. Пунктом 2.1 договора займа предусмотрено обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору залогом квартиры с КН №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью 52,1 кв.м., принадлежащей на праве долевой собственности истцам. Стоимость предмета Залога составляет 2 733 154 руб. 02 коп., что соответствует кадастровой стоимости квартиры. Указывают, что в данный договор включены условия, свидетельствующие об осведомленности займодавца о мошеннической схеме, поскольку в нем, наряду с констатацией не предоставления сведений о платежеспособности заемщика (пункт 1.2.1 Договора) предусмотрены заверения и гарантии следующего характера: никто из заемщиков не имеет кредитных обязательств и никто из них не планирует обращение в суд о признании себя банкротом; сделка не носит характер кабальной, не связано с введением их в заблуждение о том, что является участником какой-либо специальной операции, проводимой правоохранительными органами Российской Федерации или Центральным банком Российской Федерации, с заемщиками не связывались какие-либо третьи лица с целью понуждения к заключению договора для помощи правоохранительным органам Российской Федерации или Центральному Банку Российской Федерации. Иными словами, текст договора был подготовлен именно под мошенническую схему, в которую были вовлечены истцы. В этот же день между ФИО6, действующим по доверенности и в интересах ФИО7 (залогодержатель) и ФИО1, ФИО5 (залогодатель) заключен договор залога недвижимого имущества, по условиям которого исполнение обязательств заемщиков по договору займа от 05 декабря 2024 года обеспечено залогом квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью 52,1 кв.м., принадлежащей на праве долевой собственности истцам, по 1/2 доле в праве каждой. Данный договор был удостоверен ФИО2, нотариусом города Москвы. Договоры займа и залога недвижимого имущества, предметом которого является единственное жилье двух женщин (мать и дочь), считаем недействительным по следующим основаниям: Истцы стали жертвами мошеннической схемы. С 19 ноября 2024 года под воздействием телефонных мошенников, которые убедили истцов о совершении в отношении них кредитных операций и необходимостью действовать под контролем сотрудников банка и ФСБ, ФИО8 были обналичены денежные средства в сумме более 2 000 000 руб. и переведены на так называемый безопасный счет. В продолжение преступного умысла, направленного на хищение денежных средств и имущества Л-ных, мошенники убедили их в том, что в отношении истцов совершается мошенничество по завладению их квартирой, путем размещения объявления о ее продаже. К ФИО1 поступали многочисленные звонки от потенциальных «покупателей», что убедило ее в реальной опасности продажи квартиры без ее ведома. С целью сохранения квартиры, которая является для истцов единственным жильем, а также необходимостью аннулирования ранее заключенных кредитов, мать (С.Я.) и дочь (О.Г.) Л-ны продолжали действовать по указанию якобы сотрудников банка и ФСБ. Так, по указанию мошенников, Л-ны прибыли из <адрес> в <адрес> к назначенному мошенниками времени - 15.00 к нотариусу ФИО2 где, действуя под контролем и по указанию двух ранее не известных мужчин, один из которых представился помощником банковского специалиста по недвижимости, не называя при этом своего имени и фамилии, подписали документы, суть которых не могли понять, находясь под внешним стрессом и психологическим давлением, им не давали время опомниться и принимать взвешенные решения; обе были запуганы и растеряны. При этом, действуя согласно указаниям мошенникам, они должны были изображать из себя продавцов квартиры, чтобы правоохранительные органы смогли раскрыть преступление. Квартира является единственным жильем истцов, реально продавать ее они не собирались. Однако, действуя по указанию мошенников, с целью поимки преступников, а также сотрудничества с органами правопорядка, истцы выполняли поступающие указания, изображая из себя продавцов. Именно по этой причине ФИО1 вступала в переписку с «покупателями», писала ответы под диктовку мошенников, отчитывалась перед «специалистом банка», с каких номеров поступали звонки, и явились к нотариусу, где впервые в жизни увидели как помощника специалиста, так и ФИО6, который был якобы покупателем квартиры. Как пояснила мошенница-специалист банка, на самом деле продавать квартиру истцы не будут, а нотариус сделает залог и потом можно признать его недействительным, квартира останется у истцов, и также некий юрист сразу же вернет им все бумаги по кредитам, которые уже к этому моменту будут аннулированы. Для истцов вся ситуация была психотравмирующей: впервые попав в обстановку постоянного давления и запугивания, под угрозой уголовного преследования якобы за возможное сотрудничество с ВСУ (якобы деньги от кредитных операций и продажи квартиры предназначались для противника), истцы заблуждались относительно предмета сделки, ее природы, в отношении лица, с которым они вступали в сделку, в отношении обстоятельств, с которыми они вступали в сделку. Сами по себе условия так называемого займа, которые они изучили позже, а также залога квартиры являются кабальными. В нотариальной конторе, куда приехали истцы, ни помощник нотариуса, ни секретарь не поинтересовались целью их визита. Подошедшие спустя время двое мужчин, один из которых был так называемый «помощник специалиста», а второй - ФИО6 сразу прошли к нотариусу ФИО2 который предоставил все заранее подготовленные документы. В отдельном кабинете кто-то из двух мужчин передал деньги в сумме 1 350 000 руб. По требования ФИО6 была написана расписка в получении денег, якобы в долг. Под влиянием стресса и волнения расписку ФИО1 переписывала несколько раз. Далее истцам предоставили на подпись документы, говорили, где ставить подпись. При этом времени, достаточного для изучения объемных документов, выполненных мелким шрифтом, предоставлено не было. Оба мужчины действовали уверенно, знали, где ставить подписи, предоставляли документы, в нескольких экземплярах, на многих листах, копии путались, целостность восприятия текстов отсутствовала. Истцы не понимали сути договоров. Неожиданно для истцов, один из договоров был о займе. Однако никто из истцов денег в долг ни у кого не просил. Займодавца видели впервые в жизни. Согласно пункту 1.1 Договора займа от 05.12.2024, заем предоставляется в целях, связанных с предпринимательской деятельностью, в том числе для начала осуществления предпринимательской деятельности и/или инвестирования в основные средства для предпринимательской деятельности. Истец ФИО1 работает в охране ЧОПа, по образованию-маляр; ФИО5 - пенсионерка, всю жизнь проработала швеей. Никто из них не планировал никакую предпринимательскую деятельность, ИП, ООО никто из них не создавал и не регистрировал. Доход семьи, состоящий из пенсии ФИО5 в 23 000 руб. и заработной платы ФИО1 в 71 000 руб. не предполагает какой-либо иной вид деятельности или дохода, кроме как указанные выше. В кабинете нотариуса ФИО2 истцы впервые увидели нотариуса, который готовил договора. Услышав, что ФИО5 в браке, он рассердился, однако при этом прокомментировал, что ипотеку все равно надо оформлять. Понятия, используемые при данных сделках - инвестирование в основные средства для предпринимательской деятельности, ипотека, в силу юридической неграмотности истцов, не были им понятны, не несли никакого смысла; но поскольку все эти действия были якобы под контролем правоохранительных органов, то они подписывали все, что им предлагалось. Истцы не обращались ранее к нотариусу, проект договоров был написан до их визита к нему; для нотариуса сделки однозначно имели признаки мошеннических и кабальных (ежемесячной суммой платежа по процентам в размере 59 400 руб., то есть размер процентов составляет 52,8% годовых). Тем не менее, нотариус договор залога недвижимости удостоверил. На такие условия реального договора истцы просто не могли пойти, поскольку их совокупный месячный доход составляет 93 000 руб.; иных источников дохода они не имеют. В обеспечение договора займа был составлен договор залога недвижимого имущества - квартиры, которая оценена в кадастровую ее стоимость, в сумме 2 733 154 руб. Эта же стоимость поставлена как начальная продажная цена реализации предмета залога в случае обращения взыскания на предмет залога. Залог оформлен в сумме, меньшей кадастровой стоимости квартиры. В договоре залога полностью перепечатаны условия договора займа, что свидетельствует о том, что нотариус заранее готовил договор, был в курсе долговых обязательств. Условия погашения займа таковы, что сначала идут проценты, потом неустойки и просрочки, судебные расходы, и затем - основной заем. Очевидно, что такой договор носит характер вынужденного, кабального и направлен на отъем квартиры. Нотариус ФИО3 ФИО6 и «помощник специалиста банка» действовали согласованно, было очевидно, что все у них обговорено заранее. Из суммы денег, врученных ранее в отдельной комнате, 28 000 руб. один из мужчин отдал нотариусу, а «агенту» - 350 000 руб. якобы по договору оказания услуг от 05 декабря 2024 года. Таким образом, в помещении нотариальной конторы истцы подписывали по несколько экземпляров трех различных договоров от одной даты, что крайне затрудняло и фактически делало невозможным их осмысление. Оставшиеся 972 000 руб. сразу, по выходу из нотариальной конторы, под контролем «помощника специалиста банка», и по указаниям, поступившим на телефон ФИО1, последняя перевела полученные деньги на «безопасный счет». Поскольку никто не вернул документы по кредитам, не предоставил никаких сведений об их аннулировании, истцы обратились в полицию, поняв, что стали жертвами мошенников. Фактически, договор займа от 05 декабря 2024 года, заключенный между ФИО5, ФИО1 с одной стороны и ФИО6, действующим по доверенности в интересах ФИО7, с другой стороны, носит безденежный характер: деньги истцы не получили, заключение договоров носило фиктивный характер, обусловленный мошеннической схемой и преступным сговором, в заемных денежных средствах истцы не нуждались, заключили спорные договоры, будучи введенными в заблуждение, учитывая юридическую неграмотность и плохое самочувствие, обусловленное психотравмирующей ситуацией, вследствие чего не смогли правильно оценить характер и природу совершаемых сделок, не понимали значение своих действий. При таких условиях и обстоятельствах совершенных сделок, очевидно, что подписание договоров займа и залога недвижимого имущества не соответствовало действительной воле истцов, которая сформировалась под воздействием обстоятельств, искажающих их волю; Л-ны не имели намерения получать заемные денежные средства для использования в целях, указанных в договоре займа, и как следствие, использовать квартиру, расположенную по адресу: <адрес> в качестве предмета залога.
На основании изложенного истцы просят просят о признать договор займа от 05.12.2024, а также договор залога недвижимого имущества от 05.12.2024 недействительными и применить последствия недействительности сделок в виде прекращения записи о наличии ограничения (обременения) в виде ипотеки права собственности ФИО9 на квартиру по адресу: <адрес> с КН №.
Истцы, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, воспользовались правом участия через представителя.
Представитель истцов ФИО в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить. Пояснила, что истцы были обмануты мошенниками, не имели намерения получать заемные денежные средства для использования в целях, указанных в договоре займа, и как следствие, использовать квартиру, расположенную по адресу: <адрес> в качестве предмета залога, являющуюся единственным источником жилья.
Ответчики ФИО6 и ФИО7, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание при надлежащем извещении не явились, каких-либо заявлений и ходатайств не представили, об уважительных причинах неявки не сообщили, о рассмотрении дела в их отсутствие не просили.
Третье лицо – нотариус ФИО3 извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, представил возражения и ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствии.
Исследовав материалы дела, выслушав представителя истцов, суд установил следующее.
В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно статье 67 ГПК Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть первая); никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть вторая); суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть третья); результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть четвертая).
В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством
В случае, когда участники гражданских правоотношений действуют при заключении сделок не свободно, а в силу различных обстоятельств, влияющих на их поведение, которое противоречит их истинному волеизъявлению, законодательство РФ предусматривает способ защиты путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.
В силу положений статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2).
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).
Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки (пункт 4).
Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).
Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).
По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.
В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.
Как установлено судом, 05.12.2024 между ФИО6, действующим по доверенности в интересах ФИО7, как займодавцем, с одной стороны, и ФИО1, ФИО5, как заемщиками, с другой стороны заключен договор займа, по условиям которого займодавец передает заемщикам в собственность денежные средства в размере 1 350 000 (один миллион триста пятьдесят тысяч) рублей с начисленными процентами, сроком на 12 месяцев, под 4,4 % в месяц, что составляет 59 400 рублей в месяц (52,8% годовых) для целей, связанных с предпринимательской деятельностью, в т.ч. для начала осуществления предпринимательской деятельности и/или инвестирования в основные средства для предпринимательской деятельности (пункт 1.1, 1.2 Договора), а заемщики обязуются возвратить сумму займа и уплатить проценты за пользование займом, а также иные предусмотренные договором платежи (л.д.23-31).
В соответствии с пунктом 1.2.1 договора заемщик осуществляет погашение процентов за пользование суммой займа ежемесячно, а сумму займа заемщик возвращает в дату окончания срока, указанного в пункте 1.1 договора, вместе с суммой основного долга.
В пункте 1.3.1 предусмотрено, что возврат суммы займа и уплата процентов должны производиться путем передачи наличных денежных средств займодавцу или безналичным расчетом путем перечисления денежных средств на счет представителя Заимодавца - ФИО7 по указанным реквизитам. В этой связи договор содержит существенные противоречия по личности займодавца.
Передача суммы займа займодавцем заемщику осуществляется в день подписания договора и подтверждается собственноручно написанной распиской Заемщика (пункт 1.2.1 Договора займа).
Пунктом 2.1 договора займа предусмотрено обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору залогом квартиры с КН №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью 52,1 кв.м., принадлежащей на праве долевой собственности истцам. Стоимость предмета Залога составляет 2 733 154 руб. 02 коп., что соответствует кадастровой стоимости квартиры.
В соответствии с пунктом 3.1 договора займа за нарушение заемщиком срока внесения платежа в счет погашения суммы займа и оплате ежемесячных платежей, займодавец вправе требовать от заемщика уплаты пени в размере 0,5% от суммы выданного займа в день за каждый день просрочки, начиная с первого дня просрочки платежа, а также Займодавец вправе увеличить процентную ставку по данному договору.
В соответствии с пунктом 5.1 договора займа договор действует до момента полного исполнения сторонами своих обязательств по нему.
В этот же день между ФИО6, действующим по доверенности и в интересах ФИО7 (залогодержатель) и ФИО1, ФИО5 (залогодатель) заключен договор залога недвижимого имущества, по условиям которого исполнение обязательств заемщиков по договору займа от 05 декабря 2024 года обеспечено залогом квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: <адрес>, общей площадью 52,1 кв.м., принадлежащей на праве долевой собственности истцам, по 1/2 доле в праве каждой (л.д.15-22).
Данный договор был удостоверен ФИО3, нотариусом города Москвы.
Согласно пункту 5.1 договора залога недвижимого имущества залоговая стоимость предмета залога по соглашению сторон составляет 2 733 154 руб. 02 коп., что соответствует ее кадастровой стоимости.
В соответствии с пунктом 2.1 ипотекой по настоящему договору обеспечиваются исполнение всех обязательств заемщика перед залогодержателем, в следующем порядке:
В первую очередь - судебные и иные расходы Займодавца, связанные с реализацией прав по настоящему договору;
ь
-во вторую очередь - проценты за пользование займом, предусмотренные пунктом 1.2.1 договора займа;
-в третью очередь - договорная неустойка (пени), предусмотренная пунктом 3.2 Договора займа;
-в четвертую очередь - обязательства по погашению основного долга (суммы займа).
Обременение квартиры в виде ипотеки зарегистрировано в Росреестре.
Обращаясь с настоящим иском, сторона истцов подробно описала обстоятельства, предшествовавшие заключению договора займа с одновременным залогом и приведшие к его заключению.
17.12.2024 истцы обратились в отдел МВД России по Басманному району г.Москвы (л.д.32).
По результатам проверки СО ОМВД России «Павлово-Посадский» возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления предусмотренного части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем 09.01.2025 вынесено соответствующее постановление (л.д.146).
Согласно постановлениям о признании потерпевшими от 20.03.2025, в период времени с 16.11.2024 по 05.12.2024, более точное время следствием не неустановлено, неустановленные следствием лица, находясь в неустановленном следствием месте, имея умысел на хищение денежных средств путем обмана, в ходе неоднократных телефонных разговоров с ФИО1, представляясь сотрудниками Центрального Банка России и правоохранительных органов, под предлогом пресечения противоправных в отношении ФИО1, убедили последнюю перевести, принадлежащие ФИО1 денежные средства в размере 2 466 000 рублей на подконтрольные мошенникам банковские счета, а также заключить договор займа на сумму 1 350 000 рублей под залог недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> ? доли которой принадлежит ФИО1 и 1/2 доли которой принадлежит ФИО5, из которых, незаконно завладели путем перевода на подконтрольные мошенниками банковские счета, на сумму 972 000 рублей, после чего распорядились ими по своему усмотрению, чем причинили ущерб на общую сумму 3 438 000 рублей, что является особо крупным размером (л.д.163, 167).
Кроме того, в материалах дела имеются психологические заключения специалиста-психолога ФИО4 от 18.09.2025, проведенные в отношении истцов ФИО1 и ФИО5
Исследование С.Я. показывает <данные изъяты>
Согласно исследованию ФИО1, <данные изъяты>
Исходя из материалов дела, согласно письменным пояснениям истцов относительно событий, предшествовавших заключению оспариваемого договора, последние не имели намерения заключать договор займа, их истинными намерениями было совершение действий, направленных на то, чтобы обезопасить себя от лиц, пытающихся мошенническим путем завладеть их денежными средствами и квартирой, в связи с чем, действуя согласно указаниям лиц, которые, как полагали истцы, являются сотрудниками правоохранительных органов (МВД), оказывает им помощь в изобличении и поимке мошенников, она заблуждалась в отношении обстоятельств, из наличия которых исходила, совершая сделку.
Данное заблуждение и ошибочное восприятие всего происходящего, имеющее для истцов существенное значение, послужило основанием для совершения оспариваемой сделки, которую они не совершили бы, если бы знали о действительном положении дел.
Заблуждение истцов и ошибочное восприятие всего происходящего подтверждается также и выводами специалиста-психолога.
Суд также обращает внимание, что одна из истцов является пенсионером по страсти, имеет невысокий доход, вторая – трудоустроена и получает ежемесячную заработную плату, следовательно, необходимости в займе у них не имелось. Квартира по адресу: <адрес>, являлась их единственным жильем.
Оценивая сторону кредитора ФИО6, действующего по доверенности в интересах ФИО7, суд приходит к выводу о том, что они, предоставляя займ под залог недвижимого имущества, должны были оценить потенциальных заемщиков на предмет их платежеспособности и свои риски, а также при заключении договора должны были проявить ту степень осмотрительности, которая от них требовалась при заключении договора займа с одновременным залогом, чего в рассматриваемом случае сделано не было.
Учитывая установленные по делу обстоятельства на основании имеющихся в материалах дела доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что выраженная при заключении договора займа с одновременным залогом воля истцов не была направлена на получение займа в своих интересах и на заключение договора залога квартиры, поскольку сделка совершена в результате заблуждения, которое являлось для истцов столь существенным, что при разумной и объективной оценке ситуации они бы не заключили указанную сделку, если бы знали о действительном положении дел.
Таким образом, исковые требования о признании договоров займа и залога недвижимого имущества недействительными, с применением последствий недействительности сделки, подлежат удовлетворению.
Кроме того, истцами при подаче иска уплачена госпошлина в размере 3000 руб. 00 коп. (л.д.171), которая в силу статьи 98 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчиков в солидарном порядке в пользу истцов.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194, 197-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 и ФИО5 к ФИО6 и ФИО7 о признании договоров займа и залога недвижимого имущества недействительными, удовлетворить.
Признать договора займа от 05 декабря 2024 года с одновременным договором залога недвижимости квартиры с КН №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенными между ФИО6, действующим по доверенности и в интересах ФИО7, и ФИО1, ФИО5, недействительными.
Применить последствия недействительности сделок в виде прекращения записи о наличии ограничения (обременения) в виде ипотеки права собственности ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС №) на квартиру по адресу: <адрес>, с КН №.
Взыскать с ФИО6 (СНИЛС №) и ФИО7 (СНИЛС №), в солидарном порядке в пользу ФИО1 (СНИЛС №) и ФИО5 (СНИЛС №) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. 00 коп.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Псковский областной суд через Псковский городской суд.
Судья О.С. Данилова
Мотивированное решение изготовлено 19 ноября 2025 года.