Дело № 2-274/2022

45RS0008-01-2021-003612-16

45RS0008-01-2021-003650-96

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28.07.2022 с. Кетово Курганская область

Кетовский районный суд Курганской области в составе судьи Носко И.Н.,

при секретаре судебного заседания Чуевой Е.А.,

рассмотрев гражданское дело по искам ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении вреда,

установил:

ФИО1 подала в суд иск к ФИО3 о возмещении вреда. Указав, что 28.05.2019 по адресу <адрес> имел место пожар, в результате которого выгорела квартира истца и крыша над нею, а так же указав, что очагом пожара являлась баня, расположенная в пристрое <адрес> указанного дома, принадлежащей ответчику, истец просила взыскать с ответчика в свою пользу счет восстановительного ремонта квартиры 525087 руб., а также возместить расходы за составление отчета о размере ущерба в сумме 24000 руб. Кроме того, указав, что истец увидела пожар в тот момент, когда уже горела крыша над квартирой истца, а так же указав, что в момент пожара в доме находился сын истца, являющийся ребенком-инвалидом, и истец испытала страх за своего ребенка, которого, как выяснилось позднее, из горящего дома вывел сосед, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации морального вреда 500000 руб.

Так же ФИО2 подала в суд иск к ФИО3 о возмещении вреда. Указав, что является собственником <адрес> дома по адресу <адрес>, которая так же выгорела в результате пожара, а так же указав, что стоимость восстановительного ремонта на момент рассмотрения дела составила согласно чекам 379349 руб., с учетом измененных требований просит взыскать с ответчика в свою пользу указанную сумму в счет возмещения стоимости восстановительного ремонта квартиры. Так же, указав, что в результате пожара истец осталась без жилья, в период ремонта вынуждена была проживать у знакомых, просит взыскать с ответчика свою пользу в счет компенсации морального вреда 500000 руб.

Указанные выше дела объединены в одно производство.

В судебном заседании истец ФИО1 (она же третье лицо в качестве законного представителя несовершеннолетнего ФИО18) и истец ФИО2 на заявленных требованиях настаивали по доводам, изложенным в иске. Объяснили, что поскольку дом по адресу <адрес> является одноэтажным строением, управляющей организации в отношении данного многоквартирного дома не имеется, то каждый из собственников помещений восстанавливал сгоревшую крышу над своей квартирой самостоятельно, соответственно в сумму ущерба включена и стоимость восстановительного ремонта крыши над квартирой, расположенной в многоквартирном жилом доме.

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4, действующий на основании доверенности, полагал, что суммы, заявленные истцами в счет возмещения ущерба, являются завышенными и ведут к неосновательному обогащению истцов. От назначения по делу судебной экспертизы с целью определения размера ущерба – отказался. Так же полагал, что заявленный истцами к возмещению моральный вред удовлетворению не подлежит, в связи с отсутствием предусмотренных законом оснований, т.к. истцам причинен лишь материальный ущерб.

От третьих лиц ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 (в том числе в качестве законного представителя несовершеннолетних ФИО12 и ФИО14), ФИО15, ФИО3 в качестве законного представителя несовершеннолетней ФИО16, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23 – явки нет, юридически извещены.

Суд определил рассмотреть дело в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав объяснения, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Из смысла данной нормы следует, что бремя содержания имущества может быть выражено не только в необходимости несения расходов, связанных с обладанием имуществом, но и в обязании субъекта собственности совершать в отношении такого имущества те или иные действия. Так, несение бремени содержания имущества может предусматривать необходимость совершения действий по обеспечению сохранности имущества; соблюдению прав и законных интересов других граждан, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является собственником 6/10 долей <адрес>; истец ФИО2 является собственником 4/5 долей <адрес> указанного дома; ответчик ФИО3 является собственником 2/3 доли <адрес> указанного дома, совместно с несовершеннолетней ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (1/3 доли).

Предъявление иска только истцами ФИО1 и ФИО2 не противоречит законодательству. При солидарности требования любой из солидарных кредиторов вправе предъявить к должнику требование в полном объеме (часть 1 статьи 322, часть 1 статьи 326, статьи 210 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так же, как видно из материалов дела, 28.05.2019 многоквартирный жилой дом <адрес> <адрес> был поврежден огнем. Очаг пожара находился в юго-восточной части кровли жилого дома, в месте расположения дымового канала печи отопления бани <адрес>. Причина пожара - воздействие на сгораемые материалы высоконагретой поверхности дымового канала печи отопления бани. Указанное подтверждается материалом проверки ОДН и ПР по Кетовскому району Кетовского межрайонного ОДН и ПР УДН и ПР Главного управления МЧС России по Курганской области (№53 от 28.05.2019) и не оспаривается стороной ответчика.

По результатам обследования квартир № и № указанного выше дома Межведомственная комиссия Администрации Кетовского района пришла к заключению о том, что данные квартиры в связи со значительными повреждениями причиненными пожаром не пригодны для проживания (акты от 07.06.2019 №, от 29.05.2019 №).

Причина пожара и место нахождения очага пожара - ответчиком не оспариваются. Ответчик полагает, что заявленный к возмещению размер ущерба является завышенным.

Исходя из отчета об оценке ООО «Консалта» от 01.12.2021, составленной по заказу ФИО1, - стоимость восстановительного ремонта <адрес> определена в 348955,24 руб. С учетом накладных расходов (111826,94 руб.) и сметной прибыли (65204,59 руб.) всего по смете указано 525086,77 руб.

В подтверждение расходов на восстановительный ремонт <адрес> ФИО2 представлены квитанции, на сумму 379349 руб.

Разрешая спор, суд исходит из представленных в дело доказательств указанных выше, относительно стоимости восстановительного ремонта <адрес> в размере 348955,24 руб. (оснований для включения в счет затрат истца, как физического лица, накладных расходов и сметной прибыли - суд не находит), а так же стоимости восстановительного ремонта применительно к <адрес> учетом представленных квитанций на сумму 379349 руб.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что, применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (пункт 11).

Пунктом 12 указанного выше Постановления Пленума разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В гражданском процессе существует презумпция виновности ответчика, который должен доказать свои возражения выполняя определенные процессуальные действия, которые никак не должен выполнять за него суд.

От проведения по делу экспертизы с целью определения стоимости восстановительного ремонта квартир истцов – ответчик отказался, своего контррасчета не представил.

Бремя доказывания существования иного более разумного и распространенного в обороте способа устранения полученных повреждений квартир, чем тот, который избран истцами, возложено на ответчика, которым не было представлено доказательств в подтверждение того, что стоимость восстановительного ремонта квартир истцов составляют меньшие суммы, чем те, которые подтверждены калькуляцией специалиста и квитанциями.

Таким образом, в счет возмещения ущерба в связи с повреждением пожаром <адрес> с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию 348955,24 руб., в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба в связи с повреждением пожаром <адрес> указанного дома - 379349 руб.

Доводы ответчика о том, что затраты на кровлю из металлочерепицы являются не восстановлением, а функциональным улучшением имеющейся до пожара шиферной крыши – отклоняются, т.к. восстановление кровли из иного материала привело бы к нарушению целостности объекта, поврежденного по вине ответчика. Исходя из объяснений истцов до того как они понесли расходы на восстановление крыши иными собственниками жилых помещений в данном доме крыша уже была покрыта над своими квартирами металлочерепицей, истцы лишь присоединились и продлили крышу над своими квартирами. Доказательства в опровержение данных доводов стороной ответчика представлено не было, как и не представлено доказательств (калькуляции) того, что при покрытии крыши над квартирами истцов шифером затраты (с учетом текущих расходов и их объема, квадратуры) были бы значительно ниже.

В условиях отказа от проведения экспертизы и не представления своего контррасчёта иные доводы ответчика в обоснование возражений так же подлежат отклонению.

Оснований для исключения из расчета ущерба 20000 руб. выплаченных на основании Постановления Правительства Курганской области №146 от 17.03.2009 в связи с утратой имущества при пожаре – суд не находит, поскольку требований о возмещении всего утраченного имущества истцами не заявлено.

Что касается требований ФИО1 и ФИО2 о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из содержания искового заявления ФИО1 следует, что требования о компенсации морального вреда заявлены ею в связи с тем, что лично ей в связи с обнаружением горящей квартиры и осознанием того, что в ней должен находиться ее сын, являющийся ребенком-инвалидом, были причинены нравственные страдания, выразившиеся страхе за здоровье близкого человека (несовершеннолетнего сына), находившегося во время пожара в горящем доме, и, как следствие, нарушено психологическое благополучие ее как матери и члена семьи, что привело в результате к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.

То обстоятельство, что по состоянию на 28.05.2019 будучи несовершеннолетним ФИО17 (ребенок-инвалид), во время пожара находился в доме, подтверждено им в судебном заседании и не оспаривалось стороной ответчика.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из содержания искового заявления ФИО2 следует, что требования о компенсации морального вреда заявлены ею в связи с утратой жилища, страхом за свою дальнейшую судьбу, необходимостью проживать у знакомых, т.е. нарушено естественное право на жилище, присущее каждому человеку, являющееся одной из первоочередных потребностей для человека. Право граждан на жилище является одним из важнейших базовых конституционных прав, удовлетворяющим естественные, ежедневные потребности человека в жилище, обеспечивающим полноценную жизнь в обществе.

Обстоятельства нравственных страданий истцов вследствие нарушения неимущественного права на родственные и семейные связи и естественное права на жилище, в обычном формате их существования, не опровергнуты ответчиком в ходе судебного разбирательства.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Закрепляя в части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (Постановление от 08.06.2015 №14-П; определения от 16.10.2021 № 252-О, от 03.07.2008 № 734-О-П, от 04.06.2009 № 1005-О-О, от 24.01.2013 № 125-О, от 27.10.2015 № 2506-О и др.).

Соответственно, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 06.06.2016 № 1171-О, от 11.10.2016 № 2164-О и от 24.12.2020 № 3039-О).

Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав и нематериальных благ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их, по общему правилу, от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В то же время обстоятельства дела могут свидетельствовать о причинении нравственных страданий, которое явным образом нарушает его личные неимущественные права либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага. В таком случае факт причинения морального вреда не может быть сам по себе поставлен под сомнение судом, что, в свою очередь, не может им не учитываться в ходе оценки представленных доказательств в их совокупности.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 26.10.2021 № 45-П часть первая статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 56 (часть 3), в той мере, в какой она - по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием (в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 1099 данного Кодекса), - служит основанием для отказа в компенсации морального вреда, причиненного гражданину совершенным в отношении него посягательством против собственности, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права потерпевшего, без установления на основе исследования фактических обстоятельств дела того, причинены ли потерпевшему от указанного преступления физические или нравственные страдания вследствие нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага.

Тот же правовой подход изложен и в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», согласно которого суд вправе рассмотреть самостоятельно предъявленный иск о компенсации причиненных истцу нравственных или физических страданий, поскольку в силу действующего законодательства ответственность за причиненный моральный вред не находится в прямой зависимости от наличия имущественного ущерба и может применяться как наряду с имущественной ответственностью, так и самостоятельно.

Задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

С учетом характера и степени причиненных истцам нравственных страданий, фактических обстоятельств, их индивидуальных особенностей, требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу о праве истца ФИО1 на получение денежной компенсации морального вреда, определив размер компенсации с учетом требований разумности и справедливости, а так же с учетом доводов иска, в размере 30000 руб., а так же о праве истца ФИО2 на компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно пункту 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку материальные требования истца ФИО1 удовлетворены на 66,28%, с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию в счет возмещения расходов связанных с составлением отчета об оценке ООО «Консалта» (договором подряда от 16.11.2021 предусмотрена 100% предоплата в размере 24000 руб.) – 15907,20 руб.

В пользу ФИО2 в счет возмещения уплаченной при подаче иска государственной пошлины с ответчика ФИО3 подлежит взысканию 7293 руб.

Так же с ФИО3 в пользу муниципального образования Кетовский муниципальный округ Курганской области в счет уплаты государственной пошлины подлежит взысканию 6980,55 руб.

Руководствуясь статьями 98, 103, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иски ФИО1, ФИО2 - удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу ФИО2 (паспорт №) в счет возмещения ущерба 379349 руб., в счет компенсации морального вреда 20000 руб., в счет возмещения уплаченной при подаче иска государственной пошлины 7293 руб.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) в счет возмещения ущерба 348055,24 руб., в счет компенсации морального вреда 30000 руб., в счет возмещения судебных расходов 15907,20 руб.

В удовлетворении исков ФИО2, ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <...>) в пользу муниципального образования Кетовский муниципальный округ Курганской области в счет уплаты государственной пошлины 6980,55 руб.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кетовский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.Н.Носко