Дело № 2-3/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Нелидово 24 ноября 2025 года

Нелидовский межрайонный суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Павлова Э.Ю.,

при секретаре Гудковой Е.О.,

с участием старшего помощника Нелидовского межрайонного прокурора Тверской области Роик А.А.,

представителя истца ФИО1 – адвоката адвокатского кабинета № 193 Беляева А.Н., представившего удостоверение № и ордер № 1529,

представителя ответчика ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» ФИО2, действующей на основании доверенности,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 и ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» и Министерству здравоохранения Тверской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в связи со смертью гражданина,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» и просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5000000 руб., а также расходы, понесенные ею в связи с проведением похорон ее отца Щ.В.И. в сумме 174300 руб. Свои требования мотивирует следующими обстоятельствами. 08.09.2022 г. ее отец Щ.В.И. обратился в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» с жалобами на здоровье, где его госпитализировали в терапевтическое отделение. В тот же день отца перевели в отделение неврологии, где был установлен диагноз: ....... ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ.Щ. умер в ........ Причиной смерти явился ...... По ее мнению, подобные неблагоприятные последствия возможны вследствие недостаточной квалификации медицинских работников ГБУЗ «Бельская ЦРБ» и ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ». Согласно выводам экспертной группы ООО «Альфа страхование ОМС» выявлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, в т.ч. по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица: в медицинской документации отсутствует лист назначений, что не позволяет в полном объеме провести оценку качества медицинской помощи в части интенсивной терапии; не выполнена оценка уровня сознания по Глазго; при отрицательной динамике по церебральной недостаточности, стабильном повышении уровня гликемии и резко положительном уровне ацетона в моче не выполнено исследование кислотно-основного состояния крови. Названные нарушения не соответствуют требованиям Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Также страховой компанией были выявлены еще ряд нарушений требований названного Приказа. Смерть ее отца была неожиданной, трагичной, она потеряла родного, близкого ей человека, в связи с чем она была психологически подавлена, до настоящего времени находится в глубоком расстройстве, вызванным сильными переживаниями. Ненадлежащим проведением лечения отца ей причинен моральный вред, который она оценивает в 5000000 руб. Кроме этого, в связи с похоронами отца ею понесены траты в сумме 174300 руб. (приобретение надгробия, памятника). Ссылаясь на положения действующего гражданского законодательства просит взыскать с ответчика названную сумму.

Определением Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 28.08.2024 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Тверской области.

Определением Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 24.10.2024 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ».

Определением Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 31.10.2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, врачи ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» ФИО3 и ФИО4, ООО «Альфа страхование – ОМС».

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, хотя о времени и месте его проведения была извещена своевременно и надлежащим образом. Представитель истца ФИО1 – адвокат Беляев А.Н. в судебном заседании исковые требования подержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с иском не согласилась, подтвердив, что действительно 08.09.2022 г. в ЦРБ обратился Щ., и, в связи с наличием у него заболевания, требующего срочного лечения, он был госпитализирован, ему была оказана вся необходимая медицинская помощь, проведено возможное лечение. Вместе с тем, ряд обследований выполнены не были по причине отсутствия врачей надлежащей квалификации. Однако, данные действия не явились причиной смерти Щ., что и было подтверждено заключением экспертов. Полагает, что Щ. была оказана вся возможная необходимая и квалифицированная медицинская помощь, в связи с чем просит в удовлетворении иска отказать.

Ответчик Министерство здравоохранения Тверской области своего представителя в судебное заседание не направил, хотя о времени и месте его проведения был извещен своевременно и надлежащим образом. Ранее, от представителя Министерства ФИО5, действующей на основании доверенности, поступил письменный отзыв, из которого усматривается, что истцом не было представлено доказательств несения физических и нравственных страданий, она с отцом не проживала, сведений о ее общении с отцом не представила, в больнице не находилась, наличие дефектов оказания медицинской помощи, отраженных в заключении страховой компании, не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи дефектов и наступления смерти пациента. Кроме этого полагает, что Министерство не является надлежащим ответчиком по гражданскому делу, поскольку, согласно учредительным документам ЦРБ, последнее Учреждение самостоятельно отвечает по своим обязательствам. Кроме этого, субсидиарную ответственность по обязательствам бюджетного учреждения, по ее мнению, должно нести Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, как орган, осуществляющий полномочия собственника от имени Тверской области. Полагает, что оснований для удовлетворения иска не имеется.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельное требование относительно предмета спора, ФИО3 (......) в судебном заседании с требованиями ФИО1 не согласился, пояснив, что в сентябре 2022 г. в Нелидовскую ЦРБ, по направлению врача Бельской ЦРБ, обратился Щ. с жалобами на плохое самочувствие, повышение сахара в крови. Он был осмотрен, и, с учетом наличия у него хронических заболеваний: ......, требовало госпитализации, а также текущего состояния здоровья, было принято решение о госпитализации в терапевтическое отделение, назначено первичное лечение. Между тем, его состояние здоровья ухудшалось, в связи с чем было принято решение о его переводе в неврологическое отделение в палату интенсивной терапии. В его отделении Щ. пробыл где-то 3-4 часа. На тот момент в ЦРБ врача-кардиолога в больнице не было. Эндокринолог в ЦРБ отсутствует. В дальнейшем ему стало известно, что пациент умер. Полагает, что вся необходимая медицинская помощь Щ. была оказана в соответствии с медицинскими требованиями и рекомендациями. Отсутствие каких-либо записей в медицинской документации, по его мнению, не свидетельствует о неоказании помощи больному в соответствии и допущении дефектов, при том, что причиной смерти Щ. является его тяжелое заболевание, а не дефекты медицинской помощи.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (......) в судебном заседании с исковыми требованиями также не согласилась, полагая, что каких-либо виновных действий со стороны медицинского персонала, оказывающего медицинскую помощь Щ., не имеется, его смерть наступила по причинам, не связанным с оказанной ему медицинской помощи. Щ. поступил в ее отделение часа через 3 после обращения в приемный покой ЦРБ, у него было ......, в связи с чем было назначено неотложное лечение, применение необходимых медикаментов. Несмотря на оказываемую помощь, у Щ. случился .......

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ» своего представителя в судебное заседание не направило, хотя о времени и месте его проведения было извещено своевременно и надлежащим образом. Ранее, от и.о. главного врача С.В.С. поступил письменный отзыв, в котором он просит суд критически отнестись к доводам представителя ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» в части того, что Щ., прежде чем поступил в Нелидовскую ЦРБ, проходил лечение в Бельской ЦРБ, а также доводам истца о том, что в Бельской ЦРБ недостаточная квалификация врачей привела к негативным последствиям для ее отца, поскольку данные утверждения, по его мнению, являются голословными, не подтвержденными никакими материалами. Решение по иску оставляет на усмотрение суда, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя Учреждения.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области своего представителя в судебное заседание не направило, хотя о времени и месте его проведения было извещено своевременно и надлежащим образом. До проведения судебного заседания от представителя Министерства ФИО6, действующей на основании доверенности, поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя Министерства.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Альфа Страхование – ОМС» также своего представителя в судебное заседание не направило, хотя о времени и месте его проведения было извещено своевременно и надлежащим образом, своей позиции относительно заявленных требований не представило.

При таких обстоятельствах, с учетом мнения представителей истца, ответчика, третьих лиц, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить лишь в части компенсации морального вреда, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции РФ).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В статье 4 названного Федерального закона закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пп.1, 2, 5 - 7).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст.2 Федерального закона № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (чч.1, 2 ст.19 Федерального закона № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 названного Федерального закона определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с ч.1 ст.37 Федерального закона, медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно ч.2 ст.64 указанного Федерального закона, формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч.2, 3 ст.98 Федерального закона № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как установлено в судебном заседании, и подтверждается записями в медицинских картах амбулаторного и стационарного больного, исследованными экспертами НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС», 06.09.2022 г. Щ.В.И. обратился в ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ» с жалобами на ...... в течение 10 дней (после физических нагрузок), боль иррадирует в область н/конечностей. Был поставлен диагноз: ......, рекомендована консультация в ......, даны направления на лабораторные анализы, прописано лечение. 08.09.2022 г. вновь прибыл на прием в ГБУЗ Тверской области «Бельская ЦРБ», где Щ.В.И. от осмотра отказался, лабораторные анализы не сдал, с его слов госпитализируется в Нелидовскую ЦРБ.

08.09.2022 г. Щ.В.И. обратился в ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» с жалобами на ...... ммоль/л. Был осмотрен специалистом терапевтического отделения ФИО3, поставлен предварительный диагноз, основной: ....... Был госпитализирован, состояние здоровья в течение дня ухудшилось, рекомендована консультация невролога.

В период времени с 08.09.2022 г. по 10.09.2022 г. состояние здоровья Щ.В.И. ухудшалось, и ДД.ММ.ГГГГ час. была зарегистрирована его биологическая смерть. Смерть наступила от .......

ФИО1, являясь дочерью Щ.В.И., что следует из копии о ее рождении, обосновывая свои требования о компенсации морального вреда и взыскании расходов на погребение, полагает, что медицинскими работниками ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» ее отцу оказывалась медицинская помощь ненадлежащего качества, что, по ее мнению, привело к его смерти.

Постановлением следователя Нелидовского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Тверской области Б.Е.Н. от 13.10.2022 г. по факту ненадлежащего качества оказания медицинских услуг, повлекших за собой по неосторожности смерть Щ.В.И., возбуждено уголовное дело № 12202280013040029 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, в ходе расследования которого постановлениями от 27.04.2024 г. и от 25.06.2025 г. были назначены комиссионные медицинские экспертизы, производство которых было поручено экспертам ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и АНО НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС».

Из заключения эксперта № 44 от 13.03.2025 г., выполненного экспертами ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», усматривается, что по данным акта № 377 судебно-медицинского исследования трупа от 10.09.2022 г., судебно-гистологического исследования, проведенного в рамках экспертизы, смерть пациента Щ.В.И. наступила от ...... ....... Все выявленные при гистологической исследовании ...... являются ......, возникшими в ходе ....... ...... Однако, поскольку в ....... Фоновым заболеванием, которое способствовало возникновению и развитию ......, является ......, ....... Сопутствующие заболевания: ....... ...... Щ.В.И. страдал следующими заболеваниями: ...... (с 2002 г.); ...... (2002 г.); ...... (2003 г.); ...... (2005 г.); ...... типа впервые выявленный в 2006 году, в стадии декомпенсации – на момент обращения в ГБУЗ «Бельская ЦРБ» 06.09.2022 г.; ИБС (......) 2009 г.; ....... 06.09.2022 г. оказание скорой медицинской помощи Щ.В.И. регламентировано следующими медицинскими документами: Приказом Министерства здравоохранения РФ № 388н от 20.06.2013 г. «Об утверждении порядка оказания скорой, в т.ч. скорой специализированной медицинской помощи»; Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ. Анализ медицинской документации показал, что вызов к Ш.В.И. принят и обслужен своевременно. При осмотре экстренных/неотложных состояний для госпитализации не имелось. Согласно выставленному диагнозу оказана необходимая медицинская помощь, достигнуто улучшение состояние пациента. Дефектов оказания скорой медицинской помощи не обнаружено. Таким образом, нарушений порядка и стандартов оказания скорой медицинской помощи, согласно Приказам Министерства здравоохранения РФ, не выявлено. Скорая медицинская помощь Щ.В.И. была оказана правильно, своевременно и в полном объеме. Согласно осмотра, показаний к госпитализации в стационар не было, пациенту рекомендовано плановое обследование в поликлинике. Согласно данным медицинской карты амбулаторного больного ГБУЗ «Бельская ЦРБ», 06.09.2022 г. Щ.В.И. обратился к врачу с ...... по поводу обострения ......, осмотрен. При осмотре 08.09.2022 г. на фоне лечения отмечалась положительная динамика, ....... В карте отмечено нарушение лечебного режима и рекомендаций врача. Имел место дефект оформления медицинской документации: «Отказ от медицинского вмешательства» 08.09.2022 г. не оформлен письменно в соответствии с требованиями ст.20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ.Щ.В.И. своевременно было назначено обследование и лечение согласно жалобам и анамнезу (......), в соответствии с действующими порядками (№ 323-ФЗ от 21.11.2011, № 203н от 10.05.2017, клиническими рекомендациями «......», ......, клиническими рекомендациями «......). Однако пациент отказался от сдачи рекомендованных анализов и от осмотра в день обращения (08.09.2022), что ограничило возможности врача в объективной оценке состояния и своевременном выявлении возможных осложнений. Дефект оформления медицинской документации не повлиял на исход случая. Согласно имеющейся в распоряжении экспертной комиссии медицинской документации, медицинская помощь Щ.В.И. в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» была оказана своевременно, согласно жалобам пациента и клинической картине заболеваний. Имеющиеся дефекты оформления медицинской документации были незначительны и не могли привести к развитию ...... за столь короткий промежуток времени. ...... является тяжелым инфекционным осложнением, развитие которого обусловлено длительным течением ....... Таким образом, смерть Щ.В.И. обусловлена тяжестью основного заболевания (......) и его осложнений. Учитывая тяжесть состояния пациента на момент поступления в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» (......), даже при полном соблюдении стандартов медицинской помощи вероятность предотвращения летального исхода была крайне низкой ввиду быстрого прогрессирования ......

Согласно выводам, изложенным в заключении комиссионной медицинской судебной экспертизы № 722м/08-09/20, проведенной экспертами НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС», смерть Щ.В.И. наступила от ....... До момента наступления смерти у Щ.В.И. имелись следующие заболевания: ....... Медицинскими работниками ГБУЗ «ТССМП» 06.09.2022 г. медицинская помощь Щ.В.И. оказывалась правильно, своевременно и в полном объеме. Согласно проведенному анализу медицинской карты амбулаторного больного, заведенной в ГБУЗ «Бельская ЦРБ», данных об обращении Щ.В.И. 07.09.2022 в ГБУЗ «Бельская ЦРБ» не имеется. При обращениях 06.09.2022 и 08.09.2022 медицинская помощь оказывалась правильно, своевременно и в полном объеме. Обследование и лечение Щ.В.И. в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» в период с 08.09.2022 по 10.09.2022 г. проводилось неправильно, несвоевременно и не в полном объеме. При анализе медицинской карты № 021296, заведенной в ГБУЗ ТО «Нелидовская ЦРБ», выявлены следующие недостатки (дефекты) оказания помощи: при поступлении анамнез собран не в полном объеме; пациент с ...... не осмотрен врачом-эндокринологом в течение 6 часов с момента поступления; не выполнено исследование уровня гликированного гемоглобина (HbA1c); не выполнен расчет скорости клубочовой фильтрации; не выполнена оценка вибрационной, тактильной и температурной чувствительности нижних конечностей; не выполнен осмотр мест инъекций инсулина у пациентов (при проведении инсулинотерапии); не выполнен расчет лодыжечно-плечевого индекса; выбран неверный способ введения инсулина, с учетом тяжести состояния и выраженной гипергликемии показана непрерывная внутривенная инфузия инсулина короткого действия через инфузомат; не выполнен осмотр врачом-анестезиологом-реаниматологом не позднее 10 минут от момента поступления в стационар пациенту с кетоацидозом; не выполнено исследование кислотно-основного состояния крови (pH, PaCO2, PaO2, BE, SB, BB, SO2, HbO) не позднее 1 часа от момента поступления в стационар пациенту с кетоацидозом; не выполнено мониторирование жизненно важных функций (артериального давления, пульса, дыхания, уровня насыщения кислорода в крови, центрального венозного давления, диуреза) пациенту с кетоацидозом; не выполнена оценка степени нарушения сознания и комы по шкале Глазго не менее 10 минут от момента поступления в стационар; не достигнут уровень глюкозы в крови от 13 до 15 ммоль/л в первые 24 часа о момента поступления в стационар; не выполнен расчет индивидуального целевого уровня гликированного гемоглобина и целевые значения гликемии натощак и через 2 часа после еды и на ночь; 09.09.2022 (16:36) зафиксирован уровень АД ...... мм рт.ст., однако состояние не расценено как гипертонический криз; не выполнен осмотр врачом-терапевтом или врачом-кардиологом не позднее 10 минут при гипертоническом кризе; не выполнено электрокардиографическое исследование не позднее 15 минут при гипертоническом кризе; не выполнена эхокардиография; не выполнено суточное мониторирование артериального давления; не выполнено ультразвуковое исследование почек и надпочечников; не проведена терапия антигипертензивными лекарственными препаратами внутривенно не позднее 15 минут; не выполнено стандартизированное скрининговое тестирование функции глотания не позднее 3 часов от момента поступления в стационар; не выполнена оценка по шкале ФИО7 в первые 24 часа от момента поступления в стационар; в истории болезни отсутствует лист назначений. Выявленные дефекты не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти Щ.В.И., поскольку оказание пациенту медицинской помощи само по себе не являлось причиной возникновения заболевания (......) и его осложнений, не способствовало прогрессированию данного заболевания. Кроме того, стертость клинической картины, кратковременность пребывания и трудность в диагностике не позволили прижизненно выявить ....... При поступлении и последующем лечении в ГБУЗ «Нелидовская ЦРБ» диагноз Щ.В.И. был установлен в целом правильно, однако имеются логистические ошибки при формировании диагноза, которые не оказали влияния на исход. Кроме того, в диагноз не внесен ......, а также не выявлен ....... Лечение Щ.В.И., проводимое не в полном объеме, не соответствовало тому, которое должно было быть назначено при имеющихся у него заболеваниях. При ретроспективном анализе медицинской документации выявлены нарушения Приказа Минздрава РФ от 10.05.2017 № 204Н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клинических рекомендаций «...... типа у взрослых» (2018-2020), клинических рекомендаций «...... и ......» (2021), клинических рекомендаций «......» (2022).

Из разъяснений, представленных директором НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС» В.А.Ю., следует, что при обследовании и лечении Щ.В.И. медицинскими работниками были нарушены следующие нормативные документы: п.3.4.3; п.3.4.5; п.3.9.4; п.3.9.1 Приказа Минздрава РФ от 10.05.2017 № 203Н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клинические рекомендации «......» (2022), клинические рекомендации «......» (2020).

Давая оценку представленным в суд экспертным заключениям, выполненным на основании постановлений следователя в рамках возбужденного уголовного дела, определяя полноту заключения, обоснованность и достоверность полученных выводов, суд считает, что они отвечают требованиям относимости и допустимости, а также требованиям Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации, поскольку эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, сами заключения содержат подробное описание произведенных исследований, не противоречат и дополняют друг друга, сделанные в их результате выводы научно обоснованы, в обосновании сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжении материалов, основываются на исходных объективных данных.

Оснований не доверять названным заключениям комиссионных судебно-медицинских экспертиз, изготовленных комиссиями экспертов, имеющих высшее образование по специальности и соответствующую квалификацию, имеющих значительный стаж работы в соответствующих областях медицины, у суда не имеется.

При таких обстоятельствах, указанные заключения комиссионных экспертиз суд принимает в качестве надлежащих доказательств по делу.

Наличие таких дефектов объективно подтверждается и сообщением ООО «АльфаСтрахование – ОСМ» о проведении в ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» внеплановой целевой экспертизы качестве медицинской помощи, в соответствии с которым по итогам мультидисциплинарной ЭКМП выявлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту Щ.В.И. диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в т.ч. по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица: в представленной медицинской документации отсутствует лист назначений, что не позволяет в полном объеме провести оценку качества медицинской помощи в части интенсивной терапии; не выполнена оценка уровня сознания Глазго; при отрицательной динамике по церебральной недостаточности, стабильном повышении уровня гликемии и резко положительном уровне ацетона в моче не выполнено исследование кислотно-основного состояния крови, чем нарушены требования п.2.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Кроме этого, пациент Щ.В.И., имеющий ......, не осмотрен врачом-эндокринологом в течение 3-х часов от поступления (уровень гликемии от 08.09.2022 г. в 12.40 – ...... ммоль/л, 09.09.2022 г. в 08.36 – ...... ммоль/л), не проведено ультразвуковое абдоминальное исследование, не выполнен расчет индивидуального целевого значения гликемии натощак и через 2 часа после еды и на ночь, не указан целевой уровень гликированного гемоглобина; по данным осмотра пациента от 08.09.2022 г. в 16.36 зафиксирован уровень артериального давления ...... мм.рт.ст., частота сердечных сокращений ...... ударов в минуту – состояние расценивается как ...... – не выполнен осмотр врачом-кардиологом, врачом-офтальмологом, не выполнена а течение 10 минут электрокардиограмма, не проведена эхокардиография трансторакальная, не проведено определение альбумина в моче, оценка уровня тропонинов, не проведено ультразвуковое исследование почек и надпочечников.; не проведена терапия антигипертензивными лекарственными препаратами; при первичном осмотре 08.09.2022 г. в 11.40 проведен не полный сбор анамнеза. Таким образом, были нарушены требования п.2.2 Приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. № 203н.

С учетом изложенного, в судебном заседании установлено наличие дефектов оказания медицинским персоналом ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» медицинской помощи Щ.В.И.

Исходя из заявленных истцом требований, последняя, обращаясь в суд, основывает свои требования о компенсации морального вреда и взыскании расходов на погребение на ненадлежащее оказание медицинской помощи ее отцу Щ.В.И., приведшее, по ее убеждению, к его смерти.

Частью 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

Из норм Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положений статей 150, 151 ГК РФ в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, при оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу ч.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекс РФ.

Согласно чч.1, 2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с ч.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Необходимым условием для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда – медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Как было указано выше, совокупность представленных доказательств подтверждает наличие недостатков оказания медицинской помощи Щ.В.И. в ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ».

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием, именно ответчик ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи со смертью ее отца Щ.В.И., медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

В нарушение требований ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие нарушений при оказании медицинской помощи, а также доказательств того, что его сотрудниками были предприняты все необходимые и возможные меры для оказания Щ.В.И. медицинской помощи надлежащего качества.

Таким образом, доказательств отсутствия вины ответчиком не представлено.

Доводы представителя ответчика ФИО2, а также третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, лечащих врачей Щ.В.И. – ФИО3 и ФИО4, о том, что лечение проводилось в соответствии с установленным диагнозом, а также о наличии иных причин невозможности осмотра пациента специализированными врачами, суд находит несостоятельными, и опровергаются вышеназванными заключениями судебных экспертиз, выводы которых о наличии дефектов оказания медицинской помощи не опровергнуты. Более того, не проведение квалифицированного осмотра пациентом узким специалистом не должно умолять его право на качественное медицинское обслуживание.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

В случае причинения медицинской организацией вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицам, имеющим право на такое возмещение.

Гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на целостность семьи и семейной связи, необходимость защиты которых следует из статьи 38 Конституции РФ, объявляющей семью находящейся под защитой государства.

Таким образом, смерть близкого родственника – это невосполнимая утрата, что является очевидным и не нуждается в доказывании. В данном случае моральный вред, причиненный дочери погибшего, презюмируется, при этом ссылка истца и ее представителя на конкретные фактические обстоятельства, связанные с перенесенными ею нравственными страданиями, являются достаточным основанием для установления факта причинения ей морального вреда.

Моральный вред, по своему характеру, не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Представленными доказательствами с достаточной степенью достоверностью подтверждается наличие со стороны ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» недостатков оказания Щ.В.И. медицинской помощи.

Вместе с тем, в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 722м/08-09/25 НИИ судебной экспертизы «СТЭЛС» указано, что выявленные в ходе экспертизы недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не состоят в прямой причинно-следственной связью со смертью Щ.В.И.

В данном случае юридическое значение имеет косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты (недостатки) оказания работниками ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» медицинской помощи Щ.В.И. могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, т.е. к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в т.ч. по причине дефектов ее оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, т.е. причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

С учетом изложенного, суд полагает, что имеются основания для удовлетворения исковых требований о взыскании с ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» компенсации морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию с ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда суд учитывает наличие дефектов оказания медицинских помощи медицинскими работниками Учреждения, косвенной причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников лечебного учреждения и смертью Щ.В.И., характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, степень переживаний в результате ненадлежащего оказания родному и близкому человеку истца медицинской помощи, что объективно причинило ФИО1 глубокие нравственные страдания, а также требования разумности и справедливости, и полагает необходимым взыскать с ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., при этом размер компенсации морального вреда, заявленный истцом (5000000 руб.), суд, в сложившихся обстоятельствах, расценивает явно завышенным и не отвечающим принципам разумности и справедливости.

Кроме того, суд полагает, что имеются правовые основания для возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетных учреждения, исходя из следующего.

Особенности правового статуса бюджетных учреждений определены в статье 123.22 ГК РФ, статьях 9.1 и 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях».

Как следует из п.1 ст.9.2 названного Федерального закона бюджетным учреждением признается некоммерческая организация, созданная Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации полномочий соответственно органов государственной власти, органов публичной власти федеральной территории или органов местного самоуправления.

Имущество бюджетного учреждения закрепляется за ним на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Собственником имущества бюджетного учреждения является соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование (п.9 ст.9.2 Федерального закона № 7-ФЗ).

Бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, за исключением видов имущества, предусмотренных абзацем первым пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Собственник имущества бюджетного учреждения несет субсидиарную ответственность по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности у учреждения имущества, на которое в соответствии с абзацем первым пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть обращено взыскание (абз.2 п.5 ст.123.22 ГК РФ).

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно п.12.1 ч.1 ст.158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени, в том числе субъекта Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В силу статьи 242.2 Бюджетного кодекса РФ для исполнения судебных актов по искам к Российской Федерации, субъектам Российской Федерации, муниципальным образованиям о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления или их должностных лиц, в том числе в результате издания государственными органами, органами местного самоуправления не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации (за исключением судебных актов о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности главных распорядителей средств федерального бюджета), судебных актов о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок за счет средств соответствующего бюджета документы, указанные в пункте 2 статьи 242.1 настоящего Кодекса, направляются для исполнения в Министерство финансов Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования.

В соответствии со статьей 6 Бюджетного кодекса РФ под главным распорядителем бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) понимается орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств, если иное не установлено указанным Кодексом.

Согласно Уставу ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» является государственным бюджетными учреждениями, осуществляющими медицинскую деятельность, имеют гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в их учредительных документах, и несут связанные с этой деятельностью обязанности.

Учредителем и собственником имущества ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» является Тверская область, от имени которой, в соответствии со ст.125 ГК РФ, выступают разные исполнительные органы Тверской области в рамках своей компетенции, а именно: Правительство Тверской области, Министерство здравоохранения Тверской области (учредитель) и орган по управлению государственным имуществом Тверской области.

Согласно постановлению Правительства Тверской области от 06.05.2017 г. № 122-пп «О подведомственности государственных унитарных предприятий Тверской области и государственных учреждений Тверской области исполнительным органам Тверской области» отраслевым органом исполнительной власти для ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» является Министерство здравоохранения Тверской области.

Пунктом 14 постановления Правительства Тверской области от 17.10.2011 г. № 70-пп «Об утверждении Положения о Министерстве здравоохранения Тверской области» установлено, что Министерство здравоохранения Тверской области обладает полномочиями главного распорядителя бюджетных средств, получателя бюджетных средств в соответствии с законодательством.

Следовательно, Министерство здравоохранения Тверской области, как главный распорядитель средств областного бюджета и их получатель в сфере здравоохранения Тверской области, как координатор деятельности ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ» осуществляет его финансовое обеспечение за счет средств областного бюджета Тверской области в рамках законодательства.

Таким образом, при недостаточности имущества ГБУЗ Тверской области «Нелидовская ЦРБ», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по данному обязательству необходимо возложить на Министерство здравоохранения, как главного распорядителя бюджетных средств.

Исковые требования ФИО1 о взыскании расходов на погребение в сумме 174300 руб. суд полагает не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч.1 ст.1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 08.12.2017 г. № 39-П, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П и от 7 апреля 2015 года N 7-П, определения от 4 октября 2012 года N 1833-О, от 15 января 2016 года N 4-О, от 19 июля 2016 года N 1580-О и другие). Тем самым предполагается, что привлечение лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Существенными условиями, необходимыми для наступления гражданско-правовой ответственности, являются вина и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) лица и возникшими у истца расходами.

Учитывая, что прямая причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи ответчиком и смертью Щ.В.И. отсутствует, оснований для взыскания расходов на погребение суд не усматривает.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истец, при подаче иска в суд, уплатил государственную пошлину в сумме 4686,00 руб., что следует из чека по операции от 07.08.2024 г.

Вместе с тем, поскольку исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению лишь в части компенсации морального вреда, с ответчика подлежит взысканию уплаченная истцом государственная пошлина, в соответствии с п.1 ст.333.19 НК РФ, в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» и Министерству здравоохранения Тверской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в связи со смертью гражданина удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) руб. 00 коп.

При недостаточности средств, находящихся в распоряжении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по обязательствам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» перед ФИО1 возложить на Министерство здравоохранения Тверской области.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» и Министерству здравоохранения Тверской области отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Нелидовская центральная районная больница» 3000 (три тысячи) руб. 00 коп. в счет оплаты расходов государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Нелидовский межрайонный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Э.Ю.Павлов

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 28 ноября 2025 года

Председательствующий Э.Ю.Павлов