66RS0004-01-2021-009881-05
Дело № 2-411/2022 (2-7275/2021)
Мотивированное решение изготовлено 02 августа 2022 г.
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ Р.Ф.
г. Екатеринбург <//>
Ленинский районный суд г. Екатеринбурга <адрес> в составе:
председательствующего судьи Смышляевой О.И.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Патрахиной М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным завещания, ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным завещания,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО3 обратились в суд с исками к ФИО2 (далее - ответчик) с требованиями о признании недействительным завещания, составленного Ситдиковым Ханифом <//>
В обоснование заявленных требований истцы указывают на то, что Ситдиков Ханиф <//> составил завещание о передаче всего принадлежащего ему имущества после его смерти ФИО2 указанное завещание удостоверено нотариусом. <//> Ситдиков Ханиф умер. На протяжении длительного времени Ситдиков Ханиф страдал рядом заболеваний, что подтверждается медицинскими документами. Из-за заболеваний психическое состояние ФИО4 в последние годы ухудшилось. Имевшиеся диагнозы дают основания полагать, что в момент составления завещания ФИО4 не понимал и не мог понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО4 являлся тестем ФИО1 и дедушкой ФИО3
Определением от <//> гражданские дела по искам ФИО1 и ФИО3 объединены в одно производство.
О судебном заседании истцы извещены надлежащим образом, посредством направления СМС-сообщений.
От ФИО1, ФИО3, их представителя по доверенности – адвоката Бобровой В.А. поступили ходатайства об отложении судебного заседания по причине невозможности участия в судебном заседании адвоката в связи с занятостью в другом судебном заседании.
В удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано, поскольку занятость представителя в другом судебном заседании не является уважительной причиной для отложения судебного заседания.
Ответчик ФИО2 считал исковые требования не подлежащими удовлетворению, поскольку согласно установленным по делу обстоятельствам, и заключения судебной экспертизы, основания полагать не способность умершего понимать значение своих действий и руководить ими отсутствовала.
От нотариуса ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении гражданского дела в отсутствие третьего лица.
Заслушав ответчика, исследовав обстоятельства дела, доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, <//> умер Ситдиков Ханиф, <//> года рождения.
Согласно представленной в материалы наследственного дела копии завещания, <//> ФИО4 было составлено завещание, удостоверенное временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО6 – ФИО7, согласно которому он – ФИО4 сделал распоряжение о завещании всего принадлежащего ему имущества ФИО2, <//> года рождения (т. 1 л.д. 29).
Из материалов наследственного дела следует, что с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО4 обратился наследник по указанному завещанию ФИО2
В судебном заседании не оспаривалось, что наследником по закону после смерти ФИО8 является по праву представления его внучка – истец ФИО3
Сведений о наличии иных наследников, претендующих на наследственное имущество у суда не имеется.
Из материалов наследственного дела следует, что ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию в виде денежных средств, на счетах в ПАО Сбербанк и прав на компенсации по счетам в ПАО Сбербанк.
В силу пункта 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
В силу ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.
Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <//> N 9 (ред. от <//>) "О судебной практике по делам о наследовании" недействительным может быть как завещание в целом, так и отдельные содержащиеся в нем завещательные распоряжения. Недействительность отдельных распоряжений, содержащихся в завещании, не затрагивает остальной части завещания, если можно предположить, что она была бы включена в завещание и при отсутствии распоряжений, являю27. Завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.
Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.
В соответствии с ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Таким образом, истец обладает правом на оспаривание завещания в силу наличия правовой заинтересованности по вышеуказанному правовому основанию. При этом суду необходимо представить доказательства наличия порока воли наследодателя при составлении завещания.
В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Поскольку оценка обоснованности обстоятельств, указанных истцами в обоснование иска, требовала специальных знаний по делу согласно положениям статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации была назначена и проведена посмертная комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза.
На основании определения суда от <//> была назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза.
Согласно выводам представленного заключения комиссии экспертов от <//> № З-0566-22 в момент составления завещания от <//>г. у Ситдикова Ханифа, <//> года рождения, выявлялись признаки Легкого когнитивного расстройства в связи со смешанными заболеваниями (шифр по МКБ-10: F06.78). Об этом свидетельствует выявление у подэкспертого, перенесшего контузию головного мозга в 1943 году, страдавшего гипертонической болезнью, цереброваскулярной болезнью с хроническим нарушением мозгового кровообращения, параклиническими признаками атрофии головного мозга, в апреле 2018г. перенесшего сотрясение головного мозга; церебрастенической симптоматики в виде головной боли, головокружений, шума, утомляемости, нарушения сна; эмоциональной лабильности, а также когнитивных нарушений, не достигавших степени деменции со снижением памяти, истощаемостью, застреваемостью внимания, трудностями переключения, обстоятельностью, конкретностью мышления. Поскольку отсутствуют однозначные, убедительные сведения о том, что вышеуказанное расстройство сопровождалось выраженными интеллектуально-мнестическими нарушениями, психотической симптоматикой, снижением критических и прогностический способностей, эксперты пришли к выводу о том, что оно не являлось препятствующим ему понимать значение своих действий и руководить ими. Ответ эксперта психолога: по представленным материалам дела у ФИО4 однозначных и убедительных данных за такое сочетание выраженных когнитивных эмоционально-личностных нарушений (обусловленного в том числе, диагностированным психическим расстройством), которое бы не позволяло ему понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания от <//> не выявлено. Совместный ответ врачей судебно-псиатрических экспертов и эксперта: поскольку отсутствуют однозначные, убедительные сведения о том, что психическое состояния Ситдикова Ханифа сопровождалось выраженными эмоционально-личностными нарушениями, выраженными интеллектуально-мнестическими нарушениями, психотической симптоматикой, снижением критических и прогностических способностей, эксперты приходят к выводу, что в момент составления завещания от <//>г. и впоследствии у Ситдикова Ханифа, <//> года рождения, не выявлено такого состояния (не выявлено такого психического расстройства), а также индивидуально-психологических особенностей), которое бы нарушало его способность понимать значение своих действий и руководить ими.
В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <//> N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.
Выводы экспертов в изложенном заключении судебной экспертизы основаны на материалах дела и медицинских документах наследодателя. Экспертиза проводилась комиссией экспертов, имеющих специальное образование, достаточный стаж работы и соответствующие категории. Заинтересованность экспертов в исходе дела не установлена. В заключении экспертной комиссии подробно и последовательно изложены ход экспертного исследования; примененные методы исследования; анализ представленных материалов и медицинских документов.
Принимая во внимание приведенные обстоятельства, учитывая положения ст. ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не усматривает достоверных и достаточных оснований сомневаться в правильности и объективности выводов экспертов, поэтому приходит к выводу о допустимости данного доказательства и возможности его положения в основу принятого решения.
При этом в заключении дана соответствующая и совокупная оценка свидетельским показаниям, полученным в ходе судебного заседания, так и пояснениям сторон, которые указывали, с учетом субъективной оценки происходящих событий исходя из выбранной правовой позиции.
Выводы экспертов основаны на системной, специализированной оценке как пояснений участников процесса, так и медицинской документации.
Кроме того, в ходе рассмотрения дела сторона ответчика обеспечила явку в судебные заседания свидетелей: ФИО9, ФИО10, Свидетель №3, Свидетель №1, которые последовательно поясняли о знакомстве с наследодателем, в том числе в юридически значимый период составления завещания, указали на то, что ФИО4 был последовательным, аккуратным, грамотным, интересующимся жизнью человеком, был активен насколько позволял возраст, занимался собой.
В рамках рассматриваемого спора в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно истец должен был доказать порок воли наследодателя при составлении завещания. Таких достаточных доказательств истцами не представлено.
При таких обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения исковых требований.
Более того, основания для удовлетворения требований ФИО1 отсутствуют ввиду отсутствия правового интереса, поскольку непосредственно он наследником после смерти ФИО4 не является.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 196 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1, <//> года рождения, паспорт <...>, к ФИО2, <//> года рождения, паспорт <...>, о признании недействительным завещания, ФИО3,<//> года рождения, паспорт <...>, к ФИО2, <//> года рождения, паспорт <...>, о признании недействительным завещания оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.
Судья подпись
Копия верна: судья О.И. Смышляева
Секретарь