Дело № 2а-1914/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 августа 2022 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Саламатиной А.Г.,

при секретаре Куликовой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании, посредством видео-конференц связи, административное дело по административному иску ФИО1 к ФСИН России, первому заместителю начальника Управления режима и надзора ФИО2, ГУФСИН России по Челябинской области о признании решения незаконным, возложении обязанности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФСИН России о признании незаконным решения первого заместителя начальника Управления режима и надзора ФИО2 от (дата) в части отказа в создании локального участка в любой из колоний Челябинской области, переводе административного истца для дальнейшего отбывания наказания, возложении обязанности на ФСИН России по созданию локального участка в учреждениях ГУФСИН России по Челябинской области для пожизненно осужденных, переводе административного истца для дальнейшего отбывания наказания.

В обоснование поданного в суд иска указал на то, что (дата) Челябинским областным судом по уголовному делу ему назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы. (дата) направлен отбывать наказание в ФКУ ИК*** (отдаленность от родных - 750 км), (дата) – в ФКУ ИК*** (отдаленность от родных - 7000 км). Поскольку в связи с внесенными поправками в Уголовно – исполнительный кодекс РФ у осужденных появилось право, по заявлению, быть направленными отбывать наказание по месту жительства, а адресом его проживания, до осуждения являлся – (адрес), истец (дата) обратился в ФСИН России с обращением, в ответ на которое ему было отказано, ссылаясь на ч.4 ст.73 УИК РФ, не согласившись с которым обратился в суд, указывая на нарушения ст.8 Конвенции, а также положений УИК РФ. Считает указанный ответ незаконным, в силу его необъективности. Указал, что все родные и близкие проживают в Челябинской области.

Определениями суда от (дата) к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены первый заместитель начальника Управления режима и надзора ФИО2, ГУФСИН России по (адрес); от (дата) в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9

Административный истец ФИО3 в судебном заседании проведенном посредством с использованием систем видеоконференц-связи поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель административных соответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Челябинской области – ФИО10, действующая на основании доверенности, представившая диплом о высшем юридическом образовании, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, представлены возражения на иск, с учетом дополнений.

Административный ответчик первый заместитель начальника Управления режима и надзора ФИО2, заинтересованные лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявлено.

Сведения о дате, времени и месте судебного разбирательства доведены до всеобщего сведения путём размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу: http://www.kalin.chel.sudrf.ru.

Суд в силу ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, суд считает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

При разрешении публично-правового спора для удовлетворения заявленных требований необходима совокупность двух условий: несоответствие оспариваемого решения, действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, регулирующему спорное правоотношение, и нарушение этим решением, действием (бездействием) прав либо свобод административного истца (ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Согласно ч. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами, регулирующими спорные отношения;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные правоотношения.

Согласно ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п. 1 и 2 ч. 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п. 3 и 4 ч. 9 и в ч. 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В силу вышеназванных положений процессуального закона при рассмотрении данной категории дел к обязанности административного истца относится доказывание нарушения оспариваемыми действиями (бездействием) его прав и свобод, а к обязанности административного ответчика - законности таких действий.

Статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которой состоит в том, что на осужденного оказывается специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении принадлежащих ему прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей (статья 43 Уголовного кодекса Российской Федерации). Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации тем самым наделяет федерального законодателя полномочием вводить подобного рода ограничительные меры.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Перевод осужденных, указанных в части 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осуществляется по решению ФСИН России.

В соответствии с частью 1 статьи 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок направления осужденных в исправительное учреждение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

В силу части 2 статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одной исправительной колонии. Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Порядок перевода осужденных определяется Министерством юстиции Российской Федерации.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 1 декабря 2005 г. № 235 утверждена Инструкция о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения (далее - Инструкция), действующая на момент отбытия административного истца для исполнения наказания.

Пунктом 5 Инструкции предусмотрено, что направление осужденных осуществляется, как правило, в исправительные учреждения в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали либо были осуждены (абзац первый). Осужденные к пожизненному лишению свободы направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определенных ФСИН России. Лица, осужденные за преступления, предусмотренные перечисленными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации, как правило, направляются для отбывания наказания в пределах субъекта Российской Федерации, где они были осуждены. В случае невозможности содержания таких лиц по месту осуждения они направляются для отбывания наказания в другой субъект Российской Федерации по решению ФСИН России, подготовленному оперативным управлением на основании мотивированного заключения, представленного территориальным органом ФСИН России (п. 8 Инструкции).

На дату рассмотрения заявления административного истца действовал Порядок направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания в исправительные учреждения и их перевода из одного исправительного учреждения в другое, утверж. Приказом Минюста России от 26 января 2018 № 17, в соответствии с пунктом 9 которой вопрос о переводе осужденных для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида рассматривается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении.

Из материалов дела следует, что приговором Челябинского областного суда от (дата), вступившим в законную силу (дата), ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «ж», «з», ч. 2 ст.105, ч.3 ст.222 УК РФ, окончательно назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Для отбытия наказания, на основании ч. 4 ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации ФСИН России ФИО3 был направлен во ФКУ ИК *** краю, при этом, согласно информации, поступившей от административного ответчика оснований, препятствующих отбыванию наказания административного истца в ФКУ ИК ***, не имеется.

До осуждения административный истец проживал по адресу: (адрес), также в (адрес) проживают его близкие родственники, а именно ФИО4(сестра), ФИО5 (сестра), ФИО7 (брат), ФИО8(сестра), ФИО9(сын), с которыми административный истец поддерживал общение, а именно в период с (дата) по настоящее время предоставлялось длительное свидание с сестрой ФИО4 и сестрой ФИО12, также свидания заменялись на телефонные звонки, получал посылки, бандероли.

(дата) ФИО3 обратился в ФСИН России с заявлением о создании изолированного участка в ФКУ Т ГУФСИН России по Челябинской области, либо любом другом учреждении ГУФСИН России по Челябинской области и перевести его для дальнейшего отбывания наказания. (дата) на обращение ФИО3 первым заместителем начальника Управления режима и надзора ФИО2 дан ответ об отказе в удовлетворении заявленных требований, поскольку в соответствии с ч.4 ст.73 УИК РФ осужденный ФИО3 направлен для отбывания наказания в исправительное учреждение (адрес), где имелись условия для размещения данной категории осужденных. Указал, что Федеральный закон от (дата) № 96-ФЗ не предусматривает изменений порядка перевода в исправительное учреждение ближе к месту жительства родственников в отношении лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы. Кроме того, создание изолированных участков различного вида режима при тюрьмах законодательством РФ не предусмотрено.

Согласно информации ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России, в ГУФСИН России по Челябинской области отсутствуют исправительные колонии особого режима, в связи с чем возможность для перевода и размещения осужденного ФИО3, а также других осужденных к пожизненному лишению свободы, для отбывания наказания на территории Челябинской области не имеется. Создание изолированного участка для отбывания наказания осужденных к пожизненному лишению свободы в одном из исправительных учреждений на сегодняшний день не представляется возможным, в связи с тем, что численность осужденных отбывающих наказание в учреждении ГУФСИН России по Челябинской области близка к установленному лимиту, а при создании изолированного участка для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы необходимо наличие здания, имеющего набор установленных действующим законодательством помещению. Кроме того, создание изолированного участка в исправительных учреждениях Челябинской области не возможно только на основании заявления осужденного, порядок их создания строго регламентирован и является многогранным процессом, требующим выполнения комплекса мероприятий. Создание изолированного участка для осужденных к пожизненному лишению свободы при учреждениях ГУФСИН России по Челябинской области федеральной целевой программой «Развитие уголовно-исполнительной системы «2018-2026 годы», не предусмотрено.

Разрешая заявленные требования административного истца, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении, поскольку действия административных ответчиков являются законными и обоснованными, административный истец был направлен для отбытия наказания в ФКУ ИК № УФСИН России по (адрес) в соответствии с положениями ч. 4 ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, вопрос о направлении рассмотрен ФСИН России в соответствии со своей компетенцией; права и законные интересы административного истца не нарушены, возможность осужденных иметь свидания с близкими и родственниками регламентированы нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, и не зависят от места нахождения исправительного учреждения. То обстоятельство, что в Челябинской области проживают ФИО4(сестра), ФИО5 (сестра), ФИО7 (брат), ФИО8(сестра), ФИО9(сын), с которыми административный истец желает поддерживать родственные связи не являются безусловным основанием для удовлетворения требований административного истца.

Таким образом, приведенное правовое регулирование не предполагает произвольного определения места отбывания осужденным наказания и корреспондирует положениям международных правовых актов, регламентирующих права осужденных, в частности Европейским пенитенциарным правилам (2006 г.), согласно которым заключенные должны по возможности направляться для отбытия наказания в расположенные вблизи от дома или мест социальной реабилитации пенитенциарные учреждения и которые имеют рекомендательный характер и подлежат реализации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей (часть четвертая статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

На данное обстоятельство неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в Определениях от 28 марта 2017 г. № 562-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Украины А.Г. на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 73 и частью второй статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации», № 599-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.И. на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 73 и частью второй статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации».

Кроме того, Европейский Суд по правам человека в Постановлении от 7 марта 2017 г. дело "П. и другие (Polyakova and Others) против Российской Федерации" отметил, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод не предоставляет осужденным права выбирать место отбывания наказания. Однако для того, чтобы обеспечить уважение достоинства, присущего человеческой личности, целью государств должно стать поощрение и поддержание контактов заключенных с внешним миром. Для достижения этой цели национальное законодательство должно предоставить заключенному, а при необходимости и его родственникам реальную возможность выдвигать свои требования до того, как государственные органы власти примут решение о размещении его в определенное исправительное учреждение, а также убедиться в том, что какие-либо другие их распоряжения соответствуют требованиям статьи 8 указанной Конвенции (пункт 100).

Европейский Суд в указанном Постановлении пришел к выводу об отсутствии в российском законодательстве требования, обязывающего ФСИН России рассматривать перед отступлением от общего правила распределения осужденных возможные последствия географического расположения исправительных учреждений на семейную жизнь заключенных и их родных, о непредоставлении реальной возможности перевода заключенного в другое место заключения на основаниях, относящихся к праву уважения семейной жизни, а также о невозможности для лица добиться судебного пересмотра решения ФСИН России в части пропорциональности его или ее заинтересованности в поддержании семейных и общественных связей. Данные обстоятельства, в свою очередь, приводят к нарушению статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункты 116 - 118).

С учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека к иным исключительным обстоятельствам среди прочего должна относиться невозможность заключенного поддерживать семейные связи во время тюремного заключения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных исковых заявлений осужденных к лишению свободы, оспаривающих их направление в исправительные учреждения, находящиеся за пределами территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, судам следует устанавливать наличие возможности (невозможности) на момент направления таких лиц их размещения в имеющихся на территории соответствующего субъекта Российской Федерации исправительных учреждениях необходимого вида. При этом, в настоящее время в уголовно-исполнительной системе России функционирует 6 исправительных учреждений для осужденных к пожизненному лишению свободы, которые расположены в (адрес). На территории Челябинской области такое исправительное учреждение отсутствует.

На основании вышеизложенного, суд не усматривает в данном конкретном деле каких-либо обстоятельств, достоверно свидетельствующих об их исключительности, поскольку сведений о наличии непреодолимых препятствий иметь свидания с близкими и родственниками, получать почтовые отправления, вести телефонные переговоры, ФИО3 суду не представил, при этом данные права осужденного регламентированы нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и не зависят от места нахождения исправительного учреждения.

Доводы административного истца, касающиеся удаленности исправительного учреждения от места проживания его близких родственников не свидетельствуют о невозможности создания административному истцу препятствий для поддержания контактов с членами семьи и сохранения социально - полезных связей.

Таким образом, при принятии решения о направлении осужденного для отбывания наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН России по (адрес), соблюдены требования уголовно-исполнительного законодательства, при этом исключительных обстоятельств для создания изолированного участка для отбывания наказания и перевода осужденного в исправительное учреждение Челябинской области не установлено, в связи с чем права, свободы и законные интересы административного истца, действиями административного ответчика не нарушены.

Руководствуясь ст. ст. 174, 175-180 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФСИН России, первому заместителю начальника Управления режима и надзора ФИО2, ГУФСИН России по Челябинской области о признании незаконным решения первого заместителя начальника Управления режима и надзора ФИО2 от (дата) в части отказа в создании локального участка в любой из колоний Челябинской области, переводе административного истца для дальнейшего отбывания наказания, возложении обязанности на ФСИН России по созданию локального участка в учреждениях ГУФСИН России по Челябинской области для пожизненно осужденных, переводе административного истца для дальнейшего отбывания наказания, - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Челябинского областного суда через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий А.Г.Саламатина