Решение по делу № 2-21/2024 от 18.03.2025 - о признании недействительным договора дарения недвижимости, о признании права собственности.

2-6/2025

26RS0003-01-2023-002144-51

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 марта 2025 года город Ставрополь

Октябрьский районный суд города Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Руденко Е.В.,

при секретаре судебного заседания Статовой Л.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ФИО6 о признании недействительным договора дарения недвижимости, о признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО16 обратилась в суд с иском, в последствии уточненным, к ФИО6 о признании недействительным договора дарения недвижимости, о признании права собственности, в котором просила суд: признать недействительным договор дарения недвижимости- нежилого помещение площадью 76,8 кв.м, кадастровый №, инвентарный №, условный №/А расположенного по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО3 на нежилое помещение площадью 76,8 кв.м, кадастровый №, инвентарный №, условный №/А расположенного по адресу: <адрес>

Признать за ФИО4 право собственности на нежилое помещение площадью 76,8 кв.м, кадастровый №, инвентарный №, условный №/А расположенного по адресу: <адрес>

Указав в обоснование исковых требований, что ФИО4 являлась собственником недвижимого имущества - нежилого помещения площадью 76,8 кв.м, кадастровый №, инвентарный №, условный №/А расположенного по адресу: <адрес>. ФИО4 является инвалидом первой группы по зрению, лишена зрения полностью, что подтверждается медицинской документацией ГБУЗ СК Городская поликлиника № <адрес>, а также показаниями свидетеля ФИО9

В феврале 2015 года ФИО3, будучи осведомленной о состоянии зрения своей матери ФИО4, обратилась с просьбой передать ей в собственность имущество: торговое нежилое помещение площадью 76,8 кв.м, кадастровый №, инвентарный №, условный №/А расположенное по адресу: <адрес>, взамен на то что, ФИО3, будет заботиться о ней, осуществлять уход в случае необходимости, а также выплачивать по 10 000 рублей в месяц на её содержание, что будет непосредственно отражено в договоре пожизненного содержания, на что ФИО4 согласилась. Далее ФИО3 воспользовавшись отсутствием у "ФИО4 возможности ознакомиться с договором предоставила ей на подпись договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ вместо договора пожизненного содержания. После чего ФИО4 под влиянием обмана ФИО3 относительно содержания и наименования договора, и не имея физической возможности ознакомления с договором подписала договор дарения вместо договора пожизненного содержания. В силу своей болезни ФИО4 прочитать текс самостоятельно не смогла, вслух текст документа ей не зачитывался.

Истец никогда не имела намерения дарить ответчику принадлежащую ей движимость, а была под влиянием обмана со стороны ФИО3 убеждена, что передает недвижимость взамен на выполнение обязательств по договору об осуществлении за ней ухода и содержанию взамен передаваемого нежилого помещения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 присвоена первая группа инвалидности по зрению бессрочно), что подтверждается справкой МСЭ-2014 № выданной ФКУ Б МСЭ по <адрес> Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы №» от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинской документации представленной врачом офтальмологом УЗ СК Городская поликлиника № <адрес> ФИО4 наблюдалась в ГБУЗ СК «ГКП № ». В 2008 году резкое снижение зрения правого глаза до 8 - субатрофия глазного яблока. В 2010 году отслойка сетчатки левого глаза. По состоянию на январь 2015 года у ФИО4 отмечалось резкое снижение зрения левого глаза на 98 %, В связи с этим, а также с учетом отсутствия зрения правого паза, у ФИО4 утрачена возможность самостоятельного прочтения текстовых документов, самостоятельное передвижение без помощи сопровождающего.

ДД.ММ.ГГГГ с целью проверки сведений изложенных ФИО3 истцом был осуществлен запрос через многофункциональный центр о предоставлении сведений из Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по <адрес> по объекту недвижимости - нежилое помещение расположенное по адресу: <адрес>, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен договор дарения на объект недвижимости торговое нежилое помещение кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>. О нарушении своего права истец достоверно узнала ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, ФИО3 воспользовалась доверием ФИО4 как к родной дочери, умышленно ввела ее в заблуждение, незаконно приобрела принадлежащее ей недвижимое имущество.

Определением суда от 05.07.2023 в протокольной форме в судебном заседании в качестве третьего лица не заявляющих самостоятельных требований привлечено ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ставропольскому краю.

Определением суда от 25.09.2023 в протокольной форме в судебном заседании в качестве третьего лица не заявляющих самостоятельных требований привлечено ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ставропольскому краю.

В связи со смертью истца ФИО4 умершей ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечены ее правопреемники в качестве истцов.

Определением суда от 09.09.2024 в качестве истца к участию в деле привлечена ФИО5.

Определением суда от 04.10.2024 в качестве истца к участию в деле привлечена ФИО7.

Определением суда от 07.10.2024 в качестве истца к участию в деле привлечена ФИО6. Указанное определение оставлено без изменения апелляционным определением судьи Ставропольского краевого суда от 03.12.2024.

Истцы ФИО5, ФИО7, ФИО6, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явились, о причинах неявки суд не уведомили.

Ответчик ФИО6, извещенная о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явилась, о причинах неявки суд не уведомила.

Представитель третьего лица ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ставропольскому краю, извещенный о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился, о причинах не явки суд не уведомил.

Представитель третьего лица ФКУ «ГБ МСЭ по Ставропольскому краю» Минтруда России – Бюро медико-социальной экспертизы в г. Ставрополе №23, извещенный о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился. Ранее в судебном заседании представитель пояснила, что ФИО16 с 199 по 2002 год имела срочные группы инвалидности, которые были равны второй, с 2002 года ей была установлено вторая группа инвалидности бессрочно. До 2015 года ФИО16 в МСЭ не обращалась ей была установлена инвалдиность ввиду наличия сахарного диабета. Однако данный диагноз не является самостоятельной причиной для установления инвалидности, позднее экспертами МСЭ был установлен диагноз ФИО16 профилферативная диабетическая ретинопатия обоих глаз, а сахарный диабет 2 типа как сопутствующий, соответственно установить период фактической утраты зрения не представляется возможным, на момент когда ФИО16 обратилась, ее слепота уже соответствовала 4 степени функциональных нарушений левого глаза.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО2, пояснила, что спорный магазин покупала она вместе с матерью ФИО4, позднее она решила отдать этот магазин своей дочери, однако как оказалось она ей его подарила, так как ФИО4 не может одна его содержать и думала, что ответчик ФИО3 будет помогать ей. Пояснила, что у ФИО4 было замечено резкое снижение зрения в декабре 2014 года, после чего ей была присвоена первая группа инвалидности. При разговоре с ФИО4, стало известно, что последняя передавала дочери спорное помещение при условиях пожизненного содержания ФИО4 Позднее в 2017 году ФИО4 было назначено лечение, после которого зрение к ней вернулось. Договор дарения о отчуждения имущества был заключен с ее дочкой и мужем и еще какой-то женщиной в здании МФЦ. Однако о данном договоре она узнала только в 2022 году, после чего свидетель обратилась в МФЦ, чтобы узнать какой был договор дарения заключен с ее матерью, и как оказалось, данный договор являлся договором дарения, о чем ФИО4 сказала ей, что не знала об этом. При этом пояснила, что договор по отчуждению иного имущества заключался также в 2015 году и ФИО4 понимала значение своих действий.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО1, пояснила, что она является законным представителем своей матери ФИО4 с октября 2015 года. В марте-апреле 2015-2017 года ей стало известно от матери, что она подарила спорное имущество ее сестре. Пояснила, что в 2015 году у матери было хорошее зрение, так как оставляла ей своего ребенка, а до сентября 2021 ФИО4 заполняла сама платежные документы.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8, пояснил, что он является мужем ФИО3, ему стало известно в 2015 году о том, что ФИО4 подарила ФИО3 спорное помещение. Пояснил, что ему известно, что с 2015 года ФИО4 установлена инвалидность первой группы в связи с плохим зрением, однако подтвердил, что, несмотря на установленную инвалидность ФИО4 самостоятельно могла читать текст.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9, пояснила, что знакома с ФИО4, так как является участковым врачом и офтальмологом поликлиники. Пояснила, что к ФИО4 приходила к ней в 2015 году поскольку у ФИО4 имеется сахарный диабет, в связи с тем, что у нее диагностировано плохое зрение ФИО4 была установлена первая группа инвалидности. Помимо сахарного диабета у ФИО4 имелась глаукому, правый глаз у нее совсем не видел. Пояснила, что проблемы со зрением у нее с 2006 года, и как врач пояснила, что в 2006 году она видела на 2/10, то к 2015 году она могла ослепнуть вовсе, но не видит она вовсе правым глазом, левым глазом при помощи лупы может увидеть тени.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10, пояснила, что ей стало известно о договоре дарения от ФИО4 в 2015 году, так как она вела бухгалтерию в ее магазине, после передачи имущества ответчику она помогала в переоформлении предпринимательской деятельности на нового собственника.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11, пояснил, что знаком с семьей ФИО15, а также ему известно о бизнесе ФИО4 на <адрес> пояснения о том, что ему ФИО4 со своим мужем рассказывали о том, что имеют намерение отдать магазин дочери, которая должна будет их после этого содержать, однако о том, что это является подарком речи не было. Указал, что ФИО4 в 2015 году себя плохо чувствовала, имела плохое зрение и не могла ухаживать за своим мужем, в связи с чем за ним ухаживала его родственница, потому что ФИО4 плохо видела. Указал, что ФИО4 не могла видеть и не читала, когда он приходил, ФИО4 узнавала его по голосу.

Руководствуясь ст.ст.167,233,234 ГПК РФ, суд пришёл к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие лиц участвующих в деле, и в том числе не явившегося ответчика в порядке заочного производства.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

На основании п. 3 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу названных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 настоящего Кодекса.

На основании ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО3 заключён договор дарения на торговое, нежилое помещение, находящееся по адресу: <адрес> кадастровым (условным номером) №А площадью 76,8 кв.м.

Согласно представленному в материалы дела договора купли-продажи недвижимого имущества № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между КУМИ <адрес> в лице директора комитета ФИО12 и ФИО4, нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, продано и приобретено покупателем в лице ФИО4

Указанное недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес> приобретено ФИО4 по итогам проведения аукциона по продаже муниципального имущества, что подтверждается протоколом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные обстоятельства достоверно подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.

В силу пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Согласно части 2 указанной статьи заблуждение предполагается достаточно существенным, если сторона заблуждается в отношении природы сделки, то есть в отношении совокупности признаков и условий, характеризующих ее сущность.

По смыслу приведенных положений п. 1 ст. 178 ГК РФ, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 168 ГК РФ, подлежит возложению на истца.

Из разъяснений в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 следует, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из разъяснений в п. 7 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. N 25 следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

Истец ФИО4 в обоснование исковых требований о признании недействительными договора дарения нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого между ФИО4 и ФИО3, ссылалась на то, что ФИО4 являлась собственником недвижимого имущества - нежилого помещения площадью 76,8 кв.м, кадастровый №, инвентарный №, условный №/А расположенного по адресу: <адрес>. В феврале 2015 года ФИО3, будучи осведомленной о состоянии зрения своей матери ФИО4, обратилась с просьбой передать ей в собственность имущество, взамен на то что, ФИО3, будет заботиться о ней, осуществлять уход в случае необходимости, а также выплачивать по 10 000 рублей в месяц на её содержание, что будет непосредственно отражено в договоре пожизненного содержания, на что ФИО4 согласилась. Однако, воспользовавшись проблемами здоровья истицы, а именно наличия у нее установленной группы инвалидности в связи с потерей зрения, ФИО3 заключила с ФИО4 договор дарения недвижимости путем обмана.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 присвоена первая группа инвалидности (бессрочно), что подтверждается справкой МСЭ-2014 № выданной ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес> Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы №» от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинской документации представленной врачом офтальмологом ГБУЗ СК Городская поликлиника № <адрес> ФИО4 наблюдалась в ГБУЗ СК «ГКП № ». В 2008 году резкое снижение зрения правого глаза до 8 - субатрофия глазного яблока. В 2010 году отслойка сетчатки левого глаза. По стоянию на январь 2015 года у ФИО4 отмечалось резкое снижение зрения левого глаза на 98%.

Для разрешения спора по существу и определения возможности подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ нежилого помещения, а также ознакомления с ним истцом ФИО13, а также в связи с необходимостью в специальных познаниях, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена комиссионная судебная экспертиза.

Судом установлено, что ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти III-ДН № от ДД.ММ.ГГГГ. Гражданское дело из экспертного учреждения возвращено в адрес суда без исполнения.

Согласно представленной копии наследственного дела № к имуществу умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 открытого нотариусом ФИО14, наследниками вступившими в наследство являются: ФИО2, ФИО3, ФИО1

Наследники ФИО2, ФИО3, ФИО1, привлечены к участию в деле в качестве правопреемников умершей истицы ФИО4 в качестве соистцов.

Для разрешения спора по существу и определения возможности подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ нежилого помещения, а также ознакомления с ним истцом ФИО13, а также в связи с необходимостью в специальных познаниях, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена и проведена посмертная комиссионная судебно-медицинская экспертиза согласно определению суда от ДД.ММ.ГГГГ.

На разрешение эксперта были поставлены вопросы: 1. Имелись ли у ФИО4 заболевания органов зрения, каково было состояние зрения с учетом указанных заболеваний и препятствовало ли это подписанию и прочтению договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, при условии установления указанному лицу инвалидности по зрению первой группы в ноябре 2015 года?; 2. Могла ли ФИО4 по состоянию ее зрения в очках или без очков, с помощью других оптических приборов прочитать текст договора дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ и подписать его?; 3. С какой степенью утраты зрения ФИО4 могла осуществить имеющуюся в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ подпись («ровно по линии»)?.

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы, подготовленной ГБУЗ СК Краевое БСМЭ, следует, что анализ представленных материалов гражданского дела, медицинских документов показал, что гр. ФИО4 с 1992 года страдала прогрессирующим неизлечимым заболеванием эндокринной системы - сахарным диабетом 2 типа, сопровождавшимся развитием диабетической ретинопатии, приведшей к снижению зрения. В 2006 году у гр. ФИО4 произошла отслойка сетчатки правого глаза, в связи, с чем в Израиле ей проведено несколько операций, в результате которых зрение не восстановлено, произошла потеря остроты зрения правого глаза до 0 с образованием лейкомы роговицы.

Вследствие прогрессирования пролиферативного процесса органов зрения у гр. ФИО4 развилась глаукома ШВ, пролиферативная ретинопатия левого глаза, что привело к снижению остроты зрения левого глаза до 0,2, зафиксированного на момент осмотров врачами-офтальмологами ГБУЗ СК «Городская клиническая больница №» <адрес> в 2016 и 2017 годах. На момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ врачом-офтальмологом ГБУЗ СК «Городская клиническая поликлиника №» у гр. ФИО4 отмечена острота зрения левого глаза 0,1.

Члены экспертной комиссии отмечают, что в медицинской карте №С/1299 стационарного больного ГБУЗ СК «Городская клиническая больница №» <адрес>, где гр. ФИО4 находилась на стационарном лечении с 08 по ДД.ММ.ГГГГ (за 4 месяца до подписания договора дарения в феврале 2015г) имеется отказ от инсулинотерапии и консультации окулиста, заполненный по строчкам и подписанный ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 собственноручно.

Кроме того, согласно записи осмотра офтальмологом в медицинской карте №С/1164 стационарного больного ГБУЗ СК «Городская клиническая больница №» <адрес> в период нахождения на стационарном лечении с 11 по ДД.ММ.ГГГГ (спустя 7 месяцев после подписания договора дарения в феврале 2015г) у гр. ФИО4 отмечена острота зрения на левый глаз 0,1. В этой же карте имеются два документа — информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство от ДД.ММ.ГГГГ и отказ от инсулина от ДД.ММ.ГГГГ, заполненные по строчкам и подписанные гр. ФИО4 собственноручно. Также согласно медицинским документам на фоне проводимого лечения отмечено некоторое улучшение остроты зрения в 2016 и 2017 годах до 0,2 на левый глаз.

Согласно данным, указанным в заключении судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 110-116 тома 1 гражданского дела №) отмечено, что в декабре 2021 года при оформлении документов в МФЦ гр. ФИО4 прочла договор дарения, в том числе с лупой, и поняла его смысл.

Таким образом, учитывая вышеизложенные факты и остроту зрения на левый глаз от 0,1 до 0,2, гр. ФИО4 на момент подписания договора дарения в феврале 2015г не имела препятствий для прочтения документа и при наличии желания ознакомления могла прочитать его текст, в том числе, в очках или с помощью других оптических приборов, и подписать его ровно по линии.

Таким образом, согласно выводов комиссии экспертов ФИО4 в юридически значимый период, на момент подписания договора дарения в феврале 2015 года, истец с учетом ее остроты зрения не имела препятствий для прочтения документа и при наличии желания ознакомления могла прочитать его текст, в том числе, в очках или с помощью других оптических приборов, и подписать его ровно по линии.

Оценив указанное заключение, суд не находит оснований не доверять выводам комиссии экспертов, поскольку в состав комиссии входят высококвалифицированные врачи-специалисты, прямо или косвенно они в исходе дела не заинтересованы, отводов экспертам не заявлено.

Экспертиза произведена с соблюдением требований ст. ст. 85, 86, 87 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Экспертиза произведена по медицинским документам и материалам гражданского дела. Доказательств, опровергающих выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы суду не представлено.

Кроме того, в судебном заседании не установлено, что воля стороны при совершении сделок дарения недвижимости была направлена не на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей в отношении указанных объектов недвижимости по договорам дарения, к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки.

При таких обстоятельствах, каких-либо допустимых и достаточных доказательств порока воли сторон при заключении сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ее притворности и направленности воли сторон сделки на установление между ними иных правоотношений, по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон, стороной истца не представлено.

В судебном заседании не установлен и не подтвержден факт возмездности договора дарения, соответственно, условия для признания договора дарения недействительной сделкой отсутствуют, в связи с чем, у суда не имеется оснований полагать, что действия ФИО4 и ФИО3 по заключению оспариваемого договора дарения являлись незаконными.

Свидетели, допрошенные в судебных заседаниях, также поясняли, что ФИО4 могла читать газеты и пользоваться интернетом с телефона с помощью лупы и очков для зрения.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, установив, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ соответствуют требованиям Главы 30 ГК РФ, содержит все существенные условия договора дарения, доказательств наличия порока воли у стороны сделки судом не установлено, стороной истца иного не представлено, принимая во внимание заключение эксперта №, которым установлена способность ФИО4 на момент заключения договора дарения, прочесть его и подписать, суд считает, что исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО1 о признании недействительным договора дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ – нежилого помещения расположенного по адресу: <адрес> удовлетворению не подлежат.

Поскольку судом отказано в удовлетворении основного искового требования, то производные исковые требования о применении последствий недействительности сделки, а также прекращении права собственности ФИО3 и признании права собственности за ФИО4 на спорный объект недвижимости, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ФИО6 о признании недействительным договора дарения недвижимости, о признании права собственности – отказать в полном объеме.

Ответчик вправе подать в суд, приявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Октябрьский районный суд города Ставрополя в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения, а в случае, если такое заявление подано - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Мотивированное решение изготовлено 01.04.2025.

Судья подпись Е.В. Руденко