Гражданское дело № 2-5921/2025

УИД66RS0051-01-2025-001429-42

Мотивированное решение суда составлено 10.12.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26.11.2025 г. Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Семерневой К.А., при секретаре Клепаловой А.А.,

с участием ответчика, представителей сторон

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «Согаз» к <ФИО>1 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки

установил:

АО «СОГАЗ» обратилось в суд с иском к <ФИО>1, в котором просило признать договор страхования № № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и применить последствия недействительности сделки, взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 000 руб.

В обоснование иска указано, что <ФИО>1 является застрахованным лицом по договору страхования № № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному на условиях, содержащихся в Правилах комплексного ипотечного страхования АО «Согаз» в редакции от ДД.ММ.ГГГГ (далее- Правила) в рамках договора ипотечного страхования. Срок действия договора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ответчик обратился к истцу с заявлением о наступлении события, имеющего признаки страхового случая- установление инвалидности № группы в результате заболевания. В ходе рассмотрения представленных ответчиком документов, истцом установлено, что при заключении договора страхования ответчиком представлены недостоверные данные о состоянии его здоровья. Так в соответствии с выпиской ОМС АО «Астрамед-МС» заболевание «Е11.7 инсулиннезависимый сахарный диабет» было диагностировано у <ФИО>1 ДД.ММ.ГГГГ, то есть до заключения договора. Также до заключения договора ответчик в2019 году перенес нарушение мозгового кровообращения (инсульт), в 2022 году ему был установлен диагноз ИБС ПИКС (постинфарктный кардиосклероз). Ссылаясь на положения п.п 5.1.5, 8.2, 8.2.2 Правил, истец указывает, что застрахованным лицом при заключении договора страхования были предоставлены недостоверные данные относительно состояния его здоровья, что является основанием для признания сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

Представитель истца, явившийся в судебное заседание, доводы и требования иска поддержал в полном объеме, пояснил, что ответчик обратился к истцу с заявлением о наступлении страхового случая, рассмотрение данного заявления приостановлено до рассмотрения настоящего спора.

В ходе рассмотрения спора судом неоднократно уточнялось о том, о применении каких последствий недействительности сделки испрашивает истец, истцом указано, что данное требование оставляется на усмотрение суда.

Ответчик и его представитель, явившиеся в судебное заседание, против доводов и требований иска возражали, просили в иске отказать, представили письменный отзыв на иск. В отзыве указывали, что условия договора были определены страховщиком в одностороннем порядке, ответчик был лишен возможности изучить договор и повлиять на его условия, сведения, которые отсутствовали у истца, не повлияли на наступление страхового случая, ответчик не совершал обман путем намеренного умолчания, истец не произвел оценку страхового риска, ссылается на наличие недобросовестного поведения на стороне истца.

Представитель третьего лица ПАО Банк ВТБ, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом и своевременно, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не уведомил, об отложении не просил.

Суд, заслушав явившихся лиц, изучив материалы настоящего дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию). Уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между <ФИО>1 и Банк ВТБ ПАО был заключен кредитный договор № №, в соответствии с которым заемщику предоставлены кредитные денежные средства в размере 3 187 760 руб. сроком возврата кредита- 242 месяца, ежемесячным платежом в размере 26 663,70 руб., с целью приобретения предмета ипотеки- 1-комнатной квартиры, приобретаемой <ФИО>1 по договору участия в долевом строительстве №-ЭС от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительному соглашению к нему от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному, в свою очередь, с АО Специализированный застройщик ЛСР.Недвижимость-Урал.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ <ФИО>1 (страхователь) также заключен договор страхования на условиях, содержащихся в полисе ипотечного страхования № SGZKISO-1324003193, согласно которому страховщиком является АО «Согаз»; Выгодоприобретелем-1 - Банк ВТБ ПАО, в отношении кредитного договора № № от ДД.ММ.ГГГГ. Договор страхования считается заключенным и вступает в силу с даты уплаты страхового взноса за первый период страхования и действует: по страхованию от несчастных случае и болезней до 24 час. 000 мин. ДД.ММ.ГГГГ. Факт заключения договора страхования кем-либо из лиц, участвующих в деле, не оспаривается.

ДД.ММ.ГГГГ <ФИО>1 обратился к истцу с заявлением о наступлении страхового случая и выплате ему страхового возмещения, указав, что в связи с заболеванием получил 1 группу инвалидности. Сведений о том, что такое заявление рассмотрено страховщиком в материалы дела не представлено, истцом таких обстоятельств не приведено.

Как следует из имеющихся в материалах дела сведений, представленных истцом из АО «Астрамед-МС» от ДД.ММ.ГГГГ №К/1032, у <ФИО>1 ан момент заключения ДД.ММ.ГГГГ страхования имелись диагнозы: I25.6- бессимптомная ишемия миокарда, (ДД.ММ.ГГГГ, ГБУЗ СО «Уральский институт кардиологии» Екатеринбург), Е11.7- инсулиннезависимый сахарный диабет с множественными осложнениями (первично поставлен ДД.ММ.ГГГГ, ГАУЗ СО «СОКБ №»).

К доводам ответчика о том, что ему было неизвестно о постановке в указанные периоды таких диагнозов, в частности, что диагноз, поставленный ДД.ММ.ГГГГ носил вероятностный характер, при этом в настоящий момент данный диагноз не подтвержден, ответчик не получал никакого медикаментозного или терапевтического лечения, поскольку не проходил инсулинотерапию, не наблюдается у эндокринолога, суд относится критически, потому что таковой противоречит фактическим обстоятельствам дела, имеющимся в материалах бела документам (выписками из медицинской карты больного № ГБУЗ СО «ЦГБ №» с анамнезами заболеваний за ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ – за указанные даты прослеживается указание на СД 2 типа, без инсулинотерапии и инсулинопотребности, прием препарата форсига с ДД.ММ.ГГГГ (не принимает с 2024 года),ДД.ММ.ГГГГ (указано на ИБС ПИКС от 2022 года). Представленные доказательства в порядке, установленном положениями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не опорочены.

О наличии у страхователя таких заболеваний <ФИО>1 действительно должен был сообщить до заключения договора страхования.

Вместе с тем суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований АО «Согаз» ввиду следующего.

В соответствии с п. 3 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе требовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Кодекса, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки (статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) является именно наличие умысла страхователя.

Согласно ст. 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица.

В силу ст. 964 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором страхования не предусмотрено иное, страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения и страховой суммы, когда страховой случай наступил вследствие: воздействия ядерного взрыва, радиации или радиоактивного заражения; военных действий, а также маневров или иных военных мероприятий; гражданской войны, народных волнений всякого рода или забастовок.

Согласно п. 2 ст. 6 Закона РФ "Об организации страхового дела" страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия.

Страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого, проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (ст. 9 Закона РФ "Об организации страхового дела").

Согласно п. 2 ст. 4 Закона РФ "Об организации страхового дела" объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни (страхование от несчастных случаев и болезней).

В силу ч. 3 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Разрешая исковые требования по существу, суд, исходит из недоказанности наличия такого обязательного условия для применения нормы о недействительности сделки как наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом доказательств тому, что АО «Согаз» решение о заключении договора страхования принято вследствие сведений страхователя об отсутствии у него вышеуказанных заболеваний, и при наличии у страхователя данного заболевания в заключении договора страхования было бы отказано либо договор страхования был бы заключен на иных (не выгодных для страхователя) условиях, о чем страхователь знал, суду в ходе рассмотрения дела не предоставлены.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 945 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик наделен при заключении договора личного страхования правом провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья. Однако этим правом страховщик не воспользовался.

При этом, как также следует из материалов дела, ответчик обратился к истцу с заявлением о наступлении страхового случая вследствие установления инвалидности по основному заболеванию: хроническая болезнь почки, 5 стадия, код по №. Доказательств, что причина инвалидности находится в прямой причинно-следственной связи с имевшимися на момент заключения договора страхования заболеваниями, не представлено. Кроме того, приведенные в иске доводы в целом сводятся в целом к несогласию истца с наступлением у страхователя страхового случая, при этом какого-либо решения по заявлению <ФИО>1 страховщиком по настоящее время не принято.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих, что наличие у страхователя заболевания, на которое указывается истцом, несомненно влекло за собой установление инвалидности в период действия договора страхования (и страхователь был осведомлен об этом), что исключало вероятностный характер наступления страхового случая, материалы дела не содержат, следовательно, не доказан умысел страхователя на заключение сделки под влиянием обмана.

Кроме того, согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Истец, заключив с ответчиком договор страхования, получив страховую премию по нему, обратился с иском о признания его недействительным после наступления предполагаемого страхового случая и спустя год после его заключения. При этом доказательств тому, что у истца как страховщика отсутствовала возможность проверить необходимые сведения ранее, суду не представлено, что в том числе лишило возможности и ответчика заключить договор страхования с иной страховой компанией. Суд учитывает, что доказательств реального доведения до лица, с которым страховщик намерен заключить договор страхования, необходимости сообщения информации, имеющей существенное значение для заключения договора, истцом не представлено, в связи с чем, истец должен нести риск наступления неблагоприятных последствий. Кроме того, поведение истца, заявляющего о признании договора страхования от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, вместе с тем, направляющего в ходе рассмотрение настоящего спора ДД.ММ.ГГГГ в адрес застрахованного лица уведомление об оплате очередного взноса по договору страхования, а в последующем- принимающего ДД.ММ.ГГГГ от застрахованного денежные средства в счет уплаты страхового взноса, является фактически противоречивым, что также учитывается судом.

Поскольку в удовлетворении требований истцу отказано, оснований для распределения расходов по уплаченной им при подаче иска государственной пошлины у суда, в силу положений ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования АО «Согаз» к <ФИО>1 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде в Свердловский областной суд через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья К.А. Семернева