ДЕЛО №2-54/2026 (2-1610/2025)
УИД 03RS0011-01-2024-002248-19
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 января 2026 года город Ишимбай
Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в составе
председательствующего судьи Шагизигановой Х.Н.
при секретаре Бадртдиновой Д.Н.,
с участием истца ФИО1, ее представителей ФИО2, ФИО3, ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» о признании кредитного договора незаключенным и внесении изменений в кредитную историю,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» о признании кредитного договора №№ от 19.07.2024 незаключенным, обязании ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в течение 5 рабочих дней с момента вступления решения в законную силу исключить из кредитного досье ФИО1 в Национальном бюро кредитных историй информацию о наличии у нее кредитных обязательств перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ», взыскании с ПАО «БАНК УРАЛСИБ» компенсации морального вреда в размере 100 000.00 руб.
В обоснование иска указано, что 07.05.2025 ей стало известно о наличии задолженности перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ» по кредитному договору № № от 19.07.2024 в размере 429 889.00 руб. В период с апреля по июль 2024 года на ее номер телефона поступали многочисленные звонки от неизвестных лиц с признаками мошеннических действий, в связи с чем ею была активирована функция блокировки неизвестных номеров. Впоследствии истцу стало известно, что в указанный период неустановленными лицами от ее имени был оформлен кредитный договор в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», о заключении которого ей не было известно до мая 2025 года. Истец является клиентом ПАО «БАНК УРАЛСИБ», однако банковскими продуктами не пользуется с 2023 г. Ранее оформленная кредитная карта была полностью погашена и возвращена в банк, дебетовая карта, срок действия которой истек в 2023 году, ею не перевыпускалась. Мобильное приложение банка истцом не устанавливалось. 01.05.2025 истец получила сообщение банка о наличии просроченной задолженности, которое первоначально расценила как спам. 07.05.2025 она обратилась в банка, где ей подтвердили наличие кредита. В тот же день истец обратилась в органы внутренних дел по факту мошенничества. 23.05.2025 возбуждено уголовное дело №№ которое 11.08.2025 приостановлено. Согласно выписке по договору кредитный лимит составлял 533 000.00 руб. С кредитной карты, оформленной без ведома истца, было переведено 500 000,00 руб., часть средств возвращена на кредитную карту, а 175 000,00 руб. перечислены третьему лицу. Оставшиеся средства использовались банком для автоматического погашения задолженности, что, по мнению истца, препятствовало своевременному выявлению долга. 12.05.2025 истец обратилась в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» с претензией о несогласии с заключением кредитного договора, однако банк отказал в признании своей ответственности. Истец полагает, что оформление кредитного договора стало возможным вследствие ненадлежащего соблюдения ПАО «БАНК УРАЛСИБ» мер безопасности, в связи с чем вынуждена обратиться с настоящим иском в суд.
Определением суда от 21.10.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Национальное бюро кредитных историй».
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить по изложенным в исковом заявлении обстоятельствам.
Представители истца ФИО2, ФИО3, ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить, подтвердив в своих пояснениях изложенные в исковом заявлении обстоятельства.
Представитель ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в судебное заседание не явился, предоставил возражения на исковое заявление, где просил отказать в удовлетворении исковых требований, направить дело по подсудности в Советский районный суд г.Уфы по месту нахождения Уфимского филиала ПАО «БАНК УРАЛСИБ».
Определением суда от 21.10.2025 ходатайство ПАО «БАНК УРАЛСИБ» о передаче данного дела по подсудности в Советский районный суд г.Уфы по месту нахождения Уфимского филиала ПАО «БАНК УРАЛСИБ» оставлено без удовлетворения.
Представитель третьего лица АО «Национальное бюро кредитных историй» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление, согласно которому просил рассмотреть дело без его участия, также пояснил, что в случае передачи источником формирования кредитной истории в бюро кредитных историй некорректных сведений, источник формирования кредитной истории обязан самостоятельно направить корректные сведения в бюро кредитных историй.
Суд на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.
Выслушав вышеуказанных лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.
Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1).
Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2).
В силу п. 1 ст. 435 указанного Кодекса офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.
В соответствии со ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.
Согласно п. 1 ст. 160 названного Кодекса сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.
Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.
В силу ст. 8 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1).
Статьей 10 этого Закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.
В ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите» (далее - Закон о потребительском кредите) подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.
В п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим Федеральным законом (пункт 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите).
В ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 06.04.2011 №63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.
В ч. 2 ст. 6 указанного Закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного Федерального закона.
Электронный документ согласно ст. 9 названного Закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:
1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;
2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.
В ч. 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:
1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;
2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.
В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 №2669-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО5 разъяснено, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).
Как установлено судом, 19.07.2024 от имени истца ФИО1 с ПАО «БАНК УРАЛСИБ» был оформлен кредитный договор, подписано Уведомление № № об индивидуальных условиях кредитования на предоставление продукта «Кредитная карта с льготным периодом кредитования». Согласно указанному уведомлению лимит кредитования был установлен в размере 1 000 000 руб., впоследствии изменен до 533 000 руб., процентная ставка за пользование кредитными средствами определена в размере № годовых. Для осуществления расчетов Банком был открыт картсчет и выпущена кредитная карта.
В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по указанному договору Банк 08.09.2025 направил заемщику заключительное требование о прекращении кредитования и погашении задолженности. Согласно представленному расчету задолженности по состоянию на 18.09.2025 сумма задолженности составила 454 792,52 руб., в том числе: основной долг — 387 110,80 руб., проценты — 66 021,89 руб., пени — 1 659,83 руб.
Согласно выписке по счету №№, открытому на имя ФИО6, за период с 22.07.2024 по 22.08.2025 следует, что 22.07.2024 на указанный счет был предоставлен кредит на сумму 500 000.00 руб., далее денежные средства в размере 500 000.00 руб. были переведены между своими счетами.
Согласно выпискам по счету №№, открытому на имя ФИО6, за период с 01.01.2024 по 07.05.2025, с 19.07.2024 по 22.08.2025 следует, что 22.07.2024 осуществлено поступление денежных средств в размере 500 000.00 руб. путем перевода между своими счетами, далее в этот же день совершено три перевода по СБП на общую сумму 175 000.00 руб., получатель ФИО16. Подобная операция не характерна для добросовестного заемщика, только что получившего кредит, и является «красным флагом», указывающим на возможное мошенничество.
Далее с 01.11.2024 по 01.05.2025 производились автоматические списания банком средств на условиях ранее данного акцепта в счет погашения просроченной задолженности по вышеуказанному кредитному договору, что подтверждает доводы истца в исковом заявлении.
Согласно выписке по счету №№, открытому на имя ФИО6, за период с 22.07.2024 по 22.08.2025 следует, что 22.07.2024 осуществлен перевод между своими счетами на сумму 100 000.00 руб., далее в этот же день совершен перевод по СБП на сумму 50 000.00 руб., получатель ФИО17
Указанные обстоятельства ответчик расценивает как подтверждение факта заключения кредитного договора и его исполнения.
Между тем, суд исходит из того, что наличие формально оформленных документов, открытие счетов и последующее движение денежных средств сами по себе не свидетельствуют о наличии действительного и свободного волеизъявления истца на заключение кредитного договора.
Как следует из материалов дела, 19.07.2024 от имени ФИО1 подано в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» заявление №№ согласно которому в случае заключения с ней договора для карты с лимитом кредитования, оформленного на основании Заявления-анкеты на получение кредитно-карточного продукта от 19.07.2024, просила подключить Набор услуг 120 дней на максимум. С условиями предоставления Набора услуг, взимания комиссии в соответствии с Тарифами ознакомлен(а) и согласен(на).
Согласно заявлению-анкете от имени ФИО6 от 21.07.2024 о предоставлении потребительского кредита указаны ее анкетные данные: дата и место рождения, паспортные данные, номер мобильного телефона, дополнительный контактный номер, адрес регистрации и проживания, сведения о занятости клиента.
При этом судом установлено, что часть сведений, указанных в анкете, не соответствует действительности. Так, согласно справке о доходах и суммах налога физического лица за 2024 год от 06.02.2025 максимальный размер месячного дохода ФИО1 не превышал 33 767,45 руб., что свидетельствует о недостоверности сведений о доходах, содержащихся в анкете.
Также в анкете в качестве дополнительного контактного и доверенного номера телефона указан номер № который, как следует из материалов дела, истцу не принадлежал и фактически использовался иными лицами.
Кроме того, в заявлении–анкете указано, что номер мобильного телефона является доверенным номером телефона, который предназначен для направления Банком одноразовых паролей в случаях, предусмотренных Договором (в том числе паролей, являющихся средством доступа к дистанционному банковскому обслуживанию, паролей, предназначенных для заверения операций при их совершении с использованием банковского обслуживания), а также направления иной информации/уведомлений, связанных с исполнением Договора.
Из представленных документов следует, что они подписаны простой электронной подписью заемщика 21.07.2024.
В данном случае ЭЦП в виде одноразового пароля, который представляет собой аналог собственноручной подписи, внесена в поле подписи заемщика в индивидуальных условиях кредитования.
Вместе с тем, как следует из пояснений стороны истца, заявка на потребительский кредит была подана в результате действий третьих лиц путем доступа к приложению ПАО «БАНК УРАЛСИБ» через оператора сотовой связи МТС.
Как усматривается из представленной ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» выборке из СУБД по телефону №, за июль 2024 года, 19.07.2024 в 15 часов 08 минут 03 секунд на телефон № направлено сообщение с текстом «Восстановление доступа в Уралсиб Онлайн. НИКОМУ не говорите код 98955, его просят назвать только мошенники!».
19.07.2024 в 15 часов 19 минут 00 секунд на телефон № доставлено сообщение с текстом «Восстановление доступа в Уралсиб Онлайн. НИКОМУ не говорите код 30018, его просят назвать только мошенники!».
19.07.2024 в 15 часов 21 минуту 44 секунды на телефон № доставлено сообщение с текстом «Восстановление доступа в Уралсиб Онлайн». Никому не говорите код 43592, его просят назвать только мошенники».
19.07.2024 в 15 часов 23 минуты 21 секунду на телефон № доставлено сообщение с текстом «Подключение устройства REALME, RMX3581 к Уралсиб Онлайн. НИКОМУ не говорите код 97922, его просят назвать только мошенники».
19.07.2024 в 15 часов 28 минут 06 секунду на телефон № доставлено сообщение с текстом «НИКОМУ не говорите код: 98725».
19.07.2024 в 15 часов 34 минуты 23 секунды на телефон № доставлено сообщение с текстом «Ваша заявка на кредитную карту одобрена. Подпишите документы в мобильном приложении Уралсиб Онлайн до 2024-07-22».
19.07.2024 в 15 часов 41 минуту 50 секунд на телефон № доставлено сообщение с текстом «Запрос средств по СБП со своего счета в другом банке 5000 RUB. НИКОМУ не говорите код 08336».
19.07.2024 в 15 часов 42 минуты 45 секунд на телефон № доставлено сообщение с текстом «НИКОМУ не говорите код: 62460».
19.07.2024 в 18 часов 20 минут 18 секунд на телефон № доставлено сообщение с текстом «НИКОМУ не говорите код: 47478».
19.07.2024 в 18 часов 21 минут 08 секунд на телефон № доставлено сообщение с текстом «НИКОМУ не говорите код: 64162».
19.07.2024 в 18 часов 44 минуты 40 секунд на телефон № доставлено сообщение с текстом «НИКОМУ не говорите код: 73573».
21.07.2024 в 11 часов 05 минут 02 секунды на телефон № доставлено сообщение с текстом «Телефон *6078 больше не является доверенным. Справка по т.88002505757».
Из представленных банком материалов, включая выборку из СУБД и журнал аудита, следует, что 21.07.2024 г., накануне оформления кредита, номер телефона истца (+№) был исключен из числа доверенных, а ему на смену был добавлен и активирован номер телефона №, который, как установлено, никогда не принадлежал ФИО1
Согласно сообщению ПАО «МТС», пользователем абонентского номера № с 09.07.2024 по настоящее время является ФИО18 (адрес: <адрес>).
Поскольку 19.07.2024 года на телефон № направлялись многочисленные SMS-сообщения с одноразовыми кодами для восстановления доступа, а также было осуществлено подключение нового устройства и подтверждения операций в системе «Уралсиб Онлайн», все это указывает на осуществление активных действий по управлению учетной записью клиента третьими лицами.
Согласно журналу аудита, представленного ПАО «БАНК УРАЛСИБ», 21.07.2024 в 21 часов 43 минуты 41 секунду на телефон <***> осуществлена отправка одноразового SMS-пароля. 21.07.2024 в 21 часов 45 минут 27 секунд осуществлен перевод денежных средств, получатель – ФИО19. Данные обстоятельства подтверждают, что доступ к системе дистанционного банковского обслуживания и средствам авторизации клиента был фактически утрачен истцом.
Оценивая протоколы аудиозаписи телефонного разговора от 22.07.2024, суд учитывает, что сотрудником ПАО «БАНК УРАЛСИБ» при телефонном взаимодействии с лицом, представившимся ФИО1, не была проведена надлежащая идентификация клиента. В ходе разговора задавались лишь общие вопросы, не запрашивались паспортные данные, кодовое слово либо иные сведения, позволяющие достоверно установить личность клиента. Задаваемые вопросы носили общий и наводящий характер и допускали односложные ответы, что не отвечает требованиям надлежащей верификации при совершении юридически значимых действий в дистанционном формате.
Из содержания протокола следует, что 22.07.2024 г. в 11:22 сотрудник банка осуществлял звонок не на номер истца №), а на номер +№ Данное доказательство, представленное ответчиком, вопреки его позиции, подтверждает факт общения банка с неустановленным лицом, а не с истцом.
Эти выводы подтверждаются также прослушанными судом аудиозаписями разговора сотрудника банка с клиентом ФИО1, из которых следует, что в каждом телефонном разговоре из трех звонок принимали разные люди с разными голосами, в 2 случаях – мужчины, которые затем через несколько минут якобы звали супругу и передавали телефон женщинам, при этом голоса женщин резко отличались, в первый раз клиент разговаривал с явно измененным голосом. Эти обстоятельства позволяли банку провести в дальнейшем проверку операций на предмет мошенничества и блокировать перевод денежных средств до выяснения истинного волеизъявления ФИО1 на оформление и получение кредита.
Из справки работодателя следует, что 22.07.2024 в момент заключения договора ФИО1 в рабочее время находилась на своем рабочем месте и не покидала его, что исключает возможность совершения ею соответствующих действий лично.
Суд также принимает во внимание пояснения истца о том, что в ее пользовании находился только смартфон «Xiaomi Redmi A1» (указанные обстоятельства подтверждаются также заверенной надлежащим образом расходной накладной №№ от 08.12.2022, согласно которой 08.12.2022 в магазине ООО «ДНС Ритейл» был приобретен смартфон «Xiaomi Redmi A1»), тогда как из материалов дела, письма банка от 22.07.2025 усматривается подключение к системе дистанционного банковского обслуживания с иного замененного с Redmi на Reаlmi устройства (авторизация вличном кабинете при оформлении кредита была осуществлена под управлением ОС Андроид 11 модели Reаlmi С30 (RМХ3581)), а также обстоятельства, связанные с поступлением в период с апреля по июль 2024 года многочисленных звонков от неизвестных лиц с признаками мошеннических действий.
Факт возможного совершения в отношении истца мошеннических действий подтверждается возбуждением уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, по заявлению ФИО1, а также последующим приостановлением предварительного следствия в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.
Судом установлено, что о наличии заключенного от ее имени кредитного договора истцу стало известно лишь в мае 2025 года после получения сообщения банка о наличии просроченной задолженности, после чего она незамедлительно обратилась в Банк и в правоохранительные органы.Далее, 12.05.2025 года ФИО6 обратилась в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» с заявлением в котором просила разобраться в сложившейся ситуации по заключению 19.07.2024 года кредитного договора №.
18.05.2025 года письмом за исх. №100218-3323 ПАО «БАНК УРАЛСИБ» сообщило ФИО6 следующее: «Обслуживание счетов осуществляется в соответствии с Правилами комплексного банковского обслуживания в «Банк Уралсиб» (далее - Правила КБО), с которыми Вы согласились, подписав документы на открытие счетов.
Согласно Приложению №4 к Правилам КБО (Условия дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ПАО «Банк Уралсиб»):
п. 2.7. Клиент может самостоятельно зарегистрироваться в системе ДБО, получить Логин и Пароль на официальном интернет-сайте Системы или через Приложение.
№п. 2.8. Предоставление Клиенту доступа к Системе сопровождается передачей Клиенту пароля СМС сообщением на указанный в заявлении номер телефона (заявление по форме Банка, заполняемое клиентом при первичном обращении в Банк с целью получения банковского продукта).
№п. 4.8. Настоящим Клиент соглашается, что невыполнение Правил безопасности является нарушением порядка использования Системы и может повлечь за собой совершение операции без согласия Клиента. Банк не несет ответственности за убытки, возникшие вследствие неисполнения Клиентом Прави безопасности, а также за убытки, возникшие вследствие несанкционированных действий третьих лиц, если такие действия стали возможными не по вине Банка.
№п.6.1. Банк не несет ответственности за ущерб, возникший вследствие:
№несанкционированного использования третьими лицами Средств авторизации Клиента;
№отсутствия технической возможности отправки Клиенту одноразового ключа на указанный Клиентом номер мобильного телефона.
22.07.2024 между Вами и Банком в каналах дистанционного банковского обслуживания (далее - ДБ/ был заключен кредитный договор №№ (далее - Договор) на получение дебетовой карты : кредитной линией.
Операции в системе ДБО осуществлялись в соответствии с Условиями дистанционного банковского обслуживания физических лиц ПАО «Банк. Уралсиб».
Таким образом, все действия Банка по выдаче кредита были проведены в соответствии с законодательством Российской Федерации и Правилами комплексного банковского обслуживания.
Для защиты своих интересов Вам необходимо обращаться в правоохранительные органы. Аннулирование Договора возможно на основании решения государственного органа / суда. В настоящее время оснований для признания Договора недействительным нет».
Таким образом, анализ исследованных в судебном заседании письменных материалов позволяет прийти суду к выводу о том, что волеизъявление ФИО1 на возникновение кредитных правоотношений отсутствовало, т.е. она не совершала юридически значимых действий на заключение кредитного договора с ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ее воля на совершение тех операций, которые были выполнены, отсутствовала.
В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).
К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).
Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.
Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума №25).
В пункте 1 постановления Пленума №25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 №2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).
В соответствии с п. 1.6 Признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 05.11.2025 №ОД-2506, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности)..
В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.
В случае предоставления кредита гражданину в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (в том числе кредита, обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой), ограничения, случаи и особенности взимания иных платежей, указанных в абзаце первом данного пункта, определяются законом о потребительском кредите (займе).
Порядок и условия предоставления потребительского кредита урегулированы Федеральным законом от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).
Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5).
Условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) только при условии, что заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) (часть 18 статьи 5).
Согласно ст. 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).
Если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в таком заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).
Проставление кредитором отметок о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг не допускается (часть 2).
Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).
Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».
При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).
Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.
Аналогичная позиция отражена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2024 №57-КГ24-8-К1.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите, что индивидуальные условия договора кредита были согласованы с заемщиком, что волеизъявление на заключение договоров исходило от заемщика, что способ предоставления кредита и номер карты для перечисления денег были указаны заемщиком и т.д., должна быть возложена на Банк.
Согласно представленным распечаткам операций по счету ФИО1, в течение нескольких минут с момента предоставления кредитных денежных средств, денежные средства в общем размере 175 000.00 руб. были переведены по системе СБП ФИО7 С.
При этом, в судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что никаких звонков с банка по поводу уточнения информации о заключении кредитного договора, перевода денежных средств не поступало.
Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.
Как усматривается из представленных материалов дела, все действия по заключению договора потребительского кредита, переводу оставшейся части денежных средств по системе СБП, со стороны потребителя совершены путем личного кабинета клиента, доступ к которому у истца не имелся.
Такой упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.
В этой связи, действия ответчика как профессионального участника кредитных правоотношений, в данном случае не отвечают требованиям разумности и осмотрительности и не отвечают в полной мере критерию добросовестности (п. 1 ст. 10 ГК РФ).
По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2).
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
При таких обстоятельствах, оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь приведенными выше положениями действующего законодательства, регулирующие возникшие правоотношения и установив, что волеизъявление ФИО1 на возникновение спорных кредитных правоотношений отсутствовало, юридически значимых действий на заключение договора потребительского кредита она не совершала и воля на совершение тех операций, которые были выполнены, отсутствовала, суд приходит к выводу о том, что спорный кредитный договор №0014-ND3/02926 от 19.07.2024 не был заключен, что согласуется с приведенными выше положениями ст. 153 ГК РФ о сделке как о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
По смыслу действующего законодательства, при заключении кредитного договора дистанционным способом банк обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг, проявляя добросовестность и осмотрительность, осуществляя выдачу кредитных денежных средств, а в последующем и перевод денежных средств, банк надлежащим образом не установил личность заемщика, не удостоверился, что поручения поступают именно от клиента банка, ограничившись формальным получением электронного кода посредством смс-оповещения.
Доводы ответчика о том, что при заключении оспариваемого кредитного договора им были соблюдены требования законодательства и Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», договор заключен на основании введения СМС-кодов, направленных банком на доверенный номер клиента, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку установленные обстоятельства не опровергают.
Доводы ответчика о применении срока исковой давности судом отклоняются по следующим основаниям.
ПАО «БАНК УРАЛСИБ» ссылается на положения гражданского законодательства, указывая, что по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной срок исковой давности составляет один год.
Между тем, как следует из заявленных истцом требований и их правовой природы, предметом настоящего спора является требование о признании сделки незаключенной, а не о признании оспоримой сделки недействительной. Указанные требования имеют различную правовую природу и регулируются различными нормами гражданского законодательства.
В соответствии с положениями гражданского законодательства срок исковой давности по требованиям о признании сделки незаключенной является общим и составляет три года. При этом, согласно статье 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или, действуя разумно и с учетом складывающихся между сторонами отношений, должно было узнать о нарушении своего права.
Таким образом, доводы ответчика о применении к спорным правоотношениям сокращённого годичного срока исковой давности основаны на неверной квалификации заявленных истцом требований, несостоятельны оснований для применения срока исковой давности суд не усматривает.
Учитывая, что кредитный договор признан судом незаключенным, суд полагает необходимым возложить обязанность на ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» по направлению в Бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей по кредитному договору №№ от 19.07.2024, заключенному между ФИО1 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ».
В силу положений ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со ст.15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Согласно ч.1,2 ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 45 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» судам разъяснено, что достаточным условием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда является сам факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости. Пленум ВС РФ также обратил внимание на то, что размер компенсации морального вреда должен определяться судом независимо от размера возмещения имущественного вреда. Следовательно, стоимость товара (работы, услуги) или сумма подлежащей взысканию неустойки не может влиять на определение размера такой компенсации.
Учитывая степень нравственных страданий, последствия нарушения прав потребителей, длительность срока задержки исполнения обязательств ответчиком, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.
Таким образом, суд частично удовлетворил исковые требования ФИО1
Поскольку в силу п. 4 ч. 2 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты госпошлины при подаче иска, то в соответствии с нормами ст. 333.19 НК РФ, ст. 103 ГК РФ государственную пошлину в размере 6000 руб. следует взыскать с ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в доход бюджета муниципального района Ишимбайский район Республики Башкортостан.
Ввиду изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) удовлетворить частично.
Признать кредитный договор №№ от 19.07.2024, оформленный от имени ФИО1 с ПАО «БАНК УРАЛСИБ», незаключенным.
Обязать Публичное акционерное обществе «БАНК УРАЛСИБ» (ИНН <***>) в течение 10 рабочих дней с момента вступления решения в законную силу направить в Национальное бюро кредитных историй требование об исключении из кредитного досье ФИО1 информацию о наличии у нее кредитных обязательств перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ» по кредитному договору № от 19.07.2024.
Взыскать с Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000.00 руб.
Взыскать с Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» (ИНН <***>) в пользу бюджета муниципального района Ишимбайский район Республики Башкортостан государственную пошлину в сумме 6000.00 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда – 26.01.2026 года.
Судья Х.Н. Шагизиганова