Дело № 2-1037/2025
УИД 48RS0005-01-2025-001202-22
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 октября 2025 года город Липецк
Липецкий районный суд Липецкой области в составе:
председательствующего судьи Мартышовой С.Ю.,
с участием помощника прокурора Маклаковой М.А..
при секретаре Царитовой В.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
установил:
Истцы ФИО1, ФИО5 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО3,ФИО4 о взыскании в их пользу в солидарном порядке с ответчиков компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. в пользу каждой, указывая, что 26.08.2024 года около 20 час. 30 мин. в районе д.26 по ул.Циолковского г.Липецка произошло дорожно-транспортное происшествие с участием ответчика ФИО3,, управляющего автомобилем марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № и пешехода ФИО9, переходившего проезжую часть автомобильной дороги, в результате которого пешеходу ФИО9 причинена смертельная травма. 24.09.2024 по указанному факту в отделе СУ УМВД России по г.Липецку возбуждено уголовное дело, в настоящее время расследование уголовного дела не завершено. ФИО1 является супругой погибшего ФИО9, ФИО5- его дочерью. В результате гибели мужа в ДТП ФИО1 причине моральный вред в размере 1 000 000 руб. с учетом понесенных страданий, которая, являясь супругой погибшего, прожила с ним более 30 лет, воспитала единственную дочь. Истица ФИО5 оценивает компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. с учетом понесенных ею страданий как единственной дочери, потерявшей своего отца, свою опору, поддержку, поддерживающей близкие и теплые отношения с отцом, общавшейся с ним постоянно, а также учитывая ее психоэмоциональное состояние, которое она испытывает, представляя себе ту боль, которую испытывал ее отец в момент ДТП.
В судебном заседании истица ФИО1 и ее представитель адвокат Малахова Е.С., являющаяся также представителем истицы ФИО2, исковые требования поддержали, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении.
Ответчик ФИО3 и его представитель адвокат Субботин А.А. исковые требования не признали, пояснив, что вины ФИО3 в совершении дорожно-транспортного происшествия не имеется; в действиях пешехода ФИО7 имеется грубая неосторожность, он находился в нетрезвом состоянии; пешеход выскочил из-за машины, которая двигалась по левой полосе и у ФИО3 отсутствовала техническая возможность предотвратить и избежать столкновение с пешеходом.
Ответчик ФИО4 и ее представитель адвокат Субботин А.А. исковые требования не признали, пояснив, что ФИО3, с которым она проживает совместно длительное время и имеют несовершеннолетнего ребенка, в момент дорожно-транспортного происшествия управлял принадлежащим ей автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № на законных основаниях с ее согласия; был вписан в полис ОСАГО в качестве водителя, допущенного к управлению транспортным средством, имея водительское удостоверение на право управления транспортным средством.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дне месте и времени рассмотрения дела извещены в установленном законом порядке; суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела в их совокупности, заслушав мнение помощника прокурора Липецкого района Липецкой области Маклаковой М.А., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению с определением размера компенсации морального вреда с учетом принципов справедливости и соразмерности, суд приходит к следующим выводам.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой близкого родственника в результате причинения вреда его здоровью источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Если при причинении вреда здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда надлежит привести в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Судом установлено, что 26.08.2024 года около 20 часов 30 минут в районе д.26 по ул.Циолковского г.Липецка произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением ответчика ФИО3 и пешехода ФИО9, пересекающего проезжую часть по ул.Неделина вне пешеходного перехода, в результате чего пешеходу ФИО9 причинены телесные повреждения, от которых он скончался 31.08.2024 года в медицинском учреждении.
Истица ФИО1 состояла в браке с погибшим ФИО9 с 21.07.1990 года, что подтверждается свидетельством о заключении брака № от 21.07.1990 года.
Истица ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью погибшего ФИО9, что подтверждается свидетельством о рождении №.
Истица ФИО2 вступила в брак 22.08.2024 с ФИО8 и с 18.01.2022 проживает по месту регистрации в <адрес>.
Постановлением старшего следователя отдела по расследованию ДТП, поджогов и мошенничества в сфере страхования СУ УИВД России по г.Липецку от 24.09.2024 в отношении ФИО3 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ.
Постановлением старшего следователя СУ УВМВД России по г.Липецку от 02.10.2024 года ФИО1. являющаяся супругой погибшего ФИО9, признана потерпевшей по уголовному делу №.
Согласно заключения эксперта № ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» от 18.11.2024, смерть ФИО9 наступила в результате <данные изъяты>; характер телесных повреждений, с учетом данных материалов проверки, свидетельствует о том, что повреждения у ФИО9 образованы прижизненно, типичны для автодорожного происшествия и могли быть получены 26.08.2024 года в результате столкновения движущегося автомобиля «<данные изъяты>» р.з. № с пострадавшим; в момент столкновения ФИО9 находился в вертикальном или близком к таковому положении и был обращен по отношению к направлению воздействия травмирующей силы правой боковой поверхностью тела; данные дополнительных исследований: 06.09.2024 получен результат № от 27.08.2024 химико-токсилогического исследования крови от ФИО9, взятой при поступлении в ГУЗ «ЛГБСМП №1», из которого следует: «В результате проведенного химико-токсилогического исследования крови ФИО9, в крови этиловый спирт обнаружен в концентрации 0.3 г/л (0,3%) на момент взятия объекта».
Из заключения эксперта ЭКЦ УМВД России по Липецкой области ФИО10 № от 27.09.2024 следует, что в дорожно-транспортной ситуации, заданной в постановлении о назначении экспертизы, с экспертной точки зрения, водитель автомобиля «<данные изъяты>» р.з. № ФИО3 должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить, он должен был принять все возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки своего транспортного средства. В дорожно-транспортной ситуации, заданной в постановлении о назначении экспертизы, с экспертной точки зрения пешеход ФИО9 должен был действовать в соответствии с требованиями пу6нкта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым, он должен был переходить дорогу по расположенному в зоне видимости не регулируемому переходу. В данных дорожных условиях, при заданных исходных данных и принятых технических параметрах, водитель автомобиля «<данные изъяты>» р.з. № ФИО3, двигаясь как со скоростью 40км/8ч, так и со скоростью 60км/ч не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО9 путем применения экстренного торможения с момента его возможного обнаружения на расстоянии 21м.
Постановлением старшего следователя отдела по расследованию ДТП, поджогов и мошенничеств в сфере страхования СУ УМВД России по г.Липецку от 24.12.2024 прекращено уголовное дело № и уголовное преследования в отношении ФИО3 по основаниям, предусмотренным п.2 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в деянии ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, разъяснив при этом право на реабилитацию в порядке гл.18 УПК РФ.
Согласно результата химико-токсилогического исследования № от 27.08.2024, произведенном согласно направлению ГУЗ ЛГБ СМП № 1 от 26.08.2024, в крови этиловый спирт обнаружен в концентрации 0,3г/л (0,3‰).
Из заключения эксперта ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 18.11.2024 следует, что 06.09.2024 получен результат № от 27.08.2024 химико-токсилогического исследования крови ФИО9, взятой при поступлении в ГУЗ «ЛГБСМП № 1, из которого следует: «В результате проведенного химико-токсилогического исследования крови ФИО9 в крови этиловый спирт обнаружен в концентрации 0,3г/л (0,3‰) на момент изъятия объекта».
Из заключения эксперта ФГБУ «Липецкая лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» № от 11.09.2025 при обстоятельствах, изложенных в постановлении, в сложившейся ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> г.р.з. № для предотвращения дороджно-транспорт6ного происшествия должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 абз.2 Правил дорожного движения РФ; при заданных данных водитель автомобиля <данные изъяты> г.р.з. №, двигаясь со скоростью 60км/ч, не располагал технической возможностью экстренным торможением остановить автомобиль до линии движения пешехода.
Как установлено в судебном заседании собственником автомобиля <данные изъяты> г.р.з. № является ответчик ФИО4, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства, паспортом транспортного средства.
Согласно электронного страхового полиса СПАО «Ингосстрах» № сроком страхования 25.09.2023-24.092024, ответчик ФИО3 является лицом, допущенным к управлению транспортным средством <данные изъяты> г.р.з. №.
Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), а право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.
В соответствии со статьей 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Исходя из правовой позиции Верховного Суда РФ, отраженной в абз. 2 п. 11 постановления Пленума от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", презумпция вины причинителя вреда, установленная ст. 1064 ГК РФ, предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу разъяснений, содержащихся п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
В соответствии со ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из того, что переживания истицы ФИО1, являющейся супругой погибшего, состоящего с ним в браке более 30 лет, истицы ФИО2, являющейся дочерью погибшего, связанные с гибелью близкого человека – супруга и отца ФИО9, являются нравственными страданиями; истцы лишились супруга и отца, являющихся для них близким и любимым человеком: подобная утрата безусловно является тяжелейшим событием в жизни, причинившим душеные и нравственные страдания, а сам факт родственных отношений и факт преждевременной гибели близкого родственника подтверждают наличие таких страданий; истцы претерпели глубокие эмоциональные переживания, что повлекло за собой изменение привычного уклада и образа их жизни, необходимость адаптации к новым жизненным условиям.
Исходя из положения ч. 2 ст. 1083 ГК РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина в случаях, когда ответственность наступает независимо от вины, отказ в возмещении вреда не допускается. Однако, согласно указанной норме права при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
В силу разъяснений данных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Степень вины потерпевшего при наличии в его действиях грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, является обязательным критерием оценки судом при определении размера компенсации морального вреда.
Учитывая обстоятельства гибели ФИО9, находившегося в момент дорожно-транспортного происшествия в состоянии алкогольного опьянения, что не позволяло ему адекватно оценивать дорожную обстановку, нарушившего п.4.3, ПДД РФ, так как он переходил проезжую часть вне пешеходного перехода, когда в зоне видимости находился пешеходный переход, а также отсутствие у водителя ФИО3 технической возможности избежать наезда на пешехода, суд приходит к выводу, что в действиях пешехода ФИО9 имело место грубая неосторожность, поскольку переходил проезжую часть вне пешеходного перехода в темное время суток, не убедившись, в безопасности своих действий, чем поставил себя в опасные для жизни и здоровья условия, пренебрег собственной безопасностью, при этом, пешеходный переход находился в зоне видимости ФИО9 и сам пешеходный переход был освещен светом мачт искусственного освещения, что является основанием для снижения размера компенсации морального вреда.
Нарушая Правила дорожного движения Российской Федерации, пешеход ФИО9. осознавал степень опасности для себя и других участников дорожного движения, которая может возникнуть в подобной ситуации, именно грубая неосторожность ФИО9 явилась причиной дорожно-транспортного происшествия и содействовала причинению ему вреда, несовместимого с жизнью, а водитель ФИО3 оказался в положении, в котором не мог предвидеть и предотвратить произошедшее дорожно-транспортное происшествие.
При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из того, что смерть отца, безусловно, влечет тяжелые нравственные переживания для ФИО11, является для него большой потерей; в связи со смертью отца он испытал глубочайшее моральное потрясение; вне зависимости от того, что совместно они не поживали, отец принимал активное участие в его развитии и воспитании, они поддерживали теплые отношения. Гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим его психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на целостность семьи и семейные связи, необходимость защиты которых следует из статьи 38 Конституции Российской Федерации, объявляющей семью находящейся под защитой государства.
Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.
Решением Липецкого районного суда Липецкой области от 16.04.2025, вступившим в законную силу 20.10.2025, с ответчика ФИО3 в пользу ФИО11 в лице законного представителя ФИО18, взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 руб.
При изложенных обстоятельствах, с учетом фактических обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства и принимая во внимание наличие у погибшего несовершеннолетнего ребенка ФИО11, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в период брака с истицей ФИО1, тесное и длительное общение с ребенком и его матерью в период брака с ФИО1. о чем истцам не было известно; характер нравственных страданий истцов, связанных с потерей супруга и отца, а также требования разумности и справедливости, необходимости соблюдения баланса интересов обеих сторон, с учетом материального положения ответчика, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, официально не работающего, получающего доход в размере 40 000 -60 000 руб. у <данные изъяты>, сожительствует более 15 лет с ФИО4, которая официально не работает, занимается ведением приусадебного хозяйства; суд приходит к выводу о взыскании с ФИО3 в пользу супруги ФИО1 исходя из факта потери близкого человека (супруга) компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, в пользу дочери ФИО2, с учетом степени привязанности отца в дочери, отсутствие совместного проживания более двух лет ввиду создания дочерью своей семьи, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, отвечающим принципам разумности и справедливости.
Правовых оснований для полного освобождения причинителя вреда и владельца источника повышенной опасности от ответственности суд не усматривает.
Суд не усматривает оснований для привлечения к ответственности собственника автомобиля ФИО4, которая правомерно передала свой автомобиль <данные изъяты> г.р.з. № во владение и пользование ФИО3 по следующим основаниям.
По общему правилу, ответственность за причинение вреда, в том числе морального, возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 19 постановления Пленума N 33).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).
Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 ГК РФ, согласно которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса (абзац первый пункта 1).
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1).
Исходя из этого, а также разъяснений пункта 21 постановления Пленума N 33 вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности.
Вместе с тем, владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие этим источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).
Из приведенных положений закона следует, что ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на его законного владельца. Долевая ответственность предусмотрена для случаев противоправного завладения источником повышенной опасности посторонним лицом при наличии вины законного владельца в таком противоправном завладении.
Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума N 1), под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Таким образом, по смыслу закона субъектом ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности, является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело в его своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда. Следовательно, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет не только лицо, владеющее транспортным средством на праве собственности хозяйственного владения или иного вещного права, но и лицо, пользующееся им на законных основаниях, перечень которых в силу статьи 1079 ГК РФ не является исчерпывающим.
Исходя из изложенного, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения этим источником было передано им иному лицу на каком-либо законном основании либо он выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2012 года N 1156 "О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации" с 24 ноября 2012 года из Правил дорожного движения исключено положение, предусматривающее необходимость предоставлять по требованию сотрудников полиции документ, подтверждающий право владения, или пользования, или распоряжения транспортным средством в отсутствие его владельца.
Таким образом, автомобиль применительно к реализации собственником предусмотренных статьей 209 ГК РФ правомочий мог быть передан во владение иного лица без выдачи собственником доверенности на право управления транспортным средством путем передачи регистрационных документов на автомобиль и ключей,
Судом установлено, что ФИО4 передала транспортное средство во временное законное владение и пользование своему сожителю ФИО3, который был внесен в страховой полис от 25.09.2024 года, оформленный ФИО4 в страховой компании СПАО «Ингосстрах», как лицо, допущенное к управлению транспортным средством; ФИО3 вместе со страховым полисом были переданы ФИО4 все необходимые регистрационные документы на автомобиль, во временное законное владение передан сам автомобиль марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № и ключи от него.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что поскольку ответчик ФИО3 был вписан в страховой полис в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, то он обязан понести ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, поскольку являлся владельцем источника повышенной опасности на законных основаниях в момент дорожно-транспортного происшествия.
Следовательно, оснований для возложения ответственности на ФИО4 за вред, причиненный в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, не установлено, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
В силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета администрации Липецкого муниципального округа Липецкой области государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей в пользу каждой; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.
В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия отказать.
Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) государственную пошлину в доход бюджета администрации Липецкого муниципального округа Липецкой области в размере 3 000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в Липецкий областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Липецкий районный суд Липецкой области.
Судья С.Ю.Мартышова
Мотивированное решение изготовлено 07.11.2025