Приговор по делу № 1-1213/2021 от 06.07.2023

№ 1-<данные изъяты>/2023-6

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Петрозаводск 06 июля 2023 года

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Виссарионовой М.В., при секретарях судебного заседания Федотовой О.Г., Кузнецовой Н.В., Кочневой Н.А., с участием государственных обвинителей Старовойтовой Е.В., Ивановой О.Л., Витухина В.В., Жуковой О.С, Луценко В.А., Сергеевой О.В., Мельниковой С.А., потерпевших Ф.Т.А., М.А.Ю.., М.А.Ф. подсудимого ФИО1, его защитника адвоката Шогина М.И., действующего по ордеру № 163/21 от 17.11.2021, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

содержавшегося под стражей по настоящему делу в периоды с 05 сентября 2018 года по 01 марта 2019 года, с 27 ноября 2019 года по 09 февраля 2020 года, с 10 июня 2021 года по 13 октября 2021 года, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ, ч.3 ст.306 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в период с 18 часов 00 минут 29.05.2018 до 10 часов 50 минут 30.05.2018, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в <адрес>, в ходе ссоры с Ф.Т.А.., возникшей на почве личных неприязненных отношений, имея умысел на причинение Ф.Т.А.. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, используя в качестве оружия металлическую сковороду, умышленно с силой нанес множественные, не менее семи, удары кулаками, обутыми ногами и металлической сковородой по голове, туловищу и конечностям Ф.Т.А.

В результате указанных умышленных насильственных противоправных действий ФИО1 Ф.Т.А. были причинены телесные повреждения:

- тупая травма лица с вдавленным переломом внутренней стенки левой орбиты, с повреждением прилежащих клеток решетчатого лабиринта, ушибами мягких тканей с их выраженным отеком и кровоподтеком в области левого глаза, кровоподтеком со ссадинами в области левой щеки, обширным кровоподтеком на правой щеке (с переходом на шею), квалифицирующаяся как причинившая легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства;

- кровоподтеки на грудной клетке справа, квалифицирующиеся как не причинившие вред здоровью;

- тупая травма грудной клетки справа - с переломами задне-боковых отделов восьми ребер (со 2 по 9, при этом 8 ребро - по типу «окончатого» перелома), разрывом ткани правого легкого с травматическим гемопневмотораксом и пневмомедиастинумом (наличие воздуха и крови в правой плевральной полости, воздуха в клетчатке средостения), квалифицирующаяся как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни;?

- переломы 3, 4, 5, 6 ребер слева, квалифицирующиеся как причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку длительного его расстройства;

- краевой перелом в области малого бугорка правой плечевой кости, квалифицирующийся как причинивший легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства;

- компрессионный перелом тела 3 грудного позвонка, квалифицирующийся как причинивший вред здоровью средней тяжести по признаку длительного его расстройства.

Он же, ФИО1 в период с 20 часов 00 минут 20.06.2018 по 11 часов 55 минут 21.06.2018, находясь на территории г. Петрозаводска, действуя с умыслом на заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого преступления, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения, действуя из личной заинтересованности, обусловленной желанием избежать привлечения к уголовной ответственности в связи с расследованием следственным органом - следственным управлением УМВД России по г.Петрозаводску в отношении него уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, по факту умышленного причинения Ф.Т.А.. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, принял решение о причинении себе телесных повреждений и их дальнейшей фиксации с целью искусственного создания доказательств обвинения старшего оперуполномоченного отделения по раскрытию преступлений против личности отдела уголовного розыска УМВД России по г.Петрозаводску, назначенного на должность приказом начальника УМВД России по г. Петрозаводску <данные изъяты>, М.А.Ф. и оперуполномоченного отделения по раскрытию преступлений против личности отдела уголовного розыска УМВД России по г. Петрозаводску, назначенного на должность приказом начальника УМВД России по г.Петрозаводску <данные изъяты>, М.А.Ю. в совершении тяжкого преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Реализуя задуманное, ФИО1 в период с 20 часов 00 минут 20.06.2018 по 11 часов 55 минут 21.06.2018, находясь в неустановленном месте, в том числе на территории г. Петрозаводска Республики Карелия, получив телесные повреждения при обстоятельствах, неустановленных и не связанных с совершением в отношении него преступления иным лицом, принял меры к их фиксации судебно-медицинским экспертом в ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» в 11 часов 55 минут 21.06.2018 при проведении по инициативе ФИО1 на платной основе судебно-медицинского обследования, получив после его проведения акт судебно-медицинского обследования №<данные изъяты> от 21.06.2018, тем самым, искусственно создав доказательства обвинения сотрудников полиции М.А.Ю. и М.А.Ф.

25.07.2018 в период времени с 09 часов 00 минут до 10 часов 10 минут ФИО1, находясь в кабинете следователя следственного отдела по городу Петрозаводск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Карелия, расположенного по адресу: <...>, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по статье 306 УК РФ за заведомо ложный донос о совершении преступления, реализуя преступный умысел на заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением сотрудников полиции М.А.Ю. и М.А.Ф. в совершении тяжкого преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч.3 ст.286 УК РФ, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения, осознавая заведомо ложный характер своего обращения, умышленно сообщил в следственный орган - следственный отдел по г.Петрозаводску, путем устного сообщения о преступлении, заведомо для него (ФИО1) ложные сведения о совершении в отношении него сотрудниками полиции М.А.Ю. и М.А.Ф. преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч.3 ст. 286 УК РФ, которое в соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ относится к категории тяжких, а именно указал, что 20.06.2018 около 13 часов 20 минут у <адрес> его задержали и доставили в УМВД по г.Петрозаводску по адресу: <...> каб.413, двое сотрудников полиции где, вынуждая его признаться в совершении преступления в отношении Ф.Т.А. а именно, в причинении ей тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, нанесли ему (ФИО1) не менее трех ударов кулаками и ногами по голове и левой ноге, хватали его за тело и руки, а также угрожали применением насилия. В подтверждение примененного в отношении него насилия ФИО1 предоставил следователю искусственно созданное им доказательство - акт судебно-медицинского обследования ФИО1 № <данные изъяты> от 21.06.2018.

Указанное устное сообщение ФИО1 о преступлении зафиксировано следователем в протоколе принятия устного заявления о преступлении и зарегистрировано в книге регистрации сообщений о преступлениях следственного отдела по г.Петрозаводску СУ СK России по Республике Карелия под № <данные изъяты>.

По данному сообщению о преступлении, предусмотренном п.п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, (устному заявлению ФИО1 о преступлении), следственным отделом по г.Петрозаводску проведена доследственная проверка в порядке ст. ст. 144 - 145 УПК РФ, по результатам которой 23.08.2018 принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного п. п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

При рассмотрении сообщения ФИО1 следственным органом установлено, что 20.06.2018 сотрудники полиции М.А.Ю. и М.А.Ф. к ФИО1 насилия, физической силы не применяли, угроз применением насилия, физической силы не высказывали, то есть не совершали преступления, предусмотренного п.п.«а, б» ч.3 ст.286 УК РФ.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал. Пояснил, что с Ф.Т.А.. знаком с 2010 года, за 3-4 года до произошедших событий они проживали совместно, на момент произошедших событий продолжали дружить. 30 мая 2018 находился по адресу: <адрес>, в тот день он спиртные напитки не употреблял, Ф.Т.А. распивала при нем водку. Он смотрел телевизор и около 20 часов уснул, проснулся от шума на кухне. Вышел посмотреть. На кухне была Ф.Т.А., которая пришла с улицы, уже переоделась, решила помыть посуду и уронила ее, на полу была кровь, посуда лежала. Он увидел, что у Ф.Т.А. рассечена бровь и из носа шла кровь, одежду, которую она сняла с себя, положила в стиральную машину, но не успела постирать, она была уже в халате. Он спросил у нее, что случилось, она ничего не пояснила. Он стал вызывать полицию и скорую, но не смог этого сделать со своего мобильного телефона, поэтому позвонил своей матери и попросил ее вызвать скорую и полицию. На кухне при этом ничего не трогал и не убирал. Первыми приехали сотрудники полиции, Ф.Т.А. была в комнате, на кухне все осталось по-прежнему. Они стали у нее спрашивать, что случилось, она ничего им не ответила, сотрудники записали его паспортные данные. Потом приехала скорая помощь, Ф.Т.А. отказалась от госпитализации. Видеозапись была нарезана. По поводу фразы с видеозаписи пояснил, что она вырвана из контекста, видеозапись прерывается, на ней не хватает части разговора. На видео видно, что он стоит в прихожей, в это время Ф.Т.А. была в большой комнате. На следующее утро Ф.Т.А. сама вызвала скорую помощь, которая приехала и ее забрали в больницу. Спустя 20 дней его задержали сотрудники полиции М.А.Ф. и М.А.Ю. около дома на улице, когда он шел из магазина «Магнит», отвезли на Курганский проезд, д.6. В кабинете, куда его привезли, находилось 3-4 стола, скамейка, на полу был линолеум. Напротив него (ФИО1) сидел М.А.Ф., просил рассказать, как он избил Ф.Т.А., Он пояснил, что ничего подобного не совершал, они начали ему угрожать и наносить удары. Первым удар нанес М.А.Ф. в левую часть головы, потом удар нанес М.А.Ю. по ноге, после которого он упал на пол, поскольку был в наручниках, то от падения и удара у него на руках образовались рубцы. После того, как он упал на пол, М.А.Ф. сказал ему сесть на стул, чтобы написать явку с повинной. Понял, что если не напишет, то они его не отпустят, в результате М.А.Ф. продиктовал ему текст явки с повинной, он все записал, в настоящее время точное содержание явки с повинной не помнит. Ему сказали, чтобы он все подтвердил, тогда его отпустят. После этого его отвели в кабинет к следователю В.Т.Л., там была адвокат. При проведении следственного эксперимента он спрашивал у М.А.Ю., что он должен показывать, какие удары. Повторял все то, что ему показывал М.А.Ю.. Следователь В.Т.Л. на это никак не реагировала. Он понимал, что если он не сознается, то поедет в СИЗО, у него была единственная цель - выйти, забрать телефон и сообщить о том, что произошло. Его продержали около 4-5 часов, после чего отпустили, он сразу же позвонил матери, рассказал ей все, а потом позвонил Ф.Т.А.. Когда приехал домой на ул.Ватутина, к нему приехала мать и Ф.Т.А., он показал им повреждения. Мама сказала, что надо снять побои. К П.А.В. или другим лицам с просьбой причинить ему телесные повреждения не обращался. На следующий день поехал снимать телесные повреждения. Спустя время его задержали и избрали меру пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, при этом он сообщал, что является членом ЦИК, его мать лично приносила подтверждающий документ в судебное заседание, где рассматривался вопрос о продлении срока содержания под стражей, но никто на это не отреагировал. В 2021 г. после возврата дела на доследование Ф.Т.А. не допрашивали. В.С.В, знал о том, что он является членом избирательной комиссии. Извинения никому не приносил.

По ходатайству государственного обвинителя, на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, были оглашены показания ФИО1, данные им на стадии предварительного расследования, согласно которым он пояснил, что около 7 лет сожительствует с Ф.Т.А., с которой у него периодически происходят скандалы на почве употребления спиртных напитков, ранее они писали друг на друга заявления в полицию по факту причинения телесных повреждений, за что на них были составлены административные протоколы, штрафы ими оплачены. Ф.Т.А. в состоянии алкогольного опьянения ведет себя агрессивно, первой идет на конфликт. 29 мая 2018 года после обеда они встретились с Ф.Т.А. у дома по адресу г<адрес>, распивали спиртное, выпили на двоих две бутылки водки. Около 23 часов 00 минут между ними началась ссора из-за бытовых вопросов. Ф.Т.А. прошла в кухню, взяла с плиты сковородку и нанесла ему один удар по голове с левой стороны, замахнулась снова, однако он схватил ее за руку, попытался сковородку отнять, при этом он оттолкнул ее ногой в область груди, нанес не менее двух ударов. Ф.Т.А. от его ударов упала на пол. Он не видел, ударялась ли Ф.Т.А. от падения о какие-либо предметы. Решил, что в таком состоянии ее оставлять не надо и попытался вызвать скорую помощь, но ему это не удалось. Тогда позвонил своей матери Д.И.Н. по телефону <данные изъяты> и попросил вызвать скорую помощь и полицию. Матери не пояснял о том, что произошло, лишь сказал, что Ф.Т.А. плохо. По прибытию сотрудников полиции Ф.Т.А. от общения с ними отказалась, заявление не писала. От скорой медицинской помощи также отказалась. Они легли спать. Утром Ф.Т.А. стала собираться на работу и сказала ему, что у нее болит бок и ребро, он посоветовал ей вызвать участкового врача, приехал врач, Ф.Т.А. была госпитализирована в «Республиканскую больницу им. В.А. Баранова». Во время конфликта он и Ф.Т.А. находились на расстоянии вытянутой руки. Ф.Т.А. замахнулась и нанесла один удар сковородкой в область головы слева, удар был скользящий. Когда Ф.Т.А. замахнулась второй раз, он ее ударил ногой в область грудной клетки не менее двух раз. Сковородка у Ф.Т.А. выпала из рук в тот момент, когда она упала на пол. Она представляла для него опасность, поскольку могла нанести ему еще один удар сковородкой, он опасался за свою жизнь и здоровье. Телесных повреждений у него не было, за медицинской помощью он не обращался. С целью пресечь ее действия он нанес ей не менее двух ударов ногой в область груди. Точное количество ударов вспомнить не может, точное место нанесения ударов назвать не может. Удары наносил ногой, что было надето на ноге не помнит. Явную несоразмерность примененного насилия в отношении потерпевшей объясняет тем, что он не рассчитал силу ударов. Откуда на лице у Ф.Т.А. появились телесные повреждения, указать не может. Сотрудникам полиции он пояснил, что Ф.Т.А. пришла домой в таком состоянии, поскольку испугался и не стал говорить правду. В тот момент находился в состоянии алкогольного опьянения, своей матери не говорил, что убил Ф.Т.А., он позвонил своей маме и попросил вызвать скорую и полицию. Допускает, что его мать просто не поняла его. Признает, что причинил телесные повреждения Ф.Т.А., а именно нанес не менее двух ударов ногой в область грудной клетки в момент самообороны. Он принес ей извинения, которые она приняла. На момент событий использовал мобильный телефон <данные изъяты> (т.3 л.д.108-111).

В ходе следственного эксперимента 20.06.2018 года ФИО1 продемонстрировал с использованием манекена, каким образом он наносил удары Ф.Т.А. и пояснил, что в момент конфликта с Ф.Т.А. они находились в помещении кухни, он сидел на стуле, Ф.Т.А. стояла с правой стороны. В руке находилась сковородка, которой она нанесла один удар ему по голове. Указал, расстояние, на котором от него находилась Ф.Т.А., и как именно она наносила удар. Пояснил, что встал и нанес не менее двух ударов ногой в область груди Ф.Т.А. (т.3 л.д.114-117).

По ходатайству государственного обвинителя, на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, были оглашены показания ФИО1, данные им на стадии предварительного расследования, согласно которым он пояснил, что М.А.Ю. и М.А.Ф. на служебном компьютере включили видеозапись с видеорегистратора «Дозор» одного из сотрудников ППС, которые 29.05.2018 приезжали на вызов в квартиру Ф.Т.А.. Они сказали, что из представленной видеозаписи следует, что телесные повреждения Ф.Т.А. причинил он (ФИО1). Он просмотрел видеозапись и ответил, что не совершал никаких преступлений, не причинял никаких телесных повреждений Ф.Т.А., а наоборот вызвал скорую помощь и полицию. М.А.Ю. и М.А.Ф. сказали ему, что его изобьют, если он не признается в причинении телесных повреждений Ф.Т.А.. М.А.Ю. пояснил, что он боксер и предложил ему «побоксировать» на перчатках. Они предложили ему написать явку с повинной, на что он согласился, но не знал, что там писать. М.А.Ю. и М.А.Ф. стали поочередно диктовать ему текст явки с повинной, при этом они переговаривались между собой. М.А.Ю. и М.А.Ф. проводили его в кабинет к следователю В.Т.Л., которая допросила его в качестве подозреваемого в присутствии адвоката. В ходе допроса он давал такие же показания, которые ему сказали давать М.А.Ю. и М.А.Ф.. В ходе допроса он полностью подтвердил явку с повинной, которую написал под диктовку сотрудников М.А.Ю. и М.А.Ф.. Протокол допроса он не читал, но подписал. Следователь В.Т.Л. изъяла у него куртку, после чего с его участием, участием адвоката и статиста М.А.Ю.В.Т.Л. провела следственный эксперимент, в ходе которого он продемонстрировал на манекене удары ногами, которые он якобы наносил Ф.Т.А.. При этом М.А.Ю. ему указывал на то, какие удары, каким образом, куда именно ему нужно наносить манекену. Он указывал все удары согласно указаниям М.А.Ю. (т.7 л.д.205-210).

После оглашения показаний указал на то, что первые показания были им даны по незаконно возбужденному уголовному делу. Конфликта с Ф.Т.А. у него не было, возможно на повышенных тонах разговаривали. К.Н.А. телесные повреждения не причинял.

В судебном заседании исследовалось заявление ФИО1 от 20.06.2018, согласно которому 29.05.2018 он, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире Ф.Т.А.., расположенной по адресу: <адрес>, в ходе конфликта причинил Ф.Т.А.. телесные повреждения (т.3 л.д.104).

Данное заявление ФИО1 не поддержал, указав на то, что его после доставления в здание УМВД России по г.Петрозаводску в наручниках, заставили написать заявление о явке с повинной, написал ее, чтобы его отпустили.

<данные изъяты>

Проверив и оценив каждое из вышеизложенных доказательств в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела и выяснения, предусмотренных ст.73 УПК РФ обстоятельств, суд пришел к убеждению, что вина подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний нашла свое объективное подтверждение в судебном заседании.

Вместе с тем в судебном заседании было исследовано заявление о явке с повинной ФИО1 от 20.06.2018 года (т.3 л.д.104), составленное фактически подозреваемым в совершении преступления лицом в отсутствии защитника и не подтвержденное подсудимым в судебном заседании, с учетом положений пп.1 и 3 ч.2 ст.75 УПК РФ суд относит к недопустимому доказательству и не принимает изложенные в нем сведения при разрешении дела по существу.

В связи с исключением данного заявления из числа доказательств, а также учитывая, что оно было сделано ФИО1 после его доставления сотрудниками полиции в связи с выдвинутым в отношении него подозрением, - данное заявление не может рассматриваться в качестве явки с повинной и служить основанием для признания его в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Другие приведенные выше и исследованные в судебном заседании доказательства соответствуют требованиям допустимости, так как получены с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, относятся к предмету исследования по делу, в своей совокупности суд признает их достаточными для правильного разрешения дела. Обстоятельств, предусмотренных ст.75 УПК РФ, влекущих недопустимость иных доказательств, по делу не установлено.

Несмотря на то, что подсудимый ФИО1 не подтвердил оглашенные показания, данные им на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого и следственного эксперимента, суд находит данные доказательства полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, то есть допустимыми.

Проанализировав показания подсудимого, данные им на стадии предварительного расследования и в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО1 в протоколе допроса в качестве подозреваемого от 20.06.2018 были получены с соблюдением норм уголовного процессуального законодательства, а именно: в присутствии защитника, перед началом производства допроса разъяснялись следователем его права, предусмотренные ст.46 УПК РФ, разъяснялось также право не свидетельствовать против себя, гарантированное положениями ст.51 Конституции РФ, также ФИО1 предупреждался о возможности использования его показаний в качестве доказательств по делу, в том числе при последующем отказе от этих показаний, подписи ФИО1 о разъяснении ему данных прав, гарантированных законом, имеются в соответствующих графах протоколов, каких-либо замечаний на протоколы ни от ФИО1, ни от его защитника – не поступало, а потому признаются судом допустимыми, не противоречащими и подтверждающимися иными доказательствами по делу. По указанным мотивам суд признает показания ФИО1, данные им при допросе в качестве подозреваемого с участием защитника Крюковцовой О.Л. 20.06.2018 (т.3 л.д.108-111), в оглашенной части достоверными и кладет их в основу приговора.

Также перед проведением следственного эксперимента ФИО1 разъяснялись правовые последствия дачи показаний, в том числе и возможность использования их в качестве доказательства по делу в случае последующего отказа от них. Следственный эксперимент проведен надлежащим процессуальным лицом с соблюдением положений ст.181 УПК РФ с целью проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела, в том числе, механизма причинения Ф.Т.А. телесных повреждений. Протокол соответствует требованиям ст.166 УПК РФ. О правильности отражения в протоколе имеющих значение для дела результатов свидетельствует отсутствие замечаний и заявлений от лиц, участвовавших в проведении данного следственного действия. При следственном эксперименте присутствовал защитник. Присутствие при проведении следственного эксперимента М.А.Ю., который в тот период не являлся потерпевшим по уголовному делу, помог держать манекен, не влияют на объективность проведенного следственного действия и его результат.

Сведений о том, что ФИО1 кем-либо из других участников оказывалась помощь в изложении обстоятельств произошедшего, протоколы следственных действий не содержат.

Оснований считать, что показания были даны вследствие примененных к ФИО1 методов незаконного воздействия со стороны сотрудников полиции, у суда не имеется, поскольку каких-либо объективных данных об этом в судебном заседании не установлено.

Допрошенные в судебном заседании в качестве потерпевших М.А.Ф. и М.А.Ю., будучи предупрежденными об уголовной ответственности отрицали применение к ФИО1 каких-либо недозволенных методов воздействия при проведении с ним беседы в помещении УМВД по г.Петрозаводску.

Допрошенная в качестве свидетеля следователь В.Т.Л.., к которой ФИО1 был доставлен оперативными сотрудниками, пояснила суду об отсутствии у ФИО1 каких-либо телесных повреждений.

Из исследованных судом документов следует, что по результатам проверки заявления ФИО1 о применении к нему насилия и угроз со стороны оперативных сотрудников, в возбуждении уголовного дела было отказано. При проведении служебной проверки каких-либо нарушений закона в действиях оперативных сотрудников установлено не было.

При рассмотрении дела судом не было установлено данных о том, что доставление ФИО1 в помещение УМВД с использованием специальных средств могло повлиять на дачу им показаний в ходе проведения с его участием следственных действий.

Исследованные в судебном заседании показания свидетеля П.А.В. на предварительном следствии получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением ему всех процессуальных прав. Правильность отражения данных им пояснений удостоверена свидетелем, подтверждена записями об этом в протоколах без каких-либо замечаний и заявлений. В связи с чем оглашенные показания суд признает допустимыми, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Суд не может согласиться с утверждениями свидетеля П.А.В. о внесении в протоколы его допроса недостоверных сведений следователем, в том числе в части предъявления ему аудиозаписи телефонных переговоров, поскольку это противоречит содержанию протоколов, удостоверенных свидетелем без каких-либо замечаний, и расценивает данные П.А.В. в суде показания как попытку оказания помощи в избранном способе защиты подсудимому с учетом их длительных дружеских отношений.

Указание свидетеля П.А.В. о том, что следователь допрашивал его по телефону, не нашло своего объективного подтверждения в судебном заседании, поскольку П.А.В. не отрицал, что следователь допрашивал его в подъезде дома, в связи с его отказом приехать для допроса к следователю, также из показаний следователя В.А.А. следует, что допрос П.А.В. был произведен в подъезде дома по месту его жительства, что также подтверждается протоколом допроса свидетеля П.А.В. который содержит указание на место допроса свидетеля и его подпись в протоколе допроса, с отсутствием замечаний к протоколу допроса.

Исследованные по делу результаты ОРД полученыв соответствии с требованиями Федерального Закона «Об оперативно - розыскной деятельности» и представлены органу следствия в порядке, установленном данным федеральным законом и Инструкцией о порядке представления результатов ОРД органу дознания, следователю, прокурору или в суд, на основании соответствующих постановлений о представлении результатов ОРД, вынесенных уполномоченными лицами, с постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей (т.1 л.д.112-118,120, 149-156).

Результаты оперативно-розыскной деятельности отражены в виде документированной информации, приобщенной к материалам уголовного дела в качестве документов, вещественных доказательств, протоколов их осмотра по результатам проведенных следственных действий.

Участие в получении и предоставлении результатов прослушивания телефонных переговоров оперуполномоченного М.А.Ф., признанного впоследствии по уголовному делу потерпевшим лицом, не ставит под сомнение законность проведения им оперативных мероприятий, поскольку на момент их осуществления М.А.Ф., наделенный полномочиями на проведение оперативных мероприятий, в статусе иного участника уголовного судопроизводства (потерпевшего или свидетеля) по данному делу не находился.

При оценке исследованных доказательств, исходя из принципа их относимости, суд учитывает фактические сведения, относящиеся к обстоятельствам доказывания и имеющие значение по рассматриваемому делу с учетом требований ст.ст.73 и 252 УПК РФ, а также существа обвинения, предъявленного подсудимому ФИО1

Суд не принимает во внимание показания М.А.Ф., М.А.Ю., В.Т.Л. об обстоятельствах, ставших им известными по результатам, соответственно, оперативной беседы и проведенного допроса, поскольку по смыслу ст.56 УПК РФ, показания подозреваемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу не могут воспроизводиться в ходе судебного разбирательства путем допроса в качестве свидетелей следователя или лица, производившего дознание.

Содержание зафиксированных телефонных разговоров, раскрытое в представленных стенограммах, протоколе их осмотра, приведенные данные об использовании абонентских номеров подсудимым ФИО1, потерпевшей Ф.Т.А., свидетелем Д.И.Н., показания потерпевшего М.А.Ф. и содержащиеся в судебных решениях сведения о принадлежности именно указанным лицам номеров телефонной связи, по которым осуществлялся контроль, указывают на относимость результатов прослушанных телефонных разговоров к обстоятельствам рассматриваемого уголовного дела.

Занятая в ходе судебного следствия свидетелем Д.И.Н. позиция, с учетом которой она не смогла пояснить, кому принадлежат голоса, а также о чем шел разговор, - не ставит под сомнение относимость, достоверность и допустимость исследованных вещественных доказательств, протоколов их осмотра, которые оцениваются судом в совокупности с другими доказательствами как подтверждающие причастность подсудимого ФИО1 к установленным преступлениям.

Оснований считать, что свидетель К.Н.А. дает ложные показания в отношении подсудимого, суд не находит. Данных об этом установлено не было, в связи с чем показания К.Н.А., данные как по обстоятельства преступления, так и по ее взаимоотношениям с ФИО1 подтверждаются другими исследованными по делу доказательствами, в связи с чем суд находит их объективными и достоверными.

Согласно протоколу осмотра видеорегистратора «Дозор», показаниям свидетеля А.Е.Ю. о том, что на кухне квартиры Ф.Т.А. были обнаружены следы крови и поврежденная бытовая утварь, у потерпевшей имелись видимые телесные повреждения, кроме потерпевшей и ФИО1 иных лиц в квартире не находилось. По данным с регистратора речевых сообщений по телефонным линиям связи «02», обращаясь в органы полиции, Д.И.Н. сообщила об избиении женщины именно её сыном ФИО1 Зафиксированные телефонные переговоры при контроле с номера, находившегося в пользовании Д.И.Н., также содержат сведения о том, что пользователь абонента сообщал другим лицам о произошедшей у А.Н. драке и причинении телесных повреждений Ф.Т.А. именно им. По показаниям свидетеля К.Н.А. в ночное время 29.05.2018 года ФИО1 сообщил ей по телефону, что он сильно избил Ф.Т.А., после чего та лежит «как мертвая», факт совершения подсудимым неоднократных звонков К.Н.А. подтверждается, в том числе и детализацией телефонных переговоров по номеру телефона К.Н.А. который был осмотрен, также, впоследствии при встрече ФИО1 сообщил ей, что ударил Ф.Т.А. сковородой.

30.05.2018 года Ф.Т.А. была госпитализирована в медицинское учреждение с имеющимися телесными повреждениями, что подтверждается материалами уголовного дела.

Установленные способ и обстоятельства причинения телесных повреждений Ф.Т.А. подтверждаются также заключением судебно-медицинского эксперта о характере и механизме образования у нее телесных повреждений.

Указанные и другие исследованные доказательства в своей совокупности являются достаточными для разрешения дела по существу и дают основание сделать вывод о доказанности виновности подсудимого ФИО1 в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью Ф.Т.А.

О причастности подсудимого к совершению данного преступления указывают и показания ФИО1, данные им на предварительном следствии в качестве подозреваемого 20.06.2018, которые принимаются судом в части, соответствующей приведенным выше доказательствам и не противоречащей им.

С учетом вышеизложенного, занятую в судебном заседании подсудимым позицию о невиновности и непричастности к преступлению в отношении Ф.Т.А. суд расценивает критически, как избранный способ защиты, с целью уклониться от ответственности, поскольку занятая подсудимым версия, противоречит фактическим обстоятельствам дела и опровергается изложенными выше доказательствами, поскольку данные показания противоречат другим доказательствам по делу.

По этим же основаниям суд критически относится к показаниям потерпевшей Ф.Т.А.., свидетеля Д.И.Н. о получении потерпевшей телесных повреждений при других обстоятельствах, данными с целью оказания помощи подсудимому в избранном способе защиты как близкому им лицу.

Доводы ФИО1 о том, что Ф.Т.А. не указывала сотрудникам полиции на то, что телесные повреждения ей причинил он (ФИО1), опровергаются показаниями свидетеля А.Е.Ю., рапортом Г.А.С. протоколом осмотра диска с видеозаписью с нагрудного видеорегистратора «Дозор», изъятого у свидетеля А.Е.Ю.

Исходя из установленных исследованными доказательствами обстоятельств совершения преступления, у суда не имеется оснований считать, что подсудимый действовал в целях самообороны, поскольку каких-либо противоправных действий со стороны потерпевшей Ф.Т.А. допущено не было, данных об этом в судебном заседании не установлено.

Указание в рапортах и медицинских документах сведений о том, что телесные повреждения были получены Ф.Т.А. на улице от действий неустановленных лиц, основаны на показаниях об этом потерпевшей с учетом занятой ею позиции, не содержат каких-либо объективных данных в подтверждение данного обстоятельства, в связи с чем о невиновности подсудимого не свидетельствуют.

В соответствии с п.9 ч.1 ст.447 УПК РФ к категориям лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам, отнесен член избирательной комиссии с правом решающего голоса.

Согласно п.12 ч.1 ст.448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении члена избирательной комиссии с правом решающего голоса принимается руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации.

Вопреки доводам стороны защиты уголовное дело по факту причинения телесных повреждений Ф.Т.А.. было возбуждено в соответствии со ст.ст.140, 146 УПК РФ, уполномоченным на то, должностным лицом, в пределах компетенции, установленной УПК РФ, учитывая, что уголовное дело было возбуждено по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, в связи с чем не требовалось принятие решения о возбуждении уголовного дела в соответствии с требованиями ст.448 УПК РФ.

Доводы стороны защиты об исключении из числа доказательств протокола допроса ФИО1 в качестве подозреваемого от 20.06.2018 и протокола следственного эксперимента, проведенного с участием подозреваемого ФИО1 20.06.2018, как полученных с нарушением закона, поскольку в мае-июне 2018 года ФИО1 являлся членом избирательной комиссии с правом решающего голоса, не являются основанием для признания их недопустимыми, поскольку нарушений норм Уголовно-процессуального кодекса РФ при их составлении не допущено, они составлены в соответствии с требованиями ст.ст.189, 190 УПК РФ, подозреваемому были разъяснены предусмотренные уголовно-процессуальным законом права в соответствии с его процессуальным положением, он предупреждался, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от данных показаний, разъяснялось также право, предусмотренное ст.51 Конституции РФ, не свидетельствовать против самого себя. При этом УПК РФ не содержит запрета на допрос лица в качестве подозреваемого, обладающего особым статусом в рамках уголовного дела, возбужденного по признакам состава преступления, поскольку особый порядок производства по уголовным делам, применяется только при принятии решения о возбуждении уголовного дела в отношении лица, указанного в части первой статьи 447 настоящего Кодекса, либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

Отсутствие допроса потерпевшей Ф.Т.А. после принятия следователем уголовного дела к своему производству в августе 2021 г., не является основанием для возврата уголовного дела прокурору, поскольку потерпевшая Ф.Т.А. была ранее допрошена, а также была допрошена в судебном заседании, стороны не были лишены возможности задать ей все интересующие вопросы.

Оценивая доказательства, относящиеся к предъявленному подсудимому обвинению в совершении заведомо ложного доноса о совершенном преступлении, суд исходит из следующего.

При оценке показаний свидетеля П.А.В., суд отдает предпочтение показаниям свидетеля, данным на предварительном следствии, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, по своему содержанию соответствуют другим доказательствам, в связи с чем являются достоверными.

Занятую в судебном заседании свидетелем П.А.В. позицию о том, что он не помнит содержание состоявшегося с ФИО1 разговора и на предварительном следствии не читал составленных с его участием протоколов, суд расценивает критически, с целью оказания помощи подсудимому ФИО1

Установленные сведения о длительном знакомстве и сложившихся дружеских отношениях у свидетеля П.А.В. с подсудимым указывают на его заинтересованность в судьбе подсудимого.

Содержание состоявшегося 20.06.2018 года телефонного разговора между ФИО1 и П.А.В., аудиозапись которого была исследована в судебном заседании, исключает иное трактование и свидетельствует о том, что подсудимый обращался именно с просьбой причинить ему телесные повреждения.

На основании исследованных доказательств, суд считает доказанным, что при доставлении 20.06.2018 ФИО1 в УМВД по г.Петрозаводску каких-либо недозволенных методов воздействия к нему не применялось. После проведения с его участием оперативных и следственных мероприятий ФИО1 телесных повреждений не имел, об этом же он сообщил своей матери Д.И.Н. Такие же данные зафиксированы 20.06.2018 в 22 час. 45 мин. в ходе прослушивания телефонного разговора с номера, находившегося в пользовании Д.И.Н. при разговоре с иным лицом, рекомендовавшим сделать так, чтобы телесные повреждения появились.

В этот же день 20.06.2018 в 23 час. 12 мин. ФИО1 обратился к свидетелю П.А.В. с просьбой причинить ему телесные повреждения. 21.06.2018 ФИО1 прошел по своей инициативе медицинское освидетельствование и получил акт об имеющихся у него телесных повреждениях. После написания жалоб на неправомерные действия сотрудников полиции, будучи предупрежденным за заведомо ложный донос о совершении преступления, ФИО1 обратился с заявлением, в котором сообщил о применении в отношении него физического насилия сотрудниками полиции.

Подсудимый, безусловно, осознавал, что сообщаемые им сведения о применении к нему насилия и угроз насилия сотрудниками полиции М.А.Ф. и М.А.Ю. являются ложными, но несмотря на это, искусственно создав доказательства обвинения в отношении сотрудников полиции, довел до сведения должностного лица, полномочного возбудить уголовное дело, заведомо ложную информацию о преступном поведении сотрудников полиции, после его предупреждения об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ и разъяснения ему последствий таких действий.

Данные обстоятельства, подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами, в том числе показаниями потерпевших М.А.Ф., М.А.Ю.., свидетелей В.Т.Л., а также П.А.В. данными на предварительном следствии в оглашенной части, которые признаны судом допустимыми и достоверными, результатами осмотра телефонных переговоров, исследованными документами.

Каких-либо объективных данных в подтверждение высказанной подсудимым позиции об оказанном на него воздействии со стороны оперативных сотрудников в период нахождения УМВД по г.Петрозаводску при рассмотрении дела не установлено.

При таких обстоятельствах, занятую подсудимым позицию о применении к нему насилия и угроз со стороны сотрудников полиции, обращении с заявлением на их действия с целью восстановления нарушенных прав, суд признает несостоятельной, обусловленной целями защиты от предъявленного обвинения, стремлением представить произошедшее, в свою пользу, и уклониться от ответственности, поскольку, изложенная подсудимым версия о его непричастности к совершенному преступлению, и совершению в отношении него сотрудниками полиции преступления, опровергнуто исследованными доказательствами и объективно ничем не подтверждена.

Доводы стороны защиты о недопустимости использования в качестве доказательств телефонных переговоров, стенограмм, поскольку они были получены по незаконно возбужденному уголовному делу, суд отвергает, поскольку оперативно-розыскные мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» абонентского номера <данные изъяты>, находящегося в пользовании Д.И.Н.., и абонентского номера <данные изъяты>, находящегося в пользовании ФИО1, производились на основании судебных решений, были рассекречены и предоставлены следственному органу, в рамках расследования уголовного дела по факту причинения телесных повреждений Ф.Т.А., возбужденного по признакам состава преступления, уполномоченным на то, должностным лицом, в пределах компетенции, установленной УПК РФ, в связи с чем не требовалось принятие решения о возбуждение уголовного дела в соответствии с требованиями ст.448 УПК РФ.

При квалификации действий подсудимого суд исходит из установленных обстоятельств совершения преступлений.

Действия ФИО1 по причинению вреда здоровью потерпевшей Ф.Т.А.. носили умышленный характер, о чем свидетельствуют фактические обстоятельства совершения преступления, избранный способ и обстоятельства причинения телесных повреждений, наступившие последствия, которые находятся в прямой причинной связи с действиями подсудимого.

Нанося множественные удары, в том числе с использованием металлической сковороды по голове, туловищу и конечностям потерпевшей, ФИО1 безусловно, осознавал степень опасности своих действий для здоровья потерпевшей.

Данных о том, что подсудимый находился в состоянии необходимой обороны или в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, - в судебном заседании не установлено.

Мотивом совершенных действий явились личные неприязненные отношения к потерпевшей, возникшие в ходе ссоры.

Квалифицирующий признак совершения преступления с применением предмета, используемого в качестве оружия, вменен подсудимому обоснованно.

По смыслу уголовного закона, под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми мог быть причинен вред здоровью потерпевшего. Под их применением следует понимать их умышленное использование для физического воздействия на потерпевшего.

Исследованными по делу доказательствами нашло подтверждение, что установленные у Ф.Т.А. телесные повреждения в виде тупой травмы грудной клетки с переломами отделов восьми ребер, квалифицированные как тяжкий вред здоровью, были причинены потерпевшей посредством использования металлической сковороды как предмета, используемого в качестве оружия.

При квалификации действий подсудимого, связанных с совершением заведомо ложного доноса о совершении преступления, как уголовно-наказуемого деяния, суд учитывает следующее.

Положения ст.ст.46 и 47 УПК РФ наделяют лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, правом представлять доказательства, защищаться средствами и способами, не запрещенными законом.

Вместе с этим, по смыслу уголовно-процессуального и уголовного закона, данному, в том числе в Определении Конституционного Суда РФ от 04 апреля 2013 года №661-О, наделение гражданина правом представлять доказательства в свою защиту от подозрения или обвинения в совершении преступления не означает возможности его реализации незаконными, в том числе преступными средствами. Обвиняемый вправе в целях своей защиты либо хранить молчание, либо давать показания таким образом, чтобы с очевидностью не нарушать права других лиц, не прибегать к запрещенным способам защиты.

В случае заведомо ложного доноса о совершении преступления виновный посягает не только на интересы правосудия, но и на права личности, умаляя ее достоинство. Следовательно, такие действия, хотя и предпринятые в качестве инструмента своей защиты, не могут рассматриваться как допустимые.

Квалифицирующие признаки совершения преступления с обвинением лица в совершении тяжкого преступления и соединенные с искусственным созданием доказательств обвинения вменены подсудимому обоснованно, с учетом фактического характера действий, совершенных подсудимым, который безусловно осознавал характер сведений, изложенных им при принятии заявления о применении к нему сотрудниками полиции физического насилия, и предоставил в подтверждение выдвинутого им обвинения акт об имеющихся у него телесных повреждениях, полученных им при других обстоятельствах.

Показания свидетеля В.С.В,., согласно которым ФИО1 не сообщал о том, что является членом центральной избирательной комиссии, с правом решающего голоса, проверялся ли этот вопрос при возбуждении уголовного дела, не знает, поскольку ему дело было передано после того, как ФИО1 было предъявлено обвинение, не относятся к доказательствам по делу, в связи с чем судом не учитываются.

Решение о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 в совершении заведомо ложного доноса о совершенном преступлении, вопреки доводам стороны защиты, принято в соответствии с положениями п.12 ч.1 ст.448 УК РФ.

В ходе разбирательства не выявлено обстоятельств, препятствующих разрешению настоящего уголовного дела на основании составленного обвинительного заключения и собранных доказательств.

Уголовное дело расследовано органом предварительного следствия с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, в том числе при его возбуждении, составлении обвинительного заключения, влекущих возвращение уголовного дела прокурору не имеется, в том числе по доводам стороны защиты.

При таких обстоятельствах, суд считает, что вина ФИО1 доказана и квалифицирует его действия:

- по п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия;

- по ч.3 ст.306 УК РФ - заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого преступления, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения.

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяний, совершенных подсудимым, каких-либо оснований, влекущих его освобождение от уголовной ответственности или наказания, не имеется.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности подсудимого, влияющие на назначение наказания обстоятельства, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого, на условия его жизни и близких ему лиц.

Данными о личности подсудимого являются сведения о том, что ФИО1 не судим, <данные изъяты>

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, по каждому из преступлений, суд признает <данные изъяты>.

По преступлению в отношении Ф.Т.А. - также частичное признание вины на предварительном следствии с учетом данных им первоначально показаний; принятые меры к вызову сотрудников полиции и скорой медицинской помощи как иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд не усматривает.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ суд не признает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение преступления в отношении Ф.Т.А. в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку в судебном заседании не установлено, что употребление алкоголя способствовало совершению данного преступления.

В силу ч.2 ст.63 УК РФ и фактических обстоятельств предъявленного обвинения, включающих заведомо ложный донос о совершении преступления сотрудниками полиции, суд не находит оснований для признания данного обстоятельства, отягчающим наказание по ч.3 ст.306 УК РФ, поскольку в данном случае оно указано в обвинении в качестве признака совершенного преступления.

Принимая во внимание все влияющие на назначение наказания обстоятельства, а также учитывая, что подсудимый совершил умышленные преступления, направленное против жизни и здоровья, а также направленное против правосудия, относящиеся к категории тяжких, представляющие высокую общественную опасность, суд считает, что с целью восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, ФИО1 следует назначить наказание в виде лишения свободы с его реальным отбыванием. В связи с этим законных оснований для применения к подсудимому принудительных работ за совершение ФИО1 преступления, предусмотренного ч.3 ст.306 УК РФ, в соответствии со ст.53.1 УК РФ суд не находит.

С учетом фактических обстоятельств содеянного, степени общественной опасности совершенных действий, суд не находит каких-либо обстоятельств для изменения категории преступлений, предусмотренных п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ, ч.3 ст.306 УК РФ, на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, каких-либо исключительных обстоятельств для применения положений ст.64 УК РФ, а также законных оснований для применения ст.73 УК РФ.

При назначении наказания за преступление, предусмотренное п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ суд применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ.

С учетом удовлетворительно характеризующих подсудимого данных, оснований для назначения дополнительного наказания, предусмотренного ч.2 ст.111 УК РФ, в виде ограничения свободы суд не находит.

В действиях подсудимого имеется совокупность преступлений, предусмотренная ч.1 ст.17 УК РФ, в связи с чем окончательное наказание назначается ему по совокупности преступлений по правилам ч.3 ст.69 УК РФ с применением принципа частичного сложения наказаний.

Поскольку ФИО1 совершено два преступления, отнесенных к категории тяжких преступлений, ранее он не отбывал наказание в виде лишения свободы, суд в соответствии с положениями п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ приходит к выводу, что отбывать наказание в виде лишения свободы ФИО1 следует в исправительной колонии общего режима.

С учетом назначаемого наказания, данных о личности подсудимого, мера пресечения в отношении подсудимого ФИО1 до вступления приговора в законную силу подлежит изменению с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

В соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей: с 05.09.2018 по 01.03.2019, с 27.11.2019 по 09.02.2020, с 10.06.2021 по 13.10.2021, а также с 06.07.2023 до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок наказания в виде лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

Учитывая, что в судебном заседании также было установлено, что ФИО1 фактически задерживался в связи с подозрением в совершении преступления 20.06.2018, указанное время также подлежит зачету в срок наказания.

Кроме того, в срок лишения свободы подлежит зачету отбытое наказание с 10.02.2020 по 09.06.2021.

По делу заявлен гражданский иск потерпевшим М.А.Ю. о взыскании компенсации морального вреда в размере 200000 руб., который ФИО1 не признал.

Всоответствии со ст.ст.150, 151 ГК РФ здоровье личности, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд, учитывая характер и степень причиненных нравственных страданий потерпевшему М.А.Ю. который, в результате проведения в отношении него комплекса мероприятий по заявлению ФИО1 о применении к нему насилия и угроз со стороны оперативных сотрудников, безусловно, перенес нравственные страдания, о чем было указано потерпевшим, иные, заслуживающие внимания обстоятельства, <данные изъяты>, степень вины ФИО1 и конкретные обстоятельства причинения вреда в результате умышленных виновных действий подсудимого, и, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости удовлетворения иска частично.

Судьба вещественных доказательств разрешается с учетом ст.81 УПК РФ, в соответствии с которой документы, иные вещественные доказательства - подлежат хранению при материалах уголовного дела.

Судом принимается решение о хранении при материалах уголовного дела оптических дисков, а также документов, приобщенных в качестве вещественных доказательств.

Процессуальные издержки по уголовному делу отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 303, 304, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ, ч.3 ст.306 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев;

- по ч.3 ст.306 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 2 (два) года.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначить наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания подсудимого под стражей 20 июня 2018 года, в период с 05 сентября 2018 года по 01 марта 2019 года, с 27 ноября 2019 года по 09 февраля 2020 года, с 10 июня 2021 года по 13 октября 2021 года и с 06 июля 2023 года до вступления приговора в законную силу в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, а также отбытое наказание с 10 февраля 2020 года по 09 июня 2021 года.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Гражданский иск М.А.Ю. удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу М.А.Ю. компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, в остальной части иска отказать.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу:

- результаты оперативно-розыскной деятельности; акт судебно-медицинского обследования ФИО1 №<данные изъяты> от 21.06.2018, детализацию телефонных соединений К.Н.А. - хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения;

- оптический диск с видеофайлами с видеорегистратора «Дозор»; оптический диск с аудиозаписями с регистратора речевых сообщений «Фобос», оптический диск с информацией с мобильного телефона ФИО1; оптический диск (CD-R) МНИ № 30/9-МН-166с с аудиозаписями телефонных переговоров Д.И.Н. оптический диск (CD-R) МНИ № 30/9-МН-167с с аудиозаписями телефонных переговоров ФИО1 - хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия через Петрозаводский городской суд Республики Карелия в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или принесения апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в заседании суда апелляционной инстанции, о чем должно быть заявлено в письменном виде.

Председательствующий судья М.В.Виссарионова

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Карелия от 28.09.2023 приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 6 июля 2023 года в отношении П.А.Н. изменен.

Исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание как на доказательство виновности ФИО1 на рапорт оперативного дежурного отдела полиции № 3 Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Петрозаводску, зарегистрированный 30 мая 2018 года в книге учёта сообщений о преступлениях Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Петрозаводску <данные изъяты>).

Зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей в период со 2 марта 2019 года по 3 марта 2019 года, включительно, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 12 УК РФ, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы потерпевшей Ф.Т.А.., осуждённого П.А.Н.. и адвоката Шогина М.И. - без удовлетворения.