Решение по делу № 3А-19/2025 от 29.05.2025 - о признании не действующим в части Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3045-01-ЗМО).

дело № 3а-19/2025

УИД 51OS0000-01-2025-000011-27

Мотивированное решение составлено 29 мая 2025 г.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 мая 2025 г. город Мурманск

Мурманский областной суд в составе:

председательствующего судьи Науменко Н.А.

при секретаре Синициной М.В.,

с участием прокурора прокуратуры Мурманской области Мунтян Р.В.,

представителя ФИО1 – ФИО2, представителей Мурманской областной Думы ФИО3 и ФИО4, представителя Комитета по ветеринарии Мурманской области ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 о признании не действующим в части Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3045-01-ЗМО),

установил:

27 июня 2019 г. Мурманской областной Думой принят и 16 июля 2019 г. подписан Губернатором Мурманской области Закон Мурманской области № 2402-01-ЗМО «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (далее - Закон от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО), первоначальный текст которого опубликован 16 июля 2019 г. в издании «Электронный бюллетень Правительства Мурманской области» http://www.gov-murman.ru.

В указанный Закон Мурманской области внесены изменения Законами Мурманской области от 4 июня 2020 г. № 2510-01-ЗМО, от 4 декабря 2020 г. № 2568-01-ЗМО, от 21 декабря 2020 г. № 2579-01-ЗМО, от 28 декабря 2020 г. № 2586-01-ЗМО, от 9 ноября 2021 г. № 2686-01-ЗМО, от 17 декабря 2021 г. № 2719-01-ЗМО, от 30 мая 2022 г. № 2767-01-ЗМО, от 24 октября 2022 г. № 2813-01-ЗМО.

30 октября 2024 г. Мурманской областной Думой принят и 11 ноября 2024 г. Губернатором Мурманской области подписан Закон Мурманской области № 3052-01-ЗМО «О внесении изменений в Закон Мурманской области «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (далее – Закон Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО), опубликованный 11 ноября 2024 г. в изданиях «Официальный интернет-портал правовой информации» http://pravo.gov.ru и «Электронный бюллетень Правительства Мурманской области» http://www.gov-murman.ru.

Подпунктом 5 пункта 1 статьи 6 Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) органы местного самоуправления муниципальных образований Мурманской области со статусом городского округа, муниципального округа, городского поселения и сельского поселения наделены отдельными государственными полномочиями Мурманской области в области обращения с животными в части проведения мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, включающими в себя размещение и содержание в приютах животных без владельцев, проявляющих немотивированную агрессивность и имеющих признаки, определяющие наличие у них владельца.

Подпунктом 3 пункта 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) предусмотрено, что умерщвление животных без владельцев, содержащихся в пунктах временного содержания, допускается не ранее чем на одиннадцатый день со дня отлова животного без владельца после проведения обязательного карантинирования животного при обнаружении специалистом в области ветеринарии у животного признаков болезней, опасных для человека и (или) других животных, либо если животное является переносчиком этих болезней.

Подпунктом 4 пункта 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) предусмотрено, что умерщвление животных без владельцев, содержащихся в пунктах временного содержания, допускается не ранее чем на одиннадцатый день со дня отлова животного без владельца после проведения обязательного карантинирования животного в случае проявления животным немотивированной агрессивности, выявленной по результатам проведения освидетельствования в соответствии с порядком, утвержденным уполномоченным органом, за исключением случая, установленного подпунктом 5 пункта 1 статьи 6 настоящего Закона.

ФИО1 обратился в Мурманский областной суд с административным исковым заявлением с учетом уточнения требований (том 1 л.д. 150) о признании недействующими с 30 октября 2024 г. приведенных правовых норм регионального закона, ссылаясь на их противоречие положениям статьи 137, пунктам 1, 2 статьи 231 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральному закону от 27 декабря 2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2024 г. № 38-П «По делу о проверке конституционности части 4 статьи 7, абзаца первого части 1 и части 7 статьи 18 Федерального закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с запросом Верховного Суда Республики Бурятия».

Полагает, что предусмотренный региональным законом срок умерщвления животных без владельцев не ранее чем на одиннадцатый день со дня отлова животного является неразумным, поскольку при умерщвлении животного, проявившего немотивированную агрессивность, владелец которого может объявиться по прошествии 6 месяцев (применительно к положениям статьи 137, пунктам 1, 2 статьи 231 Гражданского кодекса Российской Федерации), вернуть животное будет невозможно. В случае утери незарегистрированного животного на территории Мурманской области, в том числе из других регионов, невозможно достоверно определить на одиннадцатый день отлова, имеется ли у животного владелец. Указывает на неопределенность предусмотренного подпунктом 5 пункта 1 статьи 6 Закона Мурманской области (в редакции от 11 ноября 2024 г.) понятия «имеющие признаки владельца» применительно к ситуациям, в которых животное, имеющее владельца, может потеряться, потерять ухоженный внешний вид, в том числе в результате травмы. Относительно подпункта 3 пункта 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области (в редакции от 11 ноября 2024 г.), предусматривающего умерщвление животных без владельцев при обнаружении у животного признаков болезней, опасных для человека и (или) других животных, либо если животное является переносчиком этих болезней, полагает, что имеется неопределенность в части конкретных болезней.

Определением Мурманского областного суда от 15 мая 2025 г. прекращено производство по административному делу в части требования ФИО1 о признании недействующим подпункта 3 пункта 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3045-01-ЗМО).

Административный истец ФИО1 о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, в судебном заседании не участвовал. Его представитель ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в административном иске и дополнениях к нему, согласно которым из содержания подпункта 4 пункта 4 статьи 7.1 оспариваемого Закона следует, что при отлове животных проводятся исключительно мероприятия, связанные с карантинированием продолжительностью 10 дней, после чего в отношении животных, проявляющих немотивированную агрессивность, предусмотрены лишь мероприятия по эвтаназии. С учетом установленного срока размещения сотрудниками пунктов временного содержания на сайте в сети Интернет сведений об отловленных животных не позднее чем в течение трех дней со дня поступления животного указывает, что у владельца потерявшегося животного или потенциального нового владельца имеется возможность найти и забрать животное лишь в течение 7 дней при том, что проведение мероприятий по поиску владельцев животных либо новых владельцев для животных региональным законом не предусмотрено. Полагает, что эвтаназия животных без владельцев, даже проявляющих немотивированную агрессивность, должна применяться в исключительных случаях, когда иные мероприятия, в том числе поиск новых владельцев, не принесли результата. Указывает, что продление срока пребывания животных в пункте временного содержания обусловлено объемом субвенции, предоставляемой местным бюджетам на осуществление государственных полномочий, и имеет максимальные сроки 20 дней. Ссылаясь на положения пункта 45 Требований к пунктам временного содержания животных на территории Мурманской области, порядка организации их деятельности и норм содержания животных в них, утвержденных постановлением Правительства Мурманской области от 10 декабря 2024 г. № 850-ПП, настаивает на том, что единственными признаками наличия у отловленного животного владельца, по мнению регионального законодателя, являются чип, клеймо или жетон. Указывает, что предусмотренные пунктом 2.7 Порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев в Мурманской области, утвержденного постановлением Правительства Мурманской области от 16 августа 2019 г. № 383-ПП, сведения о владельце, указанные на ошейнике или иной амуниции животного, ветеринарный паспорт, фотографии владельца с животным, пояснения третьих лиц о принадлежности животного владельцу и иная информация, подтверждающая факт принадлежности животного владельцу, не применяются к процедуре установления признаков наличия владельца животного после его доставления в пункт временного содержания (том 1 л.д. 237-238).

Представители административного ответчика Мурманской областной Думы ФИО3 и ФИО4, представитель административного ответчика Губернатора Мурманской области ФИО6 и заинтересованного лица Правительства Мурманской области – ФИО7 в судебном заседании возражали относительно удовлетворения заявленных требований по изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним доводам, согласно которым оспариваемый нормативный правовой акт издан в пределах полномочий Мурманской областной Думы, соответствует действующему законодательству и не нарушает прав административного истца применительно к наличию у принадлежащих административному истцу собак электронных чипов и регистрации. Указали, что во взаимосвязи подпункта 5 пункта 1 статьи 6 и подпункта 4 пункта 4 статьи 7.1 оспариваемого Закона Мурманской области животные, отловленные и поступившие в пункт временного содержания и проявляющие немотивированную агрессивность, но имеющие любые признаки, определяющие наличие у них владельца, не умерщвляются, а направляются для размещения и содержания в приюты для животных, что предоставляет владельцу потерявшегося животного возможность его поиска в приюте (том 1 л.д. 50-56, 173-181, 224-228, 230-236).

Представитель заинтересованного лица Комитета по ветеринарии Мурманской области ФИО5 в судебном заседании заявленные требования полагал необоснованными по изложенным в отзыве доводам, аналогичным доводам административных ответчиков (том 1 л.д. 182-189).

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, пояснения специалиста Комитета по ветеринарии Мурманской области ФИО8, исследовав материалы административного дела, заслушав заключение прокурора прокуратуры Мурманской области Мунтян Р.В., полагавшей заявленные требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административных исковых заявлений по следующим основаниям.

Согласно пунктам «б», «ж» и «з» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации защита прав и свобод человека и гражданина, координация вопросов здравоохранения, осуществление мер по борьбе с эпидемиями находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, которые не могут противоречить федеральным законам (части 2 и 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

В силу статьи 2 Федерального закона от 27 декабря 2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 498-ФЗ) отношения в области обращения с животными регулируются данным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принимаемыми в соответствии с ними законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

В соответствии с пунктом 143 части 1 статьи 44 Федерального закона от 21 декабря 2021 г. № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации», частью 1 статьи 7 Федерального закона № 498-ФЗ к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), относится решение вопросов установления порядка организации деятельности приютов для животных и норм содержания животных в них, порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев, а также организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев.

Проанализировав приведенные нормы права, суд приходит к выводу, что оспариваемый Закон Мурманской области и вносящий в него изменения акт приняты Мурманской областной Думой как уполномоченным органом государственной власти субъекта Российской Федерации, в пределах компетенции с соблюдением обязательных требований к форме, процедуре принятия и порядку опубликования нормативных правовых актов.

Соблюдение порядка и процедуры принятия и опубликования Закона Мурманской области в оспариваемой редакции административным истцом не оспаривалось.

Обсуждая вопрос о наличии у административного истца права на оспаривание положений регионального закона, руководствуясь положениями статьи 4 Федерального закона № 498-ФЗ, предусматривающими в числе прочих основных принципов обращения с животными отношение к животным как к существам, способным испытывать эмоции и физические страдания, и ответственность человека за судьбу животного, принимая во внимание нахождение в собственности ФИО1 двух животных (собак), которые могут быть утеряны и помещены в пункты временного содержания, а также возможность приобретения им статуса владельца в отношении других животных, суд приходит к выводу о наличии такового права у административного истца, являющегося субъектом правоотношений, регулируемых оспариваемым региональным законом.

Проверяя положения Закона Мурманской области в оспариваемой части на предмет их соответствия нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, суд исходит из следующего.

Положения подпункта 4 части 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области допускают умерщвление животных без владельцев, содержащихся в пунктах временного содержания, не ранее чем на одиннадцатый день со дня отлова животного без владельца после проведения обязательного карантинирования животного в случае проявления животным немотивированной агрессивности, выявленной по результатам проведения освидетельствования в соответствии с порядком, утвержденным уполномоченным органом, за исключением случая, установленного подпунктом 5 пункта 1 статьи 6 данного Закона.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона № 498-ФЗ к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области обращения с животными относятся:

1) установление порядка организации деятельности приютов для животных и норм содержания животных в них в соответствии с утвержденными Правительством Российской Федерации методическими указаниями по организации деятельности приютов для животных и нормам содержания животных в них;

2) установление порядка осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев в соответствии с утвержденными Правительством Российской Федерации методическими указаниями по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев;

2.1) установление порядка предотвращения причинения животными без владельцев вреда жизни или здоровью граждан в соответствии с утвержденными Правительством Российской Федерации методическими указаниями;

3) утверждение положения о региональном государственном контроле (надзоре) в области обращения с животными;

3.1) организация мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев;

4) иные полномочия, предусмотренные законодательством в области обращения с животными.

В силу части 4 приведенной нормы органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе законодательным актом устанавливать порядок осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев и определять перечень мероприятий при осуществлении такой деятельности.

Организация мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев регламентирована статьей 18 Федерального закона № 498-ФЗ, из положений частей 1, 2, 7 которой следует право субъектов Российской Федерации устанавливать свои мероприятия при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, отличные от федерального перечня мероприятий, а также требования при отлове животных без владельцев, порядок осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2024 г. № 38-П «По делу о проверке конституционности части 4 статьи 7, абзаца первого части 1 и части 7 статьи 18 Федерального закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с запросом Верховного Суда Республики Бурятия», субъекты Российской Федерации наделены правомочием отступить от закрепленного нормативными актами Российской Федерации перечня мероприятий, предусмотрев мероприятия, которые, не будучи охваченными перечнем, в большей степени учитывали бы повышенные риски - обусловленные географическими, климатическими, социально-экономическими и иными объективными факторами - недостижения в конкретном субъекте Российской Федерации общих целей деятельности по обращению с животными без владельцев (пункт 4). Включенные в Закон об обращении с животными запреты умерщвления животных, содержащихся в приютах для животных (часть 11 статьи 16), и при проведении зрелищных мероприятий (пункт 6 части 2 статьи 11), которые не предполагают каких-либо исключений и вместе с тем не блокируют возможность установления законами субъектов Российской Федерации оснований для умерщвления животных без владельцев, размещенных в не являющихся приютами для животных местах и пунктах временного содержания животных, где их содержание допустимо в соответствии с законодательными актами субъектов Российской Федерации.

В соответствии с абзацем вторым пункта 5 указанного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации, если к числу оснований для умерщвления животных без владельцев в местах и пунктах временного содержания животных, не являющихся приютами для животных, отнесены случаи, когда это обусловлено (помимо медицинских причин, связанных с прекращением страданий самого животного) необходимостью предотвращения исходящих от конкретного животного угроз, вызванных рисками распространения им опасной для человека или других животных болезни либо подтверждаемых совершенным им нападением на человека или проявлением им немотивированной агрессивности, то такое регулирование не может расцениваться как неприемлемое, не отвечающее требованиям необходимости и соразмерности. Оно не может быть поставлено под сомнение с точки зрения соответствия Конституции Российской Федерации, с учетом того, что оно обеспечивает прежде всего защиту человека, его прав и свобод, признаваемых высшей ценностью, определяющей смысл, содержание и применение законов.

С учетом приведенных положений федерального законодательства и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации суд приходит к выводу, что установление субъектом Российской Федерации в качестве основания для умерщвления животных без владельцев случаев, обусловленных необходимостью предотвращения исходящих от конкретного животного угроз, вызванных проявлением им немотивированной агрессивности, не противоречит законодательству, имеющему большую юридическую силу.

Доводы административного истца о том, что реализация подпункта 4 пункта 4 статьи 7.1 оспариваемого Закона Мурманской области препятствует выполнению предусмотренного Федеральным законом № 498-ФЗ мероприятия, направленного на возврат потерявшихся животных их владельцам, а также поиск новых владельцев поступившим в приюты для животных животным без владельцев (пункт 3 части 1 статьи 18 Федерального закона № 498-ФЗ), признаются судом несостоятельными, поскольку указанный федеральный закон прямо допускает как установление законами субъекта Российской Федерации иных правил деятельности в данной сфере, так и определение перечня мероприятий при ее осуществлении.

Утверждение административного истца относительно неразумности установленного подпунктом 4 пункта 4 статьи 7.1 оспариваемого Закона Мурманской области срока – не ранее чем на одиннадцатый день со дня отлова животного без владельца после проведения обязательного карантинирования животного – также не свидетельствует о противоречии оспариваемой нормы законодательству, имеющему большую юридическую силу, относится к вопросу о целесообразности принятия органом оспариваемого акта, который суд не вправе обсуждать с учетом разъяснений, приведенных в подпункте «а» пункта 28 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами».

Федеральным законодателем срок содержания животных без владельцев в пунктах временного содержания животных не установлен.

При этом пунктом 4.2 «СП 3.1.096-96. ВП 13.3.1103-96. 3.1. Профилактика инфекционных болезней. Профилактика и борьба с заразными болезнями, общими для человека и животных. 13. Бешенство. Санитарные правила. Ветеринарные правила» предусмотрено, что покусавшие людей или животных собаки, кошки и другие животные (кроме явно больных бешенством) подлежат немедленной доставке владельцем или специальной бригадой по отлову безнадзорных собак и кошек в ближайшее ветеринарное лечебное учреждение для осмотра и карантинирования под наблюдением специалистов в течение 10 дней.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2023 г. № 55-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 231 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой городского округа Архангельской области «Город Новодвинск», деятельность по обращению с животными без владельцев направлена в первую очередь на поддержание общественной безопасности как в смысле устранения физической угрозы гражданам о таких животных, так и в смысле обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия, что соотносимо со статьей 72 (пункт «б» части 1) Конституции Российской Федерации, которая включает в круг предметов совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов защиту прав и свобод, а также обеспечение общественной безопасности (пункт 4.2).

С учетом изложенного установление срока содержания животных без владельцев в пунктах временного содержания субъектом Российской Федерации по своему усмотрению в той мере, в какой это необходимо для проведения ветеринарных обследований, вакцинации, идентификации, учета, не противоречит законодательству, имеющему большую юридическую силу.

Установление подпунктом 4 пункта 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области (в редакции от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) в качестве основания умерщвления животного без владельца проявление им немотивированной агрессивности, выявленной по результатам проведения освидетельствования в соответствии с порядком, утвержденным уполномоченным органом, не является произвольным, направлено исключительно на реализацию органами власти субъекта Российской Федерации полномочий по вопросу организации проведения на территории Мурманской области мероприятий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения как одного из приоритетных условий реализации конституционных прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду, что в полной мере соответствует требованиям федерального законодательства, регулирующего отношения в этой области.

Доводы административного истца о противоречии подпункта 4 пункта 4 статьи 7.1 Закона Мурманской области (в редакции от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) пунктам 1, 2 статьи 231 Гражданского кодекса Российской Федерации признаются судом несостоятельными, поскольку оспариваемая норма не устанавливает и не регулирует отношения, связанные с задержанием безнадзорных животных, приобретением в отношении них права собственности, возмещением расходов на содержание безнадзорных животных и выплатой за них вознаграждения.

Также является необоснованным утверждение административного истца о несоответствии указанной нормы статье 137 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в ней не содержится положений, регулирующих в какой-либо мере применение к животным общих правил об имуществе, равно как и обращение с животными, противоречащее принципам гуманности.

Ссылки стороны административного истца на риск ошибочного выявления немотивированной агрессивности у отловленного животного, испытывающего в ситуации потери его владельцем состояние страха и тревоги, не являются основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку в рамках настоящего дела, рассматриваемого в порядке абстрактного нормоконтроля, суд не вправе давать толкование оспариваемых положений нормативного правового акта применительно к фактическим обстоятельствам осуществления деятельности по обращению с животными без владельцев.

При этом вопросы, связанные с проведением освидетельствования животных без владельцев на предмет наличия (отсутствия) у них немотивированной агрессивности урегулированы отдельным нормативным правовым актом - Порядком освидетельствования животных без владельцев на предмет наличия (отсутствия) у них немотивированной агрессивности, утвержденным приказом Комитета по ветеринарии Мурманской области от 27 апреля 2020 г. № 72-ОД, не являющимся предметом рассмотрения по настоящему административному делу.

В обоснование требования о признании недействующим подпункта 5 пункта 1 статьи 6 Закона Мурманской области (в редакции Закона от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО), предусматривающего наделение органов местного самоуправления муниципальных образований Мурманской области со статусом городского округа, муниципального округа, городского поселения и сельского поселения государственными полномочиями Мурманской области в области обращения с животными в части проведения мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, включающими в себя размещение и содержание в приютах животных без владельцев, проявляющих немотивированную агрессивность и имеющих признаки, определяющие наличие у них владельца, административный истец указывает на противоречие данной нормы Федеральному закону № 498-ФЗ, правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2024 г. № 38-П, а также ее неоднозначное толкование.

Частью 3 статьи 7 Федерального закона № 498-ФЗ установлено, что органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе наделять отдельными полномочиями в области обращения с животными органы местного самоуправления в соответствии с законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации.

Положениями части 2 статьи 19 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями субъектов Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации законами субъектов Российской Федерации допускается.

Проанализировав приведенные положения федерального законодательства, суд приходит к выводу, что оспариваемый административным истцом подпункт 5 пункта 1 статьи 6 Закона Мурманской области (в редакции Закона от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не противоречит.

Утверждение административного истца о неоднозначности толкования указанной нормы также признается судом несостоятельным.

Пунктом 6 статьи 3 Федерального закона № 498-ФЗ определено понятие животного без владельца - животное, которое не имеет владельца или владелец которого неизвестен.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами», нормативный правовой акт не может быть признан недействующим, если суд придет к выводу, что по своему содержанию оспариваемый акт или его часть не допускают придаваемое им при правоприменении толкование. Этот вывод должен быть обоснован в решении суда. При этом в решении суда указывается на надлежащее толкование.

Руководствуясь приведенной правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, в целях исключения неоднозначного при правоприменении толкования оспариваемых положений нормативного правового акта, суд полагает необходимым указать, что с учетом закрепленного федеральным законодателем понятия «животное без владельца» подпункт 5 пункта 1 статьи 6 оспариваемого регионального закона устанавливает регулирование, предусматривающее размещение и содержание в приютах для животных животных, проявляющих немотивированную агрессивность и имеющих признаки, определяющие наличие у них владельца, применительно к ситуации, когда владелец животного неизвестен.

Подпункт 5 пункта 1 статьи 6 Закона Мурманской области (в редакции Закона от 11 ноября 2024 г. № 3052-01-ЗМО) не содержит каких-либо ограничений по установлению признаков, определяющих наличие у животного владельца, что позволяет в каждой конкретной ситуации правоприменителям оспариваемой нормы исходить из неограниченного количества признаков, свидетельствующих о наличии у животного, проявляющего немотивированную агрессивность, владельца, сведения о котором на момент отлова животного и помещения его в пункт временного содержания отсутствуют.

Данное положение не нарушает права и законные интересы владельцев потерявшихся животных, соответствует предусмотренным федеральным законодателем основным принципам обращения с животными. При размещении и содержании таких животных в приютах для животных производятся мероприятия при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев, предусмотренные статьей 18 Федерального закона № 498-ФЗ, в том числе возврат потерявшихся животных их владельцам, а также поиск новых владельцев поступившим в приюты для животных животным без владельцев.

Вопреки доводам административного истца, отсутствие в оспариваемом региональном законе критериев определения признаков наличия владельца само по себе не свидетельствует о противоречии оспариваемых положений нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

В соответствии с пунктом 45 Требований к пунктам временного содержания животных на территории Мурманской области, порядка организации их деятельности и норм содержания животных в них, утвержденных постановлением Правительства Мурманской области от 10 декабря 2024 г. № 850-ПП (в редакции постановления от 30 апреля 2025 г. № 314-ПП, далее - Требования к пунктам временного содержания животных) возврат отловленных животных их прежним владельцам осуществляется в день обращения в ПВС при предъявлении документа, удостоверяющего личность, а также документов или иных доказательств, подтверждающих право собственности на животное или иное вещное право на животное.

Для подтверждения указанных прав на животное могут быть использованы: ветеринарный паспорт, родословная, сведения о владельце, указанные на ошейнике или иной амуниции животного, фотографии владельца с животным, пояснения третьих лиц о принадлежности животного владельцу и иная информация, подтверждающая факт принадлежности животного владельцу.

Животные без владельцев, имеющие признаки, определяющие наличие у них владельца (чип, клеймо, жетон), в том числе проявляющие немотивированную агрессивность, по окончании срока карантинирования подлежат передаче для содержания в приют для дальнейшего поиска владельца.

Кроме того, Требованиями к пунктам временного содержания животных в качестве информации, указывающей на наличие у животного владельца, предусмотрена информация имплантированного электронного чипа или других индивидуальных идентификационных меток (пункты 24, 28).

Системное толкование приведенных положений в совокупности с предусмотренной пунктом 2.4.1 Требований к содержанию и выгулу домашних животных в Мурманской области, утвержденных постановлением Правительства Мурманской области от 28 декабря 2022 г. № 1077-ПП, обязанности владельцев животных обеспечить регистрацию принадлежащим им собак в государственном областном бюджетном ветеринарном учреждении «Мурманская областная станция по борьбе с болезнями животных» с занесением в базу данных идентифицированных животных сведений о животном и его владельце, уникальном идентификационном номере, присвоенном животному, позволяет суду сделать вывод, что содержание оспариваемой нормы отвечает критериям ясности и недвусмысленности.

С учетом изложенного, Закон Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3045-01-ЗМО) в оспариваемой части не нарушает и не ограничивает прав ФИО1 в указанных им аспектах, соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, что по результатам рассмотрения административного искового заявления влечет принятие решения об отказе в удовлетворении заявленного требования согласно пункту 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 174, 175, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Мурманский областной суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования ФИО1 о признании не действующим в части Закона Мурманской области от 16 июля 2019 г. № 2402-01-ЗМО «Об ответственном обращении с животными в Мурманской области» (в редакции Закона Мурманской области от 11 ноября 2024 г. № 3045-01-ЗМО) оставить без удовлетворения.

Сообщение о принятом решении в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу подлежит опубликованию в областной газете «Мурманский вестник» или на официальном сайте Мурманской областной Думы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (www.duma-murman.ru) в информационном бюллетене «Ведомости Мурманской областной Думы», или на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru), или на официальном портале исполнительных органов Мурманской области в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (www.gov-murman.ru) в «Электронном бюллетене Правительства Мурманской области».

Решение может быть обжаловано во Второй апелляционный суд общей юрисдикции через Мурманский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.А. Науменко