Решение по делу № 2-1116/2023 от 28.04.2023

Дело 2-1116/2023

УИД 23RS0058-01-2023-000617-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 апреля 2023 г. г. Сочи

Хостинский районный суд г. Сочи Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Ткаченко С.С.,

при секретаре судебного заседания Крышталевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Земской ,О.В. к ФИО1, ФИО2 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в Хостинский районный суд г. Сочи с исковым заявлением к ФИО1 и ФИО2 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из чужого незаконного владения, в котором просит:

признать недействительным договор купли-продажи нежилого помещения с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ г. между ФИО3 и ФИО2, применив последствия недействительности сделки;

считать решение суда основанием для аннулирования Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН за №№ о праве собственности ФИО2 на нежилое помещение с кадастровым номером №;

признать недействительным договор мены нежилого помещения с кадастровым номером №, на нежилое помещение с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ г. между ФИО3 и ФИО2, применив последствия недействительности сделки;

считать решение суда основанием для аннулирования Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН за № 23:№ от ДД.ММ.ГГГГ г. о праве собственности ФИО2 на нежилое помещение с кадастровым номером №

признать недействительным договор купли-продажи нежилого помещение с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ г. между ФИО2 и ФИО1, применив последствия недействительности сделки;

считать решение суда основанием для аннулирования Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН за № № от ДД.ММ.ГГГГ г. о праве собственности ФИО1 на нежилое помещение с кадастровым номером №;

считать решение суда основанием для восстановления (внесения) Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН о праве собственности ФИО3 на нежилое помещение с кадастровым номером №;

истребовать из чужого незаконного владения ФИО1 в пользу ФИО3 нежилое помещение с кадастровым номером №, обязав ФИО1 в течение трех календарных дней после вступления в законную силу решения суда освободить нежилое помещение с кадастровым номером №.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО3 осуществляет предпринимательскую деятельность в сфере операций с недвижимостью. Ей на праве собственности принадлежали нежилое помещение с кадастровым №№, площадью <данные изъяты> кв.м, этаж: подвал № -1, по адресу: <адрес>, машино-место № 4 в жилищном комплексе «Магнолия», и нежилое помещение с кадастровым № №, площадью ДД.ММ.ГГГГ кв.м, этаж: подвал № -1, по адресу: Краснодарский край, гор. Сочи, Хостинский район, Курортный проспект, дом 93, машино-место № 9 в жилищном комплексе «Магнолия». Поскольку истец постоянно проживает в Московской области, а недвижимость находится в г. Сочи, для представления ее интересов истец привлек ФИО4, выдав ему 05 апреля 2022 г. доверенность. В соответствии с доверенностью истец предоставил ФИО5 права на подписание договоров купли-продажи и мены, а также иных документов, связанных с продажей машиномест и апартаментов, представления интересов истца в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущества, а также иные полномочия, необходимые для заключения сделок с недвижимостью. При этом, в доверенности оговорено отсутствие у ФИО4 права на получения денежных средств в счет оплаты недвижимости. На основании Доверенности ФИО4 по поручению истца осуществил реализацию нескольких объектов недвижимости. ФИО4 всегда отчитывался перед истцом о реализации недвижимости, подписывал договоры купли-продажи на тех условиях, которые ему указывал истец, денежных средств от покупателей ФИО4 никогда не получал. В сентябре 2022 г. истцу стало известно, что ФИО5, не поставив истца в известность, действуя на основании доверенности, 10 января 2022 г. заключил от имени истца договор купли-продажи Машиноместа №9 с ФИО2 за 1 100 000 рублей. Из указанного договора следует, что расчет ФИО2, якобы, произведен до подписания договора, хотя согласно доверенности у ФИО4 отсутствует право на получение денежных средств от покупателей. Каких-либо денежных средств в счет оплаты недвижимости ФИО5 истцу не передавал. Переход права в пользу ФИО2 зарегистрирован Управлением Росреестра по Краснодарскому краю. 17 мая 2022 г. ФИО2 заключила с ФИО5, действующим на основании доверенности от истца, договор мены, в соответствии с пунктами 1.2 и 1.3 которого произведен обмен машино-места № 9 (возвращено истцу) на машино-место № 4. Переход права зарегистрирован Управлением Росреестра по Краснодарскому краю. 23 мая 2022 г. ФИО2 заключает с ФИО1 договор купли-продажи спорной недвижимости – машино-места №4. Переход права собственности зарегистрирован. ФИО5 умолчал о факте заключения оспариваемых сделок. На момент подачи искового заявления ФИО4 скончался. Считает, что указанные договор купли-продажи и договор мены являются недействительными сразу по двум основаниям, указанным в пункте 93 постановления Пленума № 25. Машино-места в ЖК «Магнолия» реализуются по цене от 2 300 000 рублей, т.е. более чем в два раза выше, чем цена сделки, указанная в пункте 3 договора купли-продажи машино-места № 9 от 10 января 2022 г. Полагает, что для Тербах в том случае, если бы она действовала добросовестно и с должной осмотрительностью, было бы очевидно многократное занижение стоимости продаваемой спорной недвижимости, Тербах, ознакомившись с доверенностью, должна была предпринять меры для встречи с истцом для обсуждения условий оплаты недвижимости, что не было сделано. Полагает, что фактически оплата не производилась. Договор мены от 17 мая 2022 г. и договор купли-продажи от 23 мая 2022 г. заключены в короткий промежуток времени. Истцу известно, что ФИО5 и ФИО2 вместе сожительствовали, а летом 2022 года у ФИО2 родился ребенок, отцом которого является ФИО4 Указанные обстоятельства свидетельствуют о совместных действиях ФИО4 и ФИО2 по совершению сделки в ущерб интересам истца, который заключается в материальных потерях и в нарушении законных интересов. Злоупотребление со стороны Барули и ФИО2 выражается в значительном занижении цены, сокрытия информации о заключенной сделки, уклонения от передачи денежных средств истцу. В связи с чем считает, что возникновение права собственности ФИО2 на спорную недвижимость основано на недействительной сделке. ФИО2 неоднократно заключила несколько сделок в отношении машино-мест в ЖК «Магнолия» при отсутствии разумной цели. Указывает, что если бы ФИО1 являлась добросовестным приобретателем, у нее возникли бы разумные сомнения в добросовестности ФИО2

В письменных возражениях на исковое заявление ответчик ФИО1 в лице своего представителя ФИО6, действующего на основании доверенности, выражает несогласие с требованиями искового заявления. Указывает, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от 01 июля 2021 г. приобрела апартамент №11 с кадастровым номером №, расположенный <данные изъяты>. ФИО1 на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО2, приобрела машино-место № 4 с кадастровым номером №. ФИО1 перечислила ФИО2 2 300 000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 25 мая 2022 г. Переход права собственности по договору зарегистрирован Управлением Росреестра по Краснодарскому краю 23 мая 2022 г. (рег. запись № №). Полагает, что подписав договор, ФИО4 подтвердил получение ФИО3 денежных средств в оплату договора купли-продажи от 10 января 2022 г. Указанное является также подтверждением надлежащего исполнения ответчиком-2 указанного договора купли-продажи. Аналогичная позиция приведена в Определении Верховного Суда РФ № 82-B11-3 от 27.09.2011. Такие положения не противоречат требованиям гражданского законодательства и аналогично расписке могут подтверждать исполнение обязательств и факт уплаты денежных средств по договору. Буквальное толкование условий договора позволяют сделать вывод о том, что расчет между сторонами произведен до подписания договора купли-продажи, при этом истец с требованиями об аннулировании или приостановлении регистрации перехода права собственности в регистрирующий орган не обращалась, на безденежность совершенной сделки не ссылалась (определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции №№ от 28 июля 2022 г.). Буквальное толкование договора купли-продажи от 10 января 2022 г. указание на передачу денежных средств в оплату цены машино-места № 9 именно поверенному истца не содержит. Ссылка истца на то, что машино-место № 9 реализовано по явно заниженной стоимости документально не обоснована. Отмечает, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом применяется критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка. В связи с чем считает, что, принимая во внимание кадастровую стоимость машино-места № 9 в размере 485 202,89 руб., в рассматриваемом случае цена машино-места в размере 1,1 млн. руб. не является явно заниженной. Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств того, что цена машино-места в размере 1,1 млн. руб. не является рыночной, явно занижена. Обращает внимание суда на то, что даже если машино-место было отчуждено по цене ниже рыночной, то данное обстоятельство не свидетельствует об осведомленности Ткаченко о явном ущербе для истца. В материалы дела не представлены доказательства совместного проживания ФИО4 и ФИО2, а также доказательства наличия общего ребенка у них. Относительно требований о признании недействительным договора мены от 17 мая 2022 г. обращает внимание суда на то, что от имени истца при заключении договора по доверенности от 05 марта 2022 г. действовал ФИО4 Доверенность не была отозвана и не признана недействительной. Из текста договора мены и его толкования следует, что при заключении указанного договора стороны достигли согласия по всем его существенным условиям, договор купли-продажи прошел правовую экспертизу и государственную регистрацию, спорные объекты недвижимости переданы сторонам, что свидетельствует о фактическом исполнении сделки. Ссылки истца на то, что ФИО4 подписывал договоры на тех условиях, которые ему указывал истец, без предоставления в материалы дела, например, договора поручения, несостоятельны. ФИО4 самостоятельно определял и контрагентов, и вид сделки, и условия сделки. Иного в материалы дела не представлено. Обращает внимание суда на то, что согласно тексту доверенности от 05 марта 2022 г., выданной истцом ФИО4, последнему предоставлялось право распоряжения помещениями с кадастровыми номерами № (машино-место № 4) и № (машино-место № 9). Относительно требований о признании недействительным договора от 20 мая 2022 г. поясняет, что во исполнение условий заключенного с ФИО2 2 договора купли-продажи ФИО1 перечисляет ФИО2 2 300 000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 25 мая 2022 г. Передача машино-места состоялась, переход права собственности по договору зарегистрирован. Заявляя о недействительности договора от 20 мая 2022 г., истец не приводит основания недействительности указанной сделки, не указывает, в чем состоит нарушение его прав совершением указанной сделки. Иск лица, не являющегося стороной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. Истцом не доказано, что защита его нарушенного права возможна лишь путем применения последствий недействительности оспариваемых сделок. Кроме того, указывает, что добросовестное приобретение по смыслу статьи 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, и последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация) (определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 02 ноября 2021 г. по делу № №). ФИО1 является добросовестным приобретателем машино-места №4. При квалификации действий приобретателя имущества как добросовестных или недобросовестных суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в получении необходимой информации и реализующего исключительно законные интересы. Ответчику при предъявлении к нему названного иска необходимо доказать, что объект был приобретен им: по возмездной сделке; он не знал и не должен был знать (не был осведомлен), что лицо, у которого он приобрел имущество, не имело права на его отчуждение. Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если к тому моменту, как он узнал или должен был узнать об отсутствии правомочий у отчуждателя, последний не получил плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества. ФИО1 приобрела машино-место № 4 по возмездной сделке. Таким образом, по смыслу гражданского законодательства, в том числе названной нормы и статьи 10 ГК РФ, предполагается добросовестность участника гражданского оборота, полагавшегося при приобретении недвижимого имущества на данные ЕГРН. Отмечает, что ФИО1 не является родственником ФИО4 и ФИО2, не имела и не имеет иных связей с указанными лицами. На добросовестность ФИО1 как приобретателя машино-места № 4 также указывают: обоснованная необходимость машино-места; исполнение договора от 20 мая 2022 г. в части передачи фактического владения спорным машино-местом; отсутствие приостановки государственной регистрации перехода права собственности на машино-место; отсутствие обременений, ограничений, судебных запретов в отношении спорного машиноместа; на дату заключения договора от 20 мая 2022 г. отсутствовали сведения об оспаривании предыдущих сделок; отсутствие сведений о задолженности ФИО2 в Банке исполнительных производств ФССП России; отсутствие сведений о возбужденном деле о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО2; фактическое владение и пользование ФИО1 машино-местом. Считает, что сделка, по которой ФИО1 приобрела спорное машино-место, отвечает всем признакам действительности. Также полагает, что истцом пропущен срок исковой давности.

Ответчик ФИО2 предоставила письменное заявление, в котором исковые требования признала в полном объеме (том 1 л.д. 59-61).

Положениями ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением. Суд не принимает отказ истца от иска, признание иска ответчиком и не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц. При изменении основания или предмета иска, увеличении размера исковых требований течение срока рассмотрения дела, предусмотренного настоящим Кодексом, начинается со дня совершения соответствующего процессуального действия.

При этом принятие судом признания иска возможно лишь при условии признания иска всеми ответчиками, признание иска должно быть выражено в адресованных суду письменных заявлениях либо отражено в протоколе судебного заседания с разъяснением им последствий признания иска (ст. 173 ГПК РФ); при этом должно соблюдаться условие, что это признание иска не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц.

Принимая во внимание изложенное, а также обстоятельства настоящего дела, суд приходит к выводу об отказе в принятии признания иска, выраженного лишь одним из двух ответчиков – ФИО2

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежаще и своевременно, причины неявки не сообщила, об отложении судебного разбирательства не просила, предоставила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствии, обеспечила явку своего представителя.

Представитель истца ФИО3 – ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме. Обратил внимание, что в доверенностях на ФИО4 отсутствовало право на получение денежных средств в оплату сделок с недвижимостью. Пояснил, что задачей ФИО4 было исключительно подписание договоров в отношении апартаментов и машино-мест в ЖК «Магнолия». Поиском покупателей и сопровождением сделок занимались риэлторы, привлекаемые ФИО3, которая давала указания ФИО4 подписать сделки с конкретным лицом. ФИО4 никогда не участвовал в проведении операций с оплатой недвижимости. ФИО3 никогда не давала указаний ФИО4 на заключение сделок с ФИО2 Об оспариваемых сделках ФИО3 стало известно только в сентябре 2022 года, когда она получила сведения из ЕГРН после смерти ФИО4 ФИО3 не получала каких-либо денежных средств от ФИО4 или ФИО2 в оплату спорных машино-мест. Считает, что договор купли-продажи машино-места № 9 от 10 января 2022 г. и договор мены машино-мест от 17 мая 2022 г. являются недействительными сделками на основании ч.2 ст.74 ГК РФ. Подтвердил, что ФИО4 являлся аффилированным лицом, у которого ФИО3 приобретала машино-место №9. ФИО3 как индивидуальный предприниматель приобрела несколько объектов недвижимости, все сделки по приобретению проходили через ФИО4, который вошел в доверие, в связи с чем ФИО3 выдала ему доверенность без права получения денежных средств. Полагал, что поведение ФИО1 не отвечает признакам добросовестности, т.к. договор купли-продажи был заключен с ней на следующий день после регистрации перехода права собственности на машино-место №4 в пользу ФИО2 в результате мены, что не соответствует обычным условиям заключения сделок с недвижимостью, включающих в себя проверку покупателем юридической судьбы объекта недвижимости. Представил постановление старшего следователя по особо важным делам СЧ СУ УВД по г. Сочи ГУ МВД России по Краснодарскому краю ФИО8 от 15 марта 2023 г., в соответствии с которым принято решения об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи со смертью подозреваемого. Указал, что машино-место №4 выбыло из владения ФИО3 помимо ее воли, в результате мошенничества, совершенного ФИО4

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежаще и своевременно, причины неявки не сообщила, об отложении судебного разбирательства не просила, просила рассмотреть дело без ее участия.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, при этом, принимая участие в судебном заседании 13 апреля 203 г., возражая против удовлетворения исковых требований, указала, что даже если сделки будут признаны судом недействительными, это не говорит о том, что спорное машино-место выбыло помимо воли истца из ее собственности. Возмездность договора доказана, ФИО2 обладала полномочиями по распоряжению имуществом на момент заключения сделки. Ее имущество помимо ее воли не выбывало, потому что все предыдущие сделки были совершены по доверенности, которая не была отозвана и не была признана недействительной. Полномочия, указанные в доверенности, были достаточно широкими. ФИО3 осуществляет предпринимательскую деятельность, поэтому взяла на себя определенные риски, выдавая такую доверенность.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании выразил несогласие с исковыми требованиями по доводам, подробно изложенным в письменных возражениях. Отметил, что истцом заявлены две основные группы требований: о признании недействительными договоров, применении последствий недействительности указанных сделок и об истребовании спорного машино-места № 4 из владения ФИО1 Указанные группы исковых требований между собой не связаны и удовлетворение одних требований не является основанием для удовлетворения других. Полагал, что оснований для признания сделок недействительными на основании ч.2 ст.174 ГК РФ не имеется. Доказательств, что цена машино-места была занижена не имеется. Полагает, что наличие каких-либо взаимоотношений между представителем продавца и покупателем само по себе не свидетельствует, не говорит о сговоре. Отметил, что в доверенности не указано о том, что сделка должна быть совершена на определенных условиях. ФИО1 не знала и не должна была знать, что лицо, у которого она приобрела имущество, не имело право на отчуждение, по состоянию на 20 мая 2022 г. право собственности ФИО2 было зарегистрировано в ЕГРН, это было проверено ФИО1, сделка, по ее мнению, являлась «чистой». Полагал, что ФИО3 является аффилированным лицом как по отношению к «СО-Петрол», так и к банку «Кремлевский». Формально собственником этого банка как раз является «СО-Петрол». Считает, что истец действует недобросовестно.

Представитель третьего лица, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю в городе Сочи, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще и своевременно о месте и времени рассмотрения дела, об отложении судебного заседания не просили.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, поскольку они извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, имели возможность ознакомиться с материалами гражданского дела и представить какие-либо дополнения и возражения, а также реализовать иные процессуальные права, предусмотренные Гражданского процессуального кодекса РФ.

Исследовав материалы настоящего дела, выслушав представителей сторон, изучив материалы гражданского дела, суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Таким образом, основания недействительности сделки должны быть установлены законом.

В соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно положениям ст. 302 Гражданского кодекса РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса РФ.

В пункте 35 постановления Пленума №10/22 указано, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ); когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК Р.

Из указанных разъяснений постановления Пленума №10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.04.2003 №6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 301 ГК РФ, о применении последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса РФ одним из способов защиты гражданских прав является истребование имущества из чужого незаконного владения.

Стороной ответчика заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ сторона, заявившая об истечении срока исковой давности, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Как следует из искового заявления, истцом оспариваются сделки от ДД.ММ.ГГГГ г.

Исковое заявление поступило в суд 31 января 2023 г.

В качестве основания для признания сделок недействительными судом указаны положения ч.2 ст.174 Гражданского кодекса РФ, то есть истец полагает, что указанные сделки являются оспоримыми.

В соответствии с ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ определено, что годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно положениям, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015г. №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Согласно пункту 10 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ заявление ненадлежащей стороны о применении исковой давности правового значения не имеет.

Истец указывает, что о совершении сделок ей стало известно в сентябре 2022 г., когда она получила выписки из ЕГРН на принадлежавшие ей объекты недвижимости (том 1 л.д.24-29).

При этом в отношении индивидуальных предпринимателей, которым является ФИО3, а также в отношении иных физических лиц законодательством не установлена обязанность на постоянной основе запрашивать сведения из ЕГРН в отношении принадлежащих им объектов недвижимости.

Учитывая, что в отношении спорных машино-мест № 4 и № 9 были заключены несколько сделок в период с января по май 2022 года, суд полагает, что доказательств, с достоверностью свидетельствующих о том, что истцу было известно ранее о заключении оспариваемых договоров и о том, кто является сторонами сделок, материалы дела не содержат. Доводы представителя ответчика ФИО1 носят предположительный характер. В связи с чем суд полагает, что срок исковой давности истцом не пропущен.

Кроме того, ответчиком по исковому требованию о признании недействительным договора купли-продажи машино-места № 9 от 10 января 2022 г. является ФИО2, а не ФИО1 владеющая машино-местом № 4.

Следовательно, в отношении требования о признании указанного договора недействительной сделкой ФИО1 нельзя признать надлежащим ответчиком, уполномоченным заявлять о пропуске срока исковой давности.

ФИО1 является ответчиком по требованию об истребовании машино-места № 4 из чужого незаконного владения, в отношении которого применяется трехлетний срок исковой давности, не истекший на момент подачи искового заявления.

Судом установлено, что 30 ноября 2021 г. ФИО3 заключила с ООО «Со-Петрол» договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО3 приобрела машино-место №9, с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, по адресу: <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ г. право собственности ФИО3 на машино-место №9 зарегистрировано Управлением Росреестра по Краснодарскому краю, что подтверждается записью регистрации в ЕГРН №№.

ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО3 заключала с ФИО9 договор мены, по которому приобрела машино-место №4 с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, по адресу: <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ право собственности ФИО3 на машино-место №4 зарегистрировано Управлением Росреестра по Краснодарскому края, что подтверждается записью в ЕГРН №№

28 декабря 2021 г. (том 4 л.д. 148-149), 05.03.2022 г. (том 1 л.д. 30-31) и 05 апреля 2022 г. (том 1 л.д.32-33) ФИО3 выдала ФИО4 три нотариально удостоверенных доверенности, в соответствии с которыми уполномочила ФИО4 на заключение договоров купли-продажи и договоров мены в отношении принадлежащих ФИО3 апартаментов и машино-мест, включая машино-места №4 и №9. Все доверенности содержали указание на отсутствие у ФИО4 права на получение денежных средств в оплату сделок с объектами недвижимости.

10 января 2022 г. ФИО4 заключил с ФИО2 договор купли-продажи машино-места №9. В преамбуле договора указано, что при заключении договора ФИО5 действовал на основании доверенности от 08 декабря 2021 г., удостоверенной нотариусом г. Москвы ФИО10, внесенной в реестр за № № (том 1 л.д.36-38).

Суд полагает, что в договоре купли-продажи от 10 января 2022 г. допущена опечатка в написании даты выдачи доверенности, на основании которой действовал ФИО5, поскольку реестровый номер доверенности от 28 декабря 2022 г., копия которой имеется в материалах дела, соответствует реестровому номеру, указанному в договоре. Указанное также подтверждается информацией, предоставленной по запросу суда нотариусом нотариального округа город Москва ФИО10 от 18 апреля 2023 г. (том 6 л.д. 136).

Согласно п. 3 указанного договора цена машино-места №9 составляет 1 100 000 рублей, расчет между сторонами произведен до подписания договора.

19 января 2022 г. право собственности ФИО2 на машино-место № 9 зарегистрировано Управлением Росреестра по Краснодарскому краю, что подтверждается записью регистрации № №

13 мая 2022 г. ФИО2 выдала ФИО4 доверенность, удостоверенную ФИО11, нотариусом города Москвы, в соответствии которой ФИО2 уполномочила ФИО4 быть ее представителем по вопросам продажи/мены принадлежащего ей на праве собственности нежилого помещения с кадастровым номером №, то есть машино-места №4 (реестровый номер доверенности №) (том 2 л.д.244-245).

Вместе с тем, на дату выдачи указанной доверенности машино-место №4 ФИО2 не принадлежало, а находилось в собственности истца ФИО3

Также 13 мая 2022 г. ФИО2 выдала ФИО12 доверенность удостоверенную ФИО11, нотариусом города Москвы, в соответствии которой ФИО2 уполномочила ФИО12 быть ее представителем по вопросам продажи/мены принадлежащего ей на праве собственности нежилого помещения с кадастровым номером №, то есть машино-места №9 (реестровый номер доверенности №) (том 2 л.д.246-247).

Реестровые номера указанных доверенностей, дата и место их выдачи свидетельствуют о том, что они выдавались одновременно.

17 мая 2022 г. между ФИО2, в лице ФИО12, действовавшего на основании доверенности от 13 мая 2022 г., и ФИО3, в лице ФИО4, действующего на основании доверенности, заключили договор мены (том 1 л.д.39-43), в соответствии с которым ФИО2 передает в собственность ФИО3 машино-места №9, а ФИО3 в обмен на указанное имущество передает в собственность ФИО2 машино-место №4.

В преамбуле договора мены от 17 мая 2022 г. указано, что при его заключении ФИО4 действовал на основании доверенности от 05 апреля 2022г., удостоверенной нотариусом г. Москвы ФИО10, зарегистрировано в реестре за №№-н/77-2022-4-567.

19 мая 2022 г. право собственности ФИО2 на машино-место № 4 было зарегистрировано Управлением Росреестра по Краснодарскому краю, что подтверждается записью в ЕГРН № №

20 мая 2022 г. ФИО2, в лице ФИО4, действовавшего на основании доверенности от 13 мая 2022 г., (продавец), заключила договор купли-продажи машино-места №4 с ФИО1 (покупатель). По соглашению сторон недвижимое имущество продано за 2 300 000 рублей (том 2 л.д. 92-95).

Право собственности ФИО13 на машино-место №4 зарегистрировано в ЕГРН 23 мая 2022 г., о чем сделана запись о государственной регистрации права №№

Истец указывает, что в сентябре 2022 г. она заказала выписки из ЕГРН на принадлежащее ей недвижимое имущество, из которых ей стало известно, что машино-место №4 выбыло из ее собственности (том 1 л.д.24-29).

ФИО4 скончался 13 сентября 2022 г., что подтверждается свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ г. (том 2 л.д. 59).

Истец указывает, что каких-либо распоряжений на совершение сделок с машино-местами №4 и №9 она ФИО4 не давала, денежных средств с продажи машино-места №9 ФИО2 не получала. В связи с чем 28 октября 2022 г. ФИО3 обратилась в правоохранительные органы с заявлением по факту совершения ФИО4 преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ, которое зарегистрировано в КУСП УВД по городу Сочи под №19129.

Постановлением старшего следователя по особо важным делам СЧ СУ УВД по г. Сочи ГУ МВД России по Краснодарскому краю ФИО8 от 15 марта 2023 г. в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159 УК РФ, отказано на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи со смертью подозреваемого.

Вместе с тем, в ходе проверки установлено, что ФИО4 совершил мошенничество, то есть приобретение путем обмана ФИО3 права на чужое имущество - машино-место № 4, причинив ФИО3 своими действиями ущерб в размере 2 300 000 рублей.

Опрошенная в ходе проверки ФИО2 пояснила, что с 2014 года по дату смерти ФИО4 состояла с ним в близких отношениях, совместно проживала с ним в апартаментах по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, Курортный проспект, дом 93, у них имеется общий сын ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Договор купли-продажи и договор мены спорных машино-мест подписывала по указанию ФИО4, в содержание договоров не вникала. Каких-либо денежных средств за спорные машино-места не получала и никому не передавала. Обстоятельств заключения сделок она не помнит, всем процессом оформления занимался ФИО4, от нее лишь требовалось подписать документы. По указанию ФИО4 Тербах оформила несколько доверенностей на его имя и на имя его знакомого - ФИО12 В период сделок она находилась на большом сроке беременности, проживала в гор. Москве. ФИО4 сообщал ей, что недвижимость предоставлена ему инвестором в счет труда за строительство указанного жилищного комплекса. В последующем ей стало известно, что недвижимость была оформлена на ее имя, ФИО4 пояснил, что это необходимо, поскольку он находился в состоянии бракоразводного процесса.

На момент рассмотрения дела указанное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не оспорено и не отменено.

Постановлением старшего следователя по особо важным делам СЧ СУ УВД по г. Сочи ГУ МВД России по Краснодарскому краю ФИО8 от 15 марта 2023 г. принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ (смерть подозреваемого).

Отказ в возбуждении уголовного дела в силу, а п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ относится к нереабилитирующим основаниям.

Согласно позиции, выраженной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года № 1823-О, положения части 4 статьи 61 ГПК РФ не препятствуют суду, рассматривающему дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, принять в качестве письменного доказательства постановление о прекращении в отношении него уголовного дела (часть 1 статьи 71 ГПК РФ) и оценить его наряду с другими доказательствами (статья 67 ГПК РФ).

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Принимая во внимание вышеуказанные нормы права и разъяснения к ним, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям в отношении ФИО4, выводы следствия и их основания, могут быть положены в основу принятия решения по гражданско-правовому спору, вытекающему из уголовно-наказуемого деяния.

При этом пояснения ФИО2 по уголовному делу суд оценивает в совокупности с ее заявлением о признании иска.

В соответствии с ч. 2 ст. 174 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная представителем в ущерб интересам представляемого, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого.

Из разъяснений, данных в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться, как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Согласно требованиям пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ и разъяснений Верховного Суда РФ по первому основанию суду надлежит установить следующие обстоятельства: наличие явного ущерба, о чем свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях; сторона знала или должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения; а по второму основанию суду надлежит установить наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого.

Из приведенных выше фактических обстоятельств дела, следует, что изначально машино-места №4 и №9 принадлежали истцу ФИО3 В результате сделки купли-продажи машино-место №9 было передано в собственность ФИО2 за 1 100 000 руб., а затем обменяно на машино-место №4. Тем самым, машино-место №4 вернулось в собственность ФИО3, а машино-место №4 перешло в собственность ФИО2 По мнению суда, сама схема перехода права собственности на указанные объекты недвижимости может свидетельствовать о сговоре представителя и второй стороны сделки.

ФИО4, действуя на основании доверенностей, выданных истцом, правом на получение денежных средств не обладал.

При этом договор купли-продажи машиноместа № 9 от 10 января 2022 г. заключен при наличии явного ущерба собственнику, в интересах которого должен был действовать ФИО4, поскольку, как следует из пояснений ФИО2, положенных в основу принятия постановления следователя, никаких денежных средство по указанному договору она ФИО4 или кому-либо еще не передавала.

Сведений о том, что у ФИО2 на момент заключения сделки имелись денежные средства в размере 1 100 000 руб., материалы дела не содержат. Также как не содержат сведений о том, каким способом и когда именно производилась оплата.

Доказательств того, что ФИО3 были получены денежные средства в размере 1 100 000 руб. также не имеется.

Кроме того, суд принимает во внимание стоимость спорного недвижимого имущества по договору от 10 января 2022 г. – 1 100 000 руб., а также то, что, спустя непродолжительное время (4 месяца) аналогичное машино-место было приобретено ответчиком ФИО1 за 2 300 000 руб. При этом в судебном заседании ФИО1 указала, что, приобретая машино-место, она изучала имеющиеся предложения, и, не смотря на «недемократичную» цену приняла решение о его приобретении, что также свидетельствует о том, что рыночная стоимость машино-мест в ЖК «Магнолия» на момент совершения сделок была приближена к 2 300 000 руб.

Одновременно суд отмечает, что сторона ответчика, приводя довод об отсутствии сведений о явном занижении стоимости имущества по договору от 10 января 2022 г., ходатайств о проведении судебной оценочной экспертизы не заявляла.

В настоящее время машино-место №9 с кадастровым номером № в ЖК «Магнолия» продано за 2 550 000 руб., а аналогичные машино-места в ЖК «Магнолия» продаются за 3 200 000 руб.

Таким образом, ФИО2 знала о наличии явного ущерба при заключении оспариваемой сделки.

Кроме того, из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 марта 2022 г. следует, что ФИО2 состояла в близких отношениях с ФИО4, совместно с ним проживала в ЖК «Магнолия» и у них имеется общий ребенок, что не ставится под сомнение стороной ответчика ФИО1

Более того, ФИО2 выдала 13 мая 2022 г. доверенность ФИО4 на заключение сделки с нежилого помещения с кадастровым номером № то есть машино-места №4. Однако на тот момент в ее собственности находилось только машино-место №9. Машино-место перешло в собственность ФИО2 на основании договора мены от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ФИО2 и ФИО4 заранее, до заключения договора мены, предполагали, что машино-место №4 будет являться собственностью ФИО2

Анализируя представленные в дело доказательства и фактические обстоятельства, суд полагает, что последовательность действий лиц в цепочке по передаче имущества с непродолжительным периодом владения, наличие близких связей между ФИО4 и ФИО2, отсутствие у ФИО2 финансовой возможности, чтобы приобрести выбывшее имущество, отсутствие сведений о реальности произведения оплаты по договору купли-продажи, выбор безденежной формы по второй сделке для перехода прав на спорное имущество (договор мен) и т.д., в совокупности, подтверждают наличие обстоятельств, которые свидетельствуют о совместности действий представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого.

Фактически указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО4 действовал от имени представляемого в своих личных интересах, что является нарушением запрета, установленного ч.3 ст. 182 Гражданского кодекса РФ.

Довод представителя ФИО1 о том, что при признании исковых требований о недействительности сделок со стороны ФИО2 допущено злоупотребление правом, нельзя признать обоснованным.

Учитывая процессуальное положение ФИО2, которая является ответчиком по настоящему делу, в совокупности с установленными обстоятельствами, в отношении нее не применимо утверждение о нарушении принципа эстоппеля. Пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ применяется в отношении истцов, запрещая стороне сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

Статья 301 Гражданского кодекса РФ наделяет собственника правом истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В силу пункта 2 статьи 302 Гражданского кодекса РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал или не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В письменных возражениях на исковое заявление и в судебном заседании представитель ФИО1 указывал на добросовестность ответчика как приобретателя спорного имущества. Однако встречное исковое заявление ФИО1 не заявляла, что подтвердил ее представитель в судебном заседании.

Из письменных и устных пояснений представителя ФИО1 следует, что ФИО1 является собственником апартаментов в ЖК «Магнолия», в которых им проведен капитальный ремонт. В связи с тем, что ФИО1 проживает в апартаментах, ею было принято решение о приобретении машино-места. ФИО4 ранее был известен ФИО1 как представитель застройщика ЖСК «Магнолия», в связи с чем при заключении договора купли-продажи машино-места № 4 от 20 мая 2022 г. у нее не возникло сомнений в добросовестности ФИО4 Оплату цены машино-места № 4, установленную договором в размере 2 300 000 рублей, ФИО1 произвела в полном объеме.

Из положений пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует, что по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 марта 2023 г. установлено, что машино-места № 4 и № 9 были незаконно отчуждены в результате мошеннических действий ФИО4, то есть спорные машино-места выбыли из владения ФИО3, помимо ее воли.

Учитывая вышеизложенное, наличие или отсутствие у ФИО1 статуса добросовестного приобретателя не имеет существенного значения при рассмотрении данного спора.

Тем не менее, суд соглашается с доводами истца о том, что обстоятельства заключения договора купли-продажи от 20 мая 2022 г., ставят под сомнение добросовестность поведения ФИО1, у которой при должной осмотрительности должны были возникнуть сомнения в правовой «чистоте» сделки.

Согласно позиции, изложенной в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Сложившейся судебной практикой, в частности, Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 04 июня 2019 года № 18-КГ19-37, определено, что при квалификации действий приобретателя имущества как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в получении необходимой информации и реализующего исключительно законные интересы. Рассматривая требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения, необходимо давать оценку всем фактическим обстоятельствам, которые могут свидетельствовать об осведомленности приобретателя имущества о незаконности выбытия этого имущества из владения собственника, а также о том, что при надлежащей степени заботливости и осмотрительности ответчик должен был воздержаться от приобретения имущества.

Проявляя обычную степень заботливости и осмотрительности, покупатель обычно совершает действия, направленные на проверку правовой чистоты сделки, включая получение сведений из ЕГРН, исследование юридической судьбы вещи, в том числе предшествующие сделки, факт оплаты продавцом приобретенной им вещи.

Действуя с должной степенью осмотрительности, приобретатель должен был бы обратить внимание на то, что у ФИО4 не было полномочий на получение денежных средств в оплату сделки, договор купли-продажи с ФИО1 совершен на основании доверенности, выданной ранее перехода права собственности на спорное имущество. При этом договор от 20 мая 2022 г. заключен спустя один день после регистрации права собственности на машино-место №4 за ФИО2 При этом история перехода права собственности на спорное имущество в совокупности с субъектным составом сделок, также должны были заставить покупателя усомниться в легитимности сделки.

У покупателя, проявляющего обычную степень заботливости и осмотрительности, вызвал бы сомнения в легитимности сделки столь краткосрочное владение машино-местом, а также тот факт, что сделки осуществляются представителями без участия собственников.

Учитывая необходимость проверки юридической судьбы объекта недвижимости между принятием решения о приобретении недвижимости и заключением сделки проходит несколько дней, необходимых, как правило, на получение сведений из ЕГРН, анализ документов, согласование условий сделки и пр.

Ответчиками не представлены обоснованные возражения против доводов истца о том, что на момент принятия ФИО1 решения о приобретении машино-места в ЖК «Магнолия», ФИО2 еще не являлась собственником машино-места № 4, а выдача доверенностей от 13 мая 2022 г., заключение договора мены от 17 мая 2022 г. и договора купли-продажи от 20 мая 2022 г., объединены единым умыслом.

В то же время запись в ЕГРН о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. При этом собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (п.38 постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Кроме того, последовательное заключение договора купли-продажи, а затем договора мены, продажа аналогичного машино-места по заниженной цене, является нестандартным поведением для индивидуального предпринимателя, которым является ФИО3, что также должно было вызвать сомнения у добросовестного приобретателя.

Разрешая заявленные требования, суд, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, на основании объяснений сторон, фактических обстоятельств дела, достоверно установив, что, договор купли-продажи от 10 мая 2022 г. и договор мены от 17 мая 2022 г. отвечают признакам недействительности сделки в соответствии с ч.2 ст.174 ГК РФ, полагает, что и сделка купли-продажи от 19 мая 2022 г., заключенная между ФИО2, в лице ФИО4, и ФИО1 не влечет юридических последствий, и стороны каждой из сделок должны быть возвращены в первоначальное состояние; при этом недействительность заключенных договоров свидетельствует об отсутствии законных оснований для последующего перехода права собственности на недвижимое имущество к ФИО1

Анализируя обстоятельства приобретения ФИО1 спорного машино-места, суд обращает внимание, что ответчиком, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

В силу ст. 1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества, осуществляется посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве на недвижимое имущество.

В данном случае, вступившее в законную силу решение суда является основанием для регистрации права на недвижимое имущество в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 58 Федерального закона от 13.07.2015 г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

На основании изложенного, суд полагает, что требования истца подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 (паспорт РФ серии № выдан ДД.ММ.ГГГГ. ТП №2 Межрайонного ОУФМС России по Московской области в городском поселении Мытищи) к ФИО1 (паспорт РФ серии <данные изъяты> выдан ДД.ММ.ГГГГ г. отделом УФМС России по Ставропольскому краю в Шпаковском районе), ФИО2 (паспорт РФ серии 7303 №878133 выдан 23 июня 2003 г. Управлением внутренних дел Заволжского района города Ульяновска) о признании сделок недействительными, истребовании имущества из чужого незаконного владения – удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи нежилого помещения с кадастровым номером 23:49:0302025:1308, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>, заключенный 10 января 2022 г. между ФИО3 и ФИО2, переход права собственности на основании которого зарегистрирован Управлением Росреестра по Краснодарскому краю 19 января 2021 г. за №<данные изъяты>.

Применить последствия недействительности сделки.

Считать решение суда основанием для аннулирования Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи ЕГРН за №<данные изъяты> о праве собственности ФИО2 на нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью <адрес>, машино-место №9.

Признать недействительным договор мены нежилого помещения с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>, машино-место №9, на нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО3 и ФИО2, переход права собственности на основании которого зарегистрирован Управлением Росреестра по Краснодарскому краю 19 мая 2022 г. за № №

№

Считать решение суда основанием для аннулирования Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН за № <данные изъяты> г. о праве собственности ФИО2 на нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>

Признать недействительным договор купли-продажи нежилого помещения с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>, заключенный 20 мая 2022 г. между ФИО2 и ФИО1, переход права собственности на основании которого зарегистрирован Управлением Росреестра по Краснодарскому краю 23 мая 2022 г. за № №.

Применить последствия недействительности сделки.

Считать решение суда основанием для аннулирования Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН за №№ г. о праве собственности ФИО1 на нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>

Считать решение суда основанием для восстановления (внесения) Управлением Росреестра по Краснодарскому краю записи в ЕГРН о праве собственности ФИО3 на нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО1 в пользу ФИО3 нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: Краснодарский <адрес>, машино-место №4, обязав ФИО1 в течение десяти рабочих дней после вступления в законную силу решения суда освободить нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 13,3 кв.м, этаж: подвал №-1, по адресу: <адрес>

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Хостинский районный суд города Сочи в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 10 мая 2023 г.

Председательствующий: С.С. Ткаченко