РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2022 года город Гусев

Гусевский городской суд Калининградской области в составе

председательствующего судьи Безденежных М.А.

при секретаре Аринушкиной Ю.Е.,

с участием истца ФИО1 и представителя истцов ФИО1 и ФИО2 - ФИО3,

ответчика ФИО4 и ее представителя ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 в лице представителя ФИО3 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 в лице представителя ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, указав, что истцы зарегистрированы и проживают по адресу: <адрес>. ФИО2 является <данные изъяты>, самостоятельно не ходит, в связи с чем, вся забота о ней лежит на ФИО1, каких-либо родственников у них нет. 15 мая 2022 года ФИО6 находился вблизи ТЦ «Сити», расположенном на <адрес>, где к нему подошел незнакомый мужчина, который предложил довести его до дома, на что он согласился, и вместе с мужчиной на его машине они проследовали по месту жительства Л-вых. Через несколько дней к ФИО7 по месту жительства приехал тот же мужчина по имени С, с женщиной, которую представил как супругу, и привез им продукты и лекарства. С предложил переоформить квартиру на него, а взамен он будет ухаживать за истцами, будет привозить им лекарства и продукты, а после смерти возьмет расходы на похороны. Л-вы ввиду отсутствия родственников и нуждаемости в уходе согласились. Примерно через две недели С вновь приехал со своей супругой ФИО4, после чего они все вместе отправились в г. Черняховск в МФЦ, для переоформления квартиры. В МФЦ С с женой оформили все документы, которые подписали, в том числе супруги Л-вы, при этом содержание документов Л-вы не читали. Как оказалось позже, между супругами Л-выми и ответчиком был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО4 становится полноправным собственником квартиры, принадлежащей ФИО7. После переоформления квартиры С перестал оказывать какую-либо помощь истцам, в телефонных разговорах ссылался на выезд за пределы Калининградской области. ФИО1, посчитав себя обманутым, обратился в полицию с соответствующим заявлением. В период рассмотрения сообщения о преступлении С позвонил ФИО1 и убедил последнего, что все хорошо, обмана нет, что они готовы перезаключить договор ренты как вернутся в область. Поддавшись уговорам, ФИО1 сообщил сотрудникам правоохранительных органов о нежелании привлекать С и его супругу к ответственности, в связи с чем, 4 июля 2022 года следователем СО МО МВД России «Гусевский» вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. ФИО1 и его супруга ФИО2 поняли, что их обманули, что под видом договора пожизненного содержания с иждивением было оформлено простое дарение, даже без указания на право проживания. На телефон ФИО1 поступали звонки от С, в которых тот высказывал угрозы в случае, если ФИО1 будет предпринимать попытки возврата себе квартиры. О данном факте 26 июля 2022 года в отдел полиции было оформлено дополнительное сообщение. Истцы считают, что их обманули, воспользовались их возрастом, состоянием здоровья и отсутствием близких родственников. Фактически их лишили квартиры без возложения на нового собственника каких-либо обязанностей. Считают, что имеются основания для признания сделки дарения недействительной. 27 мая 2022 года между истцами и ответчиком заключен договор дарения квартиры, переход права по которому зарегистрирован в ЕГРН, о чем 1 июня 2022 года сделана запись регистрации. Согласно п. 3.3 договора, одаряемая (ФИО4) приобретает право собственности на квартиру после государственной регистрации права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области. Согласно п. 3.4 договора с момента государственной регистрации права собственности, квартира считается переданной от дарителя (истцов) одаряемой (ответчику). Каких-либо указаний на зарегистрированных в квартире гражданах, на их право проживания в договоре не имеется, как и не имеется указаний на обязанности одаряемой ухаживать за истцами. Исходя из фактической обстановки, у истцов не было никакой жизненной необходимости заключать именно договор дарения. Заключая договор, истцы рассчитывали получить уход за собой со стороны ответчика и ее супруга. Считают, что ответчик повела себя недобросовестно в обход имеющейся формы договора пожизненного содержания с иждивением, войдя в доверие, организовала заключение договора дарения, который не порождает никаких обязанностей для нее, направленный на уход за истцами. Исходя из толкования ст. 572 ГК РФ любого рода обязанности, возникающие у одаряемого при заключении договора дарения, делают такой договор ничтожным. Учитывая желание истцов получить пожизненное содержание с иждивением от ответчика, и исходя из того, что ответчик выражала готовность взять на себя обязательства по содержанию истцов, между ними должен был быть заключен договор пожизненного содержания с иждивением, а не притворный договор дарения. Договор дарения, совершенный между сторонами, является притворной сделкой, фактически прикрывающей сделку пожизненного содержания с иждивением, в связи с чем, договор дарения ничтожен. Своими первоначальными действиями по привозу медикаментов и продуктов, по оказанию внимания, сторона ответчика ввела в заблуждение истцов, относительно намерений и впредь осуществлять над ними уход. С учетом того, что после сделки любого рода помощь со стороны ответчика прекратилась, первичное поведение является ни чем иным как способом введения в заблуждение относительно дальнейших намерений. ФИО1 и ФИО2 просят признать сделку по договору дарения квартиры от 27 мая 2022 года, совершенную между ними и ФИО4 недействительной, с применением последствий недействительности в виде возврата им права собственности на квартиру № <адрес>, по 1/2 доле каждому.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

Истец ФИО1 и представитель истцов ФИО1 и ФИО2 - ФИО3, исковые требования поддержали по доводам, изложенным в иске, настаивая на их удовлетворении.

Ответчик ФИО4 и ее представитель ФИО5 возражали против иска, указывая на то, что истцы знали и понимали существо совершенной сделки дарения квартиры. При этом, допускают возможность в настоящее время дополнить договор правом проживания истцов в квартире либо переоформить договор на договор пожизненного содержания. С является супругом ответчика, однако брак не зарегистрирован.

Заслушав объяснения, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. (ч. 1 ст. 178 ГК РФ)

При наличии условий, предусмотренных п. 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки. (подп. 3 п. 2 ст. 178 ГК РФ)

Заблуждение относительно природы сделки (ст. 178 ГК РФ) выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить (например, думая, что заключает договор ренты, дарит квартиру).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 52 и 53 Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 10/22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», решение суда о признании сделки недействительной, которым применены последствия ее недействительности, является основанием для внесения записи в ЕГРП.

Из материалов дела следует, что истцы Л-вы являлись собственниками квартиры с КН <...>, расположенной по адресу: <адрес>, по 1/2 доле каждый на основании договора купли-продажи от 17 мая 2007 года и свидетельств о государственной регистрации права собственности от 20 июня 2007 года.

27 мая 2022 года между истцами Л-выми (дарители) и ответчиком ФИО4 (одаряемая) заключен договор дарения квартиры, согласно которому истцы передали в дар ответчику указанную квартиру.

Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем в ЕГРН 01 июня 2022 года сделана запись о регистрации № <...>.

Из пояснений стороны истца следует, что истцы в силу возраста, состояния здоровья нуждаются в уходе и не имели намерений безвозмездно передать принадлежащее им на праве собственности недвижимое имущество в собственность ответчика, считая, что оформляют договор пожизненного содержания, то есть заблуждались относительно природы сделки, полагая, что заключают договор, по которому ответчик будет осуществлять уход за истцами.

Доводы стороны истца о заключении договора с целью получения постоянной посторонней помощи и ухода подтверждаются собранными по делу доказательствами.

Так, на момент заключения оспариваемого договора истцы являются людьми преклонного возраста, истец ФИО1 достиг возраста 84 лет, истец ФИО2 – 78 лет, истцы имеют ряд не только возрастных заболеваний, истец ФИО2 является <данные изъяты>

Иного жилого помещения у истцов, кроме подаренной квартиры не имеется, в договоре дарения отсутствует условие о сохранении за истцами после совершения сделки право пользования жилым помещением. Однако после заключения договора дарения истцы продолжили жить в спорной квартире, продолжая считать квартиру, в которой проживают, своей, а не собственностью ответчика.

Ответчик во владение спорным недвижимым имуществом не вступала и каких-либо действий, как собственник данного имущества, не совершала.

Стороны родственниками не являются, сделка была заключена буквально через две недели после знакомства, при чем, в течении двух недель стороны виделись пару-тройку раз, истцы на момент заключения договора проживали и продолжают проживать в спорном жилом помещении.

Заключая оспариваемый договор дарения, истцы полагали, что заключают договор пожизненного содержания, в соответствии с которым им будет оказана необходимая помощь и уход, истцы не имели намерений передать свои доли в квартире безвозмездно ответчику, с которой в каких-либо родственных или иных отношениях не состояли, заблуждались относительно природы совершаемой сделки, о которой узнали спустя непродолжительное время, обратившись к адвокату, поскольку ответчик перестала проявлять о них заботу.

Так, 24 июня 2022 года ФИО1 обратился в МО МВД России «Гусевский» с заявлением, в котором указал, что в мае 2022 года познакомился с неизвестным мужчиной по имени С, который предложил оказывать материальную помощь взамен на дарение квартиры по адресу: <адрес>, на что ФИО1 и его супруга ФИО2 согласились и произвели соответствующее переоформление в г. Черняховске Калининградской области. Через некоторое время ФИО1 испугался, что их выгонят из квартиры и решил обратиться в полицию. Каких-либо угроз в его адрес не высказывалось.

В материалах проверки имеется рапорт оперуполномоченного ОУР МО МВД России «Гусевский» от 04 июля 2022 года, согласно которому был осуществлен телефонный звонок по абонентскому номеру <...>, который принадлежит ФИО4. Позвонив по вышеуказанному номеру, трубку взял ее муж С, в ходе телефонного разговора последний пояснил, что он совместно с супругой ФИО4 были вынуждены срочно выехать в г. Москву в командировку, из-за срочности не успели предупредить ФИО1, что уедут на некоторое время. Также в ходе телефонного разговора С пояснил, что не собирался обманывать ФИО1 и его супругу, и по приезду, чтобы ФИО1 более не переживал, они составят договор ренты.

Постановлением следователя СО МО МВД России «Гусевский от 02 сентября 2022 года в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО1 по факту того, что в отношении него осуществлены мошеннические действия, в отношении неустановленного лица в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, отказано по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Данное постановление 02 сентября 2022 года руководителем следственного органа – зам.начальника СО МО МВД России «Гусевский» отменено как незаконное (необоснованное), следователю даны указания провести проверку по материалам в полном объеме, то есть опросить ФИО4

26 июля 2022 года ФИО1 вновь обратился в МО МВД России «Гусевский» с заявлением по факту поступления угроз со стороны С.

В связи с тем, что угрозы носили исключительно словесный характер, без осуществления каких-либо активных действий, в возбуждении уголовного дела по заявлению Л по ч. 1 ст. 119 УК РФ было отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Ш (соседка по дому) пояснила, что супруги Л-вы в силу возраста нуждаются в уходе. Встретившийся в подъезде дома возле квартиры истцов мужчина по имени С, представился как племянник Л-вых и обещал совместно с супругой осуществлять за истцами уход и оказывать им помощь.

Свидетель Н (двоюродная сестра ФИО2) суду пояснила, что в период, когда была совершена сделка, дозвониться до Л-вых не могла. О договоре дарения узнала спустя месяц от ФИО1,.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами по делу, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Показания свидетелей, объяснения истцов, материалы проверок объективно свидетельствуют о том, что на момент заключения договора дарения истцы не имели намерения произвести отчуждение имущества и лишить себя права собственности на квартиру в преклонном возрасте, в пользу ответчика без условий ухода за ними.

Довод стороны ответчика о том, что при подписании договора сотрудником МФЦ договор был оглашен и подписан истцами на указанных в нем условиях, не означает, что истцы полностью понимали сущность и правовые последствия совершаемых действий, и не свидетельствует о законности оспариваемой сделки, поскольку для признания сделки соответствующей нормам гражданского закона необходимо, чтобы стороны сделки четко понимали ее правовую природу, и эта сделка должна соответствовать их действительной воле.

По своему состоянию здоровья и социальному статусу истцы нуждались в дополнительной поддержке и помощи, на которую они рассчитывали при заключении договора дарения с ответчиком, однако сторонами заключен договор дарения квартиры, который не предусматривает каких-либо обязательств ответчика перед истцами.

При таких обстоятельствах, доводы истцов о заблуждении относительно природы сделки – договора дарения единственного у истцов жилья, являются обоснованными (с учетом конкретных обстоятельств совершения сделки, поведения сторон после сделки, возраста и состояния здоровья истцов).

Таким образом, принимая во внимание установленные в судебном заседании обстоятельства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры с КН <...>, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 27 мая 2021 года между дарителями ФИО1 и ФИО2 и одаряемой ФИО4, применив последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (ИНН <...>), на квартиру с КН <...>, расположенную по адресу: <адрес>.

Признать право собственности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (ИНН <...>), и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (ИНН <...>), на квартиру с КН <...>, расположенную по адресу: <адрес>, по 1/2 доле в праве общедолевой собственности за каждым.

Настоящее решение является основанием для внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Гусевский городской суд Калининградской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 18 октября 2022 года.

Судья М.А. Безденежных

2-498/2022

39RS0008-01-2022-001034-59