дело №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

03 декабря 2025 года <адрес>

Ленинский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Кукурекина К.В., секретаря ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3 к начальнику филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, заместителю начальника филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, филиалу «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора Министерство обороны Российской Федерации, Департамент жилищного обеспечения и управления жилищным фондом Министерства обороны Российской Федерации о признании решения незаконным и возложении обязанности совершить определенные действия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к начальника и его заместителю филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, начальнику Филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, Филиалу «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации о признании решения незаконным и возложении обязанности совершить определённые действия.

В обоснование иска, ссылаются на то, что являются членами семьи (супругой, дочерью) ФИО4, который проходил воинскую службу, и при нахождении в командировке в <адрес> исполняя специальные задачи по охране границы, умер ДД.ММ.ГГГГ Решением заместителя начальника филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № истец (вдова военнослужащего) вместе дочерью была принята на учет, нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договору социального найма, в качестве членов семьи погибшего военнослужащего, с формой жилищного обеспечения – предоставление денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений (жилищная субсидия). При этом в принятии на жилищный учет тестя погибшего военнослужащего – ФИО5, тещи – ФИО6 было отказано. При этом при определении нормы обеспечения истцов, ответчиком была учтена площадь жилого помещения, находящейся в собственности тещи погибшего военнослужащего - ФИО6, поскольку она является членом его семьи и истцов. Истцы считают вышеуказанное решение суда незаконным, в связи с тем, что норма обеспечения жилым помещением определяется из состава семьи военнослужащего на дату его гибели, к которым в силу пункта 5 статьи 2 Федерального закона № 76-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О статусе военнослужащих» теща не относится, факта нахождении её на иждивении военнослужащего не установлен, Также, обращают внимание на то, что ответчики отказывая принимать на жилищный учет тещу погибшего военнослужащего посчитали её не членом его семьи, а при определении уровня обеспеченности – членом семьи.

Истцы, ответчики начальник и заместитель Филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, не явились, о дате и времени судебного заседания уведомлены надлежащим образом.

Представитель истцов по доверенности ФИО10 требования искового заявления поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме исходя из изложенных в нем доводов.

Представитель ответчиков ФИО8, возражала против удовлетворения искового заявления, представила возражения, в которых ссылается на то, что истцы, а также умерший военнослужащий в силу Жилищного кодекса Российской Федерации относятся к членам семьи собственника жилого помещения, поэтому ответчиками правомерно была учтена площадь жилого помещения при обеспечении истцов.

Изучив материалы дела, суд приходит к выводу о том, что иск обоснован и подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что член семьи истцов, старший прапорщик ФИО4 проходил воинскую службу в войсковой части №

ДД.ММ.ГГГГ военнослужащий, прапорщик ФИО4 вовремя нахождении в командировке в <адрес>, при исполнении специальных задач по охране границы, умер.

Решением заместителя начальника филиала «Крымский Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № истец (вдова военнослужащего) вместе с дочерью была принята на учет, нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договору социального найма, в качестве членов семьи погибшего военнослужащего, с формой жилищного обеспечения – предоставление денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений (жилищная субсидия). При этом в принятии на жилищный учет тестя погибшего военнослужащего – ФИО5, тещи – ФИО6 было отказано.Свой отказ в принятии указанных лица на жилищный учет, ответчики мотивировали тем, что они не являются членами семьи погибшего военнослужащего. Вместе с тем, содержания данного решения следует, что при определении нормы жилищного обеспечения супруги и ребенка погибшего военнослужащего, орган жилищного обеспечения учел площадь жилого помещения, находящегося в собственности тещи погибшего военнослужащего в размере 29,46 кв.м. (по 9,82 кв.м. на каждого: погибшего военнослужащего ФИО4, супруги – ФИО2, дочери – ФИО3), поскольку указанные лица относятся к членам семьи тещи.

В соответствии со ст. 40 ч. 3 Конституции Российской Федерации определенным в законе категориям гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

В соответствии пунктом 5 ст. 2 Федерального закона № 76-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон N 76-ФЗ) предусмотрено, что социальные гарантии и компенсации, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами, устанавливаются: военнослужащим и членам их семей.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 15 Закона N 76-ФЗ государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Согласно пункт 1.1 статьи 15.1 Закона N 76-ФЗ при предоставлении жилого помещения в соответствии с этим Федеральным законом членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего (гражданина, уволенного с военной службы) размер общей площади предоставляемого жилого помещения определяется исходя из состава семьи военнослужащего (гражданина, уволенного с военной службы) на дату его гибели (смерти) (пункт 1.1 статьи 15.1 Закона N 76-ФЗ).

В соответствии с абзацем первом пункта 3.1 статьи 24 Закона N 76-ФЗ (в редакции, действующие на момент смерти военнослужащего) членам семей военнослужащих (за исключением военнослужащих, участвовавших в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих), погибших (умерших) в период прохождения военной службы, и членам семей граждан, проходивших военную службу по контракту и погибших (умерших) после увольнения с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, а при общей продолжительности военной службы 20 лет и более вне зависимости от основания увольнения, признанным нуждающимися в жилых помещениях или имевшим основания быть признанными нуждающимися в жилых помещениях в соответствии с настоящим Федеральным законом до гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, денежные средства на приобретение или строительство жилых помещений либо жилые помещения предоставляются в порядке и на условиях, которые предусмотрены пунктами 1, 16, 18 и 19 статьи 15 и статьей 15.1 настоящего Федерального закона, с учетом права военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, на дополнительную общую площадь жилого помещения на дату его гибели (смерти).

Согласно п. 6 Правил расчета субсидии для приобретения или строительства жилого помещения (жилых помещений), предоставляемой военнослужащим - гражданам Российской Федерации и иным лицам в соответствии с Федеральным законом "О статусе военнослужащих", утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 76, для лиц, указанных в пункте 3.1 статьи 24 Федерального закона "О статусе военнослужащих", норматив общей площади жилого помещения устанавливается в соответствии с пунктами 3 - 5 настоящих Правил исходя из состава семьи военнослужащего на дату его гибели (смерти).

Следовательно, анализируя вышеуказанные правовые нормы суд приходит к выводу, что при определении общей площади предоставляемого жилого помещения и соответственно определения размера жилищной субсидии, подлежащей выплате истцам, необходимо исходить из состава семьи военнослужащего на дату его гибели (смерти).

При этом положения вышеуказанных нормативно-правовых актов прямо определяют категорию, подлежащую жилищному обеспечению в случае смерти военнослужащего, а именно - состав семьи.

Судом установлено, что согласно имеющимся в материалах жилищного дела доказательств, в состав семьи погибшего военнослужащего ФИО4 входила: супруга - ФИО2, дочь ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. подлежащие жилищному обеспечению, что не оспаривается ответчиками.

Так, указанный состав семьи усматривается из содержания решения заместителя начальника филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Кроме этого, ответчик - Федеральное государственное автономное учреждение «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации в своём уведомлении от ДД.ММ.ГГГГ г. № указывает о том, что в состав семьи погибшего военнослужащего входят истцы, а также ФИО6 не является членом семьи погибшего военнослужащего.

В соответствии с пунктом 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» социальные гарантии и компенсации, предусмотренные настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами, устанавливаются военнослужащим и членам их семей.

К членам семей военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются социальные гарантии, установленные данным Законом, если иное не установлено иными федеральными законами, относятся: супруга (супруг); несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет; дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных учреждениях по очной форме обучения; лица, находящиеся на иждивении военнослужащих (абзац 5 пункта 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», разъяснено, что при решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса Российской Федерации и Семейного кодекса Российской Федерации.

По смыслу пункта 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», к членам семьи военнослужащего, на которых распространяются социальные гарантии, установленные данным Законом, относятся лица прямо указанные в законе, а также лица, находящиеся на иждивении.

По аналогии с частью 3 статьи 10 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» члены семьи признаются состоявшими на иждивении лица, если они находятся на его полном содержании или получают от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Исходя из вышеприведенных положений законодательства, круг лиц, относящийся к членам семьи военнослужащего, имеющих право на социальные гарантии, в том числе на получение права на обеспечение жильем, определяется пунктом 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и частью 1 статьи 69 ЖК РФ в их системной связи и является исчерпывающим.

Обращаясь с исковым заявлением, истцами ставиться вопрос о реализации их прав, гарантированных Федеральным законом «О статусе военнослужащих», в том числе права на улучшение жилищных условий, и других социальных гарантий, установленных законодательством для членов семьи военнослужащих.

Принимая решение об учете площади жилого помещения, находящегося в собственности тещи умершего члена семьи истцов, ответчики руководствовались тем, что на момент смерти военнослужащего они проживали в вышеуказанном жилом помещении.

Однако теща к перечисленным в п. 5 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» лицам, которые могут быть признаны членами семьи военнослужащего, не относятся.

По мнению суда, в рассматриваемом случае юридически значимым обстоятельством по делу является установление факта нахождения тещи на иждивении умершего члена семьи истцов.

Во время рассмотрения дела каких-либо относимых и допустимых доказательств тому, что теща умершего военнослужащего, ФИО6 находилась на его иждивении, не представлено.

Кроме этого, согласно ст. 31, 69 Жилищного кодекса Российской Федерации для отнесения зятя к членам семьи тещи, необходимо установить, что между указанными лицами имеются семейные отношений.

При этом военнослужащий при жизни не имел каких-либо прав на жилое помещение тещи, как и его супруга, дочь, семейные отношения между ними отсутствовали, что не позволяет относить военнослужащего, дочь, супругу к членам семьи ФИО6 и соответственно учитывать принадлежащую ей площадь жилого помещения. Доказательств обратного ответчиками не предоставлено.

Таким образом, поскольку из учетного дела усматривается, что подлежащими жилищному обеспечению являются военнослужащий, его супруга и дочь, они имеют право на предоставление жилищной субсидии на состав семьи из трех человек, включая право умершего военнослужащего.

Также, суд соглашается с доводами истцов о непоследовательности действий ответчиков при отнесении умершего военнослужащего к членам семьи тещи.

Так, в одном случае, ответчики определяя круг лиц – членов семьи военнослужащего, имеющих право на жилищное обеспечение, отказывают в принятии на жилищный учет ФИО5, ФИО6, поскольку они не являются членами семьи погибшего военнослужащего.

В ином случае, принимая решение об уменьшении норматива обеспечения истцов площадью жилого помещения, относят их и погибшего военнослужащего к членам семьи ФИО6.

При этом в случае признания ФИО5, ФИО6 нуждающимся, истцам подлежала-бы выплата жилищной субсидии в большем размере.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на необходимость исследования судами фактических обстоятельств конкретного дела по существу и недопустимость установления одних лишь формальных условий применения нормы, говоря о том, что формальный подход не должен допускаться в делах, в которых гражданин в отношениях с органами публичной власти выступает как слабая сторона и в которых применение правовых норм без учета всех обстоятельств дела может привести к тому, что его имущественное положение будет значительно ухудшено вопреки целям социального государства, призванного создавать условия для достойной жизни и свободного развития граждан (постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 10-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 28-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 6-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 9-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 2-П).

По мнению суда, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют об избирательности позиции органа в сфере жилищного обеспечения военнослужащих (ответчиков) и правовой неопределенности, что ставит под сомнение принцип справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые гарантируют гражданам, что решения принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательного и ответственного подхода к оценке фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение прав, тщательности при оформлении соответствующих документов, подтверждающих наличие условий, необходимых для реализации этих прав, с тем, чтобы гражданин как участник соответствующих правоотношений мог быть уверен в стабильности своего официально признанного статуса и в том, что приобретенные в силу этого статуса права будут уважаться государством и будут реализованы.

Согласно п. 3 Правил расчета субсидии для приобретения или строительства жилого помещения (жилых помещений), предоставляемой военнослужащим - гражданам Российской Федерации и иным лицам в соответствии с Федеральным законом "О статусе военнослужащих", утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 76 норматив общей площади жилого помещения устанавливается в следующем размере:

33 кв. метра общей площади жилого помещения - на одиноко проживающего военнослужащего;

42 кв. метра общей площади жилого помещения - на семью из 2 человек;

18 кв. метров общей площади жилого помещения на каждого члена семьи - на семью из 3 и более человек.

Таким образом, поскольку на момент своей смерти военнослужащий не являлся членом семьи собственника жилого помещения, истцы имеют право на предоставление жилищной субсидии на состав семьи из трех человек (включая право умершего военнослужащего) из норматива общей площади жилого помещения – 54 кв.м., в связи с чем решение ответчиков в части уменьшения норматива обеспечения площадью жилых помещений является незаконным.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО2, ФИО3 к начальнику и его заместителю филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, филиалу «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации о признании решения незаконным и возложении обязанности совершить определенные действия - удовлетворить.

Признать незаконным решение заместителя начальника филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № в части учета при обеспечении ФИО2, ФИО3 субсидией для приобретения (строительства) жилого помещения (жилых помещений) площади жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>-А, в размере 29,46 кв. м.

Обязать начальника филиала «Крымский» Федерального государственного автономного учреждения «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации в течение месяца со дня вступления в законную силу решения суда, внести изменения в учетные данные ФИО2, ФИО3, исключив при их обеспечении субсидией для приобретения (строительства) жилого помещения (жилых помещений), учитываемую площадь жилых помещений в размере 29,46 кв. м.

Решение может быть обжаловано в апелляционного порядке в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Ленинский районный суд <адрес>. Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Ленинского районного суда

<адрес> К.В. Кукурекин