Председательствующий Рыбаков Р.В. Дело № 22-1297/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Курган 3 августа 2023 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Курганского областного суда в составе: председательствующего Головина И.Н.,

судей Меньщикова В.П., Кузнецова А.Б.,

при секретаре Осиповой С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Денисовой М.Я. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 11 апреля 2023 г., по которому

ФИО1, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден:

- по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 300 часам обязательных работ;

- по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69, ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено 10 лет 1 месяц лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время фактического содержания ФИО1 под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения в период с <...> и до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ДТА в счет возмещения компенсации морального вреда <...> руб., в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, <...> руб.

Заслушав доклад судьи Меньщикова В.П., выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Денисовой М.Я., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Троневой А.Е., просившей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в совершении:

- умышленного причинения легкого вреда здоровью Д, с применением предмета, используемого в качестве оружия;

- умышленного причинения смерти Д

Преступления совершены в период с <...> по <...> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению в совершении убийства Д не признал, в причинении легкого вреда здоровью Д вину признал полностью.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, просит оправдать его по обвинению по ч. 1 ст. 105 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления. Выражает несогласие с выводами суда о допустимости заключения эксперта №. Указывает, что в нарушение положений ст. 204 УПК РФ и ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», при оценке характера и степени тяжести причиненных потерпевшему телесных повреждений эксперт в исследовательской части заключения не указал примененные им методы, научно обоснованные методики исследований, не отразил содержание, ход и результаты исследований. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», считает выводы, отраженные в указанном заключении, необоснованными.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Денисова М.Я. просит приговор в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ отменить в связи с его незаконностью, необоснованностью, а также в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает, что в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства стороной обвинения не представлено доказательств причастности осужденного к убийству Д Ссылаясь на заключение дактилоскопической экспертизы № указывает, что в ходе осмотра места происшествия обнаружен след руки, принадлежность которого не установлена. В ходе следствия не установлен круг лиц, которые могли приходить в квартиру погибшего. Указывает на противоречия между показаниями свидетеля МТМ, пояснявшей о запертой двери в квартиру Д <...>, и показаниями потерпевшей ДТА, сообщившей о том, что дверь в квартиру Д <...> была не заперта. Факты взлома и неправомерного доступа в квартиру погибшего не проверялись. Судом не дана оценка показаниям потерпевшей о том, что из квартиры Д пропали вещи, в квартире был беспорядок. Отмечает, что изложенные ФИО1 обстоятельства причинения телесных повреждений потерпевшему противоречат заключению исследования трупа Д, согласно выводам которого 16 ран были расположены по всей поверхности головы погибшего, в то время как при проверке показаний на месте осужденный пояснил, что наносил удары в области темени и затылка. Не дано оценки противоречиям между содержанием протокола осмотра места происшествия и показаниями ФИО1 относительно расположения тела Д на полу квартиры. Стороной обвинения не выяснялось происхождение следов крови, принадлежащей Д, на стене в зале, в кухне, в ванной на раковине, на балконе квартиры. При этом следов крови на одежде ФИО1 не обнаружено, подногтевое содержимое у него не изымалось. Считает недопустимыми доказательствами заключение эксперта № и чистосердечное признание, написанное ФИО1 без участия защитника. Отмечает, что суд без приведения мотивов признал недостоверными показания свидетеля АВС, подтвердившего алиби осужденного. Полагает, что факт нахождения ФИО1 в квартире погибшего Д и признательные показания осужденного о том, что он нанес последнему несколько ударов, не свидетельствуют о том, что осужденный совершил убийство. Просит ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы заместитель прокурора г. Кургана Баженов Р.В. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО1 в инкриминируемых деяниях на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных и достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

В подтверждение вывода о виновности ФИО1 суд обоснованно сослался на показания самого осужденного в части, не противоречащей установленным обстоятельствам дела, а также на показания потерпевшей ДТА, свидетелей ДАМ, СЛА, КИЛ, НЕА, МТА, МТМ, РЕА, письменные материалы дела.

Всем доказательствам дана надлежащая оценка, соответствующая положениям ст. 17, 87, 88 УПК РФ, достоверными обоснованно признаны те из них, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены другими доказательствами.

Показания осужденного ФИО1 об отсутствии умысла на убийство Д судом обоснованно отвергнуты как опровергнутые совокупностью исследованных доказательств.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что находился в квартире Д с <...> по <...>, где распивал спиртные напитки с потерпевшим. В ходе распития спиртного они поругались, после чего он взял нож и воткнул его Д в левую ногу. Примирившись, они сходили в магазин за спиртным. Вечером следующего дня в ходе распития спиртного между ними произошла ссора, в ходе которой Д начал его оскорблять нецензурной бранью, ударил по плечу. В ответ он ударил потерпевшего два раза по лицу, отчего Д упал, после этого он нанес 3-4 удара ногой лежавшему на полу Д в живот, два раза по ноге, а также ударил пепельницей два-три раза по затылку. После нанесения ударов пепельница осталась целой, и он ее положил рядом. Забрав свои вещи, ушел из квартиры. Д был жив, следов крови на нем он не видел.

Из показаний осужденного ФИО1, данных на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого <...>, следует, что после ссоры с супругой он распивал спиртные напитки в квартире Д в период с <...> по <...> В ночь на <...> между ним и Д произошел конфликт, в ходе которого он взял со стола в комнате нож и ударил им сидящего на диване Д в левое бедро. Рана от ножевого ранения была небольшая. Д переоделся в спортивное трико. Примирившись, они продолжили распивать спиртные напитки. Спустя некоторое время между ними вновь произошла ссора, в ходе которой Д начал его оскорблять и ударил рукой в плечо. В ответ он нанес Д не менее двух ударов кулаком в лицо, отчего потерпевший упал на пол. Он взял со стола стеклянную пепельницу и нанес ею не менее трех ударов по голове Д. От ударов пепельница разбилась. Во время нанесения ударов Д лежал неподвижно, сопротивления не оказывал. Далее он нанес не менее четырех ударов ногами, обутыми в кроссовки, по туловищу Д. Выйдя из квартиры, захлопнул за собой дверь. Убивать Д не хотел. <...> его задержали сотрудники полиции (<...>).

Указанные показания ФИО1 подтвердил при проверке показаний на месте <...>, подробно пояснив о своих действиях при совершении преступлений, количестве и локализации нанесенных потерпевшему ударов (<...>).

После оглашения в суде показаний, данных в ходе предварительного следствия, осужденный ФИО1 их подтвердил, пояснил, что причинял телесные повреждения Д, но когда выходил из квартиры, то Д был жив. Считает, что от его действий смерть потерпевшего наступить не могла.

Исследовав показания осужденного ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, суд дал надлежащую оценку противоречиям в его показаниях. Суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора показания, данные ФИО1 в ходе предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемого и в ходе проверки показаний на месте <...>, поскольку они согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из материалов дела следует, что допросы ФИО1 в ходе предварительного следствия были проведены в присутствии профессионального защитника, после разъяснения осужденному прав, в том числе и о возможности не свидетельствовать против себя. По окончании допросов ФИО1 и его защитником замечаний в протоколы следственных действий не вносилось.

Каких-либо процессуальных нарушений, влекущих признание показаний ФИО1, данных на предварительном следствии, недопустимыми доказательствами, судебная коллегия не усматривает.

Признанные судом достоверными показания осужденного об обстоятельствах причинения телесных повреждений Д согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, из показаний потерпевшей ДТА следует, что Д был ее сыном, являлся <...>, злоупотреблял спиртными напитками. <...> придя в квартиру по адресу: <адрес>, обнаружила незапертую дверь, а в квартире увидела труп сына.

Из показаний свидетеля ДАМ следует, что он является супругом матери погибшего. <...> или <...> он разговаривал с Д по телефону. <...> пришел с женой к Д домой, увидели незапертую дверь, а в квартире – труп Д с гнилостными изменениями.

Свидетель КИЛ в суде показала, что со слов Д знает о том, что погибший опасался ФИО1, так как осужденный ранее угрожал ему расправой, ломал двери, разбил стекло на балконе.

Из показаний свидетеля СЛА следует, что она проживает по адресу: <адрес> по соседству с квартирой Д. В конце <...> года около <...> часов она услышала в квартире Д шум и звуки, похожие на падение чего-то тяжелого на пол.

Свидетель РЕА пояснил, что после поступившего <...> сообщения об обнаружении трупа Д в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий была получена информация о причастности к совершению преступления ФИО1, который был задержан.

Из показаний свидетеля МТА следует, что она является супругой осужденного и проживала с ним по адресу: <адрес>. После ссоры <...> Майоров ушел из дома, она уехала проживать к родителям. <...> или <...> встретилась с супругом, который находился в состоянии алкогольного опьянения. Ранее в квартире Д разные лица употребляли спиртные напитки, она слышала в квартире шум, звуки драки. Также в квартире Д ранее избили ее мужа.

Согласно показаний МТМ, <...> ей позвонила сноха и сообщила, что ее сын - ФИО1 ушел из дома. <...> она приезжала к сыну домой. МТА пояснила, что сын распивает спиртное у соседа - Д. Двери квартиры Д были заперты.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей, которые были положены в основу обвинительного приговора, судебная коллегия не находит, поскольку причин для оговора осужденного указанными лицами судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Виновность ФИО1 также подтверждается письменными материалами дела, а именно:

- сообщением о преступлении от <...> об обнаружении по адресу <адрес> трупа (<...>);

- протоколом осмотра места происшествия от <...>, в ходе которого зафиксирована обстановка в квартире <адрес>, где был обнаружен и осмотрен труп Д с признаками насильственной смерти. Изъяты и осмотрены: 4 ножа, 6 фрагментов стекла (пепельницы), спортивные штаны черного цвета, вырез ткани из кресла, вырез обоев, футболка, вырез с пола, рубашка, след пальца руки (<...>);

- заключением эксперта № от <...>, согласно выводам которого след пальца руки, изъятый в ходе осмотра места происшествия оставлен большим пальцем правой руки ФИО1 (<...>);

- заключением эксперта №, согласно выводам которого смерть Д наступила от открытой черепно-мозговой травмы с множественными переломами костей свода и основания черепа и костей лицевого скелета с ушибом головного мозга и с кровоизлияниями под оболочки мозга.

Установлены телесные повреждения в виде:

1) открытой черепно-мозговой травмы: двусторонние разрывы скуло-лобных, лобно-верхнечелюстных и носо-лобных швов, разрыв скуло-височного шва справа, трещина на теле правой верхнечелюстной кости, разрыв скуло-верхнечелюстного шва слева, полный косовертикальный перелом тела левой верхне-челюстной кости, двойной перелом скуловой дуги слева, двусторонние полные косые переломы оснований суставных отростков нижней челюсти, линейный перелом правой теменной кости, распространяющийся на основание черепа (клиновидная и решетчатые кости), трещина на малом крыле клиновидной кости и орбитальной пластинки лобной кости справа, острая субдуральная гематома слева, обширная субарахноидальное кровоизлияние, ушиб правой теменной доли, правой височной доли, левого полушария мозжечка, кровоизлияния в мягкие ткани в лобной области слева, правой височной теменной области, затылочной области по центру и слева, ушибленные раны лобной области слева (№ 1), правой теменной области (№ 2, № 3, № 5, № 6), затылочной области слева (№ 4), межбровной области (№ 7, № 8), правой брови (№ 9), правой височной области (№ 10), сквозная рана в области носогубного треугольника слева с повреждением слизистой рта (№ 11, № 12), сквозная рана угла рта слева (№ 13), угла нижней челюсти слева (№ 14), левой брови (№ 16), причиненной в результате не менее шести ударных воздействий (раны № 1,2,3,4,5,6) твердым тупым предметом (предметами) с ограниченной контактной поверхностью, не отобразившей своих конструктивных свойств, возможно, пепельницей, и не менее восьми ударных воздействий твердым тупым предметом, возможно, кулаком (раны № 7,8,9,10,11,12,13,14,16), и которая расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью Д;

2) закрытой тупой травмы грудной клетки: множественные (25) преимущественно полные, косые и поперечные переломы, 2,3,5 – 11 ребер справа и 5-9, 11, 12-м ребер слева, кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки в проекции переломов, ушиб легких, причиненной в результате не менее шести ударных воздействий твердым тупым предметом (предметами), и которая расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и в прямой причинно-следственной связью со смертью ФИО2 не состоит;

3) колото-резаного ранения передненаружной поверхности левого бедра в средней трети (рана №) с повреждением латеральной широкой мышцы бедра, которое причинено в результате колюще-режущего воздействия плоским клинковым орудием типа ножа, расценивается как причинившее легкий вред здоровью по признаку расстройства здоровья до 21 дня;

4) ссадины области левого коленного сустава, причиненной твердым тупым предметом, расценивается как не причинившее вреда здоровью.

Смерть Д наступила в срок не менее 3 и не более 4 суток к моменту проведения судебно-медицинской экспертизы трупа в морге, о чем свидетельствует характер трупных явлений (т<...>);

- заключением эксперта № от <...>, согласно выводам которого рана № 1 лобной области слева на кожном лоскуте № 1 от трупа Д. является ушибленной, причиненной твердым тупым предметом, контактная часть которого имела форму трехгранного угла с заостренной вершиной и четко выраженными ребрами; рана № 4 затылочной области слева на кожном лоскуте № 2 является ушибленной, причиненной твердым тупым предметом, контактная часть которого имела дугообразное ребро с закругленной кромкой; рана № 15 левого бедра на кожном лоскуте № 3 является колото-резаной, причиненной в результате колюще-режущего воздействия плоским клинковым орудием типа ножа.

Установленные повреждения на черепе: двусторонние разрывы скуло-лобных, лобно-верхнечелюстных и носо-лобных швов, разрыв скуло-височного шва справа, трещина на теле правой верхнечелюстной кости, разрыв скуло-верхнечелюстного шва слева, полный косовертикальный перелом тела, левой верхне-челюстной кости, двойной перелом скуловой дуги слева, двусторонние полные косые переломы оснований суставных отростков нижней челюсти, линейный перелом правой теменной кости, распространяющийся на основание черепа (клиновидные и решетчатые кости), трещина на малом крыле клиновидной кости и орбитальной лобной кости справа - причинены в результате не менее восьми ударных воздействий твердым тупым предметом (предметами) с ограниченной контактной поверхностью, не отобразившей своих конструктивных свойств, с точками приложения травмирующей силы.

Множественные (25) преимущественно полные косые и поперечные переломы ребер причинены в результате не менее шести ударных воздействий твердым тупым предметом (предметами) с ограниченной контактной поверхностью, не отобразившей своих конструктивных свойств, в области передней и задне-боковых поверхностей грудной клетки пострадавшего, с точками приложения травмирующей силы <...>

- заключением эксперта № от <...>, согласно выводам которого рана № 1 лобной области слева на кожном лоскуте № 1 от трупа Д является ушибленной, причиненной твердым тупым предметом, контактная часть которого имела форму трехгранного угла с заостренной вершиной и четко выраженными ребрами. Данная рана могла быть причинена твердым углом разбившейся стеклянной пепельницы, фрагменты которой представлены на экспертизу; рана № 4 затылочной области слева на кожном лоскуте № 2 является ушибленной, причиненной твердым тупым предметом, контактная часть которого имела дугообразное ребро с закругленной кромкой. Данная рана могла быть причинена верхним краем стеклянной пепельницы, фрагменты которой представлены на экспертизу; рана № 15 левого ребра на кожном лоскуте № 3 является колото-резаной, причиненной в результате колюще-режущего воздействия плоским клинковым орудием типа ножа, имевшем П-образный на поперечном сечении обух, острое лезвие, ширина погруженной части клинка которого составляла 12-15 мм, данная рана могла быть причинена ножом № 3, при этом ножи № 1,2,4 исключаются как возможное оружие причинения данной раны (<...>);

- заключением эксперта № от <...>, согласно выводам которого на двух фрагментах стеклянной пепельницы в следах найдена кровь человека А группы, свойственной потерпевшему Д, что не исключает возможного происхождения этих следов за счет его крови (т<...>);

- заключением эксперта № от <...>, согласно выводам которого в смывах вещества бурого цвета, изъятых с пола, со стены и раковины в ванной, вырезах ткани с кресла, линолеума, фрагментов обоев найдена кровь человека. В смыве с пола, вырезах ткани с кресла, фрагменте с линолеума установлена кровь В группы, свойственной ФИО1, что не исключает возможного происхождения этих следов за счет его крови. Данных за присутствие крови Д, имеющего А группу не получено. В смывах вещества бурого цвета, изъятых со стены и раковины в ванной, фрагментах обоев, установлена кровь А группы, присущей потерпевшему Д, что не исключает возможного происхождения следов за счет его крови, ФИО1, имеющему В группу, эта кровь не принадлежит (<...>);

- заключением эксперта № от <...>, согласно выводам которого на спортивном трико, изъятом в ходе осмотра места происшествия, в следах обнаружена кровь человека. В большинстве пятен на брюках установлена кровь А группы, свойственной потерпевшему Д, что не исключает возможного происхождения этих следов за счет его крови. В одном пятне (объект № 12) след мог произойти от смешения крови Д и ФИО1 (<...>).

Судебная коллегия не находит оснований считать заключения проведенных по делу экспертиз недопустимыми доказательствами, поскольку они соответствуют требованиям ст. 200, 204 УПК РФ. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям Федерального закона № 73-ФЗ от 31 мая 2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ, эксперты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, экспертные исследования проведены на основании постановлений следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта.

Выводы, изложенные в заключениях экспертов, в достаточной степени аргументированы и основаны на результатах объективных экспертных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками проведения экспертиз соответствующих видов.

Доказательств несостоятельности выводов экспертного исследования № или некомпетентности эксперта, его проводившего и предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено, не находит таких и судебная коллегия.

Оснований сомневаться в квалификации экспертов судебная коллегия не усматривает, так как эксперты имеют необходимое образование и значительный стаж экспертной работы в соответствующей области.

Разъясняя содержание заключения № по результатам проведенной им экспертизы, эксперт ВАВ пояснил, что установленные повреждения черепа Д причинены твердым тупым предметом, не отобразившим своих конструктивных свойств, то есть они могли быть причинены, в том числе пепельницей. Раны на представленных кожных лоскутах были причинены пепельницей. Повреждения на черепе могли быть причинены как одним, так и несколькими предметами.

Оценив в совокупности с иными, изложенными в приговоре доказательствами, показания осужденного, выводы заключений экспертов и пояснения экспертов КСМ и ВАВ, суд пришел к правильному выводу о том, что травмы, повлекшие смерть Д, были причинены в результате преступных действий именно осужденного, с чем и соглашается судебная коллегия.

Что же касается доводов стороны защиты о причастности к причинению телесных повреждений, повлекших смерть ФИО2, иных лиц, то они судом первой инстанции были проверены и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре подробных доказательств, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Судом проверялись показания свидетеля АВС, который пояснил, что в период с <...> по <...> распивал спиртное совместно с ФИО1 в квартире Ч, за указанный период времени Майоров никуда не уходил.

Показания свидетеля АВС проанализированы и критически оценены во взаимосвязи с другими доказательствами по делу.

Вопреки доводам жалобы адвоката суд обоснованно отверг показания указанного свидетеля стороны защиты. Сопоставив сведения, сообщенные этим свидетелем в судебном заседании, прошедшем спустя более шести месяцев после исследуемых событий, с другими доказательствами по делу, суд пришел к выводу о том, что показания свидетеля АВС в указанной части противоречат установленным обстоятельствам дела, в связи с чем обоснованно подверг их сомнению и признал недостоверными, с чем соглашается и судебная коллегия.

То обстоятельство, что на одежде осужденного отсутствуют следы крови потерпевшего, обнаружение в квартире Д следа пальца руки неустановленного лица, вопреки доводам жалоб, не свидетельствует о причинении телесных повреждений потерпевшему иным лицом.

Как следует из показаний свидетеля МТА, до исследуемых событий в квартире потерпевшего Д разные лица постоянно распивали спиртные напитки, из квартиры доносились шум, звуки драки. При таких обстоятельствах доводы жалобы защитника о наличии следов крови Д в разных помещениях квартиры, при отсутствии сведений о времени образования этих следов, не могут свидетельствовать о причинении телесных повреждений Д при иных обстоятельствах, чем установлено судом.

Согласно заключению эксперта №, установленные у Д телесные повреждения причинены прижизненно в срок до нескольких десятков минут к моменту смерти, о чем свидетельствует наличие кровоизлияний в мягких тканях и степень выраженности клеточной реакции. Смерть Д наступила в срок не менее 3 и не более 4 суток к моменту проведения судебно-медицинской экспертизы трупа в морге – <...>, о чем свидетельствует характер трупных явлений (<...>).

Установленное экспертным исследованием время причинения телесных повреждений согласуется с показаниями осужденного, данными в ходе предварительного следствия, о том, что телесные повреждения Д он причинил в период с <...> по <...>

Судебная коллегия не принимает основанные на пояснениях специалиста ППА, данных в суде апелляционной инстанции, доводы стороны защиты о том, что в связи с длительным употреблением спиртных напитков осужденный не мог в ходе предварительного следствия точно указать время причинения телесных повреждений потерпевшему.

Из содержания протокола допроса ФИО1 в качестве подозреваемого и протокола проверки его показаний на месте следует, что осужденный последовательно в присутствии защитника утверждал, что причинил телесные повреждения Д именно в период с <...> по <...>

Вопреки доводам стороны защиты указание в заключении судебно-гистологического исследования трупа Д о невозможности достоверно судить о давности повреждений в аутолизированной ткани в представленных на исследование препаратах не ставит под сомнение выводы заключения эксперта № в целом о времени причинения повлекшей смерть Д открытой черепно-мозговой травмы и времени наступления смерти потерпевшего.

Подтвердив содержание заключения № по результатам проведенной ею экспертизы, эксперт КСМ пояснила, что определение времени наступления смерти производится на основании оценки трупных явлений, в которую входит определение трупного окоченения и динамика изменения трупных пятен, при гнилостных изменениях трупа учитывается наличие гнилостно-венозной сети, подкожной гнилостной эмфиземы, наличие гнилостной жидкости в полостях.

Таким образом, выводы заключения эксперта относительно времени наступления смерти Д основаны не только на данных лабораторных исследований, но и на результатах наружного и внутреннего осмотра трупа.

Выдвигавшаяся осужденным при рассмотрении дела версия о нанесении потерпевшему Д не более двух ударов по лицу и не более двух-трех ударов пепельницей по затылку, то есть о его непричастности к причинению иных обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений, повлекших наступление смерти, тщательно проверена судом и обоснованно отвергнута с приведением в приговоре подробных доказательств, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Из заключения эксперта № следует, что установленные у Д телесные повреждения причинены прижизненно в срок до нескольких десятков минут к моменту смерти. Согласно заключению № рана № 1 лобной области слева и рана № 4 затылочной области слева могли быть причинены стеклянной пепельницей, фрагменты которой представлены на экспертизу.

Указанные экспертные исследования объективно указывают на то, что все телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшего, причинены осужденным при обстоятельствах, установленных судом.

Представленное стороной защиты заключение специалиста ВАЮ и его показания в судебном заседании, которые суд проверил и мотивированно отверг, не дают оснований считать выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Согласно уголовно-процессуальному закону, специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном ст. 58, 164, 168 и 270УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, УПК РФ не предусматривает.

Как видно из материалов уголовного дела, выводы заключения специалиста и мнение специалиста ВАЮ о недостоверности заключения эксперта №, о невозможности определения времени наступления смерти Д и наличии оснований полагать, что смерть Д наступила значительно позже установленного экспертом времени, а также о «нарушениях» при производстве судебно-медицинской экспертизы, не имеют нормативно-правового обоснования, фактически сводятся к оценке доказательств, что выходит за пределы компетенции специалиста, установленной уголовно-процессуальным законом.

Суд подробно исследовал доводы осужденного об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего, после чего обоснованно их отверг. Выводы суда об умышленном характере действий ФИО1 и их направленности на лишение жизни Д достаточно мотивированы.

Механизм причинения осужденным телесных повреждений и их локализация – нанесение ударов стеклянной пепельницей и кулаками по голове потерпевшего, характер насильственных действий: сила и множественность нанесения ударов, повлекших нарушение анатомической целостности костей черепа и костей лицевого скелета потерпевшего, свидетельствуют о том, что умысел ФИО1 был направлен на лишение жизни Д.

Не вызывают сомнений и выводы суда об отсутствии в действиях осужденного необходимой обороны либо превышения ее пределов. Суд обоснованно пришел к выводу о том, что потерпевшим в отношении осужденного не совершались какие-либо действия, угрожающие жизни, либо связанные с угрозой для жизни.

При этом судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что противоправность поведения Д, явившегося поводом для последующего преступления, имела место, о чем в частности, свидетельствуют показания ФИО1, как в ходе расследования, так и судебного заседания о том, что погибший оскорбил его нецензурной бранью и ударил рукой по плечу.

Квалифицируя действия осужденного по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ и ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд обоснованно указал, что действия ФИО1, связанные с причинением потерпевшему ножевого ранения и причинением телесных повреждений, повлекших смерть Д, произошедшие в разные промежутки времени, не были совершены с единым умыслом. На это обстоятельство, в частности, указывают признанные достоверными показания самого осужденного о том, что после причинения потерпевшему ножевого ранения он и потерпевший примирились, Д переодел спортивные брюки и они продолжили распитие спиртных напитков. Иные телесные повреждения потерпевшему он причинил позже, а именно после совершения Д в отношения него противоправных действий.

Таким образом, инкриминируемые ФИО1 деяния не подлежат квалификации как единое преступление, а представляют собой совокупность преступлений (ст. 17 УК РФ), подлежащих самостоятельной уголовно-правовой оценке.

Суд верно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО1, правильно квалифицировав его действия по п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, судом установлены и подтверждены исследованными доказательствами, анализ которых содержится в приговоре.

Вопреки доводам жалоб наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, смягчающих наказание обстоятельств: по каждому преступлению - активного способствования раскрытию и расследованию преступления, наличия малолетнего ребенка; по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 105 УК РФ - явки с повинной, в качестве которой суд расценил чистосердечное признание, противоправного поведения потерпевшего, а также отягчающего наказание обстоятельства – совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Каких-либо иных, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающих наказание обстоятельств, которые бы не были учтены судом первой инстанции, не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно признал обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, сославшись при этом на его показания об употреблении перед совершением преступлений алкоголя, что повлекло снижение самоконтроля и агрессию при совершении преступлений.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом совершенных преступлений либо поведением осужденного ФИО1 во время совершения преступлений или после их совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного им, позволяющих при назначении осужденному наказания применить положения ст. 64 УК РФ, из материалов дела не усматривается и судом не установлено, с чем соглашается и судебная коллегия.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества, в связи с чем назначил ему наказание в виде реального лишения свободы. Мотивы принятого решения в приговоре судом приведены, в достаточной степени обоснованы и сомнений не вызывают.

Вид исправительного учреждения для отбывания осужденному ФИО1 наказания правильно назначен судом в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Гражданский иск ДТА к ФИО1 разрешен судом в соответствии с требованиями закона.

При принятии решения об удовлетворении исковых требований потерпевшей о компенсации морального вреда, судом в соответствии с положениями ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ в полной мере учтены фактические обстоятельства дела, а также принято во внимание имущественное положение осужденного. Судом также учтен характер причиненных потерпевшей страданий.

По мнению судебной коллегии, принятое судом решение о размере компенсации морального вреда потерпевшей соответствует требованиям разумности и справедливости.

По смыслу статьи 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации категория «расходы на достойные похороны» включают в свое содержание расходы, отвечающие двум требованиям - они должны быть необходимыми и соответствовать обычаям и традициям, применяемым при погребении.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, приведен в Федеральном законе от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Согласно статье 3 указанного Федерального закона, погребение - обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Расходы гражданского истца ДТА, связанные с похоронами сына, подтверждены документами, отвечают обычаям и традициям, являются необходимыми и разумными, не противоречат требованиям статьи 3 Федерального закона «О погребении и похоронном деле».

Вместе с тем приговор подлежит изменению в связи с нарушением уголовно-процессуального закона.

Как следует из приговора, суд сослался на документ, именуемым «чистосердечным признанием» ФИО1, как на одно из доказательств его виновности в совершении инкриминируемых ему преступлений. Вместе с тем, чистосердечное признание дано осужденным без участия адвоката, без разъяснения ему прав, содержание документа не подтверждено осужденным в судебном заседании, что в силу п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ влечет признание этого доказательства недопустимым.

В связи с чем приговор подлежит изменению, с исключением из него ссылки на документ, именуемый «чистосердечное признание», как на доказательство виновности осужденного.

Вместе с тем исключение из приговора ссылки суда на данное доказательство не ставит под сомнение обоснованность выводов суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых деяний, доказанной совокупностью иных доказательств, для исключения которых из числа допустимых и относимых не установлено предусмотренных законом оснований.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 11 апреля 2023 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить ссылку суда на документ, именуемый «чистосердечным признанием» (<...>), как на доказательство виновности осужденного.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи