Постановление по делу № Ф04-1716/2021 от 10.07.2023

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А45-44206/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июля 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Зюкова В.А.,

судей Ишутиной О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 21.11.2022 (судья Висковская К.Г.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 (судьи Усанина Н.А., Дубовик В.С., Иващенко А.П.) по делу № А45-44206/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Вертикаль» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «Вертикаль», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 (далее - управляющий) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО2, ФИО3, ФИО5 (далее - ответчики) и заявлению Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Новосибирской области (далее – уполномоченный орган) о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Базис» (далее – ООО «Базис»), ФИО6.

В судебном заседании приняли участие представители: уполномоченного органа - ФИО7 по доверенности от 19.05.2023, ФИО2 - ФИО8 по доверенности от 16.03.2022, ФИО3 и его представитель ФИО9 по доверенности от 06.06.2022.

Суд

установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Гроаль» (далее - общество «Гроаль»), принятого определением Арбитражного суда Новосибирской области от 31.12.2019.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 18.02.2020 в отношении ООО «Вертикаль» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 05.08.2020 ООО «Вертикаль» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО4

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.11.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023, ФИО2 и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственность по обязательствам ООО «Вертикаль» в размере 277 571 166,33 руб., с ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке взыскано в пользу ООО «Вертикаль» 109 178 061,98 руб., с ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке взыскано в пользу уполномоченного органа в порядке субсидиарной ответственности 168 939 104,35 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами ФИО2 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

ФИО3 просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций в отношении него, в удовлетворении требований заявителей отказать.

В обоснование кассационной жалобы ФИО3 ссылается на несоответствие материалам дела выводов судов о том, что он мог давать и давал обязательные для исполнения указания ООО «Вертикаль», либо иным образом влиял на деятельность должника. Настаивает на отсутствии у него статуса контролирующего должника лица. Указывает на ошибочный вывод судов о получении ФИО3 дохода от совместной незаконной предпринимательской деятельности с ФИО2 С позиции кассатора, свидетельские показания ФИО10 и ФИО11 не могут в достаточной степени подтверждать наличие оснований для привлечения его к ответственности. По мнению кассатора, довод о том, что ФИО3 мог распоряжаться расчетным счетом ООО «Базис» не доказывает факта его реального контроля над ООО «Базис», а также взаимосвязи с ООО «Вертикаль». Ссылается на наличие доказательств, свидетельствующих о его финансовой возможности приобрести имущество. Полагает, что вывод о формальном характере договора аренды, заключенного между ФИО3 и ООО «Базис», является несостоятельным в связи с тем, что ООО «Базис» осуществляло содержание помещения, в дальнейшем задолженность по арендной плате была выплачена. Указывая лишь на факт родства ответчиков, заявители не представили доказательств причинения вреда должнику или его кредиторам. Кроме того, суд первой инстанции применил не подлежащие применению положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), в то время как вменяемые действия совершены до момента вступления в силу указанной нормы.

ФИО2 в кассационной жалобе просит отменить обжалуемые судебные акты. По мнению кассатора, судами не учтено, что нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта). Полагает, что для целей применения положений Закона о банкротстве в части привлечения контролирующих должника лиц, подлежит учету задолженность перед уполномоченным органом в сумме не более 33 936 950 руб., поскольку возникла со второго квартала 2016 года, а оставшийся размер задолженности не превышает 50 % от общего реестра требований кредиторов. Прекращение деятельности должника связано с множественными факторами, на которые ответчик повлиять не мог. Полагает, что его действия по управлению обществом являются предпринимательским риском и привели к возникновению убытков на стороне должника.

Уполномоченный орган в отзыве на кассационные жалобы, просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты, как соответствующие действующему законодательству.

В судебном заседании представители кассаторов поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах. Представитель уполномоченного органа поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, ООО «Вертикаль» создано 05.09.2011, основным видом деятельности общества являлась оптовая торговля продуктами питания.

Руководителем и единственным учредителем ООО «Вертикаль» с момента образования являлся ФИО2

В реестр требований кредиторов ООО «Вертикаль» включены требования трех кредиторов: общества «Гроаль» в размере 478 024,25 руб. (основного долга) в третью очередь удовлетворения (определение суда от 18.02.2020); ФИО12 в размере 107 222 867 руб. (из них - 83 968 000 руб. основной долг, 23 254 867 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами) в третью очередь удовлетворения (определение суда от 15.05.2020); требование уполномоченного органа в размере 168 939 104,35 руб., из них: 2 285,24 руб. - страховые взносы на обязательное пенсионное страхование с отнесением во вторую очередь удовлетворения, 168 936 819,11 руб., в том числе, 94 181 390,89 руб. основной долг, 38 682 323,24 руб. пени, 36 073 104,98 руб. штраф, с отнесением в третью очередь удовлетворения (определение суда от 02.12.2020).

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности заявители ссылались на обстоятельства возникновения обязательств должника перед уполномоченным органом вследствие правонарушения, установленного решением от 21.09.2018 № 31, вынесенным по результатам выездной налоговой проверки.

В отношении ФИО3 и ФИО5 заявители указывают на отчуждение в пользу указанных лиц, в ходе проведения выездной налоговой проверки и после ее окончания, имущества должника. Так, ФИО3, являясь двоюродным братом ФИО2, осуществил действия по выводу налоговой выгоды в пользу личного обогащения членов своей семьи. ФИО3 с 2014 по 2016 года получен доход от совместной незаконной предпринимательской деятельности с ФИО2

ФИО3 и ФИО2 предоставляли имущество для самостоятельной деятельности ООО «Вертикаль» через субаренду с ООО «Базис». В ходе выездной налоговой проверки выявлен формальный характер заключения договоров субаренды между ООО «Вертикаль» и ООО «Базис» ООО «Экопродукт» и ООО «Базис» и между индивидуальным предпринимателем ФИО13 и ООО «Базис».

ООО «Вертикаль» осуществило «перевод бизнеса» в ООО «Базис» и общество с ограниченной ответственности «КузбассОпт» (ИНН <***>, далее – ООО «КузбассОпт»), руководителем которого с 06.04.2018 стал ФИО3 В результате избранной бизнес-модели ООО «Вертикаль» прекратило осуществление финансово-хозяйственной деятельности и оказалось неспособным удовлетворить требования кредиторов, в том числе и по уплате обязательных платежей.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявления в части, пришел к выводу о том, что банкротство должника вызвано не самим фактом доначисления налогов по результатам выездной налоговой проверки, а действиями по формированию фиктивного документооборота о, якобы, имевшихся хозяйственных отношениях, что послужило основанием для неправомерного уменьшения налогооблагаемой базы и получения необоснованной налоговой выгоды. Совокупность установленных по результатам налоговой проверки обстоятельств, а также действий, направленных на выведение выручки и имущества ООО «Вертикаль» с целью уклонения от уплаты налоговой задолженности, привели к критическому изменению ранее благополучного финансового положения предприятия - появлению признаков объективного банкротства. Вред, нанесенный должнику ФИО2 и ФИО3, является существенным, и действия (бездействие) указанных лиц выразившиеся в участии в создании схемы по уклонению от уплаты налогов, привели к невозможности ведения хозяйственной деятельности и последующему банкротству ООО «Вертикаль».

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Судами установлено, что обстоятельства на которые ссылаются заявители имели место до июня 2017 года.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), применимой к рассматриваемым отношениям, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 Постановления № 53).

По смыслу пунктов 4, 16 Постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом в силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ и абзаца второго пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности тогда, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 Постановления № 53, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

При этом судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Отказ в удовлетворении подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал объективные, рыночные и иные варианты ухудшения финансового положения должника, исключив при этом недобросовестные действия ответчиков.

По результатам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае объективное банкротство должника наступило в результате совершения контролирующими должника лицами ряда последовательных действий, результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов, а именно использование в течение с 2014 года по 2016 год схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, при которой осуществлялось сокрытие выручки, что подтверждается решением от 21.09.2018 № 31 о привлечении ООО «Вертикаль» к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Так, судами приняты во внимание следующие обстоятельства.

По результатам проведенной выездной налоговой проверки в отношении ООО «Вертикаль» за период по всем налогам с 01.01.2014 по 31.12.2016, по налогу на доходы физических лиц – с 01.01.2014 по 31.08.2017 принято решение от 21.09.2018 № 31 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Решением доначислен налог на добавленную стоимость в размере 41 066 256 руб., налог на прибыль организаций в размере 61 989 467 руб., всего налоги в общей сумме 103 055 723 руб., начислены пени за несвоевременную уплату вышеуказанных налогов в общей сумме 27 076 707,81 руб.; ООО «Вертикаль» привлечено к ответственности за совершение налоговых правонарушений, предусмотренных пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), в виде штрафа за неуплату налога на добавленную стоимость и налога на прибыль организаций в общем размере 36 507 917,60 руб., пункт 1 статьи 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 27 600 руб.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.06.2020 по делу № А27-14867/2019, оставленным без изменения постановлениями Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2020 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.02.2021, заявленное требование удовлетворено частично, решение инспекции признано недействительным в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 1 156 031,55 руб., соответствующих сумм пени и штрафа. В удовлетворении остальной части заявленного требования отказано.

Основанием для начисления соответствующих налогов послужили выводы налогового органа об отсутствии реальных хозяйственных операций общества с контрагентами - ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13, формальном документообороте с целью неотражения части дохода от оптовой реализации товаров путем ее переноса на подконтрольных лиц (контрагентов), таким образом - вывода из-под налогообложения НДС и налога на прибыль организаций данной выручки.

Так, судами установлено, что ООО «Вертикаль» самостоятельно осуществляло все действия, связанные с оптовой реализацией товара (продукты питания) в адрес конечных покупателей (юридические лица, индивидуальные предприниматели), формально заключив договоры поставок с подконтрольными ему лицами - ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13, применяющих специальный налоговый режим (ЕНВД). Суды пришли к выводу об умышленном создании руководителем ООО «Вертикаль» схемы получения налоговой выгоды путем переноса части выручки на формально созданные подконтрольные лица с целью вывода из-под налогообложения доходов от оптовой торговли.

При этом, суды установили обстоятельства, свидетельствующие о полной подконтрольности ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13 ООО «Вертикаль», о согласованности их действий, о чем свидетельствует: открытие расчетных счетов ООО «Вертикаль», ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13 в одних и тех же банках; отражение в банковских документах и документах на изготовление ключа проверки электронной подписи для представления налоговой отчетности ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13 сотового телефона главного бухгалтера ООО «Вертикаль», рабочего телефона и адреса электронной почты ООО «Вертикаль»; совпадение IP-адреса; отправка налоговой и бухгалтерской отчетности с одного компьютера одними и теми же физическими лицами; осуществление деятельности по одному адресу.

Из решения налогового органа от 21.09.2018 № 31 следует, что с даты образования у ООО «Вертикаль» отсутствовало свое недвижимое имущество, для самостоятельной деятельности общество арендовало складские помещения, камеры заморозки у субарендатора ООО «Базис», собственниками всех помещений являлись ФИО2 и ФИО3 в равных долях (1/2).

ФИО3 является двоюродным братом ФИО2, что также установлено решением от 21.09.2018 № 31.

В ходе выездной налоговой проверки установлен формальный характер заключения договоров субаренды, заключенных ООО «Базис» и ООО «Вертикаль», а также между ООО «Экопродукт» и ООО «Базис», между ИП ФИО13 и ООО «Базис» (решение от 21.09.2018 № 31). В данном случае установлено, что ООО «Базис» предоставило акты сверок взаимных расчетов с ООО «Вертикаль», согласно которым у ООО «Вертикаль» (субарендатор) имеется задолженность перед ООО «Базис» (субарендодатель) по состоянию на: 31.12.2014 - 3 488 345,86 руб., 31.12.2015 - 5 476 992,34 руб., 31.12.2016 - 9 910 413,07 руб., тогда как сумма арендной платы за период с 2014 года по 2016 год составила 16 592 696 руб., т.е. оплата арендатора в течение трех лет составила 40 % арендной платы, предусмотренной договором, при этом долг перед арендодателем составил порядка 60 %.

При этом, формальность заключения договоров субаренды между ООО «Базис» и ООО «Вертикаль», между ООО «Базис» и ООО «Экопродукт», между ООО «Базис» и ИП ФИО13 обусловлена тем, что собственник сдаваемого в субаренду имущества (ФИО2) является фактическим учредителем и руководителем организаций и ИП - субарендаторов, что свидетельствует о подконтрольности ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13 проверяемому налогоплательщику и их взаимозависимости с ООО «Вертикаль».

Установленные судами обстоятельства в своей совокупности позволили прийти к выводу о том, что ФИО3 также являлся собственником субарендованного ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13 имущества, т.е. ФИО2 и ФИО3 через ООО «Базис» сдавали в субаренду имущество подконтрольным должнику лицам, через которые осуществляется противоправная схема получения налоговой выгоды.

Суды с учетом изложенных обстоятельств верно указали, что лицами, участвующими в деле не представлено убедительных доводов о необходимости сдавать ООО «Вертикаль» недвижимость, которая находилась в долевой собственности у руководителя этого общества через третье лицо – ООО «Базис», не раскрыты экономические мотивы использования модели таких правоотношений.

Суды установили, что ООО «Базис» было подконтрольно ФИО3, а решением от 15.06.2020 по делу № А27-14867/2019 установлена взаимозависимость ООО «Вертикаль» и ООО «Базис», в том числе на основании представленных в материалы проверки документов публичного акционерного общества Банк «ФК Открытие» в отношении ООО «Базис», в которых указаны номер телефона и адрес электронной почты, принадлежащие ООО «Вертикаль», а также указано, что право первой подписи на распоряжение расчетным счетом ООО «Базис» принадлежит ФИО3

Из данного судебного акта также следует, что ООО «Вертикаль» после проведения выездной налоговой проверки прекратило осуществлять деятельность, основная часть сотрудников трудоустроена в ООО «Базис» и ООО «КузбассОпт», учредителем и руководителем ООО «КузбассОпт» является ФИО3; свидетельские показания бывших сотрудников ООО «Вертикаль» ФИО10 и ФИО11, перешедших в ООО «Базис» подтверждают фактическое руководство ООО «Базис» ФИО2 и ФИО3

Предоставление ФИО3 права первой подписи на распоряжение счетом ООО «Базис» в качестве обеспечения исполнения обязательств перед контрагентом, отсутствие письменного соглашения об указанном, расценено судами как не типичное поведение участников гражданских правоотношений, лишено целесообразности.

Доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ ответчиками не представлено.

Анализируя обстоятельства заключения договоров аренды ФИО2 и ФИО3 с ООО «Базис» суды констатировали отсутствие убедительных доказательств наличия экономического смысла их совершения.

Отклоняя доводы о проведении ООО «Базис» ремонтных работ и содержанием здания суды правомерно указали на отсутствие доказательств, подтверждающих несение таких расходов.

Кроме того, судами установлено, что ФИО3 являлся поручителем по кредитным обязательствам ООО «Вертикаль». Так, в кредитных договорах по предоставлению кредитной линии для ООО «Вертикаль», одним из поручителей группы компаний является непосредственно ФИО3, а также предприятия подконтрольные ФИО3 и ФИО2: ООО «КузбассОпт», в период с 06.04.2018 по настоящее время руководство ООО «КузбассОпт» осуществляет ФИО3 с момента образования предприятия (30.04.2010) по настоящее время является единственным учредителем.

Кроме этого, в обеспечение исполнения обязательств со стороны заемщиков, согласно договорам кредитования, представлено также имущество, принадлежащее ФИО2 и ФИО3 в равных долях ?.

Суды верно сослались на свидетельские показания бывших сотрудников ООО «Вертикаль» ФИО10 и ФИО11, перешедших в ООО «Базис», которые подтвердили, что фактическими руководителями ООО «Базис» являлись ФИО2 и ФИО3

Доводы кассационных жалоб данные выводы судов не опровергают.

Оценив совокупность изложенных обстоятельств, суды пришли к верному выводу о том, что и ФИО3 осуществлял контроль за деятельностью должника.

Судами также установлено, что в ходе проведения налоговой проверки выявлены факты приобретения в период совершения налоговых правонарушений и проведения выездной налоговой проверки, в отсутствие финансовых возможностей, дочерью ФИО2 - ФИО14 (далее - ФИО14) имущества стоимостью более 60 млн. руб. При этом, в период с 2012 года по 2017 год согласно данным справок о доходах по форме 2-НДФЛ ФИО14 получала доходы в виде заработной платы только в ООО «Вертикаль» на общую сумму 967 813,24 руб.

Кроме этого, в период совершения ООО «Вертикаль» налоговых правонарушений у дочери ФИО3 - ФИО15 было зарегистрировано в собственности недвижимое имущество, кадастровой стоимостью более 18 млн. руб., в том числе: квартира площадью 89,5 кв.м., расположенная по адресу 630075, <...>, кадастровой стоимостью 4 943 772,36 руб., дата регистрации 04.07.2017.

Как указывает ФИО3 он приобрел указанную квартиру в 2016 году за 5 290 000 руб.

При этом, по сведениям налогового органа в указанный период у ФИО15 отсутствовали доходы. Доход отца ФИО15 - ФИО3 согласно справок 2-НДФЛ за 2014 год составил 22 500 руб. (получен в ООО «Мегастрой» ИНН <***>), за 2016 год - 30 844,31 руб. (получен в ООО «Мегастрой), за 2017 год - 204 000 руб. (получен в ООО «Мегастрой) и 34 304,12 руб. (получен в ООО «Вертикаль»). Кроме того, согласно декларации по форме 3-НДФЛ за 2015 год ФИО3 задекларировал доход в размере 300 000 руб., за 2016 год, что подтверждается справками 2-НДФЛ, декларация по форме 3-НДФЛ, доход матери ФИО15 - ФИО6 составил за 2016 год - 166 500 руб., за 2017 - 192 000 руб.

При этом, ФИО3 ссылается на то, что им было приобретено еще 5 объектов недвижимого имущества за период с 2015 года 2016 год на общую сумму 10 605 000 руб.

Суд отклонил доводы о наличии у ФИО3 финансовой возможности приобретения имущества на столь значительную сумму в период проведения налоговой проверки, поскольку не подтвержден материалами дела. Действительно, реализация имущества в 2006-2011 годы не подтверждает возможность приобретения имущества в 2015-2016 годы.

Также суд верно указал, что перечисление денежных средств в 2018 году, после проведения проверки, ООО «Базис» в пользу ИП ФИО3 28,5 млн. руб. не опровергает доводы о формальном заключении договоров аренды, поскольку судом установлено поступление арендной платы ФИО2 и ФИО3 в период с 26.10.2015 по 25.10.2017 от ООО «Базис» в размере меньшем, чем установлено договором.

Судом верно отклонен довод о согласованности в период с 2015 года по 2017 год частичного внесения арендной платы в связи затратами на ремонт арендованного имущества, поскольку в материалах дела отсутствует документальное подтверждение несения таких расходов.

Совокупность вышеизложенных обстоятельств (с момента принятия в отношении ООО «Вертикаль» решения от 21.09.2018 № 31 должник прекратил реальное ведение хозяйственной деятельности, по состоянию на 31.12.2018 бухгалтерская отчетность не представлялась, в период после вынесения решения о привлечении к налоговой ответственности, вынесенного по итогам выездной налоговой проверки должника, ответчики осуществляют отчуждение своего имущества, в частности произошло отчуждение имущества контролирующих должника лиц, используемого в хозяйственной деятельности ООО «Вертикаль» новым собственникам: - 1/2 доли объектов недвижимого имущества ранее принадлежавшего ФИО2 и, которое использовалось в хозяйственной деятельности должника, отчуждено в пользу его супруги ФИО5; - 1/2 доли объектов недвижимого имущества ранее принадлежавшего ФИО3 и, которое использовалось в хозяйственной деятельности должника, отчуждено в пользу его супруги ФИО6) в совокупности с иными обстоятельствами, позволили судам прийти к верному выводу о вовлеченности ФИО3 в схему по уклонению от уплаты налогов, а также о получении личной выгоды ФИО3 от ООО «Вертикаль».

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы кассаторов о неправомерном выводе судов о том, что объективное банкротство должника, явилось следствием применения контролирующими должника лицами противоправной схемы ведения бизнеса; довод ФИО3 о том, что судом неправомерно установлен статус контролирующего должника лица, суд округа отклоняет как направленные на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами. Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суды верно установили, что для самостоятельной деятельности ООО «Вертикаль» арендовало складские помещения, камеры заморозки у субарендатора ООО «Базис», собственниками всех помещений являлись ФИО2 и ФИО3 в равных долях (1/2).

ООО «Вертикаль» не имеет собственных транспортных средств, поэтому при доставке товара покупателям силами поставщика использовались автотранспортные средства, полученные согласно договорам безвозмездного пользования от физических лиц, собственников указанных транспортных средств также являлись ФИО2 и ФИО3 В ходе налоговой проверки выявлен формальный характер заключения договоров субаренды, заключенных ООО «Базис» и ООО «Вертикаль», а также между ООО «Экопродукт» и ООО «Базис», между ИП ФИО13 и ООО «Базис».

Суды обосновано пришли к выводу о том, что ФИО3 также являлся собственником субарендованного ООО «Экопродукт» и ИП «ФИО13 имущества, то есть ФИО2 и ФИО16 через ООО «Базис» сдавали в субаренду имущество подконтрольным должнику лицам, через которые осуществляется противоправная схема получения налоговой выгоды.

Как правильно указали суды ответчиками не представлено убедительных доводов о необходимости сдавать ООО «Вертикаль» недвижимость, которая находилась в долевой собственности у руководителя этого общества через третье лицо - ООО «Базис», не раскрыты экономические мотивы использования модели таких правоотношений.

Судами установлена взаимозависимость ООО «Вертикаль» и ООО «Базис», в том числе на основании представленных в материалы проверки документов ПАО Банк «ФК Открытие» в отношении ООО «Базис», в которых указаны номер телефона и адрес электронной почты, принадлежащие ООО «Вертикаль», а также указано, что право первой подписи на распоряжение расчетным счетом ООО «Базис» принадлежит ФИО3

Доводы о том, что право ФИО3 на распоряжение счетом ООО «Базис» являлось гарантией того, что денежные средства, поступающие от субаренды будут распределяться в соответствии с заключенными договорами, правомерно отклонены судами, поскольку такая передача напротив свидетельствует о наличии контроля ФИО3 за расходованием денежных средств ООО «Базис»; отсутствие доказательств фактического распоряжения предоставленным ему правом не опровергает наличие контроля; предоставление права первой подписи на распоряжение счетом юридического лица в качестве обеспечения исполнения обязательств перед контрагентом, отсутствия письменного соглашения об указанном, не является типичным поведением участников гражданских правоотношений, лишено целесообразности.

Материалами дела подтверждается, что ООО «Вертикаль», после проведения выездной налоговой проверки, прекратило осуществлять деятельность, основная часть сотрудников трудоустроена в ООО «Базис» и ООО «КузбассОпт», учредителем и руководителем ООО «КузбассОпт» является ФИО3

ФИО3 указывает, что поскольку ООО «КузбассОпт» находилось на одной территории с ООО «Вертикаль», было принято решение о трудоустройстве части уволенных сотрудников конкурента (должника) с целью минимизации затрат на привлечение клиентов и развития общества.

При это указанный довод документально не подтвержден, в материалах дела отсутствуют доказательства необходимости привлечения бывших работников ООО «Вертикаль» в целях привлечения клиентов и развития общества.

Согласно позиции, изложенной в пункте 7 Постановления № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В материалы дела представлены достаточные доказательства того, что ФИО3 мог определять действия должника, не только в силу родства, но и путем заключения сделок по предоставлению своего движимого (недвижимого) имущества для финансово-хозяйственной деятельности ООО «Вертикаль», использующего противоправную модель ведения бизнеса о которой он знал в силу взаимозависимости с ООО «Вертикаль».

Доводы кассаторов о неверном применении судами норм права, также подлежат отклонению, Верховный Суд Российский Федерации в определении от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, разъяснил, что поскольку предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Таким образом, ввиду схожести оснований для привлечения к ответственности, предусмотренных ранее действовавшей статьей 10 Закона о банкротстве, и оснований для привлечения к ответственности, предусмотренных действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве, презумпции доведения до банкротства и толкование их применения, изложенное в Постановлении № 53, применяются в том числе в отношении правоотношений, сложившихся до введения в действие Федерального Закона № 266-ФЗ.

Судами по результатам оценки совокупности обстоятельств верно установлено, что объективное банкротство должника наступило в результате совершения контролирующими должника лицами ряда последовательных действий, результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов, а именно использование в течение с 2014 года по 2016 год схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, при которой осуществлялось сокрытие выручки, что подтверждается решением № 31.

Организация фиктивного документооборота с ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13, с фактическим перечислением на счета и в кассу указанных лиц в течение 2014-2016 годов денежных средств, являющихся скрытой выручкой ООО «Вертикаль», впоследствии использованы для приобретения имущества и получения денежных средств, свидетельствует о незаконном выводе активов ООО «Вертикаль».

На основании анализа представленных в материалы дела доказательств, суды установили доказанным наличие условий для применения презумпции за признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц (невозможности погашения требований кредиторов вследствие их действий):

- противоправные действия ФИО2 установлены материалами налоговой проверки, судебными актами по делу № А27-14867/2019;

- вредные последствия для должника, выразившиеся в невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие сокрытия выручки, подлежащей налогообложению НДС и налогом на прибыль, через контрагентов ООО «Экопродукт» и ИП ФИО13 в отсутствие реальных хозяйственных операций, и как следствие неуплата указанных налогов и дальнейший вывод налоговой выгоды;

- установлена причинно-следственная связь между противоправными действиями контролирующих должника лиц и невозможностью полного погашения требований кредиторов.

Действия ФИО2 и ФИО3 обуславливались получением необоснованных налоговых выгод.

Доводы подателей кассационных жалоб о том, что согласно пункту 9 статьи 13 ФЗ № 222-ФЗ от 23.06.2016 положения абзаца четвертого статьи 2 и пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к поданным после 01.09.2016 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих лиц к ответственности в виде возмещения убытков (определение Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2017 № 305-ЭС17-13426), при определении размера задолженности перед уполномоченным органом для целей применения презумпции предусмотренной абзацем пятым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подлежит учету только та налоговая недоимка, которая возникла в результате совершении налоговых правонарушений после 01.09.2016; в связи с чем, подлежит учету задолженность в сумме не более 33 936 950 руб., поскольку возникла, начиная со второго квартала 2016 года, а оставшийся размер налоговой задолженности не превышает 50 % от общего реестра требований кредиторов, оценены судом апелляционной инстанции.

Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац пятый, дополнивший презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, следующей: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов. Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) устанавливают презумпцию доведения контролирующими лицами должника последнего до банкротства при наличии вступившего в силу решения о привлечении должника к ответственности за налоговые правонарушения.

Вместе с тем, положение абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (презумпция) вступило в силу с 01.09.2016 и, в силу прямого указания пункта 9 статьи 13 Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданным после 01.09.2016 вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 № 305-ЭС17-13426, от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480).

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Приведенные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения апелляционного суда, не опровергают его выводов, выражают несогласие и направлены на их переоценку, которая в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений судами норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 21.11.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А45-44206/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий В.А. Зюков

Судьи О.В. Ишутина

ФИО1