ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
05 мая 2025 года Дело № А75-12928/2017
Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2025 года
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Сафронова М.М., судей Аристовой Е.В., Целых М.П., при ведении протокола судебного заседания секретарём Омаровой Б.Ш.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-1683/2023, 08АП-1781/2023) ФИО1 и публичного акционерного общества Банк «Югра» на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.01.2023 по делу № А75-12928/2017 (судья Кузнецова Е.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления публичного акционерного общества Банк «Югра» в лице конкурного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к акционерному обществу «Каюм Нефть» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, при участии в обособленном споре третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Дрим Нефть», ФИО2, ФИО1, ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управление буровых работ-1» (ОГРН <***>, ИНН <***>),
о при участии в судебном заседании представителей:
от ФИО1 посредством системы веб-конференции - представитель ФИО4 (паспорт, доверенность от 05.11.2024 № 66АА8992171, срок действия один год);
от Федерального агентства по управлению государственным имуществом - представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 24.05.2024 № 77АД7013565, срок действия по 30.04.2025).
УСТАНОВИЛ:
определением суда от 18.08.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.
Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11.04.2018 (резолютивная часть от 04.04.2018) общество с ограниченной ответственностью «Управление буровых работ-1» (далее – ООО «УБР-1», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Конкурсным управляющим
должником утвержден член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО2.
Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.04.2018 № 65.
Определением суда от 23.08.2018 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «УБР-1», конкурсным управляющим утвержден член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО1.
Определением суда от 25.03.2019 (резолютивная часть оглашена 21.03.2019) конкурсным управляющим ООО «УБР-1» утвержден член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» ФИО3, в связи с освобождением ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего определением от 06.03.2019.
Определением суда от 19.06.2021 арбитражный управляющий ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «УБР-1». Этим же судебным актом конкурсным управляющим ООО «УБР-1» утвержден член союза арбитражных управляющих Саморегулируемая организация «Северная столица» ФИО6.
Конкурсный кредитор – публичное акционерное общество банк «Югра» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – заявитель, ПАО Банк «Югра») 21.10.2019 (дата сдачи заявления в отделение почтовой связи, том 258 л.д. 93) обратился в суд с заявлением о признании сделки должника недействительной, в дальнейшем уточненном (том 270 л.д. 153-156, том 271 л.д. 26-32) в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), согласно которому просит суд признать недействительными сделками платежи в пользу акционерного общества «Каюм Нефть» (далее – АО «Каюм Нефть», ответчик) в общем размере 679 500 000 рублей, в том числе: 1 500 000,00 руб. от 06.07.2017; 3 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 5 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 17 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 49 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 64 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 116 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 24 000 000,00 руб. от 07.07.2017;
Признать недействительной сделкой передачу должником в пользу АО «Каюм Нефть» следующих векселей, эмитентом которых является ПАО Банк «ЮГРА», на общую сумму 524 300 000 руб.; - 0291 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 108 000 000 рублей; - 0292 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 219 000 000 рублей; - 0293 от 30.06.2017 г. номинальной стоимостью 71 800 800 рублей; - 0294 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 22 700 000 рублей; - 0295 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 63 800 000 рублей; - 0296 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 39 000 000 рублей.
Применить последствия недействительности сделок – взыскать с АО «Каюм Нефть» в пользу ООО «УБР-1» 1 203 800 000 руб.
Определением суда от 08.12.2021 (том 270 л.д. 135) в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прежние конкурсные управляющие должником: ФИО2,
ФИО1, ФИО3, а также управляющий АО «Каюм Нефть» ФИО7.
Определением суда от 15.06.2022 привлечено к участию в обособленном споре ООО «Дримнефть» в лице конкурсного управляющего ФИО8.
От общества с ограниченной ответственностью «Плутон» поступило ходатайство о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.
Определением от 15.01.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры заявление ПАО Банк «Югра» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки оставлено без удовлетворения. В удовлетворении ходатайства ООО «Плутон» о привлечении в качестве третьего лица отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 и ПАО Банк «Югра» обратились в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции от 15.01.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления ПАО Банк «Югра» в полном объёме.
В обоснование апелляционной жалобы ПАО Банк «Югра» указывает, что для конкурсных кредиторов срок исковой давности должен исчисляться по тем же правилам, что для арбитражного управляющего, т.е. с момента осведомлённости оспаривающего лица о наличии оснований для признания сделки недействительной, при этом конкурсные кредиторы наделяются правом на обращение в суд не ранее включения его в реестр требований кредиторов должника.
При этом, даже если исходить из расчёта срока исковой давности с момента осведомлённости конкурсным управляющий в срок исковой давности не может быть включён период, когда полномочия конкурсного управляющего ООО «УБР-1» осуществлял арбитражный управляющий ФИО3, т.е. период с 21.03.2019 по 15.06.2021, поскольку он отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «УБР-1» в связи с наличием существенных и неустранимых сомнений в независимости и беспристрастности по отношению к должнику, в связи с установленной аффилированностью по отношению ООО «Дримнефть», также аффилированного с должником.
В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что судом первой инстанции неверно исчислен срок исковой давности для оспаривания сделки, поскольку Закон о банкротстве связывает начало течения срока исковой давности для оспаривания сделки не с наступлением какого-либо объективного момента (утверждение конкурсным управляющим, передача бывшим руководителем документов должника и т.д.), а с момента, когда арбитражный управляющий фактически узнал или имел реальную возможность узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной Законом о банкротстве. При этом арбитражный управляющий должен располагать всей совокупностью оснований для признания сделки недействительной. И лишь с момента, когда арбитражный управляющий узнал (должен был узнать) о последнем из условий (обстоятельств) установленной законом совокупности, необходимых для признания сделки недействительной, возможно исчислять начало течения срока исковой давности для оспаривания сделки.
В настоящем обособленном споре суд первой инстанции констатировал наличие в оспариваемых сделках всех признаков, предусмотренных пунктом 3 статьи 61.3, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В обжалуемом определении суд первой инстанции исчисляет начало течения годичного срока исковой давности с 04.10.2018 (введение процедуры конкурсного производства) обосновывая это следующим:
1) срок конкурсного производства составляет 6 месяцев, в связи с чем информация о банковских счетах должника, движении денежных средств, наличии признаков подозрительных сделок в совершенных платежах должна быть не только истребована, но и проанализирована конкурсным управляющим не позднее 6 месяцев с момента открытия конкурсного производства;
2) поскольку осуществление расчетов по сделке проходило с использованием банковского счета должника, конкурный управляющий не связан поведением бывшего руководителя, бывшего конкурсного управляющего в части передачи финансово-хозяйственной документации должника, так как данная информация хранится в банке, имеющем обязанность предоставить её конкурсному управляющему;
3) обстоятельства совершения сделки являлись предметом судебного разбирательства в рамках спора по заявлению ООО «Дримнефть» о включении в реестр требований кредиторов, по которому определение суда первой инстанции вынесено уже 06.08.2018;
4) то обстоятельство, что компании ООО «УБР-1», АО «Каюм Нефть», ООО «Дримнефть», ПАО Банк Югра на момент совершения оспариваемых платежей и передачи имущества (06.07.2017-07.07.2017) входили в одну группу лиц, подконтрольную бенефициару ФИО9, ранее неоднократно установлено вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу (постановление арбитражного суда Западно-Сибирского Округа от 11.11.2020, определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24.03.2020, постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020 по делу № А75-12928/2017), по делам о несостоятельности (банкротстве) ПАО Банк Югра (дело № А40-145500/17), АО «Каюм Нефть» (дело № А75-21122/2019);
5) обстоятельства аффилированности сторон сделки следуют из акта выездной налоговой проверки от 16.10.2018 № 17-15/15, который конкурсный управляющий мог запросить в инспекции по месту учета должника.
Между тем, выбор судом даты 04.10.2018 в качестве начала течения годичного срока исковой давности является ошибочным, поскольку:
• во-первых, действительно, часть оспариваемых сделок совершены с расчетного счета должника, соответственно, о совершении таких платежей арбитражный управляющий мог узнать из банковских выписок по счетам должника. Однако из содержания банковских выписок невозможно было установить факт недобросовестности (аффилированности) ООО «Каюм нефть»;
• во-вторых, все судебные акты, на которые ссылается суд первой инстанции в качестве преюдициальных по обстоятельствам аффилированности сторон сделки, были приняты не ранее марта 2020 года;
• в-третьих, определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.08.2018 по делу № А75-12928/2017, вынесением которого закончилось рассмотрение требования ООО «Дримнефть» о включении в реестр требований кредиторов должника (требование было включено в реестр), не содержит выводов об аффилированности ООО «УБР-1», АО «Каюм Нефть» и ООО «Дримнефть»
- такие обстоятельства судом первой инстанции установлены не были. Суд апелляционной инстанции оставил судебный акт без изменения, отклонив доводы апелляционной жалобы уполномоченного органа об аффилированности сторон сделки (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 по делу № А75-12928/2017);
• в-четвертых, акт выездной налоговой проверки № 17-15/15, который в последующем послужил для судов основанием для выводов об аффилированности сторон сделки, датирован 16.10.2018.
Таким образом, по состоянию на 04.10.2018 конкурсный управляющий не мог быть осведомлен об обстоятельствах недобросовестности (аффилированности) ООО «Каюм нефть».
Первым и единственным доказательством аффилированности компаний ООО «УБР-1», АО «Каюм Нефть», ООО «Дримнефть» и ПАО Банк Югра был акт выездной налоговой проверки № 17-15/15, который появился не ранее 16.10.2018.
Даже если предположить, что налоговый орган незамедлительно после получения запроса конкурсного управляющего выслал бы копию акта на адрес электронной почты, то и в этом случае (учитывая почтовый пробег письма с запросом в 7 дней) в самых «идеальных условиях» конкурсный управляющий получил бы ответ ИФНС не ранее 24.10.2018.
Получить от ИФНС ответ на запрос 24.10.2018 конкурсный управляющий ФИО1 могла бы лишь в «идеальных условиях». В действительности же из-за несоблюдения Почтой России сроков пересылки корреспонденции и затягивания подготовки ответов на запросы требуется гораздо больше времени.
Даже если исчислять годичный срок исковой давности с 24.10.2018, то он истек 23.10.2019.
Заявление конкурсного кредитора ПАО Банк «Югра» в лице ГК «АСВ» к ООО «Каюм Нефть» о признании сделок недействительными было направлено в суд 21.10.2019.
Соответственно, срок исковой давности заявителем не пропущен.
Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности следует исчислять с 04.10.2018, нельзя признать обоснованным. Обстоятельства об осведомленности арбитражного управляющего об основаниях для оспаривания сделок с АО «Каюм нефть», которые суд посчитал установленными, не доказаны - из приведенного судом обоснования невозможно объективно установить, что конкурсному управляющему должника было или могло быть известно обо всей совокупности условий (оснований) недействительности оспариваемых сделок ранее 24.10.2018.
В отзыве на апелляционную жалобу ПАО Банк «Югра» арбитражный управляющий ФИО3 соглашается с доводами ПАО Банк «Югра», считает, что заявителем срок исковой давности не пропущен, поскольку ПАО Банк «Югра» мог обратиться в настоящим заявлением с момента включения его требования в реестр требований кредиторов должника (27.05.2019), в настоящем случае заявление поступило в суд 21.10.2019.
В отзыве на апелляционные жалобы исполняющий обязанности конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО7, возражая против доводов апелляционных жалоб, просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Постановлением от 19.04.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от
15.01.2023 по делу № А75-12928/2017 отменено, по делу принят новый судебный акт, которым признаны недействительными сделками платежи, совершенные обществом с ограниченной ответственностью «УБР-1» в пользу акционерного общества «Каюм Нефть» в общем размере 679 500 000 рублей, в том числе: 1 500 000,00 руб. от 06.07.2017; 3 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 5 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 17 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 49 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 64 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 100 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 116 000 000,00 руб. от 06.07.2017; 24 000 000,00 руб. от 07.07.2017.
Признана недействительной сделкой передача обществом с ограниченной ответственностью «УПРАВЛЕНИЕ БУРОВЫХ РАБОТ-1» в пользу АО «Каюм Нефть» следующих векселей, эмитентом которых является ПАО Банк «ЮГРА», на общую сумму 524 300 000 руб.; - 0291 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 108 000 000 рублей; - 0292 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 219 000 000 рублей; - 0293 от 30.06.2017 г. номинальной стоимостью 71 800 800 рублей; - 0294 от 30.06.2017 г. номинальной стоимостью 22 700 000 рублей; - 0295 от 30.06.2017 г. номинальной стоимостью 63 800 000 рублей; - 0296 от 30.06.2017 г. номинальной стоимостью 39 000 000 рублей.
Применены последствия недействительности сделок – с акционерного общества «Каюм Нефть» в пользу общества с ограниченной ответственностью «УПРАВЛЕНИЕ БУРОВЫХ РАБОТ-1» взыскано 1 203 800 000 руб. Распределены судебные расходы.
При этом, апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя заявление банка, пришел к выводу о доказанности подозрительного характера сделок, подачи заявления в пределах срока исковой давности с учетом даты возможного получения конкурсным управляющим, кредиторами сведений о наличии оснований для оспаривания сделок.
Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 оставлено без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.07.2023.
Постановлением от 05.03.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда постановление от 19.04.2023 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам. По делу назначено судебное заседание.
В судебном заседании представитель ФИО1 пояснил суду, что бывший конкурсный управляющий не согласен с выводами о пропуске срока исковой давности. Наличие выводов о пропуске ФИО1 о пропуске срока исковой давности может привести ко взысканию с ФИО1 убытков за ненадлежащее исполнение обязанностей управляющего. Поддержал доводы апелляционной жалобы о том, что срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен.
Представитель Федерального агентства по управлению государственным имуществом (Росимущества) поддержал доводы письменных объяснений, представленных апелляционному суду о том, что оспариваемые сделки реальный характер не носили, а являлись частью схемы по выводу денежных средств за пределы территории России в пользу бенефициара группы компаний, в которую входили, в том числе, АО «Каюм Нефть» и ПАО «Банк Югра».
Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела в суд не явились.
На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.
Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит следующим выводам.
Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского Кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:
сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;
сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;
сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;
сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).
В силу положений пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.
Согласно пункту 11 постановления № 63 если сделка с предпочтением была совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закон о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закон о банкротстве, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (абзац 5 пункта 10 постановления № 63).
В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Проанализировав представленные сторонами в дело доказательства суд первой инстанции верно установил, что на дату совершения оспариваемого платежа у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, обязательства перед которыми должны были быть исполнены ранее.
На дату совершения оспариваемой сделки у должника имелось неисполненные обязательства перед кредиторами в общей сумме 113 412 908 руб. 89 коп., в последующем включённые в реестр требований кредиторов должника.
Судом первой инстанции было установлено, а материалами дела подтверждается, что должник и ответчик входили в одну группу компаний - «Русь-Ойл», объединенную единым экономическим интересом и находящуюся под управлением единого центра в лице бенефициара ФИО9 Указанные обстоятельства, в частности, подтверждаются вступившими в законную силу судебными по настоящему делу и по делам о несостоятельности (банкротстве) ПАО Банк Югра (А40- 145500/17), АО «Каюм Нефть» (А75-21122/2019).
Наличие заинтересованности между ООО «УБР-1» и АО «Каюм Нефть» презюмирует, что участники обособленного спора состояли в сговоре при совершении оспариваемых сделок, направленных на безвозмездное отчуждение денежных средств из состава активов должника под видом исполнения договорных обязательств.
Кроме того, бремя доказывания реальности исполнения сделки лежит на АО «Каюм Нефть» согласно общему смыслу правовой позиции, выраженной в Определении ВС РФ от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784 по делу № А38-1381/2016.
При таких обстоятельствах, выводы суда о наличии признаков аффилированности сторон спорной сделки в данном конкретном случае у коллегии судей сомнений в правильности не вызывают.
Кроме того, судом первой инстанции при разрешении спора принято во внимание, что определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.03.2020 по настоящему делу о банкротстве, оставленного без изменения постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020, постановлением арбитражного суда Западно-Сибирского Округа от 11.11.2020, отказано в удовлетворении требований ООО «Дримнефть» о включении в реестр требований кредиторов ООО «УТБ-1» требования в размере 3 052 386 781 руб. 12 коп. в связи с ненадлежащим исполнением должником-подрядчиком своих обязательств по заключённому с АО «Каюм Нефть» (заказчик) договору на выполнение работ по бурению и строительству скважин от 03.04.2017 № КН-УБР1/0417, оплаченных заказчиком и перешедших к новому подрядчику – ООО «Дримнефть» по соглашению о перемене лиц в обязательстве от 30.09.2017.
Отказывая в удовлетворении заявления, и оставляя судебный акт без изменения, суды исходили из отсутствия экономического интереса сторон в заключении договора от 03.04.2017 № КН-УБР1/0417 и соглашения к нему от 30.09.2017, их мнимости, наличия фактической аффилированности между должником и ООО «Дримнефть», транзитного характера перечислений денежных средств.
При этом суды приняли во внимание установленные в ходе выездной налоговой проверки (акт от 16.10.2018 № 17-15/15, том 258 л.д. 29-92) в отношении должника признаки фактической заинтересованности между ним и ООО «Дримнефть» в связи с оказанием бухгалтерских услуг и осуществлением бухгалтерского сопровождения отчётной документации одним и тем же лицом – управляющей компанией «СДС Консалт»; вхождение должника и общества «Дримнефть» в группу компаний «Русь- Ойл»; передачу обществу «Дримнефть» части обязательств общества «УБР-1» вместе с его 14 исполнительным органом и трудовым коллективом после принятия решения о добровольной ликвидации общества «УБР-1».
В этой связи суды сделали вывод о «дружественном» характере правоотношений должника и кредитора, мнимом характере оснований возникновения подрядных отношений без намерения создать им соответствующие правовые последствия и отказали в удовлетворении заявления общества «Дримнефть».
При таком положении суд правильно заключил, что оспариваемые сделки совершена в отсутствие реального встречного равноценного предоставления со стороны аффилированного ответчика ООО «Каюм Нефть», так как сам должник ООО «УСБ-1» в результате цепочки сделок, совершенной аффилированными лицами, не получил никаких имущественных выгод, а напротив из имущественной сферы должника выбыли денежные средства и имущество, свидетельствует о наличии признаков недействительности такой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Сторонами спорной сделки не раскрыта целесообразность заключения договоров в условиях неспособности удовлетворения должником условия об оплате за передаваемое имущество.
По результатам повторной оценки имеющихся в деле доказательств с учетом дополнительно представленных, в том числе, Федеральным агентством по управлению государственным имуществом, объяснений, коллегия суда исходит из необходимости оставления судебного акта суда первой инстанции без изменения.
Апелляционный суд отмечает, что суд первой инстанции, констатировав наличие в оспариваемой сделке всех признаков, предусмотренных пунктом 3 статьи 61.3, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отказал в удовлетворении требований ПАО Банк «Югра» сославшись на пропуск срок исковой давности для обращения с заявлением об оспаривании сделок.
Суд апелляционной инстанции с выводом суда о пропуске срока исковой давности не соглашается, находит срок исковой давности в данном конкретном случае не пропущенным ввиду следующего.
Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривании сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.
В пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» даны следующие разъяснения: заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).
В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.
Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.
В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.
В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.
Согласно положению пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве с заявлением об оспаривании сделок должника вправе обратиться конкурсный кредитор или уполномоченный орган, если размер кредиторской задолженности перед ним. включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.
При этом пунктом 1 названной статьи предусмотрено, что срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Законом.
В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог,
действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
Судебной практике известны случаи, когда в ситуации очевидного пропуска управляющим срока исковой давности с заявлением об оспаривании сделки должника обращается конкурсный кредитор, ссылаясь на то, что о наличии соответствующих оснований он узнал существенно позднее (например, с даты включения его требования в реестр).
Апелляционный суд исходит из того, что по общему правилу при разрешении вопроса об исчислении срока исковой давности в ситуации обращения в суд нескольких заявителей необходимо руководствоваться (по аналогии) разъяснениями, содержащимися в пункте 59 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве, по смыслу которых срок исковой давности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии соответствующих оснований.
При этом в абзаце третьем названного пункта разъяснено, что, если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что недобросовестно действующий в интересах контролирующего должника лица арбитражный управляющий скрыл от кредиторов обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не может быть исчислен с момента осведомлённости такого управляющего.
В настоящем споре особенностью является то обстоятельство, что ПАО Банк «Югра» хоть и выступает в интересах всех кредиторов, но при этом сам является аффилированным к должнику лицом, таким образом, в рассматриваемом случае, вышеуказанные правила к заявителю не применимы.
Суд первой инстанции связал начало течения срока исковой давности с моментом введения в отношении должника процедуры конкурсного производства определением суда от 11.04.2018, резолютивная часть которого объявлена 04.04.2018 и с осведомленностью конкурсного управляющего о такой (порочной) сделке.
Учитывая, что срок проведения процедуры конкурсного производства составляет 6 месяцев, действуя разумно и добросовестно арбитражный управляющий объективно не был лишён возможности получить сведения как о факте совершения сделки, так и об её пороках (в банке, в налоговой инспекции) и субъективный момент осведомленности связан с добросовестным и оперативным исполнением обязанностей, суд счел необходимым исчислять срок исковой давности с 04.10.2018 (по истечении 6 месяцев со дня открытия конкурсного производства), поскольку не позднее указанного срока конкурсный управляющий мог и должен был получить информацию, свидетельствующую о подозрительности данной сделки.
При том, что обстоятельства совершения сделки являлись предметом судебного разбирательства в рамках спора по заявлению ООО «Дримнефть» о включении в реестр требований кредиторов, по которому определение суда первой инстанции вынесено уже 06.08.2018, а обстоятельства аффилированности сторон сделки следуют из акта выездной налоговой проверки от 16.10.2018 № 17-15/15, который конкурсный управляющий мог запросить в инспекции по месту учета должника.
Отсюда суд первой инстанции пришёл к выводу, что годичный срок давности для обращения с настоящим заявлением истек 04.10.2019, ПАО Банк «Югра» обратилось с
настоящим заявлением 21.10.2019, то есть с пропуском годичного срока исковой давности.
Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что исчисление срока и что обстоятельства аффилированности ООО «УБР-1», АО «Каюм Нефть», ООО «Дримнефть», ПАО Банк Югра установлены судебными актами лишь в 2020 году (постановление арбитражного суда Западно-Сибирского Округа от 11.11.2020; определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.03.2020; постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020 по делу А785-12928/2017).
Основанием для выводов об аффилированности ООО «УБР-1», АО «Каюм Нефть», ООО «Дримнефть», ПАО Банк Югра послужил акт выездной налоговой проверки от 16.10.2018 № 17-15/15 в отношении ООО «УБР-1».
Конкурсный управляющий ООО «УБР-1», действующий разумно и добросовестно мог быть осведомлён о аффилированности ООО «УБР-1» и АО «Каюм Нефть», и, как следствие, о наличии оснований для обжалования оспариваемых сделок не ранее даты получения названного акта проверки от 16.10.2018.
Апелляционный суд считает засуживающими внимания доводы ФИО1 (арбитражный управляющий ООО «УБР-1» на дату вынесения акта выездной налоговой проверки), заключающиеся в том, что в данном конкретном споре исходя из вышеназванных фактических обстоятельств, аффилированности участников, установления факта аффилированности в судебных актах (самый ранний датирован мартом 2020 года) даже в при «идеальных условиях», с учётом срока пересылки почтовой корреспонденции, при незамедлительном отправке налоговым органом данного акта при получении запроса от конкурсного управляющего ООО «УБР-1», такой конкурсный управляющий мог получить акт выездной налоговой проверки от 16.10.2018 № 17-15/15 не ранее 31.10.2018.
Согласно сведениям, размещенным на сайте АО «Почта России» (https://www.pochta.ru/support/post-rules/delivery-terms), контрольные сроки пересылки письменной корреспонденции (без учета дня приема) между Екатеринбургом (место нахождения конкурсного управляющего ФИО1) и Ханты-Мансийском (место нахождения ИФНС) составляют 5 календарных дня (таблица № 7 приложения № 1 к нормативам).
Соответственно, если к срокам пересылки добавить день отправки и день получения корреспонденции, то срок по доставке корреспонденции между указанными адресатами составит не менее 7 дней.
Таким образом, если исходить из условий соблюдения АО «Почта России» заявленных сроков пересылки корреспонденции, То есть незамедлительное получение адресатом корреспонденции, незамедлительная подготовка ответа на запрос и т.д., то даже в этом случае конкурсный управляющий мог бы получить ответ от ИФНС (с копией акта выездной налоговой проверки от 16.10.2018 № 17-15/15) не ранее 31.10.2018.
Даже если предположить, что налоговый орган незамедлительно после получения запроса конкурсного управляющего выслал бы копию акта на адрес электронной почты, то и в этом случае (учитывая почтовый пробег письма с запросом в 7 дней) конкурсный управляющий получил бы ответ ИФНС не ранее 24.10.2018.
Суд апелляционной инстанции признаёт обоснованными и доводы ПАО Банк «Югра» об исключении периода, когда полномочия конкурсного управляющего ООО «УБР-1» осуществлял арбитражный управляющий ФИО3 (21.03.2019 -
15.06.2021), отстранённый определением суда от 19.06.2021 (резолютивная часть объявлена 15.06.2021) от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «УБР-1» в связи с наличием существенных и неустранимых сомнений в независимости и беспристрастности по отношению к должнику, в связи с установленной аффилированностью по отношению ООО «Дримнефть», также аффилированного с должником, поскольку исходя из абзаца третьего пункта 59 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что недобросовестно действующий в интересах контролирующего должника лица арбитражный управляющий скрыл от кредиторов обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не может быть исчислен с момента осведомлённости такого управляющего.
С учётом изложенного, срок исковой давности для подачи заявления об оспаривании сделок должника ПАО Банк «Югра», обратившегося в суд 21.10.2019 не пропущен, поскольку таковой истекал, по мнению коллегии судей не ранее 24.10.2019.
Таким образом, суд первой инстанции пришёл к ошибочному выводу о пропуске заявителем срока исковой давности.
Данные выводы подлежат исключению из мотивировочной части обжалуемого судебного акта применительно к разъяснениям, данным Верховным Судом России в пункте 39 Постановления Пленума от 30.06.2020 № 12, в силу которого в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.
Исключив вывод о пропуске срока исковой давности, апелляционный суд, вместе с тем, соглашается с необходимостью отказа в удовлетворении заявленных требований, а следовательно, и апелляционной жалобы ПАО Банк «Югра» по следующим мотивам.
Решением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 10.05.2023 по делу № 02-0614/2023 по иску Генеральной прокуратуры Российской Федерации к ФИО9 и ФИО10 о взыскании в пользу Российской Федерации ущерба в размере более 192 млрд рублей в собственность Российской Федерации переданы 10 200 акций АО «Каюм Нефть».
Акции зачислены на лицевой счет Федерального агентства по управлению государственным имуществом.
Апелляционным определением Московского городского суда от 11.10.2023 по делу № 33-38098 решение суда оставлено без изменения в части (с учетом отказа истца от части исковых требований).
В части передачи акций АО «Каюм Нефть» в собственность Российской Федерации решение оставлено без изменения.
Вступившим в законную силу решением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 10.05.2023 по делу № 02-0614/2023 установлен факт вхождения ООО «УБР-1», ПАО «Банк «Югра», АО «Каюм-Нефть» наряду с множеством иных организаций в группу компаний «Русь-Ойл», а также факт номинальности руководителей и учредителей компании.
Также установлено, что группа компаний «Русь-Ойл» функционировала под контролем и в интересах главного бенефициара ФИО9
Группа компаний «Русь-Ойл» при осуществлении деятельности по добыче и продаже нефти систематически использовала схемы уклонения от уплаты налогов, заключающиеся:
1) в создании между входящими в группу компаний «Русь-Ойл» и иными аффилированными лицами фиктивных взаимоотношений по купле-продаже нефти;
2) отражении заведомо ложных сведений о таких взаимоотношениях и связанных с ними расходах в регистрах бухгалтерского (налогового) учета;
3) формальном исчислении налога на добычу полезных ископаемых и его неуплате под предлогом отсутствия для этого денежных средств;
4) переводе выручки, полученной от конечных покупателей нефти, на счета иных подконтрольных лиц, не имеющих задолженности перед бюджетом;
5) распределении полученных денег внутри группы компаний «Русь-Ойл», их выводе на счета нерезидентов.
Вместе с тем по результатам рассмотрения иска Генеральной прокуратуры Российской Федерации суды пришли к выводу, что в реализации подобных схем были заинтересованы все компании группы, выполняя каждая свою, отведенную ей из единого центра роль.
Судами установлены следующие роли, выполняемые такими компаниями: 1. компании, реально осуществляющие деятельность по добыче нефти;
2. «технические» организации, участвующие в операциях по перечислению внутри группы, не выполняя каких-либо работ;
3. «центры убытков», на которые аккумулировалась задолженность по налогам и кредитным обязательствам;
4. организации – формальные держатели лицензий на добычу нефти, зачастую не обладающие материально-технической базой;
5. компании, оказывающие основным нефтедобытчикам геофизические услуги при добыче полезных ископаемых – обслуживающие организации.
В соответствии с определением от 11.10.2023 по делу № 33-38098 Московским городским судом также установлена фиктивность задолженности между 7 подконтрольными организациями, входящими в группу компаний «Русь-Ойл», и сделан вывод о наличии необходимых и достаточных оснований для прекращения производств по делам о банкротстве компаний группы «Русь-Ойл», что является самостоятельным предметом рассмотрения арбитражными судами.
В отношении ПАО Банк «Югра» Замоскворецким районным и Московским городским судами установлено следующее.
ФИО9 организовал многоуровневую структуру владения бизнесом по добыче и продаже нефти, при которой он и ФИО10 контролировали финансово-хозяйственную деятельность принадлежащей им группы компаний «Русь-Ойл» с использованием ПАО «Банк «Югра» и иностранных организаций Exillon Energy Plc, Seneal International Agency Ltd, Sinclare Holdings Limited. Данные обстоятельства свидетельствуют не просто о вовлеченности ФИО9 в деятельность компаний «Русь-Ойл», но и прямо указывают на сосредоточении под его личным контролем всей группы, фактическом осуществлении им руководящих функций и обязанностей единоличного исполнительного органа, что в совокупности с установленными судом данными о номинальном назначении директоров подконтрольных обществ подтверждает тезис об осуществлении ответчиками скрытого владения активами.
Судом также установлено, что ФИО9 через Банк Югра и АО «Каюм Нефть» с помощью незаконных финансовых операций выводил денежные средства в свою пользу, в том числе через оффшорные компании.
ФИО9, являясь бенефициаром ПАО «Банк «Югра», фактически использовал кредитное учреждение для проведения незаконных финансовых операций, направленных на вывод активов.
Для этого он использовал разветвленные сети компаний, сгруппированные по отдельным блокам, в том числе группу нефтяного блока – «Русь-Ойл». Конечными выгодоприобретателями от указанной незаконной деятельности выступали сам ФИО9 и ФИО10, скрывая имущество в офшорных юрисдикциях.
Подробные схемы вывода активов ПАО «Банк «Югра» и их зачисления на счета нерезидента «Seneal International Agency Ltd», принадлежащего ФИО9, изложены в приложении № 1 к исследованному письму Центрального банка Российской Федерации.
Реализация противоправного замысла осуществлялась в три этапа.
В качестве посредников использованы, в том числе организации группы «Русь- Ойл» (ООО «Восток», ООО «КапСтрой», АО «Каюм Нефть», ООО «Нэм Ойл», ООО «УБР-1», ООО «БурСнаб», ООО «Тайфун», ООО «СтройПартнер», ООО «Строймонолит», ООО «Стройбизнесгрупп», ООО «СтройИнджиниринг», ООО «СургутТранс», ООО «Бурнефть», ООО «Версоргунг», ООО «Южно-Владигорское» и другие), а также ряд иностранных компаний.
Технически вывод средств был организован путем проведения многочисленных операций между взаимозависимыми лицами, сопровождаемых дроблением и переводом денег на их расчетные счета, открытые в ПАО Банк «Югра».
Выводы об использовании ФИО9 ПАО «Банк «Югра» для организации и сопровождения противоправной деятельности группы «РусьОйл» содержатся также в материалах налоговых проверок.
С учетом установленных обстоятельств Федеральная налоговая служба констатировала, что компаниям, входящим в нефтяной актив «Русь-Ойл», со стороны ПАО «Банк «Югра» выдавались безвозвратные кредиты на финансирование нефтяных бизнес проектов, впоследствии так и не реализуемых.
Таким образом, установлено, что ООО «УБР-1» и АО «Каюм-Нефть», входящие в группу, подконтрольную бывшему мажоритарному акционеру ПАО «Банк «Югра» ФИО9, осуществляли роль технического звена и использовались для обслуживания финансовых нужд, в том числе незаконной оптимизации налогов, нефтяных активов.
Суд признал вышеуказанные выводы мотивированными и убедительными, основанными на совокупности значительного числа полученных в ходе проверки материалов и объективных сведений. Судом отмечено, что приведенные выводы полностью согласуются с информацией Центрального банка Российской Федерации, Росфинмониторинга и иными доказательствами, представленными в дело.
Аналогичные обстоятельства установлены и иными решениями налогового органа в отношении лиц из группы «Русь-Ойл», исследованными судом первой инстанции.
Таким образом, из судебных актов судов общей юрисдикции, приведенных выше, следует, что АО «Каюм Нефть» являлось транзитным звеном и использовалось для обслуживания финансовых нужд ФИО9, в том числе незаконной оптимизации налогов, вывода активов.
Ни АО «Каюм Нефть», ни ООО «УБР-1» не извлекли никакой экономической выгоды из оспариваемых сделок, также как конкурсной массе ООО «УБР-1» не было причинено никакого вреда данными сделками, так как 1,2038 млрд руб. не являлись собственностью должника.
Как АО «Каюм Нефть», так и ООО «УБР-1» являлись лишь транзитными звеньями в схеме по выводу ФИО9 денежных средств в свою пользу.
Обстоятельства «входа» денежных средств в ООО «УБР-1», которые впоследствии были переданы АО «Каюм Нефть» таковы.
29.06.2017 АО «Газпромбанк» (далее – Газпромбанк) зачислил на расчетный счет АО «Каюм Нефть» 66 млн долл. США, которые были конвертированы и переведены на рублевый счет АО «Каюм Нефть» в размере 3 888 535 200 руб. (Строки 17-19 выписки по расчетному долларовому счету АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке, строка 40 выписки по расчетному рублевому счету АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке.
В тот же день 3,8 млрд руб. были перечислены на счета 14 подконтрольных ФИО9 юридических лиц, в том числе в пользу ООО «УБР-1» в размере 510 000 000 руб. с назначением платежа «Авансовый платеж по Дог. № ФИО11/0417 от 03.04.2017 за выполнение работ по бурению и строительству скважин» (Строка 47 выписки по расчетному рублевому счету АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке).
06-07.07.2017 аффилированные лица, входящие в ГК «Русь-Ойл» и подконтрольные ФИО9, перечисляют на расчетный счет ООО «УБР-1» в общей сумме 690 469 243 руб. (Строки 3823-3877, 3881-3882 выписки с расчетного счета ООО «УБР-1» в Банке Югра), в том числе АО «Русь Ойл» – 16,275 млн руб., Дассолт Венчаз – 116 млн руб., ООО «БурСнаб» – 179,1 млн руб.( Строки 3869, 3876, 3877 выписки с расчетного счета ООО «УБР-1» в Банке Югра).
Обстоятельства «вывода» из ООО «УБР-1» и дальнейшего транзита денежных средств.
30.06.2017 ООО «УБР-1» передало в пользу АО «Каюм Нефть» следующие векселя, эмитентом которых является ПАО Банк «Югра», на общую сумму 524 300 000 руб.: - 0291 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 108 000 000 руб.; - 0292 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 219 000 000 руб.; - 0293 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 71 800 800 руб.; - 0294 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 22 700 000 руб.; - 0295 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 63 800 000 руб.; - 0296 от 30.06.2017 номинальной стоимостью 39 000 000 руб.
В тот же день (30.06.2017) на счет АО «Каюм Нефть» зачислено 524 300 000 руб. по векселям серии 880-01, переданным ООО «УБР-1»: по векселю 0291 от 30.06.2017 – 108 000 000 руб. от ООО «Авалон», по векселю 0292 от 30.06.2017 – 219 000 000 руб. от ООО «Максистоун», по векселю 0293 от 30.06.2017 – 71 800 800 руб. от АО «Новая карандашная фабрика», по векселю 0294 от 30.06.2017 – 22 700 000 руб. от ООО «РЭСК», по векселю 0295 от 30.06.2017 – 63 800 000 руб. от ООО «Тукан», по векселю 0296 от 30.06.2017 – 39 000 000 руб. от ООО «Тайфун» (Строки 1101-1106 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Банке Югра.)
03.07.2017 АО «Каюм Нефть» перечисляет на свой расчетный счет в Газпромбанке 2 414 793 043 руб. (Строка 1109 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Банке Югра, строка 62 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке.), которые включают в себя полученные по векселям серии 880-01 № 0291-0296 денежные средства в размере 524 300 000 руб., а также зачисленные 03.07.2017 от ООО «Нэм Ойл» 1 417 738 965 руб. (Строка 1113 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Банке Югра. Источником данных денежных средств являлся
транш Газпромбанка от 29.06.2017 в пользу АО «Каюм Нефть» по кредитным договорам, часть из которого в размере 1 531 847 200 руб. была в тот же день перечислена в пользу ООО «Нэм Ойл» с назначением платежа «Перечисление средств по Договору займа КН-НО/0617 от 28.06.2017 (7,0%) Без НДС» (строка 44 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке).
11.07.2017 АО «Каюм Нефть» перечисляет в адрес ООО «Нэм Ойл» 1 417 738 965 руб. с назначением платежа «Возврат авансового платежа по Агентскому договору КН-НО/17 от 03.07.2017» (Строка 81 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке.)
06.07.2017 и 07.07.2017 ООО «УБР-1» совершило в пользу АО «Каюм Нефть» платежи в общем размере 679 500 000 рублей, в том числе: 1 500 000 руб. от 06.07.2017; 3 000 000 руб. от 06.07.2017; 5 000 000 руб. от 06.07.2017; 17 000 000 руб. от 06.07.2017; 49 000 000 руб. от 06.07.2017; 64 000 000 руб. от 06.07.2017; 100 000 000 руб. от 06.07.2017; 100 000 000 руб. от 06.07.2017; 100 000 000 руб. от 06.07.2017; 100 000 000 руб. от 06.07.2017; 116 000 000 руб. от 06.07.2017; 24 000 000 руб. от 07.07.2017 с назначением платежа «Возврат аванса по Договору № КН-УБР1/0417 от 03.04.2017 г. за выполнение работ по бурению и строительству скважин» (Строки 65-70, 72-76, 78 выписки с расчетного счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке.).
Таким образом, на 14.07.2017 на счете АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке аккумулируются денежные средства, в условном начале цепочки, полученные от ООО «УБР-1» (в качестве векселей 0291-0296, а также непосредственно денежными переводами от 6 и 7 июля 2017) в размере 1 203 800 000 руб.
14.07.2017 АО «Каюм Нефть» конвертирует 1 600 000 000 руб. в 26 742 436,60 долларов США (Строка 139 выписки с расчетного рублевого счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке, строка 20 выписки с расчетного долларового счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке.).
27.07.2017 и 28.07.2017 АО «Каюм Нефть» переводит 5 000 000 долларов США и 17 000 000 долларов США(Строки 22, 24 выписки с расчетного долларового счета АО «Каюм Нефть» в Газпромбанке) соответственно в качестве частичного возврата по договору займа EА-KN/0717 от 14.07.2017 предположительно в пользу Exillon Finance Ltd (о. Мэн).
Таким образом, 1 203 800 000 руб., переданные от ООО «УБР-1» в виде векселей и денежных средств в пользу АО «Каюм Нефть» в качестве возврата аванса по мнимому договору подряда, были выведены транзитом в офшоры в результате созданной ФИО9 противоправной схемы, установленной решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы.
Выписки по счетам, указанные выше, являются приложением к объяснениям Росимущества, поступившим в суд апелляционной инстанции 16.07.2024 (запись в электронном деле от 16.07.2024, документы 1-17).
Конкурсной массе ООО «УБР-1» данными сделками не причинено вреда, так как 1 203 800 000 руб. никогда не являлись активом ООО «УБР-1». Они транзитом с использованием описанной выше схемы выводились ФИО9 в свою пользу через АО «Каюм Нефть», ООО «УБР-1» и другие подконтрольные ему юридические лица.
При установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что оснований для удовлетворения требований заявителя (ПАО Банк «Югра») и апелляционных жалоб не имеется.
Апелляционный суд отмечает, что удовлетворение заявления ПАО Банк «Югра» о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности не приведет к защите интересов кредиторов ПАО Банк «Югра» и тем более АО «Каюм Нефть».
Оно может привести лишь к констатации факта о законности действий ФИО9, описанных выше, что в силу положений статьи 10 ГК РФ недопустимо. Злоупотребление правами само по себе является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
Кроме того, удовлетворение требований может привести и к тому, что настоящий судебный акт вступит в противоречие с иными судебными актами, в том числе, постановленными судами общей юрисдикции в рамках уголовного судопроизводства, что недопустимо.
По изложенным мотивам апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о необходимости отказа в удовлетворении заявленных требований.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.01.2023 по делу № А75-12928/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий М.М. Сафронов Судьи Е.В. Аристова
М.П. Целых