АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА
420066, <...>, тел. <***>
http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
Ф06-6593/2025
г. Казань Дело № А12-28103/2024
01 ноября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 1 ноября 2025 года.
Арбитражный суд Поволжского округа в составе:
председательствующего судьи Богдановой Е.В.,
судей Васильева П.П., Минеевой А.А.,
в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1
на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 24.06.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2025
по делу № А12-28103/2024
о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 в части не освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов
УСТАНОВИЛ:
производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – ФИО1, должник) возбуждено определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.10.2024 на основании заявления должника.
Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 22.11.2024 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2
Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.06.2025 процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена; ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в ходе процедуры банкротства, за исключением обязательств перед следующими кредиторами: АО «Газпромбанк» по кредитным договорам от 01.04.2024 № 20953-ПБ/007/2024/24, № РККнбдо-2030887265; ПАО «Банк ВТБ» по кредитному договору от 01.04.2024 № V621/1008-0006214; АО «Альфа-Банк» по кредитному договору от 02.04.2024 № PILCAPHP12404021805; АО «Почта Банк» по кредитному договору от 01.04.2024 № 91080853.
Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2025 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 24.06.2025 в обжалуемой части (в части неосвобождения должника от исполнения обязательств) оставлено без изменения.
Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, просит определение суда первой инстанции от 24.06.2025 и постановление апелляционного суда от 21.08.2025 в части отказа в применении правила об освобождении его от исполнения обязательств отменить и принять новый судебный акт о его освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.
В кассационной жалобе ФИО1 выражает несогласие с выводами судов об отсутствии основания для применения к нему правил об освобождении от обязательств перед банками; о несоответствии выводов судов в части оценки его действий как недобросовестных фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, полагая, что характер и обстоятельства совершения указанных действий могут свидетельствовать лишь о неразумности его поведения (финансовой неосмотрительности), что само по себе не является препятствием для освобождения от долгов.
Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.
Как установлено судами, при обращении с заявлением о собственном банкротстве ФИО1 указывал на и судом при принятии решения о признании ФИО1 банкротом было установлено наличие у него задолженности перед следующими кредитными организациями: АО «Газпромбанк» (по договору от 01.04.2024), ПАО «Банк ВТБ» (по договору от 01.04.2024), АО «Альфа-Банк» (по договору от 02.04.2024), АО «Почта Банк» (по договору от 01.04.2024), ПАО «Сбербанк» (по договору от 23.04.2024) и ПАО «Совкомбанк» (по договору от 19.09.2021).
В ходе процедуры реализации имущества в третью очередь реестра должника включены требования на общую сумму 2 317 455,01 руб.: требования ПАО «Сбербанк» (в размере 237 224,57 руб.), АО «Газпромбанк» (в размере 1 409 689,90 руб.) и ПАО «ВТБ Банк» (в размере 610 697,54 руб.);, требования кредиторов погашены частично за счет поступлений в конкурсную массу средств от заработной платы должника, размер погашения составил 6,34 %.
По результатам проведения процедуры реализации имущества в отношении должника финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о ее завершении, представив отчет о результатах проделанной работы.
Установив по итогам рассмотрения отчета, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, пополнение конкурсной массы невозможно, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО1, который лицами, участвующими в деле, не оспаривался.
При этом суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, счел отсутствующими основания для освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитными организациями (согласно перечню).
Разрешая вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов и отказывая в применении к нему правила об освобождении от обязательств перед конкретными кредиторами, суд первой инстанции и согласившийся с ним апелляционный суд, оценив представленные по делу доказательства и, руководствуясь положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее постановление Пленума от 13.10.2015 № 45), исходили из недобросовестного поведения должника при возникновении обязательств перед указанными банками, приняв во внимание обстоятельства формирования кредиторской задолженности должника.
Так, судами установлено, что должником в незначительный промежуток времени, в течение двух календарных дней (01, 02 апреля 2024 года) было заключено несколько кредитных договоров с разными кредитными организациями на общую сумму 3 125 421,61 руб., в том числе, с ПАО «Банк ВТБ», АО «Газпромбанк», АО «Альфа-Банк», АО «Почта Банк», из которых в реестр должника включены требования (АО «Газпромбанк») на общую сумму 1 444 334,90 руб. (62,32 % от общего размера требований).
Установив формирование основной задолженности ФИО1 перед кредиторами (банками) в незначительный промежуток времени, суды пришли к выводу о фактической направленности его действий на предотвращение возможности проверки его кредитной истории, информации о наличии у должника иных обязательств.
Кроме того, судами отмечено, что при получении кредитов должником в заявлениях на их выдачу не была отражена информация о наличии у него действующих кредитных обязательств (по уже заключенным к этому моменту кредитным договорам).
Судами также установлено, что совокупный размер ежемесячного платежа по выданным 01 и 02 апреля 2024 года кредитам составляет 80 947,03 руб., в то время как среднемесячный доход должника в спорный период, согласно представленным справкам 2-НДФЛ, составлял в среднем 56 353,39 руб. (при имеющихся у него необходимых расходах на собственное проживание, а также содержание несовершеннолетнего ребенка), а иных сведений, подтверждающих наличие у должника дохода, достаточного для погашения платежей по указанным кредитным договорам, в дело не представлено.
При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что, принимая на себя указанные кредитные обязательства, должник не мог не понимать очевидной недостаточности имеющегося у него дохода для обслуживания кредитных обязательств.
С учетом изложенного, заключив, что такая схема взаимодействия с кредитными учреждениями, свидетельствует о том, что должник не мог не понимать содержание своих действий, и не может быть признана добросовестным заблуждением должника относительно собственных финансовых возможностей; должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, возврат которых очевидно был невозможен с учетом его фактического финансового положения, суды пришли к выводу, что такое поведение должника не соответствует стандартам добросовестности, в связи с чем сочли отсутствующими основания для применения в отношении него правила об освобождении от исполнения обязательств перед указанными кредитными организациями.
Суд кассационной инстанции находит выводы судов об отсутствии оснований для освобождения должника от обязательств перед указанными кредиторами соответствующими имеющимися в деле доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам и основанными на нормах права, подлежащих применению.
По общему правилу (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных в ходе процедур банкротства.
Закрепленное в статье 213.28 Закона о банкротстве правило об освобождении гражданина от исполнения требований кредиторов (долгов) по итогам процедуры банкротства, является, по сути, экстраординарным способом прекращения обязательств несостоятельного физического лица, отвечающего критериям добросовестности.
Вместе с тем названной нормой предусмотрены случаи, при которых списание задолженности гражданина-банкрота не допускается.
Так, в частности, в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.
Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума от 13.10.2015 № 45).
Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.
В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении этого должника правила об освобождении от исполнения обязательств.
Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.
Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, во многом зависит от добросовестности должника.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей отказа в освобождении гражданина от долгов в рамках процедуры банкротства.
Однако последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств.
При одновременном обращении за получением кредита в несколько банков стандартным поведением добросовестного потенциального заемщика будет являться указание соответствующей информации о получении им заемных средств в иных кредитных учреждениях, поскольку иное лишает кредиторов возможности объективно оценить риски и возможности заемщика исполнить обязательства.
На момент обращения ФИО1 в банки за получением кредитных средств информация о заключении кредитного договора передавалась в бюро кредитных историй в срок не позднее окончания третьего рабочего дня после наступления соответствующего события (подпункт 1 пункта 6 статьи 2 Федерального закона от 31.07.2020 № 302-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О кредитных историях» в части модернизации системы формирования кредитных историй»), что в рассматриваемом случае не гарантировало возможности раскрытия кредитору (банку) информации о ранее заключенных договорах. Самостоятельно информацию о практически одномоментном оформлении кредитных договоров в нескольких банках должник перед своими кредиторами не раскрыл, иное из материалов дела не следует.
Кроме того, поскольку принятие гражданином на себя значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера, возлагают на последнего встречную обязанность по раскрытию своего имущественного положения, цели получения кредита (займа), его расходования.
Оценив в совокупности обстоятельства дела, и установив, что заключив в короткий промежуток времени несколько кредитных договоров в различных кредитных учреждениях, должник осознанно ввел в заблуждение банки относительно своей кредитоспособности, скрыв сведения о своем реальном финансовом положении, и сделав невозможным проведение банками полноценной оценки кредитных рисков, в том числе получение актуальной информации в бюро кредитных историй, приняв во внимание, что цели получения и обстоятельства расходования полученных кредитных средств должником должным образом не раскрыты, при том, что в ходе процедуры банкротства требования кредиторов были погашены в незначительном размере, суды пришли к обоснованному выводу о недобросовестности поведения должника при вступлении в кредитные отношения с указанными банками, исключающего возможность освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения их требований.
Доказательств того, что получение кредитных денежных средств было для должника вынужденной и жизненно необходимой мерой, не представлено.
Разрешая спор в обжалуемой части, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.
Доводы должника о не исследовании судами вопроса о наличии у него какого-либо дополнительного дохода или имущества, за счет которых он рассчитывал обслуживать кредиты, о возможных индивидуальных причинах заключения кредитов подлежат отклонению, поскольку носят риторический характер, беспредметны.
Доводы должника об обязанности банков осуществлять оценку рисков при предоставлении кредитных средств заемщиков суд округа находит подлежащими отклонению, поскольку наличие у кредитной организации возможности проверить сообщаемую заемщиком информацию не освобождает самого должника (заемщика) от обязанности действовать добросовестно как при заключении кредитного договора, так и при исполнении им взятых на себя обязательств.
Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе (касающиеся несогласия с оценкой судами его поведения как недобросовестного), подлежат отклонению, поскольку были предметом детального исследования судов и получили исчерпывающую и надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения, не опровергают обстоятельств, установленных судами при рассмотрении настоящего дела, о добросовестности поведения должника не свидетельствуют.
Ссылка должника на судебную практику (определения Верховного Суда Российской Федерации) не свидетельствует о нарушении судами единообразия в толковании и применении норм права с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.
При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены судебных актов в обжалуемой части и удовлетворения кассационной жалобы.
Учитывая, что согласно тексту кассационной жалобы ФИО1, предметом кассационного обжалования в данном случае является вопрос об освобождении/неосвобождении должника от исполнения обязательств перед кредиторами, при том, что доводов и правовых аргументов, ставящих под сомнение вывод суда первой инстанции в части завершения процедуры реализации имущества кассационная жалоба не содержит, а согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации граждане-должники освобождены от уплаты государственной пошлины по спорам, связанным с освобождением от обязательств перед кредитором, уплаченная ФИО1 при подаче кассационной жалобы государственная пошлина в размере 20 000 руб., подлежит возврату ему в порядке, предусмотренном в статье 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Волгоградской области от 24.06.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2025 по делу № А12-28103/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 000 рублей, уплаченную чеком по операции от 01.09.2025 за рассмотрение кассационной жалобы.
Выдать справку на возврат государственной пошлины.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья Е.В. Богданова
Судьи П.П. Васильев
А.А. Минеева