ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

29 декабря 2025 года Дело № А56-96512/2020/з.1

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 декабря 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Радченко А.В., Серебровой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Котеневым П.А.,

при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 21.03.2025),

от ФИО3 – представителя ФИО4 (доверенность от 21.11.2022), финансового управляющего ФИО5 (паспорт, посредством использования системы веб-конференции),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО6 (регистрационный номер 13АП-26500/2025) и ФИО1 (регистрационный номер 13АП-26502/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.09.2025 по обособленному спору № А56-96512/2020/з.1 (судья Терешенков А.Г.), принятое по заявлению ФИО3 к ФИО1 о признании требования кредитора общим обязательством супругов, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

установил:

ФИО6 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением от 02.11.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве ФИО6 (далее - должник).

Решением суда первой инстанции от 30.11.2020 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» 12.12.2020.

Определением суда первой инстанции от 23.06.2021 процедура реализации имущества гражданина ФИО6 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований

кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022 определение от 23.06.2021 отменено, в удовлетворении ходатайства о завершении процедуры реализации имущества ФИО6 отказано.

ФИО3 24.08.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 долга в размере 12 674 287,80 рублей, из которых 3 000 000 рублей - основной долг, 262 717 рублей – проценты, 9 410 890,80 рублей – неустойка. Одновременно кредитором заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока.

Определением суда первой инстанции от 26.10.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022, ходатайство о восстановлении пропущенного срока удовлетворено, требование ФИО3 в общем размере 12 674 287,80 рублей признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6

ФИО3 11.07.2025 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его требований в сумме 2 869 087,69 рублей основного долга, 1 158 245,27 рублей процентов за пользование суммой займа, 950 000 рублей неустойки общим обязательством супругов - ФИО6 и ФИО1.

Определением от 16.09.2025 требования ФИО3 удовлетворены в полном объеме, с ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 500 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, супруги обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 16.09.2025 отменить и отказать кредитору в удовлетворении заявленных требований.

ФИО6 настаивает на пропуске срока исковой давности. О нарушении своих прав ФИО3 узнал в любом случае не позднее 01.06.2022, когда ему стало известно о процедуре банкротства должника. Срок исковой давности по заявленным требованиям истек 01.06.2025, а заявление поступило в суд 15.07.2025. ФИО6 отмечает, что в заявлении о собственном банкротстве не скрывал ни факт заключения брачного договора от 16.02.2019, ни сведения о своем имуществе (приобретение недвижимости). Должник настаивает на недоказанности расходования заемных средств, предоставленных

ФИО3, на семейные нужды. Все три договора займа должны рассматриваться по отдельности. Первый заем на 500 000 рублей получен за 4 месяца до приобретения недвижимости, второй – за три месяца. По первому договору должник в период с 21.02.2017 по 22.06.2017 должен был уплатить 250 000 рублей процентов за пользование. Принимая во внимание, что недвижимость приобретена только в июне 2017 года, кредитор не обосновал целесообразность несения должником бремени выплаты процентов в сумме 250 000 проценты за пользование денежными средствами по займу до покупки квартиры. Такое поведение не разумно. Должник полагает необоснованным и то, что все 2 000 000 рублей по договорам займа потрачены на недвижимость, с учетом того, что размер денежных средств, внесенных ФИО1 в счет покупки недвижимости, составлял 1 300 000 рублей, то есть на 700 000 рублей меньше, чем общая сумма займа. Согласно кредитному договору от 18.10.2019 процентная ставка за пользование кредитом составляет 9,7% в год. Процентная ставка валютного займа от 18.02.2020 с ФИО3 составляет 5% в месяц или 60% в год. Апеллянт обращает внимание на то, что при таких условиях какая-

либо разумность в использовании ростовщического займа для погашения кредитных обязательств отсутствовала с учетом увеличения кредитной нагрузки в 6 раз. ФИО3 не приведены серьезные доводы и доказательства, свидетельствующие о необходимости получения у него займа для оплаты кредитного договора от 18.10.2019, с учетом того, что в период с 26.02.2019 по 03.07.2022 гасились займы перед ним на общую сумму 4 374 744 рублей (свыше суммы основного долга). Факт частичного погашения займов подтверждает наличие у супругов денежных средств на оплату кредита. Выписка по счетам бывшей супруги подтверждает, что она вела активную деятельность, в результате которой на ее счета поступали и вносились значительные суммы денежных средств в юридически значимый период. Займы ФИО3 не обеспечивали потребности семьи, а фактически стали причиной банкротства ФИО6

Доводы ФИО1 в апелляционной жалобе по существу аналогичны: последняя утверждает, что располагала собственными денежными средствами от продажи земельного участка, квартиры, а также и личными сбережениями; ФИО1 настаивает на пропуске срока исковой давности. При этом ФИО1 просит отменить определение от 16.09.2025 и перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции, поскольку полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в привлечении к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - прокуратуру Санкт- Петербурга, Управление Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу, Территориальное Управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу.

В отзыве ФИО3 возражает против отмены судебного акта, полагая его законным и обоснованным.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель ФИО3 возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили.

В порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие лиц, участвующих в споре.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе ФИО1 заявлено о наличии существенного нарушения процессуальных норм права, выразившихся в отказе в привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

В силу части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Пунктом 4 части 4 статьи 270 АПК РФ установлено, что основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является,

в том числе принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Таким образом, не привлечение к участию в деле третьего лица может являться самостоятельным основанием для отмены судебного акта только в случае, если судебным актом принято решение о правах и обязанностях этого лица (установлены права этого лица либо на это лицо возложены обязанности). Наличие у не привлеченного к участию в деле лица заинтересованности в исходе судебного спора само по себе не свидетельствует о наличии безусловных оснований для отмены судебного акта.

Целью участия третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора является предотвращение неблагоприятных последствий для них в будущем, а их интерес в деле носит как процессуальный, так и материально-правовой характер. Процессуальный интерес состоит в стремлении третьих лиц посредством помощи той или иной стороне в деле добиться положительного решения (иного акта) в пользу этой стороны. Вместе с тем для привлечения в процесс эти лица должны иметь ярко выраженный материальный интерес на будущее. После разрешения дела судом у третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, могут возникнуть, измениться или прекратиться материально-правовые отношения с одной из сторон.

В данном случае, ФИО1 не доказано, что определение суда первой инстанции влияет на права и обязанности прокуратуры Санкт-Петербурга, Управления Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу, Территориального Управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу.

Апелляционный суд учитывает, что проверка законности и обоснованности предъявленных ФИО3 к должнику требований уже получила оценку со стороны судов первой и апелляционной инстанций при разрешении соответствующего спора. Предметом настоящего спора является лишь установление факта признания долга общим, а не пересмотр вопроса о сумме/размере задолженности, правомерности оснований возникновения обязательств.

Таким образом, нарушений при отказе в удовлетворении ходатайства ФИО1 о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, не допущено (часть 4 статьи 270 АПК РФ), а потому не имеется оснований для перехода к рассмотрению спора по правилам, установленным для суда первой инстанции.

Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб по существу и возражения ФИО3 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в реестр требований кредиторов ФИО6 определением арбитражного суда от 26.10.2022 включена задолженность перед ФИО3 в размере 12 674 287,80 рублей, которая образовалась в результате ненадлежащего исполнения обязательств по договорам займа:

- от 21.02.2017 на сумму 500 000 рублей;

- от 23.03.2017 на сумму 1 000 000 рублей;

- от 22.06.2017 на сумму 500 000 рублей;

- от 18.02.2020 в иностранной валюте на сумму 15 500 евро.

В соответствии с пунктом 1.2 указанных договоров займодавец передал в собственность заемщику указанные денежные суммы, что подтверждается расписками от 21.02.2017, от 23.03.2017, от 22.06.2017 и от 18.02.2020, выданными должником.

В соответствии с пунктом 2.2. договоров заемщик должен был вернуть суммы займов в следующие сроки: по договору займа от 21.02.2017 до 31.12.2017; по договору займа от 23.03.2017 до 31.12.2017; по договору займа от 22.06.2017 до 31.12.2017; по договору займа от 18.02.2020 до 31.12.2020.

Сумма основного долга ФИО6 перед ФИО3 по договорам от 21.02.2017, от 23.03.2017 и от 22.06.2017 по состоянию на 08.06.2022 составляет 2 000 000 рублей. По договору от 18.02.2020 сумма основного долга - 15 500 евро (по курсу ЦБ РФ на 08.06.2022 - 1 000 680 рублей) и в соответствии с пунктом 1.1. данного договора должна быть возвращена в евро.

Общая сумма задолженности перед ФИО3 по договорам займа составляет на 08.06.2022 - 12 674 287,80 рублей, из которых 3 000 680 рублей сумма основного долга, 9 410 890,80 рублей сумма неустойки за несвоевременный возврат сумм займов, 262 717 рублей сумма процентов за пользование суммами займов.

Требования ФИО3 о включении данной суммы в реестр требований кредиторов ФИО6 заявлены с пропуском срока закрытия реестра, поскольку последний не был уведомлен о дате введения процедуры банкротства должника, не указан в числе кредиторов ФИО6 при обращении должника в суд с заявлением банкротстве.

Заявление о включении задолженности в реестр поступило в суд первой инстанции 24.08.2022.

В последующем ФИО3 11.07.2025 в рамках дела о банкротстве заявил требование о признании обязательств (в части) общими для супругов – ФИО6 и ФИО1

Апелляционный суд соглашается с тем, что срок исковой давности по такому требованию в данном деле не пропущен.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, (далее – ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Исходя из положений пункта 1 статьи 200 ГК РФ, по общему правилу, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) признание обязательства гражданина общим с его супругом влечет появление у кредитора права на удовлетворение своего требования, в том числе за счет имущества, принадлежащего супругу должника. Тем самым супруг гражданина, признанного банкротом, становится фактически содолжником в обязательстве и начинает отвечать как своей долей в общем имуществе, так и своим личным имуществом перед кредитором. В связи с этим на данное требование, как на иск о присуждении, распространяется общий срок исковой давности (пункт 48 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025).

Следовательно, для решения вопроса о том, пропущен ли по требованию ФИО3 о признании обязательства ФИО6 общим обязательством супругов срок исковой давности, суду следовало учесть, когда кредитору стало

известно об обстоятельствах, которыми он обосновывает свое требование (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Вопреки доводам апеллянтов о том, что такой срок следует отчитывать с 01.06.2022, апелляционный суд исходит из того, что о признании обязательств общими, во всяком случае кредитор мог заявить не ранее, чем обратился с требованием о включении задолженности по договорам займа в реестр требований кредиторов ФИО6 Заявление ФИО3 о включении задолженности в реестр поступило в суд первой инстанции 24.08.2022. Срок на включение требования в реестр восстановлен с учетом причин, по которым кредитор не мог заявить свои правопритязания ранее. При этом апелляционный суд соглашается с тем, что достоверно источники расходования денежных средств (на нужды семьи) могли стать известными ФИО3 только в процедуре банкротства, после того, как он получил статус лица, участвующего в деле, и имел возможность ознакомиться со всеми документами, поступившими от ФИО6, а также иных лиц.

Заявить о признании обязательств общими на основании специальных статей, предусмотренных Закона о банкротстве, такой кредитор во всяком случае не мог до того, пока не обратился в суд с заявлением о включении требования в реестр. Потому к моменту обращения с рассматриваемым заявлением (11.07.2025) трехлетний срок исковой давности, исчисляемый с 24.08.2022, не истек, а значит не пропущен, как верно заключил суд первой инстанции.

Согласно пункту 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все полученное по обязательствам одним из супругов было использовано на нужды семьи.

При недостаточности этого имущества супруги несут по указанным обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них. В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

При разрешении судами споров, связанных с семейными отношениями, выработан подход, согласно которому в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации: если все полученное по обязательству одним из супругов было использовано на нужды семьи. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на стороне,

претендующей на распределение долга (пункт 5 раздела «Судебная коллегия по гражданским делам» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

При этом, исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) действует правовой подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Удовлетворяя заявленные ФИО3 требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующих обстоятельств.

На момент выдачи займов ФИО6 состоял в браке с ФИО1

Вступившими в законную силу судебными актами установлено, что после введения 30.11.2020 в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина в период с 04.12.2020 по 05.06.2021, супруга должника выплатила ФИО3 проценты за пользование суммами займов (в период с 26.02.2019 по 31.08.2021 ФИО1 перечислила на счет ФИО3 денежные средства в сумме 3 501 802 рублей в счет погашения задолженности по договорам займа от 21.02.2017, от 23.03.2017, от 22.06.2017 и от 18.02.2020).

При рассмотрении обособленного спора № А56-96512/2020/сд.1 установлено, что ФИО1 был заключен договор участия в долевом строительстве от 20.06.2017 с ООО «ЛСР. Недвижимость – Северо-Запад» в отношении квартиры, расположенной по строительному адресу: Санкт-Петербург, Октябрьская наб., участок 54 (юго-восточнее дома 40, корп. 2, лит. Г2). По окончании строительства за ФИО1 зарегистрировано собственности на достроенный объект – квартиру № 325 по ул. Дыбенко, д. 4, корп.1, стр.1.

Оплата по договору участия в долевом строительстве по условиям договора должна была быть произведена следующим образом: 1 300 000 рублей за счет собственных средств и 1 835 000 рублей за счет кредитных средств.

Денежные средства от ФИО3 получены по договорам займа от 21.02.2017, от 23.03.2017, от 22.06.2017 на сумму 2 000 000 рублей.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что за счет полученных от ФИО3 денежных средств супруги приобрели квартиру по адресу: муниципальный округ Невский округ, ул. Дыбенко, д. 4, корп.1, стр.1, кв. 325.

В рамках того же спора установлено, что ФИО1 18.10.2019 также приобрела квартиру, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв. 53, площадью 72,5 кв.м, кадастровый номер: 78:13:0007414:4410 за 8 350 000 рублей.

Денежные средства квартиру должны были выплачиваться следующим образом: 4 000 000 рублей за счет собственных денежных средств покупателя; 4 350 000 рублей за счет целевых кредитных денежных средств, представленных ФИО1 в соответствии с кредитным договором от 18.10.2019 № 93176250 с ПАО «Сбербанк России».

По условиям кредитного договора от 18.10.2019 с ПАО «Сбербанк России», сумма платежа по ипотеке составляет 41 117,51 рублей.

Согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица от 16.05.2023 в отношении ФИО1 ее доход за период 01.01.2020 - 06.10.2020 (I квартал, II квартал, III квартал, IV квартал) составил 119 363,64 рублей за 10 месяцев 2020 года, то есть по 53 254,54 рублей в месяц. В период с октября 2020 по июнь 2021 года доходов ФИО1 не получала. В период с 01.06.2021 - 30.09.2021 (II квартал, III квартал) доход

ФИО1 составил 39 816 рублей за 3 месяца, то есть 13 272 рублей ежемесячно.

В свою очередь, из ответа налоговой инспекции ФИО6 в период с 2017 по 2022 год дохода не получал.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у супругов отсутствовал доход на покупку квартиры, в том числе - на погашение ипотечных платежей в пользу ПАО «Сбербанк России».

В свою очередь, должником от ФИО3 по договору займа от 18.02.2020 получена сумма 15 500 евро.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, супруги приобрели квартиру по адресу: <...>, лит. А, кв. 53, а также погашали ипотечные платежи по кредиту ПАО «Сбербанк России» на денежные средства ФИО3, предоставленные им на основании договоров займа.

Доводы подателей жалоб не создают оснований для отмены судебного акта.

Ссылаясь исключительно на неразумность использования займов под высокие проценты, в том числе валютного, при более выгодной (низкой) ставке кредитного договора, апеллянты вместе с тем не раскрыли, на что именно/какие цели израсходовали полученные от ФИО3 заемные денежные средства. Как верно отметил суд первой инстанции, кредитор ограничен в средствах доказывания и не может получить достоверные сведения о том, на что именно супруги направили полученное от него финансирование. В свою очередь, собранные по делу доказательства косвенно подтверждают, что на приобретение двух объектов недвижимости доходов супругов не могло быть достаточно даже с учетом продажи ФИО1 квартиры и земельного участка, на что ссылается последняя в своей апелляционной жалобе.

Доводы ФИО1 о том, что на покупку квартиры по у. Дыбенко направлены денежные средства, вырученные от продажи земельного участка с кадастровым номером 47:23:1407001:74, ранее также были заявлены (при рассмотрении обособленного спора № А56-96512/220/сд.1) и отклонены судом апелляционной инстанции, как не подтвержденные надлежащими доказательствами. Основания для постановки иного вывода при рассмотрении настоящего спора у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Апеллянтами не оспаривается тот факт, что жилье приобретено в браке в интересах семьи. Оплата за покупку жилья производилась не только за счет кредитования в банках, но и за счет собственных денежных средств. Общая сумма по двум договорам на приобретение недвижимости составила 11 485 000 рублей. В сопоставимый период времени ФИО6 не получал дохода, а доход ФИО1 не был достаточен для исполнения принятых на себя обязательств за покупку жилья. Тот факт, что один из договоров займа на 500 000 рублей заключен за несколько месяцев до подписания договора участия в долевом строительстве не исключает использование ранее полученного займа на оплату жилья. Выписка о движении денежных средств по счету ФИО1, из которой усматриваются многочисленные переводы, не подтверждают безусловно наличие принадлежащих последней активов в объеме, достаточном для расчетов за приобретение жилья. Факт продажи супругой должника имущества, за счет которого в совокупности выручено 6 415 000 рублей, не свидетельствует о достаточном объеме денежных средств для расчетов за жилье стоимостью более 11 млн рублей. Доказательств направления вырученных от продажи имущества ФИО1 денежных средств на приобретение жилья не представлено.

Апелляционный суд не усматривает оснований не согласиться с ключевым выводом суда о том, что супруги не опровергли надлежащим и достаточным образом факт расходования денежных средств кредитора на общесемейные нужды. Суд первой инстанции детальным образом исследовал фактические обстоятельства дела, принял во внимание сложившиеся между сторонами взаимоотношения, в связи с чем верно заключил, что супруги в отсутствие доказательств обратно использовали заемные денежные средства

ФИО3 на приобретение жилья.

Податели жалоб не опровергают установленные судом при рассмотрении спора факты и сделанные на их основании выводы.

Апелляционная коллегия полагает выводы суда первой инстанции соответствующими законодательству и фактическим обстоятельствам, и оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционных жалоб или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.09.2025 по обособленному спору № А56-96512/2020/з.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.В. Тарасова

Судьи А.В. Радченко

А.Ю. Сереброва