ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. им ФИО1, зд. 30Б, помещ. 2; тел: (8452) 74-90-90, факс: <***>,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

г. Саратов

Дело №А06-1229/2016

12 января 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена «17» декабря 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен «12» января 2026 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В.,

судей Измайловой А.Э., Рябихиной И.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шайкиным Д.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Южная нефтяная компания» ФИО2 на определение Арбитражного суда Астраханской области от 26 октября 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления внешнего управляющего акционерного общества «Южная нефтяная компания» ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Южная нефтяная компания» (414024 <...>, ОГРН <***>,

ИНН <***>),

при участии в судебном заседании: представителя конкурсного управляющего акционерного общества «Южная нефтяная компания» ФИО2 - ФИО16, действующего на основании доверенности от 29 августа 2025 года, представителя ФИО4 – ФИО17, действующего на основании доверенности от 18 марта 2025 года, представителя общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» - ФИО18, действующего на основании доверенности от 03 июня 2024 года,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 08.02.2017 акционерное общество «Южная нефтяная компания» (далее – АО «ЮНК», должник, АО «Южная нефтяная компания») признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО19.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 18.05.2018 процедура конкурсного производства в отношении должника прекращена, введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, внешним управляющим утвержден ФИО20 (далее – ФИО20).

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 04.04.2019 ФИО20 освобожден от исполнения обязанностей внешнего управляющего АО «ЮНК». Определением Арбитражного суда Астраханской области от 10.04.2019 внешним управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 22.06.2020 АО «ЮНК» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).

Внешний управляющий должника ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО7, ФИО8, ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 (далее – ФИО13), ФИО14 (далее – ФИО14), ФИО21 (далее – ФИО21), ФИО15 (далее - ФИО15) по обязательствам АО «ЮНК» в размере 5 360 641 496 руб. 09 коп. солидарно.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 26.10.2025 в удовлетворении заявления внешнего управляющего АО «ЮНК» ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ЮНК» отказано в полном объеме.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий АО «ЮНК» ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий ссылается на то, что имеются основания для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ЮНК» за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, указывая при этом, что признаки неплатежеспособности у должника появились 25.07.2014. Также полагает, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с совершением ими действий, которые стали причиной возникновения неплатежеспособности и возникновения убытков у должника, повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов, в том числе: одобрили выпуск ничтожных векселей № 1, 2 и 3, не имеющих реального экономического содержания и необоснованно увеличивших обязательства должника; на протяжении длительного периода времени реализовывали продукцию должника по заведомо заниженной стоимости, причиняя существенный вред имущественным правам кредиторов; искусственно завысили объем строительно-монтажных работ по строительству промысловой автодороги; систематически совершали иные неразумные траты, которые повлекли банкротство должника.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего АО «ЮНК» ФИО2 поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

В судебном заседании представитель ФИО4 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» оставил вопрос об удовлетворении апелляционной жалобы на усмотрение суда.

От ФИО15 поступила письменная позиция, согласно которой он просит определение суда первой инстанции от 26.10.2025 оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Согласно пункту 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пунктов 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве внешний управляющий ФИО3 обладал правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В силу положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организацией управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Внешний управляющий должника ФИО3 в качестве контролирующих должника лиц указывает:

- ФИО6 (генеральный директор в период с 28.03.2012 по 02.09.2013);

- ФИО5 (генеральный директор в период с 02.09.2013 по 07.07.2015);

- ФИО4 (генеральный директор в период с 07.07.2015 по 17.04.2017).

Членами совета директоров должника в период с 2012 года по 2016 года являлись: ФИО21, ФИО14, ФИО8, ФИО11, Роберт Н.Ш., ФИО12, ФИО9, ФИО13, ФИО15, ФИО10, ФИО6, ФИО4

Рассмотрев требование внешнего управляющего о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Внешний управляющий в обоснование заявления о привлечении у субсидиарной ответственности ссылался на то, что указанные выше лица являются контролирующими лицами должника и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку они нарушили обязанность по подаче заявления о банкротстве (п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве); совершили действия, которые стали причиной возникновения неплатежеспособности и возникновения убытков у должника, повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов (п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановления Пленума № 53), доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Поскольку привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом защиты прав кредиторов, контролирующие лица не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в ситуации, когда банкротство было вызвано объективными экономическими процессами.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Астраханской области от 23.07.2020 по делу № А06-1229/2016 на основании пункта 2 статьи 34 Закона о банкротстве по ходатайству внешнего управляющего АО «ЮНК» ФИО3 была назначена судебная экспертиза в целях выявления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства АО «ЮНК», проведение которой поручено экспертам автономной некоммерческой организации Экспертно-правовой центр «Финансовые расследования и судебные экспертизы».

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1. Имеются ли признаки преднамеренного или фиктивного банкротства АО «ЮНК».

2. Когда (определить дату) у АО «ЮНК» возникли признаки несостоятельности (банкротства) и/или недостаточности имущества.

3. Совершались ли должником сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующие рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб, должнику или сделки, не имеющие разумного экономического обоснования».

Согласно заключению экспертизы №02/09/21 от 01.09.2021 признаки преднамеренного или фиктивного банкротства не установлены, причиной банкротства АО «ЮНК» являются внешние факторы (падение стоимости нефти, рост курса доллара, отмена налоговых льгот для добычи высоковязкой нефти и т.д.), признаки несостоятельности (банкротства) определены по состоянию на последнюю дату отчетного периода, в котором установлен критический уровень финансового состояния общества, а именно на 31.12.2015, сделки АО «ЮНК» не привели к банкротству должника.

Как следует из заключения эксперта №02/09/21 от 01.09.2021, между Компанией АОС и Банком Морган Стенли 30.11.2012 был заключен кредитный договор, по которому Банк Морган Стенли обязался передать Компании АОС 73 млн. долларов США.

Компания АОС получила в кредит денежные средства в размере, эквивалентном 2 294 131 500 руб. 00 коп.: - 06.12.2012 Компания АОС получила 43 млн. долларов США. С учетом того, что курс доллара по состоянию на указанную дату составлял 30 руб. 8235 коп. за 1 доллар, Компания АОС получила денежные средства в размере 1 325 410 500 руб. 00 коп.; - 17.09.2013 Компания АОС получила 30 млн. долларов США. С учетом того, что курс доллара по состоянию на указанную дату составлял 32 руб. 2907 коп. за 1 доллар, Компания АОС получила денежные средства в размере 968 721 000 руб. 00 коп.

Большая часть денежных средств в размере 57 100 000 долларов США Компания АОС направила в адрес АО «ЮНК» по договору внутригруппового займа от 29.11.2012. Фактически в рублях АО «ЮНК» получило 1 831 215 840 руб. 00 коп.

С октября 2014 года курс доллара начал расти и стал критическим для деятельности должника в январе 2016 году.

По состоянию на 22.01.2016 официальный курс доллара, установленный ЦБ РФ, составлял 83 руб. 5913 коп. за 1 доллар США.

Таким образом, по состоянию на 22.01.2016 задолженность Компании АОС в рублях только по основному долгу перед Банком Морган Стенли увеличилась практически в 3 раза и составила 6 102 164 900 руб. 00 коп.

Аналогично, практически в 3 раза увеличилась задолженность АО «ЮНК» перед Компанией АОС по основному долгу по договору внутригруппового займа от 29.11.2012, и по состоянию на 22.01.2016 составила 4 773 063 230 руб. 00 коп.

Таким образом, резкое увеличение объема обязательств АО «ЮНК» было связано с объективными факторами.

Кроме того, основным видом деятельности АО «ЮНК» является добыча нефти. Цена на нефть является определяющим фактором, влияющим на возможность АО «ЮНК» рассчитываться по своим обязательствам.

Однако, с момента получения кредита в Банке Морган Стенли стоимость нефти (в долларах США) существенно снизилась. Если в 2013 году АО «ЮНК» реализовывало нефть по цене 7 500 руб. 00 коп. за тонну, это позволяло получить валютную выручку в размере около 250 долларов США за 1 тонну нефти (из расчета курса доллара около 30 руб. 00 коп.), то к концу 2015 года реализация нефти по той же цене 7 500 руб. 00 коп. за тонну позволяла получить только 100 долларов США за 1 тонну нефти (из расчета курса доллара около 75 рублей).

Поскольку АО «ЮНК» продавало всю нефть на внутреннем российском рынке, рост курса доллара существенно повлиял на цены нефти в долларах США.

Кроме того, на международных рынках цена на нефть также снижалась. Так, стоимость нефти марки Brent на дату заключения кредитного договора с АОС (30.11.2012) составляла 111,17 долларов США за 1 баррель нефти. Вместе с тем примерно с июля 2014 года цены на нефть начали свое падение. К концу 2015 года стоимость нефти марки Brent снизилась в 3 раза и составляла 37,60 долларов США за 1 баррель (31.12.2015). В начале 2016 года падение цен на нефть продолжилось, достигнув показателя 28,21 долларов США за 1 баррель.

Несмотря на то, что АО «ЮНК» не реализует нефть марки Brent, падение цен на указанную нефть повлияло на экономическое положение АО «ЮНК». Во-первых, когда рынок наводнен предложением купить эталонную (легкую) нефть марки Brent по низкой цене, АО «ЮНК» становится сложнее продавать тяжелую высоковязкую нефть, что влияет на стоимость такой нефти в сторону уменьшения. Во-вторых, изначально менеджмент АО «ЮНК» обоснованно рассчитывал на то, что в результате опытной и опытно-промышленной разработки месторождений удастся обнаружить не только тяжелую высоковязкую нефть, но и «легкую нефть», близкую по своим свойствам к нефти марки Brent. С выходом на промышленные объемы добычи нефти АО «ЮНК» это позволило бы продавать такую нефть на международном рынке по высокой цене. В ситуации, когда стоимость легкой нефти значительно упала, стало понятно, что даже обнаружение больших запасов легкой нефти не позволит покрыть обязательства АО «ЮНК» в краткосрочной перспективе.

Если в 2014 году можно было предположить, что снижение цен на нефть носит временный характер и возможно изменение конъюнктуры, то к концу 2015 года стало понятно, что цена на нефть в среднесрочной перспективе упала окончательно, а главное – нет никаких предпосылок рассчитывать на рост цены на нефть в краткосрочной перспективе к показателям 2012 года.

В утвержденных Роснедрами проектных документах деятельности АО «ЮНК» прямо установлена наибольшая чувствительность потока наличности АО «ЮНК» к изменению цены на нефть: «дисконтированный поток наличности недропользователя за рентабельный срок наиболее чувствителен к изменению цены на нефть, так в случае снижения цены на 20%, от принятого Страница 4 из 15 в сценарии, NPV проекта падает на 9 632 млн. руб.» (раздел 7.3 Технологической схемы 2019 год, раздел 8.2 Технологической схемы 2015 год).

Падение цен на нефть стало одним из факторов, которые явилось причиной неплатежеспособности должника.

Кроме того, в качестве причины банкротства также установлено изменение условий налогообложения в 2015 году.

Пунктом 9 части 1 статьи 342 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) по состоянию на 2012 год была предусмотрена нулевая ставка налога на добычу полезных ископаемых в случае, если недропользователь добывает сверхвязкую нефть вязкостью 200 мПА х с (в пластовых условиях).

Федеральным законом № 366-ФЗ от 24.11.2014 в пункт 9 части 1 статьи 342 НК РФ внесены изменения, согласно которым нулевая ставка НДПИ применяется только, если недропользователь добывает сверхвязкую нефть вязкостью 10 000 мПА х с (в пластовых условиях).

Запасы нефти Верблюжьего месторождения имеют вязкость в пластовых условиях от 233 до 4422 мПа*с.

Таким образом, отмена ставки налога на добычу полезных ископаемых в размере 0 процентов с 01.01.2015 в отношении нефти, добываемой на Верблюжьем месторождении, также явилось одним из факторов неплатежеспособности АО «ЮНК».

Конкурсный управляющий АО «ЮНК» ФИО2 не согласился с указанным экспертным заключением и обратился в суд с ходатайством о проведении повторной экспертизы, мотивированное тем обстоятельством, что экспертное заключение №02/09/21 от 01.09.2021 является противоречивым и неполным.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 12.05.2022, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2022 по делу № А06-1229/2016, в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего АО «ЮНК» о назначении по делу повторной экспертизы отказано.

Суды первой инстанции и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что заключение судебной экспертизы №02/09/21 от 01.09.2021 является обоснованным, конкурсным управляющим не указано наличие в сделанных экспертом выводах противоречий, а также не представлены доказательства того, что экспертом были использованы недопустимые с точки зрения закона методы исследования, а соответственно отсутствуют правовые основания для вывода о недопустимости судебной экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела, а равно недостоверности содержащихся в ней выводов.

Согласно статье 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку в рамках рассмотрения вопроса о назначении судебной экспертизы преднамеренного или фиктивного банкротства судами уже ранее было установлено, что причины банкротства АО «ЮНК» носили объективный характер и связаны с внешними факторами, указанные обстоятельства не подлежат дальнейшему доказыванию.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что банкротство должника вызвано внешними факторами, в частности падение стоимости нефти, рост курса доллара, отмена налоговых льгот для добычи высоковязкой нефти и другими.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона; возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Применительно к гражданским правоотношениям невыполнение контролировавшими должника лицами требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине контролировавших должника лиц о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на таких лиц субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 12 постановления Пленума № 53, наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно - следственной связи.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Судебной коллегией установлено, что должник имел формальные признаки неплатежеспособности, начиная с 31.12.2013, что нашло отражение в заключение судебной экспертизы по определению признаков преднамеренного или фиктивного банкротства.

Между тем, данные формальные признаки сами по себе не означают наличие объективного банкротства, учитывая особенности бизнеса по добыче нефти, предполагающие длительную инвестиционную стадию разведки месторождений.

Данный вывод подтверждается заключением судебной экспертизы по определению признаков преднамеренного или фиктивного банкротства.

Конкурсный управляющий ссылается на неисполнение должником 25.07.2014 обязательства по оплате услуг компании Шлюмберже Лоджелко Инк как на дату возникновения неплатежеспособности должника (дату объективного банкротства). Вместе с тем, неисполнение обязательства перед данным кредитором было обусловлено наличием судебного спора, который был разрешен решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.12.2015 по делу № А40-97472/2015. Указанное решение суда вступило в законную силу 13.04.2016, то есть после подачи заявления о банкротстве должника.

Между тем, кредиторская задолженность на определенную дату перед отдельными кредиторами не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности юридического лица.

Возникновение в обозначенную конкурсным управляющим дату задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Само по себе наличие неисполненных перед кредиторами обязательств не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Неплатежеспособность не является тождественным понятием неоплаты конкретного долга отдельному кредитору. Неоплатность, как критерий очевидной несостоятельности для целей привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности нельзя отнести к критериям, как основание для привлечения к субсидиарной ответственности.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерских балансах должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства; такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Данная обязанность связана законодательством о банкротстве с наличием признаков именно «объективного» банкротства, то есть обстоятельств, когда для добросовестного и разумного руководителя, учредителя, находящегося в сходных обстоятельствах, очевидно и не вызывает сомнения невозможность организации погасить имеющуюся дебиторскую и (или) кредиторскую задолженность.

Кроме того, указанный долг перед компанией Шлюмберже в размере 1 млн. долларов в масштабах деятельности должника не предопределял неплатежеспособность компании (пункт 9 постановления Пленума № 53).

В процессе рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Судом первой инстанции установлено, что признаки объективного банкротства АО «ЮНК» возникли в конце 2015 года. При этом, сразу же после этого, 12.02.2016 ФИО4, как генеральный директор АО «ЮНК, обратился в суд с заявлением о банкротстве.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По результатам проведения экспертизы по проверке признаков преднамеренного банкротства был сделан вывод, что признаки неплатежеспособности (объективное банкротство) АО «ЮНК» возникли лишь 31.12.2015 (вывод по второму вопросу заключения по признакам преднамеренного и фиктивного банкротства).

Судом апелляционной инстанции установлено, что деятельность должника в 2015 году не предполагала получение прибыли и продолжалась с расчетом на то, что после выхода на промышленные масштабы добычи инвестиционные издержки должника будут компенсированы.

При этом, до конца 2015 года должник предпринимал действия, направленные на восстановление и обеспечение своей платежеспособности, вёл подготовку к тому, что российская экономика выйдет из кризиса: вел добычу нефти, разрабатывал проектную документацию по расширению добычи нефти – 08.04.2015 Протоколом Центральной комиссии по согласованию технических проектов разработки месторождений углеводородного сырья (ЦКР по УВС) Роснедр была утверждена Технологическая схема опытно-промышленной разработки Верблюжьего газонефтяного месторождения Астраханской области, оптимизировал производственные процессы, в т.ч. сокращал затраты, вел переговоры о реструктуризации долгов, отсрочивал платежи по задолженностям, оспаривал спорные задолженности.

Данные обстоятельства были ранее установлены судом в определении Арбитражного суда Астраханской области от 05.07.2017 по настоящему делу.

Таким образом, генеральный директор должника ФИО4 во втором полугодии 2015 года продолжал выполнять экономически обоснованный план – «Технологическая схема опытно-промышленной разработки Верблюжьего газонефтяного месторождения Астраханской области», выполнение которого до начала 2016 года являлось разумным и обоснованным, поскольку уровень цен на нефть в указанный период времени еще позволял предполагать возможность компенсировать понесенные на разработку месторождения издержки.

Деятельность должника велась в расчете на то, что с выходом на промышленный объем эксплуатации месторождения издержки, связанные с поиском и разведкой нефти, будут компенсированы будущим денежным потоком. Такие прогнозы были основаны на оценке, проведенной специализированными организациями в рамках подготовки Технологической схемы разработки месторождений.

Доказательства нарушения сроков на подачу в суд заявления о банкротстве со стороны внешнего управляющего АО «ЮНК» не представлено.

Учитывая масштаб деятельности должника, судебная коллегия полагает обоснованной позицию генерального директора должника ФИО4 о том, что он своевременно обратился с заявлением о банкротстве после того, как в конце 2015 года окончательно стало понятно, что должник оказался в состоянии объективного банкротства.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для ответственности ФИО6, ФИО5, ФИО4, поскольку конкурсный управляющий не доказал, что датой объективного банкротства является 25.07.2014, а также что в период между 31.01.2016 и 12.02.2016 (дата объективного банкротства, установленная судом 31.12.2015) у должника возникли какие-либо новые обязательства.

Отказывая в привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8 Шилдс Ульриха, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15 (членов совета директоров) к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании АО «ЮНК» несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

В оспариваемый период правила ответственности контролирующих должника лиц были сформулированы в ст.ст. 9, 10 Закона о банкротстве, которые действовали в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (вступил в силу 30.06.2013). Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ статья 9 Закона о банкротстве дополнена, а статья 10 признана утратившей силу, в закон введена глава III.2 Закона о банкротстве.

При этом, ни в моменты, когда по мнению внешнего управляющего, АО «ЮНК» отвечало признаку недостаточности имущества (25.07.2014), ни в момент подачи самим обществом заявления о собственном банкротстве Закон о банкротстве не содержал нормы п. 3.1 статьи 9.

Данная норма была введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ и установила обязанность совета директоров потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Поскольку ранее такой обязанности у совета директоров, членов совета директоров не существовало, привлечение членов совета директоров должника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности, не предусмотренной нормами закона, недопустимо.

Кроме того, как следует из абзаца 1 пункта 5 постановления Пленума № 53 само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.

Ответчики ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15 не подпадают под исключения из указанного правила, поскольку в силу подпунктом 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, совет директоров не является исполнительным органом акционерного общества (статьи 64, 69 ФЗ «Об акционерных обществах»).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что к ответчикам: ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15, как членам совета директоров не применим ни один из указанных признаков. Указанные лица не имели ни права давать обязательные для исполнения АО «ЮНК» указания, ни возможности определять действия АО «ЮНК».

В судебной практике сложился подход, согласно которому замещение ответчиком должности члена совета директоров должника не является достаточным для признания за ним статуса контролирующего должника лица.

Какие-либо иные доказательства наличия у указанных выше лиц статуса контролирующих лиц должника или совершения данными ответчиками каких-либо иных действий, которые стали бы причиной банкротства АО «ЮНК» или увеличения его неплатежеспособности, подателем апелляционной жалобы, не представлены.

Также в обоснование своего заявления внешний управляющий должника ссылался на ряд действий, которые, по мнению внешнего управляющего, довели АО «ЮНК» до банкротства, в частности: сделки с векселями АО «ЮНК», сделки, связанные со строительством автомобильной дороги к скважинам, сделки по продаже нефти, которые по мнению временного управляющего, проходили по заниженной цене, иные сделки и операции, а именно завышенные представительские расходы.

Вместе с тем, все сделки и операции, на которые ссылается внешний управляющий АО «ЮНК» в своем заявлении о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, являлись предметом проверки экспертами в рамках проведения экспертизы по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Каких-либо новых доводов или доказательств, которые могли бы повлиять на выводы судебных экспертов, не представлено.

Относительно сделок с векселями АО «ЮНК» суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Судом первой инстанции преюдициально установлено, что уже на момент выдачи векселей АО «ЮНК» имело отрицательные чистые активы, а выдача указанных векселей была обусловлена исключительно намерением привести чистые активы в соответствие с установленными требованиями на основании уведомления от 22.10.2015 № 08-35/16448 МИФНС № 6 по Астраханской области: «…указанные векселя были выданы должником с целью устранения отрицательных чистых актив и соблюдения положений пункта 4 статьи 90 ГК РФ…» (определение Арбитражного суда Астраханской области от 25.09.2017 по делу № А06-1229/2016).

Податель апелляционной жалобы не представил каких-либо доказательств, что векселя АО «ЮНК» №№ 1-3 увеличили объем обязательств должника и причинили вред кредиторам АО «ЮНК». Векселя АО «ЮНК» были выданы 02.12.2015 и имели срок погашения 31.12.2016. При подаче заявления о банкротстве АО «ЮНК» указанные векселя не принимались в расчет. По векселям АО «ЮНК» никогда не осуществлялось никаких выплат. Фактически никакое имущество из конкурсной массы должника не выбыло, а сами векселя АО «ЮНК» были признаны недействительными 25.09.2017.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий. Внешний управляющий, а также конкурсный управляющий должника не обосновали наличие причинно-следственной связи между действиями кого-либо из ответчиков, выдачей указанных векселей и причинением ущерба должнику, получение кем-либо из ответчиков выгоды от выдачи векселей (абзац 2 пункт 16 постановления Пленума № 53).

Судебная коллегия учитывает, что эксперты, проводившие судебную экспертизу по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, сделали вывод о том, что «…операции с вышеперечисленными векселями не послужили причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности АО «ЮНК», а также не причинили реального ущерба» (раздел 6.8 заключения по признакам преднамеренного и фиктивного банкротства).

Совершение сделки, которая не повлекла причинение вреда имущественным правам кредиторов, не может являться основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделка по выдаче векселей №№ 1, 2 и 3 не причинила вред имущественным правам кредиторов должника, не являлась причиной банкротства должника и не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Доводы подателя жалобы о том, что контролирующие лица должника осуществляли реализацию продукции по заниженной стоимости, являются необоснованными и подлежат отклонению ввиду следующего.

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств того, что в спорный период у должника были другие (более привлекательные по цене) предложения о покупке нефти в сопоставимых объемах.

Ссылки конкурсного управляющего на отчет об оценке кредитора Инфлекшн Корпорейшн Лимитед и заключение эксперта № 45-19-оц являются несостоятельными, поскольку в них указана цена на нефть за неотносимый период (с мая 2018 года по январь 2019 года).

Доказательств того, что ФИО4 и иные ответчики являются аффилированными с покупателями нефти ООО «ГеоСтрой» и ООО «Магна» в материалы дела также не представлено. Какой - либо личной выгоды от продажи нефти ответчики не извлекали, доказательств иного в материалы дела не представлены.

Реализация АО «ЮНК» продукции (нефти) в период с 2013 года по 2015 год по рыночной стоимости также подтверждается выводами судебной экспертизы по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства (постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2022 по делу № А06-1229/2016).

Судом первой инстанции также правомерно учтено, что финансовая модель инвестиционной стадии развития АО «ЮНК» в 2012-2015 годах предполагала реализацию сырой нефти по сниженной цене, что позволяло не инвестировать деньги в дорогостоящее оборудование по доведению нефти до товарных характеристик и закупку своего автопарка спецтранспорта (согласно отчету ДеГольер энд МакНотон от 31.03.2012).

Кроме того, согласно пояснениям ФИО4, в январе 2016 года у него не было предложений по продаже нефти по более высокой цене, в связи с чем доводы о том, что цена реализации нефти в первом квартале 2016 года не соответствует рыночной, подлежат отклонению.

Ссылка подателя жалобы об искусственном завышении объема строительно-монтажных работ по строительству промысловой дороги подлежит отклонению как несостоятельная.

В обоснование своего довода конкурсный управляющий ссылается на заключение должником 17.04.2012 договора генерального подряда № 336/12-4 с ООО «Буровая Компания ПНГ» и 11.02.2013 договора подряда № 82 с ООО «Астраханьнефтегаз». Доказательств, которые однозначно указывали бы на незаконность сделок по строительству дороги, в том числе договора подряда № 82 от 11.02.2013, в материалы дела не представлено.

Судебная коллегия учитывает, что даты совершения указанных сделок (2012 год и 2013 год) и момент возникновения признаков объективного банкротства АО «ЮНК» (конец 2015 года) свидетельствуют о том, что строительство промысловой автодороги не привело к признанию должника банкротом (п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве). Однако в любом случае данные сделки не повлекли причинение ущерба должнику (раздел 6.9.1 заключения по признакам преднамеренного и фиктивного банкротства).

В обоснование неразумности иных трат должника конкурсный управляющий ссылается на расходы на заработную плату, представительские расходы и расходы на встречу с ООО «Клеш Глобал Коммодитиз».

При этом, согласно пояснениям ФИО4, он не принимал решений о заключении трудовых договоров с лицами, занимавшими руководящие должности в АО «ЮНК» в 2014-2015 годах, а назначенные соответствующим лицам заработные платы соответствовали уровню их квалификации и профессиональным качествам.

Данное обстоятельство подтверждается определением Арбитражного суда Астраханской области от 05.07.2017 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2017 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 22.11.2017.

Данными судебными актами суды отказали в признании недействительным трудового договора, заключенного должником со ФИО22, занимавшей должность финансового контроллера и заместителя генерального директора по финансам и экономике, и получавшей заработную плату в размере, сопоставимом с размером заработной платы менеджмента должника.

Таким образом, как подтверждается заключением эксперта и представленными в материалы дела доказательствами все траты, на которые ссылается конкурсный управляющий, являются разумными и обоснованными, что было обоснованно учтено судом первой инстанции

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что иные сделки и операции, на которые ссылается конкурсный управляющий, также были рассмотрены в рамках проведения судебной экспертизы по проверке признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. Судебными экспертами не установлено наличия каких-либо экономически неоправданных сделок, которые послужили бы причиной банкротства должника.

На основании изложенного судом первой инстанции правомерно сделан вывод об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку не установлено совершение ответчиками каких-либо действий или бездействия, которые привели бы к банкротству должника или увеличению его неплатежеспособности.

На основании изложенного, с учетом установленных обстоятельств по делу, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО21, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ЮНК».

Доводы апелляционной жалобы были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, направлены исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит. Доводы, свидетельствующие о допущенных судом первой инстанции существенных нарушениях норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, конкурсным управляющим не приведены.

Суд апелляционной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустил неправильного применения норм материального права и процессуального права.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 26 октября 2025 года по делу № А06-1229/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья Н.В. Судакова

Судьи А.Э. Измайлова

И.А. Рябихина