АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА
пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru ПОСТАНОВЛЕНИЕ № Ф09-1277/25
Екатеринбург 05 июня 2025 г. Дело № А76-16175/2023 Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 05 июня 2025 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Павловой Е.А., судей Кудиновой Ю.В., Кочетовой О.Г.
рассмотрел в судебном заседании, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ждановой Д.С., кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.10.2024 по делу № А76-16175/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2025 по тому же делу.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании приняли участие путем использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании):
представитель индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 17.11.2023 № 74АА6539577);
представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Артель-Северное» (далее – общество «Артель-Северное», должник) ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 30.01.2025).
Определением Арбитражного суда Челябинской области от 03.07.2023 по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Челябинской области (далее – уполномоченный орган) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Артель-Северное».
Общество с ограниченной ответственностью «Простор» (далее – общество «Простор») 28.06.2023 обратилось в Арбитражный суд
Челябинской области с заявлением о признании общества «АртельСеверное» несостоятельным (банкротом).
Определением от 05.07.2023 заявление принято к производству как заявление о вступлении в дело о банкротстве № А76-16175/2023 на основании пункта 8 статьи 42 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).
Определением от 17.08.2023 заявление уполномоченного органа признано необоснованным и оставлено без рассмотрения.
Определением от 23.11.2023 произведена замена кредитора – общества «Простор» на индивидуального предпринимателя ФИО1, принят отказ ФИО1 от заявления о признании общества «Артель-Северное», несостоятельным (банкротом) производство по его заявлению прекращено.
Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – предприниматель ФИО5) 21.11.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).
Определением от 08.04.2024 заявление ФИО5 о признании общества «Артель-Северное» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3
Предприниматель ФИО1 17.05.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования об уплате задолженности в размере 608 536 руб. 46 коп.
Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.10.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2025, требование ФИО1 к обществу «Артель-Северное» в размере 608 536 руб. 46 коп., из них: 504 263 руб. – основной долг, 100 348 руб. 34 коп. – неустойка, 3 925 руб. 12 коп. – государственная пошлина, признано обоснованным, подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.
ФИО1 не согласившись с вынесенными судебными актами, обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт о признании его требования обоснованным и включении его в третью очередь реестра требований кредиторов общества «АртельСеверное», с отдельным учетом требования в части суммы неустойки, как подлежащего отдельному удовлетворению после погашения основной суммы задолженности.
Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводами судов о необходимости учета его требования в качестве требований, подлежащего удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, поскольку в материалы дела не представлено доказательств длительных и неразумных экономических связей заявителя и должника, не раскрыто при заключении каких именно сделок проявлена
неразумность, продолжительность этих сделок и в чем конкретно заключается неразумность их совершения; кассатор указывает на отсутствие финансовых взаимоотношений с должником, поясняя, что в рамках настоящего спора приобретение требования к должнику по договору цессии осуществлено уже после возбуждения производства по делу о банкротстве.
ФИО1 отмечает, что в вязи с осведомленностью независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства, выкуп задолженности у общества «Простор» не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования, обращает внимание суда на то, что пункт 6.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, не подлежит применению даже в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.
Податель кассационной жалобы подчеркивает, что в данной ситуации он выкупил требование, которое не позволяет контролировать процедуру банкротства, в связи с чем отсутствуют основания для применения презумпции наличия недобросовестной цели совершения сделки, хотя бы из тех соображений, что даже наличие недобросовестной цели не будет обеспечено необходимым правовым инструментарием. Кассатор считает, что факт процессуальной замены одного кредитора на другого, даже при предположении аффилированности с должником сам по себе не приводит к нарушению прав конкурсных кредиторов. При этом ФИО1 выражает несогласие с выводами судов о наличии фактической заинтересованности, поскольку наличие таковой не подтверждается материалами дела.
Заявитель кассационной жалобы указывает, что вывод суда апелляционной инстанции о том, что за взысканием задолженности в судебном порядке он не обращался, противоречит материалам дела, так как к ФИО1 перешло право требования, основанное на определении Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2022 по делу № А60- 50482/2022.
Кассатор ссылается на то, что указание суда на то, что размер задолженности ФИО6 перед ФИО1 составил более 56000000 руб., опровергается постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 по делу № А76-31191/2021, согласно которому требование ФИО1 в размере 300 000 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6, кроме того, в деле о банкротстве ФИО6 не исследовались и не устанавливались обстоятельств аффилированности должника с ФИО1
В отзыве конкурсный управляющий общества «Артель-Северное» ФИО3 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Судами установлено и исследует из материалов дела, в рамках дела № А60-50482/2022 по иску общества «Простор» к обществу «АртельСеверное» о взыскании 504 263 руб. по договору поставки от 23.08.2021 № 443 определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2022 утверждено мировое соглашение, по условиям которого общество «АртельСеверное» обязалось погасить задолженность перед истцом в срок до 15.12.2022, производство по делу было прекращено.
В соответствии с условиями мирового соглашения, за нарушение срока погашения задолженности покупатель выплачивает поставщику неустойку в размере 0,1% за каждый день просрочки.
В силу пункта 5 мирового соглашения на общество «Артель-Северное» возложена обязанность по возмещению истцу государственной пошлины в сумме 3 925 руб. в течение 12 рабочих дней с даты утверждения мирового соглашения.
После обращения общества «Простор» в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (28.06.2023), между обществом «Простор» (цедент) и предпринимателем ФИО1 (цессионарий) 27.10.2023 заключен договор уступки права (требования) № 1-10/2023, в соответствии с условиями которого к предпринимателю ФИО1 перешло право требования уплаты должником задолженности, установленной определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2022 по делу № А60-50482/2022.
В соответствии с пунктом 1.3 договора цессии к ФИО1 перешло право требования получения основного долга по договору поставки товара № 443 от 23.08.2021 в сумме 504 263 руб., неустоек, государственной пошлины и иные права, основанные на определении Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2022 по делу № А60- 50482/2022.
Стоимость уступаемого права составляет 400 000 руб., оплата произведена в полном размере, что подтверждается платежным поручением.
Определением от 23.11.2023 произведена замена кредитора – общества «Простор» на предпринимателя ФИО1, принят отказ ФИО1 от заявления о признании несостоятельным (банкротом) общества «АртельСеверное», производство по его заявлению прекращено.
Вне рамок дела о банкротстве задолженность ФИО1 не взыскивалась.
В связи с возбуждением в отношении должника процедуры банкротства по заявлению предпринимателя ФИО5 ФИО1 направил в арбитражный суд заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования об уплате задолженности в размере 608 536 руб.46 коп.
Признавая требование кредитора в указанном размере обоснованным, суды руководствовались положениями статьи 16 Закона о банкротстве, статьи 506, пункта 1 статьи 487, пункта 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), исходили из того, что наличие задолженности сторонами не оспаривается, подтверждено документально, в
том числе вступившим в законную силу судебным актом, уступка права требования задолженности к должнику, произведенная по договору от 27.10.2023, сторонами также не оспаривается, подтверждена документально, оплата по договору за уступленное право произведена в полном объеме.
В указанной части выводы судов кассатором не оспариваются, доводов о несогласии с ними в кассационной жалобе не приведено. ФИО1 не согласен с выводами судов о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения его требований.
Понижая очередность удовлетворения требования, суды исходили из того, что приобретение ФИО1 права требования к должнику после возбуждения дела о банкротстве последнего и отказ от признания общества «Артель-Северное» неплатежеспособным не отвечает критерию экономической целесообразности, позволяет прийти к выводу о том, что ФИО1 приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав, тем самым, условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.
При этом, определяя очередность удовлетворения требований кредитора – предпринимателя ФИО1, суды исходили из следующего.
В силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.
Основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает
свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
Ранее аналогичные разъяснения содержались в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (действовавшем в период разрешения спора судом первой инстанции).
Действующее законодательство о несостоятельности не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.
Однако введение в отношении должника процедуры банкротства призвано исключить возможность нарушения имущественных интересов внешних (независимых) кредиторов в результате определяющего влияния на процедуру внутренних (заинтересованных) кредиторов. Для реализации данной цели судебной практикой, в частности, выработаны правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица. Такие примеры обобщены и сформулированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020).
В соответствии с пунктом 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов. Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.
В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию
контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора от 29.01.2020).
Таким образом, в соответствии с содержащимися в Обзоре разъяснениями в предмет доказывания по спору входят следующие обстоятельства: является ли кредитор контролирующим должника лицом; если кредитор был аффилированным с должником лицом, не имеющим контроля над должником, предоставил ли он финансирование под влиянием контролирующего должника лица; каково было имущественное положение должника в момент предоставления финансирования.
Как разъяснено в пункте 3.2 Обзора от 29.01.2020, финансирование может осуществляться путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.
В пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что разновидностью финансирования является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику. В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.
Согласно пункту 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.
Так, аффилированными лицами являются физические и (или) юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность физических и (или) юридических лиц и признаваемые таковыми в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации
Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.
О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.
При представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в рассматриваемом случае с лицом, заявившим о включении требований в реестр), судом на
такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.
Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), как установлено судами, генеральным директором и единственным участником общества «АртельСеверное» является ФИО6.
Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.10.2022 по делу № А76-31191/2021 требование ФИО1 размере 56 221 322 руб. 68 коп. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника – предпринимателя ФИО6
Требование основано на следующих правоотношениях указанных лиц:
По договору беспроцентного займа от 15.08.2018 ФИО7 предоставил ФИО6 заем в размере 22 788 000 руб., что подтверждается распиской от 15.08.2018.
В соответствии с договором уступки прав (требований) от 15.06.2022 ФИО7 (цедент) передал (уступил), а ФИО1 (цессионарий) принял в полном объеме права (требования) цедента к ФИО6 по договору беспроцентного займа от 15.08.2018.
Кроме того, в период с 01.08.2019 по 01.01.2022 между ФИО1 (заимодавец) и ФИО6 (заемщик) подписано 13 договоров процентного займа, на общую сумму 15 300 000 руб., денежные средства в установленные договорами сроки не возвращены, общая сумма долга с учетом процентов составляет 22 400 000 руб. Согласно пояснениям ФИО6 заемные денежные средства расходовались на выплату заработной платы сотрудникам общества «Артель-Северное» и приобретение товарно-материальных ценностей для общества.
Между обществом с ограниченной ответственностью «УралАвтоХаус» (далее – общество «УралАвтоХаус»), руководителем которого являлся ФИО1, и ФИО1 14.06.2022 подписан договор уступки прав (требований), по которому общество «УралАвтоХаус» (цедент) передало (уступило), а ФИО1 (цессионарий) принял в полном объеме права (требования) цедента к ФИО6 по договору процентного займа от 15.06.2021, ФИО6 возврат займа и договорных процентов не произведен.
Кроме того, ФИО1 по обращению ФИО6 внес оплату по мировому соглашению по делу № А76-20711/2021 кредитору обществу с ограниченной ответственностью «Агрофирма Ариант» (далее – общество «Агрофирма Ариант») в размере 300 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 24 от 16.05.2022. Требования подтверждаются определением Советского районного суда г. Челябинска по делу № 2-2589/2021 от 23.08.2021 об утверждении мирового соглашения.
Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 по делу № А76-31191/2021 определение Арбитражного суда Челябинской области от 13.10.2022 отменено; заявление удовлетворено
частично; требование ФИО1 в размере 300 000 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов предпринимателя ФИО6 – исполнение обязательств в пользу общества «Агрофирма «Ариант». В остальной части в удовлетворении требований в части задолженности в размере 22 788 000 руб. по договору займа с первоначальным кредитором ФИО7 (правопредшественником ФИО1) отказано, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности факта передачи должнику денежных средств ФИО7
В части задолженности в размере 15 300 000 руб. основного долга, 7 116 887 руб. 68 коп. процентов за пользование займами, суд апелляционной инстанции счел, что ФИО1 не доказаны финансовая возможность предоставления займов в указанном размере и факт передачи наличных денежных средств.
В части задолженности в сумме 1 500 000 руб. по договору займа от 15.06.2021 между ФИО6 и обществом «УралАвтоХаус» в лице генерального директора ФИО1 (правопредшественник ФИО1), суд сделал вывод о сомнительности предоставления займа на длительный срок, лицу, занимающегося предпринимательской деятельностью, не связанной с основным видом деятельности заимодавца, без предоставления встречного обеспечения. Также сторонами не раскрыто, где и при каких обстоятельствах передавались денежные средства, цели займа. Отсутствуют доказательства отражения в бухгалтерском и налоговом учете общества «УралАвтоХаус» выданного ФИО6 займа.
В части требования, основанного на исполнении ФИО1 за ФИО6 и общества «Артель-Северное» мирового соглашения, утвержденного определением Советского районного суда г. Челябинска от 23.08.2021 по делу 2-2589/2021 суд пришел к выводу о недоказанности ФИО1 факта исполнения обязательств перед обществом «Агросистема».
Апелляционным судом также отражено, что ФИО6 перед судом в течение времени рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции так и не были раскрыты обстоятельства расходования денежных средств, в том числе: оприходования для целей осуществления предпринимательской деятельности, отражения в бухгалтерском и налоговом учете, а также расходование с документальным подтверждением в период осуществления предпринимательской деятельности.
Представленные документы (чеки, квитанции, платежные ведомости о выдаче заработной платы работникам общества «АртельСеверное»), не могут являться надлежащим доказательством принятия от ФИО7 денежных средств в сумме 22 788 000 руб., поскольку свидетельствуют только о приобретении товарно-материальных ценностей, при этом из представленных чеков не усматривается, кем осуществлено их приобретение, как оприходованы и использованы в предпринимательской деятельности должника. В материалы дела не представлены доказательства передачи
ФИО6 денежных средств в общество «Артель-Северное» для целей выдачи заработной платы.
Денежные средства на расчетный счет ФИО6 не зачислялись, представленная в материалы дела выписка с расчетного счета открытого в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» за период с 01.01.2018 по 31.12.2022, свидетельствует лишь об оборотах должника, за год, как правило, не превышающих 1 500 000 руб., что не соотносится с суммой предоставленного займа.
Далее, определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.05.2023 по делу № А76-31191/2021 включено требование кредитора – индивидуального предпринимателя ФИО8 Крестьянско-фермерского хозяйства ФИО9 в размере 21 551 787 руб. 25 коп. основного долга в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6, в основе которого лежит поставка/купля-продажа товаров в 2022 году.
Кроме того, как следует из общедоступной информационной системы «Картотека арбитражных дел» по делу № А76-16175/2023 апелляционным судом оставлено без изменения определение суда первой инстанции о признании требования ФИО9 к обществу «Артель-Серверное» обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В рамках указанного спора ФИО9 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования об уплате задолженности в размере 19 585 415 руб. 03 коп., впоследствии увеличила размер заявленных требований до 23 958 571 руб. 57 коп. В основе требований обязательства 2022-2023 годов: исполнение обязательств должника перед третьими лицами, займы/поставка должнику.
Оценив в совокупности указанные обстоятельства, суды заключили, что ФИО1, ФИО9, ФИО6 и общество «АртельСеверное» входят в одну группу лиц, объединенных общими экономическими интересами, контролирующими деятельность должника.
Делая вывод о том, что ФИО1 на протяжении длительного времени осуществлял финансирование деятельности должника и его руководителя, апелляционный суд исходил из того, что ФИО1 предоставлял ФИО6 значительные суммы займов (всего 13 эпизодов), исполнял его обязательства перед третьими лицами, в том числе путем приобретения права требования к ФИО6
Судами принято во внимание, что ФИО1 приобрел право требования и к должнику, заключив с обществом «Простор» договор цессии от 27.10.2023, обращаясь в суд в рамках настоящего дела о банкротстве с заявлением о процессуальном правопреемстве, заявил отказ от требований, в результате чего производство по заявлению общества «Простор» было прекращено, что, как отмечено апелляционным судом, является нетипичным для кредитора поведением.
Как установлено судами, всего размер задолженности ФИО6 перед ФИО1 составил более 56 000 000 руб., задолженности общества «Артель-Северное» – 608 500 руб., которые включают в себя помимо суммы основного долга также проценты и неустойку, при этом при возникновении/исполнении обязательств отсутствовало обеспечение, имел место длительный характер просрочки, но отсутствовали претензии со стороны кредитора, отсутствовали попытки взыскания задолженности, в частности, в судебном порядке вплоть до возбуждения процедуры банкротства со стороны независимых кредиторов.
Кроме того, ФИО9, которая по информации временного управляющего, является супругой ФИО1, имея статус главы крестьянско-фермерского хозяйства, осуществляла поставки продукции, как в адрес ФИО6, так и в адрес самого должника. Размер задолженности ФИО6 перед ФИО9 составил 21 600 000 руб., должника – 23 900 000 руб. За счет средств ФИО9 для общества «АртельСеверное» по договору лизинга приобреталась техника.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь вышеприведенными нормами права и разъяснениями Обзора от 29.01.2020, а также правовыми подходами, нашедшими отражение в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 301-ЭС17- 22652(1), от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), суды заключили, что право требования к должнику по договору поставки перешло от независимого кредитора (общества «Простор») к аффилированному по отношению к должнику - предпринимателю ФИО1, который регулярно на протяжении 2020-2023 годов осуществлял финансирование общества; принимая во внимание, что по информации временного управляющего общество с 2023 года не ведет деятельность, не сдает отчетность, должник имеет задолженность перед независимыми кредиторами, в указанный период должник находился в состоянии имущественного и финансового кризиса, его деятельность полностью зависела от финансирования, получаемого посредством внутригрупповых займов, расценили приобретение задолженности по договору цессии у независимого кредитора аффилированным к должнику лицом в период его имущественного кризиса как способ компенсационного финансирования, что явилось основанием для субординации требования кредитора на основании пункта 3.3 Обзора от 29.01.2020.
При таком положении апелляционный суд заключил, что выкуп ФИО1 у общества «Простор» задолженности общества «АртельСеверное» являлся ничем иным, как попыткой предотвратить банкротство должника при очевидных признаках его банкротства, однако инициирование предпринимателем ФИО5 процедуры банкротства общества «Артель-Северное» вынудило ФИО1 обратиться в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов с целью изыскания возможности получения контроля над процедурой банкротства.
Относительно аффилированности супругов ФИО10 с должником суд апелляционной инстанции также отметил, что в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 по делу № А76-31191/2021 по спору о включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов ФИО6 установлены обстоятельства, в частности, ФИО1 не доказана финансовая возможность предоставления займов ФИО6 в указанном размере, не доказан факт передачи наличных денежных средств, а также факт исполнения за него обязательств. В свою очередь, при рассмотрении вышеуказанного спора в суде апелляционной инстанции ФИО6 демонстрировал нетипичное для должника поведение, а именно самостоятельно представил чеки, квитанции, платежные ведомости о выдаче заработной платы работникам общества «АртельСеверное» в подтверждение наличия задолженности перед ФИО1
Отклоняя довод о миноритарном характере требования, суд апелляционной инстанции указал, что он носит предположительный и преждевременный характер, учитывая размер кредиторских требований, учтенных в реестре, субординированных, но находящихся в споре в связи с апелляционным обжалованием, а также подлежащих рассмотрению в следующей процедуре.
Относительно довода ФИО1 о том, что выкуп задолженности у общества «Простор» не может рассматриваться, как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования, так как предприниматель ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника 21.11.2023, в свою очередь, замена кредитора – общества «Простор» на предпринимателя ФИО1 произведена 23.11.2023, принят отказ предпринимателя ФИО1 от заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника, производство по заявлению прекращено, апелляционный суд указал, что он приведен без учета всех приведенных выше значимых для дела обстоятельств. Кроме того, до предпринимателя ФИО5 и общества «Простор» в суд с заявлением о признании должника банкротом обращался также уполномоченный орган, производство по заявлению которого прекращено, о чем ФИО1 в силу указанных обстоятельств и с учетом публичности процедуры банкротства не мог не знать.
Суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам, судами применены нормы права, регулирующие рассматриваемые правоотношения. Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела; достаточно мотивированы и обоснованы, сделаны с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.
Изложенные в кассационной жалобе доводы являлись предметом проверки судов, получили надлежащую правовую оценку и были отклонены, не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии
обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменение или отмену судебных актов, судом округа не установлено.
С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.10.2024 по делу № А76-16175/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий Е.А. Павлова
Судьи Ю.В. Кудинова
О.Г. Кочетова