АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-1228/2025

11 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2025 года .

Полный текст решения изготовлен 11 марта 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Фокиной А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Горпенюком В.А.,

рассмотрев в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ПодъемСпецСнаб» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 06.03.2008)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным решения от 06.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/120824/3269516,

при участии в судебном заседании:

от заявителя - путём присоединения к веб-конференции представителя ФИО1 (по доверенности от 21.01.2025),

от Владивостокской таможни – не явились, извещены,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ПодъемСпецСнаб» (далее по тексту – «заявитель», «декларант», «общество», «ООО «ПодъемСпецСнаб») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решения Владивостокской таможни (далее по тексту – «таможня», «таможенный орган») от 06.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/120824/3269516 (далее – спорная ДТ).

В обоснование требований декларант по тексту заявления и в судебном заседании указал, что спорное решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, в связи с этим просит признать незаконным решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Таможенные органы требования общества не признали, указали, что в ходе таможенного контроля по спорной ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа; ссылаются, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости и формирование структуры таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях.

Из материалов дела следует, что в январе 2024 года декларантом на основании внешнеторгового контракта от 24.11.2023 № 02-11, заключенного обществом с компанией «Zhejiang Unifull Industrial Fibre Co., Ltd» (далее - Контракт), в счет поставки по инвойсу от 28.07.2024 № FB20242083 на территорию Таможенного союза на условиях поставки FOB SHANGHAI ввезен товар - промышленная пряжа из полиэстера для строп или жгута, - с целью помещения которого под таможенную процедуру выпуск для внутреннего потребления во ВТП ЦЭД подана ДТ № 10702070/120824/3269516.

Таможенная стоимость товаров определена и заявлена декларантом по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров по спорной ДТ были обнаружены признаки, указывающие на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, в связи с этим 19.08.2024 проведен фактический таможенный контроль, оформленный актом таможенного досмотра № 10714040/190824/101739.

20.08.2024 в связи с выявлением рисков недостоверного декларирования, Владивостокским таможенным постом (центом электронного декларирования) Владивостокской таможни направлен запрос документов и (или) сведений, срок исполнения, до 10.10.2024.

В тот же день товар выпущен под обеспечение уплаты таможенных платежей.

08.10.2024 через электронную систему документооборота в таможенный пост поступили запрошенные документы и пояснения, а также информация о невозможности представления отдельных из них.

25.10.2024 в адрес декларанта направлен запрос дополнительных документов и (или) сведений в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, ответ на который поступил через электронную систему документооборота 30.10.2024.

06.11.2024 таможенным постом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ; таможенная стоимость ввезённого товара определена по методу 3 – по стоимости сделки с однородными товарами.

Основанием для принятия вышеуказанного решения от 06.11.2024 послужили следующие выводы таможенного органа:

- имеется отклонение от среднего уровня ИТС по товару по ДВТУ и по ФТС России в целом;

- при фактическом контроле выявлены несоответствия заявленных в коммерческих документах сведений (количественные характеристики товаров, товарный знак) фактическим сведениям;

- представленные в сканированном виде упаковочный лист, прайс-лист продавца не содержат подписи, печати лица, подписавшего сканированный контракт, а пояснения о полномочиях даёт иное лицо – генеральный директор, роль которого не прослеживается из представленных документов;

- прайс-лист полностью копирует номенклатуру ввезенных товаров по инвойсу;

- в экспортной декларации в графе «номер договора» указан документ, не соответствующий контракту № 02/11 от 24.11.2023, в связи с чем экспортная декларация с высокой степенью вероятности имеет признаки фальсификации.

Не согласившись с решением таможни от 06.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, считая, что все необходимые документы были представлены таможне и корректировка таможенной стоимости повлекла возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения на дату его издания, суд пришел к выводу об обоснованности заявленного требования ввиду следующего.

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с положениями указанного Договора.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В случае, если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1.

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019)).

В силу пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении, что подтверждается материалами дела, а также нашло отражение в оспариваемом решении.

В частности, с использованием ИСС «Малахит» таможенным постом выявлены отклонения по товарам в меньшую сторону заявленного ИТС товаров в долл.США за килограмм от среднего ИТС по наименованию товара по ДВТУ и по ФТС России, что оценено таможней в качестве признака, указывающего на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены. В частности, заявленный декларантом уровень таможенной стоимости товара № 1 составил 1,28 долл. США за килограмм и является одним из самых минимальных значений.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, исследовав документы сделки, суд также пришёл к выводу о том, что представленные обществом документы являются сопоставимыми и относимыми между собой, признаков недостоверности либо недействительности документов суд не установил; наименование товара, его стоимость и объём товарной партии, условия оплаты товара и его поставки сторонами согласованы в полном объёме, документы о чем представлены таможне также в полном объёме.

Так, по условиям пунктов 1.1, 2.2 Контракта (Контракт является разовым и заключён на сумму 490 214,40 юаней – пункт 2.3) сторонами сделки согласована товарная партия и подписано Приложение №1 к Контракту на сумму 490 214,40 юаней, в котором в соответствии с пунктами 3.1, 5.2 Контракта указаны следующие условия оплаты и отгрузки: 30% предоплата, отгрузка в течение 35-45 дней после получения предоплаты, а также базис поставки FOB.

В соответствии с пунктом 5.2 Контракта (в редакции Дополнительного соглашения №2 от 01.04.2024 к Контракту) доплата в размере 70% выплачивается после предоставления уведомления о готовности товара к отгрузке.

Полное описание и технические характеристики изложены сторонами в Приложениях № 2, № 2.1 к Контракту в соответствии с пунктом 4.1 Контракта.

Заявлениями на перевод №1 от 18.01.2024, №2 от 29.01.2024 и №3 от 30.01.2024 на сумму 64,32 юаней, 140 000 юаней и 7 000 юаней соответственно со ссылкой на Контракт произведена оплата аванса в общей сумме 147 064,32 юаней, что соответствует 30% стоимости товара.

25.07.2024 товар принят к перевозке в порту SHANGHAI согласно коносаменту № GSHA24070829B.

28.07.2024 продавцом покупателю выставлен инвойс № FB20242083 на сумму 490 214,40 юаней, в котором имеется ссылка на «S/c №: EXP231005», а также указан порт отправления SHANGHAI, CHINA.

Доплата за товар произведена заявлениями на перевод №4 от 13.06.2024 и №5 от 19.06.2024 на сумму 223 150,08 юаней соответственно в общей сумме 343 150,08 юаней, что соответствует 70% стоимости товара.

Согласно пункту 7 Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283 «О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)» таможенная стоимость ввозимых товаров определяется по первому методу при наличии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, в том числе информации, необходимой для подтверждения цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, и осуществления дополнительных начислений к этой цене.

При определении таможенной стоимости по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами лицом, заполнившим ДТС, должны быть представлены банковские документы (если счет-фактура оплачен в зависимости от условий внешнеторгового контракта), а также другие платежные документы, отражающие стоимость товара.

По изложенному следует признать, что все документы в отношении цены, фактически уплаченной за товар, а также документы о согласовании товарной партии и условий оплаты товара, декларантом таможне представлены.

Ссылка таможни на результаты фактического контроля (АТД № 10714040/190824/101739) как на основания для отказа в применении 1 метода оценки таможенной стоимости товара судом не принимается.

Так, таможенный орган в оспариваемом решении указал, что в ходе фактического контроля задекларированных товаров по спорной ДТ в форме таможенного досмотра были выявлены несоответствия заявленных в коммерческих документах сведений (количественные характеристики товаров, товарный знак) фактическим сведениям, в частности, для товара № 1 в ДТ был заявлен вес брутто/нетто – 61448,2/59136 кг, фактический вес брутто/нетто - составил 61924/60640 кг, а также установлено наличие графического изображения с указанием «SUNFULL», а также «UNIFULL», что может указывать на торговую марку, однако пояснения по данному поводу обществом не предоставлены

Согласно АТД № 10714040/190824/101739 взвешивание проводилось на весах электронных ВСП-4-5000.2Т9, рег. № 54974-13 зав. № 59517 (свидетельство о поверке № С-АЭ/16-05-2024/340211592 до 15.05.2025), погрешность по тех. паспорту: от 10 кг до 250 кг = +/- 0,25 кг; от 250 кг до 1000 кг = +/- 0,5 кг; свыше 1000 кг = +/- 0,75 кг.

Товар по плотности (в соответствии с маркировкой) 3300 Дтекс / 384F c указанием BATCH NO. 240705CF взвешивался в количестве 20-ти бобин, вес составил 250 кг, из чего таможенный инспектор определил вес нетто 1 бобины товара 12,5 кг = 250 кг / 20 бобин.

Товар по плотности (в соответствии с маркировкой) 6600 Дтекс / 20Z c указанием BATCH NO. 240309DY взвешивался в количестве 20-ти бобин, вес составил 244 кг, из чего таможенный инспектор определил вес нетто 1 бобины товара 12,2 кг = 244 кг / 20 бобин.

Принимая во внимание погрешность взвешивания (от 10 кг до 250 кг = +/- 0,25 кг, от 250 кг до 1000 кг = +/- 0,5 кг), вес 1 бобины товара плотностью 3300 Дтек с учётом погрешности составляет 12,5 кг+/- 0,025 кг (0,5 кг/20 бобин), вес 1 бобины товара плотностью 6600 Дтек с учётом погрешности составляет 12,2 кг+/- 0,0125 кг (0,25 кг/20 бобин), следовательно, общий вес нетто разновидности товара плотностью 3300 Дтек с учётом погрешности составляет 21600 кг+/- 43,2 кг (12,5 кг +/- 0,025 кг/ бобину ? (48 бобин в гр. месте ? 36 гр. мест)), общий вес нетто разновидности товара плотностью 6600 Дтек с учётом погрешности составляет 39040 кг+/ 40 кг (12,2 кг +/- 0,0125 кг / бобину ? (100 бобин в гр. месте ? 32 гр. места).

При взвешивании каждого палетта погрешность взвешивания составила +/- 0,25 кг, двух - +/- 0,5 кг, в связи с чем среднее значение веса 1 пустого паллета по первой разновидности товара с учётом погрешности 17 кг+/- 0,25 кг/паллет, по второй разновидности с учётом погрешности - 21 кг+/- 0,25 кг/паллет, а общий вес пустых паллет и непервичной упаковки по первой разновидности товара с учётом погрешности составил 612 кг+/- 4,25 кг, по второй разновидности с учётом погрешности 672 кг+/- 8 кг.

Таким образом, наличием погрешности весов при взвешивании может быть объяснена разница в количестве 95,45 кг (43,2+40+4,25+8).

Помимо этого, анализ Приложения №1, инвойса и прайс-листа показывает, что цена за товар согласована от веса товара (пряжи) за 1 кг, а не от веса упаковки (бобины с сердечником для намотки), а при таможенном досмотре взвешивание товара производилось без извлечения сердечников.

Кроме того, 19.08.2024 декларанту таможенным постом было направлено Требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, до выпуска товара, выполнив которое, декларант внёс соответствующие изменения в сведения в графы 35, 36 спорной ДТ, в связи с чем в ней заявлены сведения о весе нетто товара 60640 кг.

Указанным обстоятельствам таможенный орган при вынесении оспариваемого решения оценку не дал.

С учётом изложенного довод таможни о несоответствии весовых характеристик суд признаёт необоснованным.

Что касается наличия товарных знаков, то в АТД № 10714040/190824/101739 прямо указано, что маркировка непосредственно на товаре/первичной упаковке не обнаружена, обнаружены графические изображения «SUNFULL», «UNIFULL» на упаковке грузовых мест (паллет), между тем запросом дополнительных документов и сведений у декларанта не требовались пояснения о возможных торговых марках (товарных знаках).

Указанным обстоятельствам таможенный орган при вынесении оспариваемого решения оценку не дал.

Довод таможни, изложенный в оспариваемом решении в отношении прайс-листа, судом отклоняется, поскольку под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период). При этом указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

Мнение таможни о том, что данный документ должен был содержать объяснение о причинах снижения цены товара по сравнению со сведениями, имеющимися в распоряжении таможни, нормативно не обоснован, в связи с чем наличие согласованной с инопартнером цены на товар само по себе не может свидетельствовать о недостоверности заявленной таможенной стоимости по товарам.

Довод таможни о том, что представленные в сканированном виде упаковочный лист, прайс-лист продавца не содержат подписи, печати лица, подписавшего сканированный контракт, а пояснения о полномочиях даёт иное лицо – генеральный директор, роль которого не прослеживается из представленных документов, судом отклоняется как не обоснованный и нормативно не подтверждённый, поскольку из представленных таможне пояснений генерального директора компании-продавца GUO HUI явно следует наличие полномочий на подписание спорного Контракта у Мrs. Dai, данные сведения генерального директора компании-продавца GUO HUI (как и его статус) таможней не опровергнуты.

Таким образом, представленные декларантом коммерческие документы выражают существо сделки, подтверждают согласование сторонами всех существенных условий сделки, включая согласование условий оплаты и поставки, документально и количественно подтверждают цену сделки, противоречий в их содержании суд не установил.

Оценивая доводы таможни в отношении представленной экспортной декларации, суд отмечает, что экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

В этой связи следует признать, что сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза.

Представленная экспортная декларация страны отправления № 290720240000027132 от 29.07.2024 сопоставляется с рассматриваемой партией товара по номеру инвойса, номерам контейнеров, номеру коносамента, наименованию транспортного средства и рейсу, условиям поставки, наименованию, количественным и ценовым характеристикам товара, грузоотправителю, грузополучателю и производителю – в полном объёме.

Действительно, в графе «номер договора» указан номер EXP231005, который отличается от номера Контракта, однако данные реквизиты («S/c №: EXP231005») указаны в инвойсе № FB20242083 от 28.07.2024, что позволяет их сопоставить между собой.

Оформление экспортной декларации инопартнёром или иным лицом по его поручению находиться вне зоны контроля декларанта, и само по себе не может свидетельствовать о недействительности иных представленных декларантом коммерческих документов сделки. Указанное таможней несоответствие касается порядка оформления декларации в стране отправления товара, что не отменяет сопоставимость сведений, указанных в экспортной декларации, сведениям, отраженным в товарно-сопроводительных документах по спорной поставке в остальной части.

Экспортная декларация полностью идентифицируется с рассматриваемым товаром и коммерческим документам сделки.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае декларант надлежащим образом воспользовался возможностью подтвердить заявленную им таможенную стоимость товара и представил имеющиеся у него дополнительные документы по запросам таможни, а также предпринял активные, самостоятельные, достаточные и разумные действия, направленные на сбор и представление таможенному органу дополнительно запрошенных документов, в том числе получение недостающих документов у третьих лиц, которые декларант представил таможенному органу в пределах уставленного им срока для предоставления дополнительных документов.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам таможенного органа следует признать, что все существенные условия сделки были согласованы сторонами во внешнеэкономическом контракте, на основании которого продавец поставил в адрес декларанта товар, а последний его принял и фактически оплатил на условиях предварительной оплаты; документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости; описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ, и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, т.е. цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Транспортные документы и сведения о расходах на транспортировку товара и подтверждающие их документы также представлены декларантом таможне в полном объёме; исходя из содержания оспариваемого решения, претензий к структуре таможенной стоимости и величине дополнительных начислений у таможни нет.

Иное не следует из оспариваемого решения и отзыва таможни.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Кодекса и Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Между тем, в рамках настоящего дела таможенный орган в нарушение части 5 статьи 200, части 1 статьи 65 АПК РФ не доказал, что лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, не подтвердило соответствие заявленных им сведений действительности и не представило в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию о структуре таможенной стоимости и её величине.

В этой связи суд полагает, что выводы таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара не нашли подтверждение материалами дела.

Соответственно, в рассматриваемой ситуации у таможни не имелось препятствий для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, а также оснований считать указанную таможенную стоимость, определенную по первому (основному) методу, документально неподтвержденной.

В решении от 06.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, таможней также указано, что заявленная таможенная стоимость существенно отклоняется от цен в зоне деятельности ДВТУ и ФТС России в целом и отличается от средней стоимости товаров того же класса/вида.

Между тем, само по себе отклонение согласованной сторонами по спорной поставке цены товарной партии от уровня цен в стране вывоза или на территории РФ не свидетельствует о её недостоверности либо о недействительной представленных документов и не может являться основанием для её корректировки, поскольку не названо законом в качестве такового.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Между тем, такое отклонение было объяснено декларантом путём представления таможенному органу вышеуказанных документов и пояснений.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При изложенных обстоятельствах требование о признании незаконным решения Владивостокской таможни от 06.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса. Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений должно содержаться указание на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Такое понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права. При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей (пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ).

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством, при этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в этом случае не требуется.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по спорной ДТ, окончательный размер которых подлежит определению таможенным органом на стадии исполнения судебного решения.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ взыскиваются с таможни и с Управления в соответствующей части.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 06.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/120824/3269516, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

В данной части решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ПодъемСпецСнаб» сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары № 10702070/120824/3269516, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПодъемСпецСнаб» судебные расходы на уплату госпошлины в сумме 50000 (пятьдесят тысяч) рублей. Исполнительный лист выдать по заявлению взыскателя после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

Судья Фокина А.А.