Постановление по делу № 03АП-3365/2023 от 25.07.2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 июля 2023 года

Дело №

А33-26149/2021к47

г. Красноярск

Резолютивная часть постановления объявлена «19» июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен «25» июля 2023 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Инхиреевой М.Н., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

от публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие»:ФИО2, представителя по доверенности от 10.04.2023 № 01/637,

при участии находясь в помещении Третьего арбитражного апелляционного суда:

от общества с ограниченной ответственностью «Майнинг Сервис»: ФИО3, представителя по доверенности от 27.12.2022 № 252/2022,

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Красноярск Техно Сервис» ФИО4: ФИО5, представителя по нотариальной доверенности от 29.06.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Майнинг Сервис»

на определение Арбитражного суда Красноярского края от «23» мая 2023 года по делу № А33-26149/2021к47,

установил:

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Красноярск Техно Сервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – должник, ООО «Красноярск Техно Сервис») банкротом поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, опризнании недействительным договора залога № 16 от 30.03.2021, заключенного между ООО «Красноярск Техно Сервис» и обществом с ограниченной ответственностью «Майнинг Сервис» (далее - ООО «Майнинг Сервис», ответчик), действийООО «Майнинг Сервис» по регистрации уведомления №2021-006-444247-428 от 07.10.2021 о возникновении залога движимого имущества BMW 530D XDRIVE, VIN <***>, 2019 г/в и уведомления №2021-006-464337-333 от 14.10.2021 о возникновении залога движимого имущества BMW X5 XDRIVE30D, VIN <***>, 2018 г/в.

К участию в деле привлечены: Прокуратура Красноярского края с правами лица, участвующего в деле, ФИО6 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 23.05.2023 заявленные требования удовлетворены, признан недействительной сделкой договор залога № 16 от 30.03.2021, заключенный между ООО «Красноярск Техно Сервис» и ООО «Майнинг Сервис», и действия ООО «Майнинг Сервис» по регистрации уведомлений № 2021-006-444247-428 от 07.10.2021, № 2021-006-464337-333 от 14.10.2021 о возникновении залога движимого имущества. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления стороны в первоначальное положение, существовавшее до заключения договора залога № 16 от 30.03.2021 и регистрации уведомлений № 2021-006-444247-428 от 07.10.2021, № 2021-006-464337-333 от 14.10.2021 о возникновении залога движимого имущества.

Не согласившись с данным судебным актом, ООО «Майнинг Сервис» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ООО «Майнинг Сервис» указывает на отсутствие оснований для признания настоящей сделки недействительной сделкой на основании статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), поскольку оспариваемый договор залога являлся залогом будущей вещи, на момент заключения оспариваемого договора залога право собственности на предмет залога принадлежало лизингодателю, намерение на возникновение залога у сторон возникло именно в марте 2021 года, а в октябре и декабре 2021 года у ответчика возникло право собственности на предметы залога.

От конкурсного управляющего ФИО4 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 19.07.2023.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 20.06.2023, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 21.06.2023 06:11:28 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью «Майнинг Сервис» поддержал требования апелляционной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в представленном суду апелляционной инстанции отзыве. Полагает определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Представитель публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие» письменный отзыв на апелляционную жалобу не представил, отклонил доводы апелляционной жалобы. Полагает определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 03.06.2022 по делу №А33-26149-21/2021 требование общества с ограниченной ответственностью «Майнинг Сервис» включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Красноярск Техно Сервис» в размере 54 736 926 рублей 28 копеек основного долга. Из данного судебного акта следует, что в обоснование наличия задолженности кредитор ссылается, в том числе на наличие задолженности по договору №15 от 30.03.2021, заключенного между ООО «Майнинг Сервис» (займодавец) и ООО «Красноярск Техно Сервис» (заемщик), по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 35 000 000 рублей с начислением процентов на сумму займа в размере 5% годовых, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и проценты в срок не позднее 31.12.2022.

Из представленного в материалы дела договора займа от №15 от 30.03.2021 следует, что обязательство заёмщика по договору займа обеспечивается залогом следующих транспортных средств:

- BMW 530D XDRIVE, VIN <***>, 2019 г/в., которое будет приобретено по договору финансовой аренды (лизинга) №48/19-КРС от 12.03.2019, заключенного между должником и ООО «Практика» (лизингодатель);

- BMW X5 XDRIVE30D, VIN <***>, 2018 г/в., которое будет приобретено по договору финансовой аренды (лизинга) №149-2019 от 18.01.2019, заключенного между должником и ООО «Каркаде» (лизингодатель).

30.03.2021 между ООО «Майнинг Сервис» (займодавец) и ООО «Красноярск Техно Сервис» (заемщик) заключен договор залога № 16, по условиям которого в целях обеспечения обязательств по договору займа №15 от 30.03.2021, залогодатель обязуется передать в залог следующее имущество или предмет залога:

В силу пункта 1.4 залог возникает с даты регистрации права собственности залогодателя на предмет залога. Залог подлежит учету путем регистрации нотариусом уведомления о залоге в реестре уведомлений о залоге движимого имущества. Уведомление о залоге для соответствующей регистрации обязуется направить залогодержатель в течение 1 дня с даты регистрации права собственности на предмет залога залогодателем, при условии уведомления залогодержателя (пункт 7.1 договора).

Регистрация предмета залогов осуществлена на основании уведомлений № 2021-006-444247-428 от 07.10.2021, № 2021-006-464337-333 от 14.10.2021 о возникновении залога движимого имущества.

Полагая, что установление залога привело к изменению очередности удовлетворения требований кредиторов по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. Конкурсный управляющий оспаривает договор залога №16 от 30.03.2021 и действия по регистрации вышеуказанных уведомлений на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением).

Из разъяснений, изложенных в абзацах 2 - 3 пункта 10 Постановления № 63, применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 5 пункта 10 Постановления № 63 бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой

Согласно разъяснениям, данным в абзацах 1 - 4 пункта 12 Постановления № 63 если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если: а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 7 пункта 12 Постановления № 63 в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце 8 пункта 12 Постановления № 63, действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца 2 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки, так и абзаца 3 названного пункта по причине того, что установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

Предпочтительность удовлетворения требований кредитора заключается в том, что если бы задолженность должника не была погашена, то после возбуждения дела о банкротстве соответствующие требования к должнику в случае их заявления в рамках дела о банкротстве подлежали бы включению в реестр требований кредиторов должника и удовлетворению в порядке, установленном законодательством о банкротстве, с учетом пропорциональности наравне с требованиями иных кредиторов, включенных в одну очередь.

Как уже было отмечено ранее, между ООО «Майнинг Сервис» (займодавец) и ООО «Красноярск Техно Сервис» (заемщик) заключен договор залога от 30.03.2021 № 16, по условиям которого в целях обеспечения обязательств по договору займа №15 от 30.03.2021, залогодатель обязуется передать в залог следующее имущество или предмет залога: BMW 530D XDRIVE, VIN <***>, 2019 г/в., которое будет приобретено по договору финансовой аренды (лизинга) №48/19-КРС от 12.03.2019, заключенного между должником и ООО «Практика» (лизингодатель); BMW X5 XDRIVE30D, VIN <***>, 2018 г/в., которое будет приобретено по договору финансовой аренды (лизинга) №149-2019 от 18.01.2019, заключенного между должником и ООО «Каркаде» (лизингодатель).

Из указанного следует, что на момент заключения оспариваемого договора залога, предметы залога являлись предметом лизинга.

Статьей 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» определено, что под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

По смыслу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации упомянутое обеспечение прекращается при внесении лизингополучателем всех договорных платежей, в том числе в случаях, когда лизингодатель находится в процессе банкротства либо он уклоняется от оформления передаточного акта, договора купли-продажи и прочих документов.

Таким образом, имущество, приобретаемое в лизинг, является классическим институтом залогового права. Такой залог необходим для того, чтобы обеспечить права лизингодателя по обязательствам лизингополучателя перед лизингодателем, которые могут возникнуть в случае неисполнения лизингополучателем обязанности по внесению платежей, предусмотренных договором лизинга. Следовательно, если лизингополучатель не будет совершать платежи, то лизингодатель сможет обратить взыскание на имущество, переданное в залог. Такая юридическая конструкция лишь определяет будущего собственника имущества и установление такого обременения парализует оборот предмета залога, так как распоряжение им без согласия лизингодателя невозможно. Момент перехода права собственности на предмет лизинга от лизингодателя к лизингополучателю наступает не ранее даты выплаты покупной стоимости, а значит, до наступления указанного события собственником спорного объекта является лизингодатель. В связи с чем, право собственности у лизингополучателя возникает лишь после выкупа предмета лизинга у лизингодателя.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В статьях 223 и 223 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. Передачей признается вручение вещи приобретателю.

Из пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных Кодексом.

В рассматриваемом случае, право собственности должника на вышеуказанные предметы залога возникло 04.10.2021 и в декабре 2021 года, в связи с исполнением должником обязательств по договорам лизинга. При этом апелляционный суд отмечает, что право на передачу вещи в залог, является ограниченным вещным правом, а следовательно не может возникнуть ранее, чем возникло право собственности на предмет залога.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о то, что на момент заключения оспариваемого в рамках настоящего обособленного спора договора залога должник не являлся собственником транспортных средств, не обладал правом распоряжения спорными транспортными средствами и не мог передать их в залог ответчику. Такое право возникло у должника лишь 04.10.2021 и в декабре 2021 года. Следовательно, фактически имущество в залог передано ответчику менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве (BMW 530D XDRIVE, VIN <***>) и после возбуждения дела о банкротстве (BMW X5 XDRIVE30D, VIN <***>). Датой возбуждения дела о банкротстве является – 13.10.2021.

Оснований не согласиться с данным выводом суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом, апелляционный суд отмечает, что в соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого. Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем.

Гражданское законодательство не устанавливает срока, в течение которого должны быть совершены такие действия, однако положения абзаца третьего пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации объективно стимулируют залогодержателей опубличивать залог в разумный срок. В противном случае при банкротстве залогодателя залоговое требование может быть противопоставлено только требованиям тех кредиторов, которые знали о наличии залога.

Таким образом, учитывая, что публично-правовой целью института банкротства является баланс прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, рассчитывающих на максимальное удовлетворение своих требований, включенных в реестр, а также то, что в соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодержатель в отношениях с третьими лицами не вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога до момента его опубличивания, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что только своевременно раскрытые залоги должны предоставлять залогодержателю приоритет по отношению к другим кредиторам в рамках дела о банкротстве, тогда как, если уведомление о возникновении залога внесено в реестр существенно позднее возникновения залога и непосредственно перед банкротством, осведомленность иных конкурсных кредиторов о наличии такого залога либо обстоятельствах, позволяющих сделать вывод об обременении имущества должника залогом (в частности, о неоплате должником товара, поставленного в кредит или с отсрочкой платежа), лицом, позиционирующим себя в качестве залогового кредитора, не доказана, то у конкурсных кредиторов должна быть возможность оспаривания такого внесения по правилам главы III.1 Закона о банкротстве (в частности, как сделки с предпочтением).

Доводы заявителя апелляционной жалобы об обратном подлежат отклонению апелляционным судом как необоснованные.

В данном случае, заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением суда от 13.10.2021, имущество в залог передано ответчику менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве (BMW 530D XDRIVE, VIN <***>) и после возбуждения дела о банкротстве (BMW X5 XDRIVE30D, VIN <***>), регистрация уведомлений о возникновении залога движимого имущества (опубличивание залога) совершена 07.10.2021 и 14.10.2021, т.е. в период предпочтительности, установленный статьей 61.3 Закона о банкротстве, с целью обеспечения возможности удовлетворения своих требований за счет такого имущества, преимущественно перед иными кредиторами. В связи с чем, доводы ответчика о том, что договор залога заключен за пределами срока, установленного статьей 61.3 Закона о банкротстве, отклоняются судом, учитывая, что на момент заключения оспариваемого в рамках настоящего обособленного спора договора залога, должник не обладал правом распоряжения спорными транспортными средствами и не мог передать их в залог ответчику именно 30.03.2021. Такое право возникло у должника только после возникновения у него права собственности на спорное имущество.

Из вышеуказанного следует, что по состоянию на 07.10.2021 и 14.10.2021, т.е. менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве и после возбуждения дела о банкротстве, у должника имелось не исполненное с марта 2021 года обязательство перед ООО «Майнинг Сервис» по договору займа №15 от 30.03.2021, которое для иных кредиторов не было обеспечено залогом движимого имущества должника в связи с отсутствием в реестре соответствующего уведомления (абзац третий пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суд первой инстанции верно учел, что если оценивать поведение ООО «Майнинг Сервис» с позиции иных конкурсных кредиторов должника, то действия ответчика по внесению 07.10.2021 и 14.10.2021 уведомлений в реестр были направлены на обеспечение исполнения обязательства, возникшего до совершения таких действий (то есть фактически по установлению залога), поскольку именно с этого момента кредитор получил возможность ссылаться на наличие у него статуса залогодержателя в отношениях с иными кредиторами в деле о банкротстве.

В данном случаи не имеет правового значения факт не уведомления должником ответчика о возникновении у должника права собственности на спорное имущество, учитывая, что право собственности должника на вышеуказанные транспортные средства возникло практически одномоментно с внесением уведомлений в реестр, а на момент заключения оспариваемого договора залога должник не являлся собственником данного имущества в силу вышеперечисленных обстоятельств.

При этом, несмотря на то, что действия кредитора (ответчика) являются односторонними и совершенными без участия должника, суд первой инстанции верно учел позицию, сформулированную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.12.2017 № 305-ЭС17-12763 (1, 2), и пришел к выводу, что это не является препятствием для их оспаривания в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника, и оспаривание конкурсным управляющим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве действий ООО «Майнинг Сервис» по внесению уведомлений о возникновении залога является правомерным и допустимым.

Действия ООО «Майнинг Сервис» не являются поведением, ожидаемым от участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы других кредиторов и содействующего в получении ими необходимой информации, поскольку его действия направлены на раскрытие перед иными лицами наличия у него прав залогодержателя менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве и после возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом на момент заключения оспариваемого в рамках настоящего обособленного спора договора залога, должник не обладал правом распоряжения спорными транспортными средствами и не мог передать их в залог ответчику именно 30.03.2021. При таких обстоятельствах ответчик должен претерпевать негативные последствия своего длительного бездействия, в том числе в виде попадания момента раскрытия информации о залоге в период оспаривания преференциальных сделок.

Как уже было отмечено ранее, регистрация уведомлений о возникновении залога движимого имущества совершена 07.10.2021 и 14.10.2021, т.е. в период менее чем за один месяц до возбуждения дела о банкротстве и после принятия заявления о признании должника банкротом. Дело о банкротстве должника возбуждено 13.10.2021.

При этом само по себе размещение сведений в отношении должника в общедоступном источнике информации - Картотеке арбитражных дел еще не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе путем проверки его по указанной картотеке. Данная позиция выражена в определении ВС РФ от 08.07.2021 по делу № 308-ЭС18-14832 (5).

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613(3) по делу № А79-8396/2015 указал на то, что системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной. Квалификация поведения ответчика на предмет недобросовестности (осведомленности о цели причинения вреда) должна осуществляться исходя из такого пониженного стандарта доказывания в отличие от аналогичных сделок, заключенных, например, за два года до названной даты.

Исследовав сайт Федерального ресурса о фактах деятельности юридических лиц суд первой инстанции установил, что в период с 23.03.2021 по 26.11.2021, т.е. систематически на протяжении более 7 месяцев, осуществлено опубликование 8 сообщений о намерении кредиторов обратиться с заявлением о признании ООО «Красноярск Техно Сервис» банкротом, в том числе сообщение ООО «Инжиниринг» на основании которого возбуждено дело о банкротстве и требования которого включены в реестр требований кредиторов в размере 3827166 рублей 59 копеек, в том числе: 3357295 рублей 45 копеек – основной долг, 469871 рубль 14 копеек – неустойка, подлежащая отдельному учету в реестре (определение от 10.01.2022).

Как следует из материалов дела, на Федеральный ресурс о фактах деятельности юридических лиц ссылался и ответчик, приводя довод о том, что именно из этого ресурса ему стало известно о прекращении договора финансовой аренды (лизинга) (сообщение №09822453 от 05.10.2021). Следовательно, ответчик не мог не знать, что в период с 23.03.2021 по 26.11.2021, т.е. систематически на протяжении более 7 месяцев, осуществлено опубликование 8 сообщений о намерении кредиторов обратиться с заявлением о признании ООО «Красноярск Техно Сервис» банкротом.

При этом из решения Арбитражного суда Красноярского края от 07.12.2022 следует, что должнику принадлежит три единицы транспортных средств. Балансовая стоимость основных средств составляет 3 551 190 рублей, запасов – 846 940 рублей, нематериальных активов – 30 842 279 рублей, дебиторской задолженности – 32 970 326 рублей. Инвентаризация и оценка имущества не проводилась. Сформирован реестр требований кредиторов. По состоянию на дату проведения первого собрания кредиторов (10.11.2022) в третью очередь реестра требований кредиторов включены кредиторы с требованием на общую сумму 177 096 197 рублей основного долга. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют. Согласно реестру требований кредиторов, представленному в материалы дела, на дату судебного заседания погашение требований кредиторов не произведено. Доказательства погашения задолженности должником не представлены.

Данные обстоятельства со всей очевидностью указывают на то, что на дату совершения оспариваемых сделок ответчик был осведомлен о неплатежеспособности должника, учитывая промежуток времени между датами совершения оспариваемых сделок и датами опубликований сообщений о намерении кредиторов обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Доказательств обратного в материалы деда не представлено.

Напротив, совокупностью представленными в материалы дела документами, подтверждается то, что на дату совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами и ООО «Майнинг Сервис» было осведомлено, либо должно было быть известно, при проявлении осмотрительности, требуемой по условиям гражданского оборота о наличии обстоятельств, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом из содержания пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве следует, что независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также после возбуждения данного дела, при наличии условий, предусмотренных абзацами 2 и 3 пункта 1 указанной статьи, недобросовестность контрагента по сделке не подлежит доказыванию (абзацы 1 и 2 пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). Следовательно, при наличии соответствующих условий состав недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит формальный характер.

Соответствующая правовая позиция сформирована в определении Верховного Суда РФ от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4) по делу № А56-71819/2012 и применима к спорным правоотношениям.

С учетом данного правового подхода обстоятельства осведомленности ответчика - ООО «Майнинг Сервис» о факте неплатежеспособности должника на момент установления залога вообще не имеют значения для правильного применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве и заявителю в рассматриваемом случае достаточно доказать, что обеспечительная сделка в отношении ранее возникшего обязательства совершена в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве либо позже.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В данном случае, принимая во внимание наличие критерия изменения очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемых сделок, необходимого для признания их недействительными, учитывая, что на момент заключения оспариваемого в рамках настоящего обособленного спора договора залога, должник не обладал правом распоряжения спорными транспортными средствами и не мог передать их в залог ответчику, принимая во внимание, что регистрация уведомлений о возникновении залога движимого имущества совершена 07.10.2021 и 14.10.2021, т.е. в период менее чем за один месяц до возбуждения дела о банкротстве и после принятия заявления о признании должника банкротом, а также учитывая, что на момент совершения оспариваемых сделок ответчик знал или должен был знать о признаке неплатежеспособности должника, суд первой инстанции с учетом фактических обстоятельств настоящего обособленного спора пришел к верному выводу о наличии оснований для признания недействительной сделкой договора залога № 16 от 30.03.2021, заключенного между ООО «Красноярск Техно Сервис» и ООО «Майнинг Сервис», и действий ООО «Майнинг Сервис» по регистрации уведомлений № 2021-006-444247-428 от 07.10.2021, № 2021-006-464337-333 от 14.10.2021 о возникновении залога движимого имущества, на основании пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, с применением последствий недействительности сделки в виде восстановления сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения договора залога № 16 от 30.03.2021 и регистрации уведомлений № 2021-006-444247-428 от 07.10.2021, № 2021-006-464337-333 от 14.10.2021 о возникновении залога движимого имущества.

Оснований не согласиться с данным выводом суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены апелляционным судом и не принимаются во внимание, поскольку они не опровергают выводы суда первой инстанции, основанные на установленных по делу обстоятельствах, исследованных доказательствах и нормах права, и сводятся к несогласию подателя жалобы с результатом приведенной судом оценки собранных доказательств и установленных обстоятельств, что не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального или процессуального права и по существу направлено на их переоценку.

Доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им правильную оценку (с учетом их достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, в соответствии со статьей 71 АПК РФ) и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «23» мая 2023 года по делу № А33-26149/2021к47 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

М.Н. Инхиреева

И.В. Яковенко