АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА
ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000
http://fasvvo.arbitr.ru/
______________________________________________________________________________
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
Нижний Новгород
Дело № А17-11583/2022
19 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30.04.2025.
Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:
председательствующего Белозеровой Ю.Б.,
судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,
в отсутствие представителей участвующих в деле лиц
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу
ФИО1
на определение Арбитражного суда Ивановской области от 23.07.2024 и
на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 21.11.2022
по делу № А17-11583/2022
по ходатайству финансового управляющего ФИО2
о завершении процедуры реализации имущества должника –
ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>)
и
установил :
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее ‒ должник) в Арбитражный суд Ивановской области обратился финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 (далее ‒ финансовый управляющий) с заявлением о завершении процедуры реализации имущества гражданина.
Публичное акционерное общество «Совкомбанк» (далее ‒ банк, общество «Совкомбанк») заявило ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед банком.
Суд первой инстанции определением от 23.07.2024, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 21.11.2024, завершил процедуру реализации имущества ФИО1, освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением обязательств перед обществом «Совкомбанк».
Не согласившись с состоявшимися судебными актами, должник обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части неприменения к ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств перед банком и принять новый судебный акт, освободив должника от обязательств в полном объеме.
Кассатор указывает на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих представление должником ложных сведений при оформлении кредитных обязательств и наличие у него намерения не исполнять обязательства.
ФИО1 утверждает, что представленные ею при получении кредита сведения соответствуют действительности. При этом банк не проявил должной осмотрительности и не запросил у должника дополнительные документы о доходах, в том числе трудовую книжку и справку по форме 2-НДФЛ. Как профессиональный участник рынка кредитных услуг банк имел возможность самостоятельно провести проверку материального положения заемщика.
Податель жалобы полагает, что бездействие банка является неосмотрительным поведением кредитора и не может расцениваться как противоправное поведение должника, влекущее за собой отказ в освобождении от обязательств при завершении процедуры банкротства.
В кассационной жалобе заявитель указывает, что неразумные действия заемщика, принявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не могут быть приняты во внимание для целей применения пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).
В обоснование кассационной жалобы ФИО1 ссылается на пункты 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45).
Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.
Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Как установили суды, общество «Совкомбанк» и должник заключили кредитные договоры от 29.08.2022 <***> и от 17.04.2021 <***>, задолженность по которым составила 237 319 рублей 72 копейки и 64 010 рублей 48 копеек соответственно.
Определением от 02.12.2022 Арбитражный суд Ивановской области на основании заявления ФИО1 возбудил производство по делу о банкротстве; решением от 31.01.2023 признал должника банкротом, открыл процедуру реализации имущества гражданина.
Определением суда от 25.05.2023 требование общества «Совкомбанк» в сумме 301 330 рублей 20 копеек признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.
В ходе процедуры реализации имущества в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 886 555 рублей 25 копеек, из которых по результатам процедуры погашены 40 489 рублей 29 копеек, в том числе 32 835 рублей 21 копейки – требования банка.
Финансовый управляющий представил в арбитражный суд отчет о своей деятельности и о расходовании денежных средств, ответы регистрирующих органов, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства; заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества.
Из представленных документов следует, что финансовым управляющим предприняты меры по выявлению имущества и формированию конкурсной массы. По сведениям регистрирующих органов имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, за должником не зарегистрировано.
Финансовым управляющим не выявлено подозрительных сделок, совершенных ФИО1 в течение трех лет, предшествующих дате принятия к производству заявления о признании несостоятельным (банкротом); признаков фиктивного, преднамеренного банкротства не обнаружено.
Учитывая выполнение всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствие возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, финансовый управляющий пришел к выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры и обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.
Установив отсутствие доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы должника и свидетельствующих о том, что дальнейшее продление процедуры банкротства гражданина будет направлено на уменьшение его долгов и погашение задолженности перед кредиторами, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры банкротства. В указанной части принятые по делу судебные акты не обжалуются.
Предметом кассационного обжалования являются последствия завершения процедуры банкротства ФИО1 в виде неприменения к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «Совкомбанк».
Исследовав материалы дела, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции принял постановление на основании следующего.
На основании пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.
В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.
В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.
В пункте 45 Постановления № 45 разъяснено, что согласно четвертому абзацу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в приведенном абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.
Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.
Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с финансовым управляющим, судом и кредиторами.
Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей проведения реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений постановления № 45 в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.
По смыслу приведенных положений Закона о банкротстве и разъяснений высшей судебной инстанции по общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.
Проверка добросовестности должника осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, очевидным отклонением участника гражданского оборота от ожидаемого надлежащего поведения, учитывающего права и законные интересы другой стороны (сокрытие своего имущества и доходов, вывод активов, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).
При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вследствие этого лицо, заявляющее о неприменении к должнику-гражданину правила об освобождении от обязательств, должно доказать наличие соответствующих оснований.
Неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не могут быть приняты во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве о неприменении правила освобождения гражданина от обязательств.
Оценив представленные в дело доказательства в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед банком.
Судами установлено, что обществом «Совкомбанк» и должником 17.04.2021 заключен договор потребительского кредита <***> (карта «Халва»), согласно которому ФИО1 предоставлен лимит кредитования при открытии договора 0,1 рубля на срок 120 месяцев на условиях 10 процентов годовых (0 процентов в течение 36 месяцев льготного периода).
При получении кредита в анкете клиента от 17.04.2021 должник указал доход за 4 месяца в размере 120 000 рублей, что составляет 30 000 рублей в месяц. Анкета подписана лично ФИО1; подписывая анкету, должник подтвердил, что указанные в ней сведения являются достоверными.
Между обществом «Совкомбанк» и должником 29.08.2022 заключен договор потребительского кредита <***>, согласно которому заемщику предоставлен лимит кредитования в размере 200 000 рублей на 60 месяцев на условиях 9,9 процентов годовых.
При заполнении анкеты-согласия заемщика и заявления-согласия от 29.08.2022 ФИО1 указала среднемесячный доход за предшествующие 4 месяца в размере 50 000 рублей, в том числе по основному месту работы «Детский сад № 58» – 30 000 рублей, дополнительный доход – 20 000 рублей. В указанных документах имеется электронная подпись должника; подписывая анкету, ФИО1 подтвердила, что указанные в ней сведения являются достоверными.
Суды установили, что согласно имеющейся в деле электронной трудовой книжки ФИО1 в период с 01.05.2019 по 31.12.2019 была трудоустроена в межрегиональной общественной организации «Еврейский благотворительный центр «Забота-Хэсэд Рахэль», а с 15.12.2021 по настоящее время – в муниципальном бюджетном дошкольном образовательном учреждении «Детский сад комбинированного вида № 58» (далее – бюджетное учреждение).
Сведений о трудоустройстве ФИО1 в период с 01.01.2020 по 14.12.2021 в материалах дела не имеется.
На основании документов Отдела социального фонда России по Ивановской области суды установили, что в отношении ФИО1 сведения для включения в индивидуальный лицевой счет за период с января 2021 по декабрь 2022 года представлены Еврейским благотворительным центром «Забота-Хэсэд Рахэль», а за период с декабря 2021 по декабрь 2022 года – бюджетным учреждением. Размер ежемесячных выплат застрахованному лицу за период с января по апрель 2021 года (за 4 месяца до заключения кредитного договора <***>) составил 9600 рублей, с мая по август 2022 года (за 4 месяца до заключения кредитного договора <***>) составил в среднем 22 000 рублей. ФИО1 в 2021 – 2022 годах получателем пенсии и иных социальных выплат не являлась.
Управлением Федеральной налоговой службы по Ивановской области представлен ответ от 22.03.2024 на судебный запрос, согласно которому общая сумма дохода должника (без вычета налога на доходы) в 2021 году составила 117 777 рублей 45 копеек, в 2022 году – 326 963 рубля 98 копеек, в том числе от трудовой деятельности в бюджетном учреждении – 236 963 рубля 98 копеек. Аналогичные сведения содержатся в личном кабинете налогоплательщика ФИО1
С учетом изложенного суды установили, что среднемесячный доход ФИО1 на момент заключения кредитного договора <***> составлял 9000 рублей, а при заключении кредитного договора <***> – 22 000 рублей.
Доказательства получения дохода, заявленного должником при заключении кредитных договоров <***>, 6146086446, отсутствуют.
Наличие дополнительного дохода в сумме 20 000 рублей, указанного ФИО1 в анкете от 29.08.2022, не подтверждено.
Регистрация ФИО1 в период с 06.11.2020 по 18.08.2022 в качестве индивидуального предпринимателя не свидетельствует о наличии у нее дохода от предпринимательской деятельности в размере, соответствующем указанному при получении кредитов. Из представленных Управлением Федеральной налоговой службы по Ивановской области налоговых деклараций ФИО1 по форме 3-НДФЛ суды установили, что налоговая база для исчисления налога на доходы физических лиц должника в 2021 году составила 34 152 рубля, в 2022 году – 39 631 рубль.
При этом в письменных пояснениях сама ФИО1 неоднократно настаивала на том, что дохода от предпринимательской деятельности не получала.
Основываясь на имеющихся в деле доказательствах, письменных пояснениях должника и установленных обстоятельствах, суды пришли к верному выводу о том, что ФИО1 при принятии на себя кредитных обязательств не могла не осознавать отсутствие у нее доходов, отраженных в анкетах заемщика.
Аргумент кассатора о том, что банк являлся профессиональным участником финансового рынка и имел возможность получения достоверной информации о размере дохода заемщика, был предметом рассмотрения судов и обоснованно отклонен, поскольку наличие у банка возможности получения информации не освобождает должника от обязанности представить достоверные сведения относительно его дохода.
Добросовестное поведение должника в процедуре банкротства и отсутствие в его действиях признаков фиктивного или преднамеренного банкротства не опровергают факт сообщения должником банку недостоверных сведений.
При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о предоставлении должником при получении кредитов заведомо недостоверных сведений и правомерно не применили в отношении ФИО1 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве в части освобождения от исполнения обязательств перед банком по кредитным договорам от 29.08.2022 <***> и от 17.04.2021 <***>.
Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам прав.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.
Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.
Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ивановской области от 23.07.2024 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 21.11.2022 по делу № А17-11583/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
Ю.Б. Белозерова
Судьи
Е.В. Елисеева
С.В. Ионычева