АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА
ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000
http://fasvvo.arbitr.ru
______________________________________________________________________________
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
Нижний Новгород
Дело № А43-1497/2020
18 декабря 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09.12.2025.
Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:
председательствующего Белозеровой Ю.Б.,
судей Елисеевой Е.В., Чижова И.В.,
при участии представителей
конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «АэроКонсалтинг»: ФИО1 по доверенности от 18.03.2025,
публичного акционерного общества Нижегородского коммерческого
банка «Радиотехбанк»: ФИО2 по доверенности от 18.12.2024,
ФИО3: ФИО4 по доверенности от 04.04.2025 (выдана в порядке передоверия на основании доверенности от 14.06.2023),
ФИО5: ФИО6 по доверенности от 25.03.2025,
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «АэроКонсалтинг» –
ФИО7
на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2025
по делу № А43-1497/2020 Арбитражного суда Нижегородской области
по заявлению конкурсного управляющего ФИО7
к ФИО3, ФИО5,
ФИО8
о признании недействительными сделок должника –
общества с ограниченной ответственностью «АэроКонсалтинг»
(ОГРН <***>, ИНН <***>)
и
установил:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АэроКонсалтинг» (далее – должник, Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО7 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделок, заключенных должником с ФИО3, ФИО5 (далее – ответчики) и применении последствий недействительности сделок.
Требование заявлено на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано совершением должником в пользу ответчиков платежей, превышающих установленный размер заработной платы, в условиях наличия неисполненных обязательств перед кредиторами.
Арбитражный суд Нижегородской области определением от 27.02.2025 заявление конкурсного управляющего удовлетворил, признал недействительными сделками действия должника по увеличению заработной платы ФИО3, оформленные приказом от 01.09.2018 № 17 о переводе работника на другую работу, по начислению и выплате повышенной заработной платы; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 2 776 138 рублей 18 копеек излишне выплаченной заработной платы. Суд также признал недействительными сделками действия по увеличению заработной платы ФИО5, оформленные приказом от 01.09.2018 № 16 о переводе работника на другую работу, по начислению и выплате повышенной заработной платы; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 3 892 332 рублей 50 копеек излишне выплаченной заработной платы.
Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 08.09.2025 определение суда от 27.02.2025 отменил, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказал.
Не согласившись с постановлением апелляционной инстанции, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 08.09.2025 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.02.2025.
В кассационной жалобе указано, что целью оспариваемых выплат являлось причинение вреда имущественным интересам кредиторов. В момент совершения сделок должник имел неисполненные обязательства перед публичным акционерным обществом Нижегородским коммерческим банком «Радиотехбанк» (далее – Банк) по договорам об открытии кредитной линии от 29.08.2018 № 882, 883 на сумму 89 586 686 рублей 03 копейки, задолженность по которым образовалась в феврале 2019 года и взыскана решением Советского районного суда города Нижнего Новгорода от 26.06.2020 по делу № 2-106/2020. При этом суд общей юрисдикции указал на отсутствие у должника оснований не исполнять кредитные обязательства перед Банком с момента отзыва лицензии и установил, что Общество не исчерпало все возможные способы исполнения, в частности, через депозит нотариуса.
Кассатор считает, что должник обязан был исполнять кредитные обязательства после отзыва у Банка лицензии (31.01.2019) в феврале и марте 2019 года ан условиях договора, однако выводы суда апелляционной инстанции противоречат выводам суда общей юрисдикции.
По мнению заявителя жалобы, задолженность перед кредиторами начала формироваться в ноябре 2018 года. Наличие долга перед Банком и неплатежеспособность Общества, начиная с февраля 2019 года, подтверждаются судебными актами, принятыми по иным обособленны спорам в деле о банкротстве Общества, задолженность перед иными кредиторами образовалась в 2019, 2020 годах.
Конкурсным управляющим указано на причинение вреда оспариваемой сделкой, поскольку Общество безосновательно утратило 6 668 470 рублей 68 копеек. Доказательств встречного исполнения на спорную сумму ответчиками не представлено. Довод ответчиков относительно увеличения объемов работы в спорные периоды опровергается наличием у должника с февраля 2019 года неисполненных обязательств перед кредиторами. При этом выплаты ответчикам превышают размер заработной платы, установленный приказами в 2013, 2016 и 2018 годах.
Податель жалобы полагает, что ответчики действовали недобросовестно, так как являлись заинтересованными по отношению к должнику лицами и не могли не знать о его неплатежеспособности.
Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.
ФИО3 представила отзыв на доводы жалобы, в котором указала на незначительный размер заработной платы, установленной изначально, и отсутствие доказательств несоответствия полученных ответчиками выплат рыночной оценке труда сотрудников соответствующих должностей (коммерческий директор, финансовый директор). Конкурсный управляющий заявляет о завышенном размере выплат ответчикам без учета специфики их трудовых функций. Общество осуществляло деятельность, имеющую сезонный фактор, для которой характерна неравномерность денежных поступлений. При этом между объемом работы ответчиков и наличием у организации признаков неплатежеспособности не имеется прямой связи. Спорные выплаты осуществлены Обществом в соответствии с положением о премировании (об оплате труда работников), предусматривающим материальное поощрение (премирование) сотрудников в течение 24 месяцев. При этом довод конкурсного управляющего и вывод суда первой инстанции об отсутствии у директора полномочий по установлению себе премии противоречит обстоятельствам дела, поскольку ФИО3 не увеличивала себе заработную плату и не устанавливала премий, оспариваемые выплаты осуществлены на основании приказов, подписанных генеральным директором ФИО9, когда ФИО3 являлась коммерческим директором организации.
Ответчик обращает внимание на то, что вопреки утверждению конкурсного управляющего выплатой оспариваемых премий не могло быть оказано предпочтение перед кредиторами третьей очереди, так как заработная плата, включая премиальные выплаты, учитывается в составе требований второй очереди реестра и второй очереди текущих платежей.
По мнению ФИО3, оспариваемыми платежами не мог быть причинен вред кредиторам, поскольку сделки были совершены до момента наступления у Общества признаков неплатежеспособности. Временная просрочка исполнения обязательств по кредитному договору была вызвана блокировкой счетов Общества в Банке, что установлено решением Советского районного суда города Нижнего Новгорода от 26.06.2020 по делу № 2-106/2020. Сведения о новых реквизитах для погашения задолженности были опубликованы государственной корпорацией «Агентство страхования вкладов» (далее – Агентство) лишь 26.03.2019, а исполнение договора по прежним реквизитам было невозможно. Впервые платежные реквизиты были направлены Обществу в претензии о досрочном погашении кредита, предшествующей судебному разбирательству о взыскании задолженности. Вместе с тем у Общества имелись средства для исполнения обязательств перед Банком в период с февраля по июль 2019 года. Таким образом, невозможность погашения задолженности перед Банком вызвана досрочным взысканием общей суммы долга по договорам кредитной линии. При этом срок платежа за февраль 2019 года установлен 25.02.2019, и в период с 01.09.2018 по 01.02.2019 задолженность Общества перед кредиторами отсутствовала.
ФИО5 в отзыве поддержала доводы, приведенные ФИО3 Ответчик полагает, что оспариваемые конкурсным управляющим выплаты соответствуют статьям 129, 135 Трудового кодекса Российской Федерации и имеют встречный исполнение, несоразмерность которого не доказана.
Агентство (конкурсный управляющий Банком) представило отзыв, в котором поддержало требования заявителя жалобы и указало на необоснованность постановления суда апелляционной инстанции, так как сделки совершены с целью причинения ущерба интересам кредиторов при недобросовестности контрагентов (ответчиков).
Представители конкурсного управляющего и Агентства в суде округа поддержали доводы, приведенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.
Представители ФИО3 и ФИО5 в судебном заседании поддержали позицию, изложенную в отзывах, представленных ответчиками.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.
Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Как установили суды, 15.04.2013 Обществом и ФИО3 заключен трудовой договор, в соответствии с которым ответчик принят на работу в должности коммерческого директора. Пунктом 4.1 трудового договора от 15.04.2013 установлен должностной оклад в размере 15 000 рублей.
На основании приказа от 01.10.2016 № 12 о переводе ФИО3 на другую работу заработная плата ответчика установлена в размере 18 000 рублей.
Приказами о переводе работника на другую работу от 01.01.2018 № 3, от 01.09.2018 № 17 и от 01.02.2019 № 2 заработная плата ФИО3 была изменена и составила 25 800 рублей, 313 800 рублей и 33 120 рублей соответственно.
На основании трудового договора от 01.10.2013 ФИО5 принята на работу в Обществе в должности финансового директора – главного бухгалтера. Пунктом 4.1 трудового договора установлен должностной оклад в размере 15 000 рублей.
Приказами о переводе работника на другую работу от 01.10.2016 № 9, от 01.01.2018 № 4, от 01.09.2018 № 16 и от 01.02.2019 № 11 заработная плата ФИО5 была изменена и составила 18 000 рублей, 25 800 рублей, 313 800 рублей и 30 960 рублей соответственно.
Определением суда от 29.01.2020 принято к производству заявление Агентства, действующего в интересах Банка, и возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Общества. Требование основано на неисполнении должником договоров об открытии кредитной линии от 29.08.2018 № 882, 883.
Задолженность по кредитным договорам взыскана Советским районным судом города Нижнего Новгорода решением от 26.06.2020 в рамках дела № 2-106/2020.
Решением суда от 01.02.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7
В периоды с 16.01.2017 по 13.10.2020 и с 17.05.2017 по 13.10.2020 с расчетного счета Общества в пользу ФИО5 и ФИО3 осуществлены платежи по перечислению заработной платы.
Полагая, что в период с 18.09.2018 по 13.10.2020 Общество осуществило необоснованную переплату заработной платы ФИО3 в сумме 2 776 138 рублей 18 копеек и ФИО5 в сумме 3 892 332 рублей 50 копеек, конкурсный управляющий обратился с заявлением об оспаривании сделок должника.
Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд кассационной инстанции принял постановление на основании следующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.
Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в том числе в соответствии с трудовым законодательством.
Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).
На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Абзацем вторым указанного пункта предусмотрено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.
Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 постановления № 63).
Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работника определена как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
В силу статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации премия является способом поощрения работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности. Право работодателя устанавливать различные системы премирования, стимулирующих доплат и надбавок, предусмотрено в статье 144 названного кодекса.
Переплата, о неправомерности которой заявляет конкурсный управляющий, образовалась с 18.09.2018 по 13.10.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Арбитражный суд Нижегородской области установил, что на момент совершения спорных выплат Общество обладало признаками неплатежеспособности, и пришел к выводу о достаточности доказательств совершения сделок в целях причинения вреда кредиторам, не усмотрев разумных причин повышения заработной платы ответчикам. Кроме того, суд руководствовался отсутствием у лица, исполняющего обязанности единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью самостоятельно принимать решение об увеличении своей заработной платы и выплате премий.
Первый арбитражный апелляционный суд установил, что оспариваемые выплаты осуществлялись на основании приказов от 01.09.2018 № 16, 17, принятых единоличным исполнительным органом Общества в период, когда ФИО3 являлась коммерческим директором организации. Статус генерального директора ФИО3 приобрела только 11.02.2019. Таким образом, решение о выплате заработной платы в повышенном размере принималось не ответчиком.
Действия должника по совершению оспариваемых выплат соответствуют принятым в организации положениям об оплате труда и о премировании, приказам о премировании и о переводе на другую работу, условиям трудовых договоров и дополнительных соглашений к ним.
Осуществление выплат в более позднем периоде по сравнению с датой издания Обществом приказов № 16, 17 соответствует установленному в положении о премировании правилу выплаты премии в течение 24 месяцев.
Судом апелляционной инстанции обоснованно принято во внимание, что изначально установленной размер заработной платы ответчиков с учетом требующейся квалификации и объема работы был существенно меньше размера заработной платы, предусмотренного для аналогичных должностей на рынке труда. Выплаты, установленные положением о премировании и приказами об измерении размера заработной платы соответствовали критерию равноценности оплаты труда фактически выполняемым ответчиками трудовым обязанностям.
Апелляционный суд установил, что должник в период совершения оспариваемых платежей являлся действующей организацией и вел обычную хозяйственную деятельность, которая носила сезонный характер. Решения об увеличении выплат по заработной плате были приняты в связи с сезонным увеличением объема работы, в частности, в связи с заключением должником договоров аренды и субаренды воздушного судна без экипажа. Указанные выводы сделаны судом апелляционной инстанции с учетом анализа книг продаж Общества за спорный период.
Судом учтено, что увеличение выплат не являлось систематическим; приказами от 01.02.2019 № 2, 11 заработная плата ФИО3 и ФИО5 была снижена до 33 120 рублей и 30 960 рублей соответственно.
Возмездный характер трудовых отношений предполагается в силу статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации. Трудовое законодательство предусматривает оплату труда работника (заработная плата) в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы. В состав заработной платы входят доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты (стимулирующие выплаты).
Законом не предусмотрено ограничение заработной платы, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации (статья 132).
В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемые выплаты произведены должником при наличии встречного предоставления в виде исполнения ответчиками своих трудовых обязанностей. Доказательств невыполнения или неполного выполнения ФИО3 и ФИО5 трудовых функций, несоответствия их квалификации и профессиональных качеств осуществляемой деятельности в материалы дела не представлено. Превышение размера произведенных ответчикам в спорном периоде выплат над рыночной стоимостью услуг работников, занятых на аналогичных должностях, в материалы дела не представлено.
Указанные обстоятельства исключают факт причинения вреда должнику и имущественным правам его кредиторов, в связи с чем вывод апелляционной коллегии судей об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, является обоснованным.
Отказывая в удовлетворении заявления, Первый арбитражный апелляционный суд принял во внимание, что отдельные платежи, совершенные в период предпочтительности, предусмотренный статьей 61.3 Закона о банкротстве, не превышали 1 процента от стоимости активов должника за последний отчетный период, поэтому могут рассматриваться в качестве совершенных в условиях обычной хозяйственной деятельности.
Судом также учтено, что в случае установления требований ФИО3 и ФИО5 в деле о банкротстве Общества, они были бы отнесены к требованиям кредиторов, подлежащим удовлетворению во второй очереди реестра требований кредиторов, либо второй очереди текущих платежей. При этом доказательств нарушения оспариваемыми выплатами прав кредиторов второй очереди не имеется; отчетом конкурсного управляющего от 12.05.2025 подтверждено наличие в конкурсной массе должника денежных средств, достаточных для погашения текущих платежей.
Рассматривая вопрос о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, суд апелляционной инстанции установил, что Общество допустило просрочку исполнения обязательств перед Банком за февраль 2019 года после отзыва у кредитной организации лицензии 31.01.2019 и блокировки ее счетов. До указанной даты кредитные обязательства исполнялись Обществом в соответствии с договорными условиями. После получения от Агентства новых платежных реквизитов Общество погасило задолженность за февраль, март, апрель, май, июнь и июль 2019 года.
Таким образом, нарушение Обществом срока исполнения кредитных обязательств перед Банком не свидетельствует о наличии у сторон оспариваемых сделок цели причинения вреда кредиторам должника.
Задолженность перед кредиторами, перечень которых приведен конкурсным управляющим в жалобе, возникла после принятия решений о повышении заработной платы и выплате премий.
Довод конкурсного управляющего о противоречии вывода Первого арбитражного апелляционного суда относительно даты возникновения у должника признаков неплатежеспособности выводам суда общей юрисдикции судом округа отклонен, поскольку обстоятельства нарушения должником срока исполнения обязательств перед Банком в рассматриваемом споре исследованы применительно к наличию у сторон сделки цели причинения вреда кредиторам Общества.
Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном постановлении выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам прав.
Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных апелляционным судом доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.
Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.
Судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя.
Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа
ПОСТАНОВИЛ :
постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2025 по делу
№ А43-1497/2020 Арбитражного суда Нижегородской области оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО7 – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
Ю.Б. Белозерова
Судьи
Е.В. Елисеева
И.В. Чижов