Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А81-2232/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Кадниковой О.В.,

судей Атрасевой А.О.,

ФИО1

при ведении протокола помощником судьи Прусс Е.М. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу акционерного общества Коммерческого банка «Универсальные финансы» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – Банк «Унифим») в лице его конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.09.2024 (судья Фалалеева Ю.М.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 (судьи Целых М.П., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу № А81-2232/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтегазспецстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – общество «ННГСС», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - финансовый управляющий имуществом ФИО3 – ФИО5.

В судебном заседании приняли участие представители: Банка «Унифим» - ФИО6 по доверенности от 25.12.2024; ФИО4 – ФИО7 по доверенности от 27.04.2023; конкурсного управляющего должником ФИО8 – ФИО9 по доверенности от 29.11.2024.

Суд

установил:

определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 17.05.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих его лиц – ФИО3 и ФИО4; производство по заявлению конкурсного управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами общества «ННГСС».

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20.12.2023 определение арбитражного суда от 17.05.2023 и постановление апелляционного суда от 18.09.2023 в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.

Направляя спор на новое рассмотрение, окружной суд указал на необходимость установления конкретных обстоятельств, свидетельствующих о фактическом получении ФИО4 имущественной выгоды в результате вовлечения ее в схему по выводу имущества, и в чем она заключалась, что в свою очередь свидетельствовало бы о наличии либо отсутствии оснований для привлечения ее к ответственности.

При новом рассмотрении спора определением арбитражного суда от 13.09.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.01.2025, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

В кассационной жалобе Банк «Унифим» просит отменить судебные акты и удовлетворить заявление.

По мнению кассатора, факт принадлежности ФИО4 100 % доли уставного капитала должника в совокупности с нераскрытием ни ею самой, ни ее отцом – ФИО3 необходимости ее привлечения в качестве номинального участника общества, опровергают ее номинальный статус и, вопреки выводам судов, являются основанием для привлечения ФИО4 к ответственности. При этом кассатор считает, что целесообразность установления у ФИО4 статуса выгодоприобретателя отсутствует ввиду наличия у нее статуса контролирующего должника лица.

Как полагает указывает Банк «Унифим», поведение ФИО4 по фактическому одобрению всех действий своего отца как руководителя должника нельзя назвать разумным и добросовестным, так как любой действующий в своем интересе и в своей выгоде добросовестный и разумный участник гражданского оборота, обладая 100 % долей участия в компании, предпринял бы действия для ознакомления с условиями и обстоятельствами заключаемых компанией сделок и, установив их явную невыгодность для компании, как минимум, предпринял бы действия по смене руководства компании, а как максимум – действия по оспариванию порочных сделок.

ФИО4 в отзыве на кассационную жалобу возражает против изложенных в ней доводов, просит оставить судебные акты без изменения.

В приобщении к материалам дела письменных пояснений конкурного управляющего ФИО8 судом округа отказано в связи с отсутствием документального подтверждения их заблаговременного направления иным участвующим в споре лицам.

В заседании суда кассационной инстанции участники процесса поддержали каждый свои доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, руководителями общества «ННГСС» последовательно являлись: ФИО10 (с 03.03.2014 по 01.07.2015), ФИО11 (с 01.07.2015 по 26.09.2016) и ФИО3 (с 26.09.2016 по 12.05.2021).

При этом ФИО11 номинально числился генеральным директором общества «ННГСС», будучи подконтрольным ФИО3

Единственным участником должника в период с 07.07.2017 по настоящее время является ФИО4 – дочь ФИО3

Определением арбитражного суда от 06.03.2019 по заявлению Федеральной налоговой службы возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве общества «ННГСС».

Определением арбитражного суда от 13.08.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, утвержден временный управляющий, требование Федеральной налоговой службы в общем размере 10 131 982,30 руб. (6 601 743,96 руб. основного долга, 411 757,66 руб. пеней и 3 118 480,68 руб. штрафов) включено в реестр требований кредиторов должника.

Решением арбитражного суда от 17.05.2021 общество «ННГСС» признано банкротом, открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

В период проведения процедур банкротства в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов: второй очереди удовлетворения – в размере 15 351 812,56 руб., третьей очереди удовлетворения – в размере 167 657 654,46 руб. основного долга и 34 719 842,13 руб. штрафных санкций и упущенной выгоды.

Конкурсным управляющим выявлены и оспорены сделки должника:

- платежи, совершенные в пользу общества с ограниченной ответственностью (далее – общество) «КОНСОЙЛ-М СУРГУТ» 05.05.2014 и в период с 06.06.2017 по 10.04.2018 на общую сумму 25 636 778,55 руб. (определением суда от 04.04.2022 заявление удовлетворено, до настоящего времени судебный акт не исполнен);

- платежи, совершенные в пользу индивидуального предпринимателя ФИО12 в период с 19.12.2017 по 10.04.2018 на общую сумму 26 405 429,50 руб. (определением суда от 03.02.2022 в удовлетворении заявления отказано, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ФИО12 переплаты);

- договор уступки от 19.06.2019 и соглашение о зачете от 30.01.2020, заключенные между должником и обществом «СК Гранит», сделки по отчуждению транспортных средств, принадлежащих должнику, в том числе через общество СТРОЙПРОМСЕРВИС» (определением суда от 02.12.2022 заявление удовлетворено).

По сведениям Федеральной налоговой службы решением единственного участника общества «ННГСС» ФИО4 от 14.08.2019 изменен адрес местонахождения общества: Ямало-Ненецкий автономный округ, город Ноябрьск, Промузел Нелей, Промзона, Панель 16, на иной адрес: <...>, помещение XXVI. комната № 13.

Арендодателем имущества, расположенного по новому адресу, является общество «Потенциал», руководителем которого значится ФИО4

Однако, в государственной регистрации изменения местонахождения должника Федеральной налоговой службой отказано.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на вовлеченность ФИО4 в деятельность общества «ННГСС» и согласованность ее действий с ФИО3, которые после неудачной попытки смены адреса должника предприняли действия по выводу его активов в пользу аффилированных лиц, включая общество «СК Гранит», то есть совершили сделки, причинившие вред имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявления в отношении ФИО4, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, исходил из номинального владения ФИО4 долей в обществе «ННГСС», а также отсутствия надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих извлечение ею выгоды в результате вовлечения в схему по выводу имущества должника.

Суд кассационной инстанции не находит осова6ний для иной оценки установленных судами обстоятельств.

Законодательством о банкротстве, действительно, предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53). Первые – поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые – поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

В рассматриваемом случае фактически контролировавшее должника лицо – ФИО3 не перекладывал ответственности на номинального участника общества – ФИО4, равно как и ФИО4 не скрывала истинного бенефициара общества.

Из положений пункта 1 и подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в том случае, когда оно извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения органов управления должника.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Таким образом, сам факт наличия у лица статуса участника общества еще не является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку для этого необходимо доказать, что такое лицо имеет именно признаки выгодоприобретателя.

В настоящем случае суды, установив отсутствие документального подтверждения того, что подозрительные сделки должника совершены с одобрения ФИО4,с момента возникновения у нее статуса единственного участника общества произошло существенное наращивание его финансовых активов, либо отчужденное по сделкам имущество в конечном итоге перешло в собственность ФИО4, пришли к выводу о недоказанности оснований для признания ее контролирующим должника лицом и, как следствие, привлечения к субсидиарной ответственности.

Сам по себе факт наличия у ФИО4 статуса единственного участника общества в условиях недоказанности получения ею какой-либо существенной выгоды от вредоностных сделок должника не является безусловным основанием для признания ФИО4 контролирующим должника лицом. Напротив, согласно материалам дела, все объекты недвижимости, находящиеся в собственности ФИО4, были приобретены ею до конца 2016 года, с 19.06.2008 она официально осуществляет трудовую деятельность, существенного увеличения ее дохода после приобретения статуса участника общества «ННГСС» не прослеживается.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, наличие между обществом «СК «Гранит» (аффилированного с должником лицом) и ФИО4 заемных, а также арендных правоотношений не является основанием для привлечения ее к субсидиарной ответственности, поскольку, во-первых, это не имеет какого-либо правового значения для настоящего спора, а во-вторых, сдаваемые в аренду транспортные средства принадлежали ФИО4 на праве собственности (свидетельства о регистрации транспортных средств представлены 24.04.2023), доход от сдачи которых отражен в налоговых декларациях, а в-третьих, не доказана принадлежность должнику денежных средств, переданных ФИО4 в заем обществу «СК «Гранит».

С учетом изложенного суд кассационной инстанции полагает, что, исходя из предмета и основания заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены верно, приведенные доводы и доказательства исследованы и оценены.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие ее заявителя с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства об ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.09.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2025 по делу А81-2232/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий О.В. Кадникова

Судьи А.О. Атрасева

ФИО1