АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

г. Краснодар

Дело № А53-4842/2021

22 мая 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 мая 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г., при ведении протокола помощником судьи Шадриной А.Г., при участии в судебном заседании, проводимом с применением системы видео-конференц-связи с Арбитражным судом Ростовской области, от уполномоченного органа – Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 10.02.2025), в отсутствие арбитражного управляющего ФИО2 (ИНН <***>), конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «АЭМ ФИО3» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО4 (ИНН <***>), иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2024 по делу № А53-4842/2021 (Ф08-1757/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЭМ ФИО3» (далее – должник) арбитражный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением от 07.03.2023 о взыскании с должника 375 986 рублей, из которых: 355 401 рубль оставшееся непогашенным фиксированное вознаграждение временного управляющего и 20 585 рублей расходов, связанных с проведением процедуры банкротства должника.

12 апреля 2023 года Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее – уполномоченный орган) обратилось в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в непринятии мер по проверке обоснованности требований конкурсных кредиторов, непринятии мер по истребованию у органов управления должника документов (информации), необходимых для оценки его финансово-хозяйственной деятельности, отражении необоснованных выводов по итогам анализа финансового состояния должника, отражении необоснованных выводов по итогам проведения анализа наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, ненадлежащем проведении анализа сделок должника. Уполномоченный орган просил суд уменьшить фиксированную сумму вознаграждения арбитражного управляющего ФИО2 за период ненадлежащего исполнения ею обязанностей временного управляющего должника с 22.06.2021 по 26.12.2022 до 243 142 рублей.

Определением от 26.06.2023 суд объединил в одно производство в целях совместного рассмотрения заявление арбитражного управляющего о взыскании вознаграждения и расходов с должника и жалобу уполномоченного органа на действия (бездействие) арбитражного управляющего.

Определением суда от 14.09.2024 суд признал незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2 по трем эпизодам, выразившееся в непринятии достаточных мер по проверке обоснованности требований конкурсных кредиторов; непринятии мер по истребованию у органов управления должника документов (информации), необходимых для оценки его финансово-хозяйственной деятельности; ненадлежащем проведении анализа финансового состояния должника. С должника в пользу арбитражного управляющего взыскано 285 986 рублей, из которых: 265 401 рубль – вознаграждение временного управляющего, 20 585 рублей – расходы за проведение процедуры наблюдения. В удовлетворении остальной части заявлений отказано.

Постановлением апелляционного суда от 26.11.2024 определение от 14.09.2024 отменено. Апелляционный суд признал незаконными действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2 по пяти эпизодам, выразившиеся в непринятии достаточных мер по проверке обоснованности требований конкурсных кредиторов; непринятии мер по истребованию у органов управления должника документов (информации), необходимых для оценки его финансово-хозяйственной деятельности; ненадлежащем проведении анализа финансового состояния должника; ненадлежащем проведении анализа наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника; ненадлежащем проведении анализа сделок должника. Взыскал с должника в пользу арбитражного управляющего ФИО2 денежные средства в размере 75 986 рублей, из которых: 55 401 рубль – вознаграждение временного управляющего, 20 585 рублей – расходы за проведение процедуры наблюдения. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. Апелляционный суд учел размер уже выплаченного вознаграждения арбитражного управляющего (187 741 рубль из начисленных 543 142 рублей), в связи с установленным фактом ненадлежащего исполнения обязанностей арбитражного управляющего, а также уплаченных за счет должника третьему лицу 150 тыс. рублей за услуги по проведению анализа финансового состояния должника уменьшил размер оставшегося фиксированного вознаграждения временного управляющего до 55 401 рубля. Поскольку расходы в размере 20 585 рублей документально подтверждены и непосредственно связаны с процедурой банкротства должника, апелляционный суд удовлетворил требование арбитражного управляющего ФИО2 в указанной части.

В кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО2 просит отменить определение и постановление в части признания незаконными действий (бездействия) и уменьшения размера вознаграждения, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований уполномоченного органа в полном объеме. По мнению подателя жалобы, вопреки выводам судов нижестоящих инстанций, в настоящем случае действиями временного управляющего не нарушены права и законные интересы уполномоченного органа и иных кредиторов должника. Уполномоченный орган основывает свои доводы на предположениях, не подтвержденных материалами дела. Выводы судов о бездействии временного управляющего не соответствуют обстоятельствам дела, что исключает возможность снижения вознаграждения арбитражного управляющего.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа высказался против удовлетворения кассационной жалобы, указав на допущенные ФИО2 при исполнении обязанностей временного управляющего должника существенных нарушений норм Закона о банкротстве, прав кредиторов должника и уполномоченного органа.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит оставить без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, определением от 28.06.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2 Решением от 27.12.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

9 марта 2023 года арбитражный управляющий ФИО2 обратилась в суд с ходатайством о взыскании невыплаченной суммы вознаграждения временного управляющего и расходов в размере 375 986 рублей из начисленных 545 129 рублей.

13 апреля 2023 года уполномоченный орган обратился в суд с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в: непринятии достаточных мер по проверке обоснованности требований конкурсных кредиторов; непринятии мер по истребованию у органов управления должника документов (информации), необходимых для оценки его финансово-хозяйственной деятельности; отражении необоснованных выводов по итогам анализа финансового состояния должника; отражении необоснованных выводов по итогам проведения анализа наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника; ненадлежащем проведении анализа сделок должника.

Определением суда от 26.06.2023 заявления арбитражного управляющего и уполномоченного органа объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закон о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Должнику и его кредиторам предоставлено право обратиться в арбитражный суд с жалобой в случае нарушения арбитражным управляющим их прав и законных интересов (пункт 1 статьи 60 Закона о банкротстве). По смыслу приведенных норм права основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом факта неправомерных действий (бездействия) и нарушения этими действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий финансового управляющего незаконными.

Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет такую деятельность, регулируемую Законом о банкротстве, занимаясь частной практикой. Конкурсный управляющий выполняет полномочия руководителя и иных органов управления должника. При исполнении этих полномочий он обязан, в частности, анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, заявлять возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику (абзац второй пункта 1 статьи 20, абзац третий пункта 2 статьи 20.3, пункт 1 статьи 129, абзац девятый пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Обращаясь с жалобой на действия арбитражного управляющего, уполномоченный орган указывал на непринятие управляющим достаточных мер по проверке обоснованности требований конкурсных кредиторов.

Суды установили, что в рамках дела о банкротстве должника рассмотрены обособленные споры по заявлением ООО «Ростовэлектрощит» и ООО «Форт Групп Юг» о включении их требований в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр). Определением суда от 21.05.2022 в удовлетворении заявления ООО «Ростовэлектрощит» отказано. Суд на основании возражений уполномоченного органа установил фактическое отсутствие задолженности. Суд установил, что временный управляющий возражения на требование не представил.

Определением суда от 12.03.2022 требования ООО «Форт Групп Юг» в размере 19 262 157 рублей 67 копеек признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). Суд на основании возражения уполномоченного органа установил в данном случае факт компенсационного финансирования в ситуации имущественного кризиса должника. Между тем, как установлено, временный управляющий возражения на требование не представил.

На основании изложенного суды признали, что бездействие временного управляющего по проверке обоснованности требований кредиторов установлено в рамках обособленных споров и не соответствует принципу добросовестности и разумности. В рассматриваемом случае бездействие временного управляющего отразилось на продолжительности срока процедуры наблюдения и могло привести к включению в реестр необоснованных требований.

Рассматривая довод уполномоченного органа о непринятии временным управляющим мер по истребованию у органов управления должника документов (информации), необходимых для оценки его финансово-хозяйственной деятельности, а также отражении необоснованных выводов по итогам анализа финансового состояния должника, суды установили следующие обстоятельства.

В соответствии со статьей 70 Закона о банкротстве если в соответствии с законодательством Российской Федерации ведение бухгалтерского учета и составление финансовой (бухгалтерской) отчетности должника подлежат обязательному аудиту, анализ финансового состояния проводится на основании документов бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности должника, достоверность которых подтверждена аудитором. При отсутствии документов бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности должника, достоверность которых подтверждена аудитором, в том числе в связи с неисполнением должником обязанности по проведению обязательного аудита, временный управляющий для проведения анализа финансового состояния должника привлекает аудитора, оплата услуг которого осуществляется за счет средств должника.

Суды установили, что балансовая стоимость активов должника превышала 60 млн рублей, поэтому при проведении анализа финансового состояния должника временный управляющий должен был использовать документацию должника, достоверность которой подтверждена аудитором. Между тем, как установили суды, в материалы дела не представлены доказательства привлечения аудитора временным управляющим при проведении финансового анализа хозяйственной деятельности должника. При этом в перечне исследуемых документов при проведении анализа финансового состояния должника отражены материалы по аудиторским заключениям (подпункт «д» пункта 3 раздела 1 анализа), которые в материалы дела также не представлены, сведения о фактическом привлечении аудитора отсутствуют.

Согласно материалам дела, анализ финансового состояния должника проведен 20.05.2022. При этом содержащаяся в отчете временного управляющего от 08.12.2022 информация (пункт 15 раздела «Меры по обеспечению сохранности имущества должника» стр. 5 отчета), опровергает факт передачи документации органами управления должника временному управляющему, поскольку содержит сведения лишь о направлении 28.06.2021 и 15.02.2022 уведомлений и запросов в адрес органов управления должника, в то время как в графе «итоги реализации мер» информация отсутствует.

Суды также приняли во внимание установленный уполномоченным органом факт того, что должник входит в группу компаний «АЭМ», построенную по холдинговому типу, в которую, помимо должника, входят ООО «АЭМ Групп», ООО «АЭМ Сервис», ООО «АЭМ Инжиниринг», ООО «АЭМ Краснодар», ООО «Управляющая компания АЭМ». При этом, как отметили суды, из анализа финансового состояния должника не следует, что временным управляющим проводился анализ отчетности указанных юридических лиц.

Кроме того, суды сочли формальным обращение временного управляющего в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов должника, поскольку требование было заявлено к ненадлежащему ответчику – должнику, а не органам его управления. Временный управляющий не уточнил субъектный состав ответчиков, что повлекло отказ в удовлетворении заявления.

Апелляционный суд достаточно подробно исследовал обстоятельства по иным вмененным уполномоченным органом эпизодам бездействия временного управляющего ФИО2 и счел доводы жалобы уполномоченного органа обоснованными. Учитывая установленные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что в нарушение пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве и постановления правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 «Об утверждении Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа» анализ финансового состояния должника проведен временным управляющим без первичных документов, подлежащих передаче органами управления должника, исключительно на основании данных годовых бухгалтерских балансов должника. Временным управляющим не приняты надлежащие меры по истребованию первичной документации должника для оценки его финансово-хозяйственной деятельности. Составленный временным управляющим финансовый анализ не отвечает принципам полноты сведений, а выводы, отраженные временным управляющим в финансовом анализе, не могут отражать действительного финансового состояния должника, сведениями о котором в силу требований Закона о банкротстве должны располагать кредиторы должника, включая уполномоченный орган, в целях защиты интересов в деле о банкротстве, а также реализации прав на получение точной и достоверной информации относительно финансового положения должника, судьбы его активов и возможности формирования конкурсной массы.

Отказывая в удовлетворении жалобы налогового органа в остальной части, суд первой инстанции указал, что заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, в том числе анализ сделок должника, являются составной частью финансового анализа, следовательно, временный управляющий ненадлежащим образом провел анализ финансового состояния должника.

Апелляционный суд не согласился с указанным выводом суда первой инстанции и указал, что анализ финансового состояния, заключение по итогам анализа сделок, а также заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства являются самостоятельными, отдельными документами, при подготовке которых исследованию подлежит различный перечень документов и информации. Кроме того, правовая квалификация действия (бездействия) арбитражного управляющего осуществляется на основании различных нормативных документов.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что в рамках процедуры конкурсного производства проведен повторный анализ наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, по итогам которого составлено заключение от 14.04.2023, согласно которому установлено наличие признаков преднамеренного банкротства должника в связи с тем, что контролирующими лицами должника совершались сделки и действия, которые стали причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности должника, при этом руководитель должника уклоняется от обязанности предоставления полного пакета документов для проведения полноценного анализа и установления причин наступления неплатежеспособности.

На основании изложенного апелляционный суд указал, что вывод об отсутствии признаков преднамеренного банкротства должника, сделанный временным управляющим, противоречит фактическим обстоятельствам дела, в связи с наличием в материалах дела доказательств, подтверждающих, что в процессе хозяйственной деятельности предприятия контролирующими должника лицами не был составлен экономически обоснованный план по выведению должника из состояния неплатежеспособности. Напротив, как установлено апелляционным судом, органами управления должника систематически совершались сделки без соответствующего встречного предоставления, которые стали причиной увеличения неплатежеспособности должника и, в совокупности с иными обстоятельствами (в том числе нарушением условий исполнения государственных контрактов), привели к банкротству предприятия. Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что допущенные временным управляющим нарушения являются существенными, поскольку затрагивают права кредиторов на владение информацией о причинах уменьшения активов должника, о правомерности действий должника по выбытию ликвидных активов и не позволяют своевременно рассмотреть вопрос об оспаривании сделок должника, повлекших существенное уменьшение активов или увеличение обязательств.

Кроме того, апелляционный суд учел, что арбитражный управляющий ФИО2 при исполнении обязанностей временного управляющего не проанализировала и не отразила в заключении наличие оснований для оспаривания сделок должника с его контрагентами по выводу активов.

Таким образом, является верный вывод о том, что временный управляющий должника ФИО2 ненадлежащим образом провела анализ сделок должника, не отразила значительное количество совершенных должником сделок, которые могли привести к ухудшению финансового состояния должника, что привело к ошибочным выводам об отсутствии признаков преднамеренного банкротства. Допущенные временным управляющим нарушения в части проведения анализа сделок, а также признаков фиктивного и преднамеренного банкротства являются существенными, нарушающими права уполномоченного органа и кредиторов.

В соответствии с частью 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно статье 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. Размер фиксированной суммы такого вознаграждения составляет для временного и конкурсного управляющего тридцать тысяч рублей в месяц.

Согласно пункту 9 статьи 20.6 Закона о банкротстве в случае, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего выплачивается ему в течение десяти календарных дней с даты завершения процедуры, которая применяется в деле о банкротстве и для проведения которой был утвержден арбитражный управляющий. За исполнение обязанностей временного управляющего нормами Закона о банкротстве установлено ежемесячное вознаграждение в размере 30 тыс. рублей за счет имущества должника, а также проценты, определяемые в соответствии со статьей 20.6 Закона о банкротстве.

Вопрос о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего рассматривается судом при наличии возражений лица, участвующего в деле о банкротстве или арбитражном процессе по делу о банкротстве, при рассмотрении заявления арбитражного управляющего о взыскании такого вознаграждения (абзац 3 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве»).

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, принимая во внимание, что ФИО2 исполняла обязанности временного управляющего должника с 22.06.2021 по 27.12.2022, материалами дела подтвержден факт неправомерных действий (бездействия) управляющего, суд апелляционной инстанции заключил о наличии правовых оснований для снижения фиксированной суммы вознаграждения арбитражного управляющего ФИО2 до 243 142 рублей. Однако с учетом выплаченной суммы вознаграждения в размере 187 741 рубля апелляционный суд обоснованно взыскал с должника в пользу арбитражного управляющего ФИО2 55 401 рубль.

В отношении суммы расходов арбитражного управляющего на проведение процедуры банкротства, суды установили, что в материалы дела представлены достаточные доказательства, подтверждающие несение расходов в размере 20 585 рублей.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с такими выводами суда апелляционной инстанции, исходит из соответствия установленных судом фактических обстоятельств имеющимся в материалах обособленного спора доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Кодекса, переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

Согласно статье 287 Кодекса кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций. Аналогичные разъяснения даны Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены постановления апелляционного суда, суд округа не установил.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины за подачу кассационной жалобы (квитанция от 22.03.2025 на сумму 20 тыс. рублей) надлежит отнести на подателя жалобы – арбитражного управляющего ФИО2

Руководствуясь статьями 274, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2024 по делу № А53-4842/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.М. Илюшников

Судьи Ю.О. Резник

Е.Г. Соловьев