Решение по делу № А53-22844/2023 от 24.11.2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 24 ноября 2023 г. Дело № А53-22844/23

Резолютивная часть решения объявлена «20» ноября 2023 года Полный текст решения изготовлен «24» ноября 2023 года

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Золотарёвой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Редуненко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению PUMA SE (Puma Way, 1, 91074 Herzogenaurach, Germany, HRB 13085)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании компенсации, в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

иностранная компания PUMA SE обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 480105, № 582886, № 437626 в размере 45 000 руб.

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителя не обеспечил; возражений относительно рассмотрения дела в отсутствие его представителя не заявил.

Ответчик в судебное заседание не явился. Почтовая корреспонденция, направленная ответчику по юридическому адресу, подтвержденному выпиской из ЕГРИП, возвращена в материалы дела без вручения за истечением срока хранения. Правила вручения корреспонденции соблюдены.

Согласно части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта.

Информация о принятии искового заявления или заявления к производству, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия размещается арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не позднее, чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом. Документы, подтверждающие размещение арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» указанных сведений, включая дату их размещения, приобщаются к материалам дела.

В силу статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, проведения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом направленной ему копии судебного акта.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если:

1) адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован;

2) несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд;

3) копия судебного акта, направленная арбитражным судом по последнему известному суду месту нахождения организации, месту жительства гражданина, не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд.

Судом установлено, что определения суда о принятии иска к производству, назначении дела к судебному разбирательству направлялись ответчику по всем известным суду адресам, в том числе, адресу регистрации, и возвращено в суд отделением связи без вручения за истечением срока хранения.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Действуя разумно и добросовестно, ответчик должен был организовать прием почтовой корреспонденции по месту своего нахождения, или принять меры к информированию почтового отделения связи по месту нахождения о необходимости пересылки почтовой корреспонденции по фактическому адресу своего местонахождения (пункт 46 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.04.2005 № 221).

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, и иные участники процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

В пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» разъяснено, что суду апелляционной (кассационной) инстанции следует исходить из того, что извещение является надлежащим, если в материалах дела имеются документы, подтверждающие соблюдение одного или нескольких условий части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в порядке ст. 123 АПК РФ, в том числе, публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда, явку представителя не обеспечил, мотивированный отзыв на исковое заявление не направил, возражений относительно рассмотрения дела в отсутствие его представителей не заявил.

Спор рассматривается в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ, согласно которой при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующее.

PUMA SE является обладателем исключительного права на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626, № 584679, № 426712, № 439162, № 1250838, что подтверждается сведениями с официального сайта Федерального института промышленной собственности (ФИПС) (https://www1.fips.ru/registers-web) о регистрации соответствующего товарного знака.

Истцу стало известно, что 21.12.2022 в торговой точке «Модница», расположенной по адресу: <...>, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками, правообладателем которых является PUMA SE.

В рамках досудебного урегулирования спора и поскольку использование товарных знаков ответчиком с истцом не согласовывалось, истцом в адрес ответчика направлена досудебная претензия от 12.04.2023 № 12042023-81139-ИПС с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Ответчик ответ на претензию не представил, компенсацию за нарушение исключительных прав истца не выплатил, не предоставил закупочные документы, содержащие информацию о происхождении (поставщике) находящейся в собственности ответчика контрафактной продукции, индивидуализированной товарными знаками.

Ссылаясь на нарушение ответчиком исключительных прав на товарные знаки №№ 480105, 582886, 437626, истец обратился в арбитражный суд настоящим иском о взыскании компенсации в общем размере 45 000 руб.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований частично, приняв во внимание следующее.

Согласно подпункту 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно пункту 1 статьи 1477, статье 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (пункт 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Незаконным использованием товарного знака следует считать любое из указанных действий, совершенное без согласия владельца товарного знака.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе, их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 той же статьи, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе, на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе, в доменном имени и при других способах адресации.

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы (пункт 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10)).

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом, правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение, в целом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 названного Кодекса, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В абзаце третьем пункта 60 постановления № 10 разъяснено, что нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом, правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Соответственно, в предмет доказывания по требованию о защите исключительных прав на товарный знак и объекты авторского права входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанных прав и факт их нарушения ответчиком.

В рассматриваемом случае, из искового заявления следует, что компания обратилась в защиту принадлежащих ему исключительных прав на товарные знаки № 480105, № 437626, № 582886, представив в подтверждение наличия у нее этих прав соответствующие документы.

Ответчик факт принадлежности компании исключительного права на товарные знаки не оспорил.

В подтверждение нарушения прав ответчиком, представлена видеозапись приобретения товара и кассовый чек от 21.12.2022, содержащий реквизиты ответчика.

В соответствии с частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 55 Постановления № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ, вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе, полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правовыми актами не установлен, то представленные истцом товарный чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения и лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям статей 67, 68 АПК РФ, предъявляемым к доказательствам по делу.

Видеозапись покупки отображает внутренний вид торговой точки ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс оплаты, выдачу чека. На видеозаписи отображается содержание чека, соответствующее, приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющимся в материалах дела.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует норме статьи 14 Гражданского кодекса Российской Федерации в ее взаимосвязи с частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной отсутствуют. Она соответствует критериям относимости (статья 67 АПК РФ), допустимости (статья 68 АПК РФ) и достоверности (пункт 2 статьи 71 АПК РФ).

Ответчик достоверность отраженных в видеозаписи сведений не опроверг, о фальсификации видеозаписи не заявил; не представил доказательств того, что указанная в видеозаписи торговая точка не имеет к нему отношения.

С учетом изложенного, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что истцом в достаточной мере подтвержден факт незаконного использования ответчиком объекта исключительных прав истца путем предложения к продаже товара, сходного до степени смешения с товарными знаками истца.

Разрешение на использование товарных знаков путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, доказательств заключения договора не представил.

Размер компенсации определен истцом в размере 45 000 руб. за нарушение прав на 3 (три) товарных знака, то есть, размере, определенном подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор), если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного

правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.06.2012 по делу № А40-146649/2010.

При этом, под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент.

Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть, как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение.

Спорный товар с использованием изображения комбинированного товарного знака № 582886 («Пума в прыжке» и словесного элемента «PUMA») относится к 18, 25, 28 классам МКТУ.

С учетом изложенного, суд считает, что вероятность смешения обычным потребителем товарных знаков истца и спорного обозначения при предложении продукции к реализации, следует считать установленным.

Вместе с тем, для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках (постановление Суда по интеллектуальным правам от 21.04.2023 по делу № А65-19161/2022).

В настоящем случае, суд приходит к выводу о том, что товарные знаки № 480105, № 437626 и № 582886, относительно которых заявляются требования, состоят в двух сериях, так как они связаны доминирующим графическим элементом - изображением «пума в прыжке» и надписью «PUMA», зависят друг от друга (в связи с чем, воспроизведение одного из товарных знаков неизбежно означает использование всех знаков серии); товарные знаки имеют несущественные отличия (в виде наличия/отсутствия словесного обозначения или изобразительного обозначения), не изменяющие сущность товарных знаков.

Один комбинированный товарный знак может одновременно входить в состав двух серий в случае наличия у него составляющих элементов как из одной серии, так и из другой. Так, например, комбинированный товарный знак может содержать словесный элемент, являющийся сильным элементом одной серии, и изобразительный элемент, являющийся сильным элементом другой серии товарных знаков, принадлежащих одному правообладателю.

На спорном товаре - носки имеются изображения товарных знаков № 480105, № 437626 и № 582886, которые, в свою очередь, входят в две серии товарных знаков- № 582886 , № 480708, № 480105 и № 582886, № 480708 и № 437626.

Таким образом, ответчиком допущено два нарушения в отношении серий товарных знаков.

Аналогичная правовая позицию изложена в постановлениях Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по делу № А53-22854/23, от 16.11.2023 по делу № А53-23180/23.

Как следует из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, содержащихся в постановлении от 13.12.2016 № 28-П (далее - постановление № 28-П), отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение

одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Ответчику, заявляющему о необходимости снижения размера компенсации на основании критериев, указанных в постановлении № 28-П, надлежит доказать наличие не одного из этих критериев, а их совокупность, поскольку каждый из них в отдельности не является самостоятельным основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, установленного действующим гражданским законодательством.

Ответчиком о снижении размера компенсации ниже минимального размера не заявлено.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о наличии всей совокупности условий, необходимых для применения судом положений постановления № 28-П, не представлено.

Учитывая распределение бремени доказывания обстоятельств, свидетельствующих о возможности применения содержащихся в постановлении № 28-П разъяснений, суд полагает, что именно на предпринимателя относится обязанность по представлению соответствующих доказательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе, носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из изложенных норм права, а также разъяснений к ним, правообладатель при доказанности факта нарушения его исключительных прав освобождается от доказывания размера понесенных убытков и вправе требовать от нарушителя компенсацию в установленном законом размере, определяемой по усмотрению суда исходя из характера нарушения, принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края») и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

В соответствии с приведенной правовой позицией, снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом, суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 25.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17- 3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017.

С учетом приведенных норм материального права, оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств причинения правообладателю каких-либо убытков, стоимость товара, учитывая финансовое положение ответчика, являющегося субъектом малого предпринимательства, исходя из необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон и принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд пришел к выводу о том, что, размер компенсации подлежит определению исходя из минимального размера 10 000 руб., за нарушение права на каждую серию товарных знаков.

При этом, судом не снижен размер заявленной компенсации, а определен ее размер, что соответствует сложившейся судебной практике (Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2020 № 12АП-5636/2020 по делу № А1241095/2019, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2020 № 13АП-15754/2020 по делу № А42-1302/2020).

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти

миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации, в указанных законом пределах, по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая положения статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма компенсации признана судом подлежащей определению в размере 20 000 руб. - 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав за использование серии товарных знаков № 582886 , № 480708, № 480105; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав за использование серии товарных знаков № 582886, № 480708 и № 437626.

Таким образом, сумма подлежащей ко взысканию компенсации составляет 20 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований истца суд отказывает.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд, в том числе, распределяет судебные расходы.

Исходя из правил, установленных статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы по оплате государственной пошлины, понесенные истцом при подаче искового заявления и почтовые расходы, расходы на приобретение спорного товара и за получение сведений из ЕГРИП подлежат отнесению судом на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Требования истца о взыскании судебных расходов, суд признаёт подлежащими удовлетворению пропорционально размеру удовлетворенных требований – 800 руб. расходов на приобретение спорного товара; 68,44 руб. почтовых расходов; 88,89 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП, как подтвержденных документально.

Истец при подаче искового заявления по чеку по операции Сбербанк Онлайн от 13.06.2023 оплачена государственная пошлина в сумме 2 000 руб., которая, по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит отнесению на ответчика в сумме 888,89 руб., т.е. пропорционально размеру удовлетворенным требованиям.

Определением суда от 17.08.2023 к материалам настоящего дела приобщен, представленный в качестве вещественного доказательства, товар – толстовка из серии PUMA в кол. 1 шт.

В соответствии с правилами статьи 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

В случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (пункт 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80).

К таким доказательствам может относиться, например, имущество, изъятое из оборота или ограниченное в обороте; к таким же доказательствам в силу статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации относится контрафактная продукция.

(Постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.03.2015 № С01-227/2015 по делу № А43-9904/2013).

Поскольку судом установлено, что товар, приобретенный у ответчика, является контрафактным – толстовка из серии PUMA в кол. 1 шт. надлежит уничтожить по вступлении в силу решения суда.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в пользу PUMA SE 20 000 руб. компенсации, а также 888 руб. 89 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 68 руб. 44 коп. почтовых расходов, 88 руб. 89 коп. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 800 руб. расходов на приобретение товара.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Вещественное доказательство – толстовка из серии PUMA в кол. 1 шт. - после вступления судебного акта в силу уничтожить.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья О.В. Золотарёва