АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,

тел. <***>; факс <***>

https://irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Иркутск Дело № А19-28934/23

21.02.2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 10.02.2025 года.

Решение в полном объеме изготовлено 21.02.2025 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Рыковой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Козулиной Н.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1, действующего в интересах общества с ограниченной ответственностью «Вагонсервис» (ИНН <***>) к ФИО2, ФИО3, третьи лица: ФИО4, ФИО5, о взыскании убытков в размере 240 255 296 руб. 39 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО6- представитель по доверенности, удостоверение адвоката;

от ООО «Вагонсервис»: не явились; извещены;

от ответчиков: ФИО7 - представитель по доверенности, паспорт, диплом;

от третьих лиц:

от ФИО4: ФИО8 – представитель по доверенности, удостоверение адвоката;

от ФИО5: ФИО9 - представитель по доверенности, паспорт, диплом;

установил:

ФИО1, действующий в интересах общества с ограниченной ответственностью «Вагонсервис» (далее – ООО «Вагонсервис», общество) обратился в арбитражный суд с иском, с учетом уточнений, к ФИО2, ФИО3 о взыскании солидарно убытков в размере 240 255 296 руб. 39 коп.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5.

ООО «Вагонсервис», надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уведомленное о дате, времени и месте рассмотрения дела, в процесс не явилось.

Ответчики в представленных отзывах на исковое заявление требования оспорили.

ФИО4, ФИО5 в письменных пояснениях требования истца поддержали в полном объеме.

Дело рассматривается в силу статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по имеющимся в нем документам, в отсутствие представителей ООО «Вагонсервис».

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд установил следующие обстоятельства.

ООО «Вагонсервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.08.2015, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 1153850036768.

Согласно сведениям государственного реестра участниками ООО «Вагонсервис» (далее также – Общество) являются ФИО5, ФИО1, ФИО4, ФИО3 с долями в уставном капитале общества по 20% каждый. Генеральным директором ООО «Вагонсервис» с 23.08.2019 является ФИО2.

В обоснование уточненных заявленных требований истец указал, что в 2022 – 2023 годах общество перечислило ФИО3 денежные средства с назначением платежа -оплата стоимости доли в общем размере 238 360 478 руб., из которых: 27.01.2022 перечислено 150 000 000 руб., 17.02.2022 - 21 771 000 руб., 25.03.2022 - 4 000 руб., 15.06.2023 - 66 585 478 руб. В связи с осуществлением указанных платежей обществом уплачена комиссия за внутренний перевод в общем размере 1 894 818 руб. 39 коп.

Истец полагает, что перечисления ФИО3 осуществлены в отсутствие правовых оснований, в назначение платежей указано «оплата стоимости доли», вместе с тем ФИО3 из состава участников общества не выходил, до настоящего времени является участником общества. В связи с этим, денежные средства в общем размере 240 255 296 руб. 39 коп. должны быть взысканы в качестве убытков с ФИО3, а также генерального директора ФИО2 солидарно.

В ходе рассмотрения дела ФИО3 возвращены обществу денежные средства в размере 238 360 478 руб. что подтверждается платежными получениями от 19.12.2024 №253872 на сумму 10 000 000 руб., от 28.01.2025 №635614 на сумму 60 000 000 руб., от 31.01.2025 №221 на сумму 168 360 478 руб.

После поступления данных платежей истец заявленные требования не уточнил, просил суд дать оценку действиям ответчиков по существу, что в силу статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является его правом.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации указанное лицо обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Указанное выше лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 названной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 той же статьи).

В силу пунктов 2, 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью") члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как следует из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 1 постановления от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление №62), если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (подпункт 5 пункта 2 Постановления №62).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российского Федерального, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российского Федерального вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с данными правилами лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие совокупности следующих условий: совершение ответчиком противоправных действий (бездействия), возникновение у истца (юридического лица, в интересах которого он выступает) убытков, причинно-следственную связь между неправомерным поведением ответчика и возникшими у истца (соответствующего юридического лица) убытками, размер понесенных убытков.

Отсутствие одного из элементов вышеуказанного состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что денежные средства перечислены обществом ФИО3 в отсутствие правовых оснований, ФИО3 до настоящего времени является участником общества, реализует принадлежащие ему как участнику права; перечисление денежных средств осуществлено при наличии корпоративного конфликта между участниками общества, факт перечисления указанных денежных средств обществом скрывался.

Предъявляя исковые требования к ФИО2 солидарно, истец указал, что ФИО2 является лицом, подконтрольным ФИО3

Ответчики, оспаривая требования истца, указали на недоказанность всей совокупности фактов, необходимых для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков. Денежные средства перечислены ФИО3 во исполнение соглашения о предоставлении денежной гарантии в случае выхода участника из общества от 26.01.2022 (далее – соглашение), заключенного с обществом. Необходимость заключения указанного соглашения вызвана наличием корпоративного конфликта между участниками ООО «Вагонсервис», а также опасениями ФИО3, что в случае выхода из состава участника общества последнему не будет выплачена действительная стоимость его доли, поскольку выход ФИО3 привел бы к назначению директором общества иного лица, подконтрольного остальным участникам.

В соответствии с условиями соглашения (п.1 и п.2) в связи с наличием корпоративного конфликта между участниками Общества, Общество предоставляет Участнику (ФИО3) в качестве гарантии выплаты действительной стоимости доли Участника в случае принятия им решения о выходе из Общества, денежную гарантию в размере действительной стоимости доли Участника, определенной на дату заключения настоящего Соглашения. Стороны принимают в качестве обоснования размера действительной стоимости доли Участника Отчет об оценке независимого оценщика ООО «Межрегиональная компания «Союз» №19/22 от 26.01.2022.

В пункте 3 соглашения стороны установили размер денежной гарантии выплаты действительной стоимости доли Участнику в случае принятия им решения о выходе из Общества - 171 775 000 руб.

Денежная гарантия предоставляется Участнику путем перечисления денежных средств на счет Участника по реквизитам, указанным в настоящем Соглашении в течение 5 дней с момента заключения настоящего Соглашения (пункт 4 соглашения).

В соответствии с пунктом 5 соглашения участник обязуется произвести возврат в пользу Обществу денежной гарантии в полном размере в случае, если им не будет направлено в адрес Общества Заявление о выходе из Общества в течение 3 (трех) календарных месяцев с момента подписания настоящего Соглашения.

Дополнительным соглашением от 25.04.2022 к соглашению стороны внесли изменения в пункт 5 соглашения, в соответствии с которым участник обязуется произвести возврат в пользу Общества денежной гарантии в полном размере в случае, если им не будет направлено в адрес Общества Заявление о выходе из состава участников Общества в срок до 31.12.2023.

13.06.2022 подписано дополнительное соглашение к соглашению, внесены изменения в пункты 2,3 соглашения.

В соответствии с пунктом 2 соглашения в редакции дополнительного соглашения Стороны принимают в качестве обоснования размера действительной стоимости доли Участника Отчет №23-320 об оценке рыночной стоимости 100 % доли в уставном капитале ООО «Вагонсервис» по состоянию на 31.12.2021 в размере 595 901 000 руб., выполненного ООО «Десоф-Консалтинг», в связи с чем стоимость доли ФИО3 (40%) составляет 238 360 400 руб. по состоянию на 31.12.2021.

Пункт 3 соглашения изложен в следующей редакции: Общество обязуется произвести в пользу Участника предоставление недостающей части денежной гарантии в размере 66 585 400 руб. в течение 5 рабочих дней с момента подписания настоящего Дополнительного соглашения по реквизитам, указанным в Соглашении. Участник обязуется принять окончательное решение о выходе из Общества не позднее 31.12.2024. Если до этого момента Участник не направит в Общество заявление о выходе из состава участников, то он обязуется в течение 20 рабочих дней произвести возврат в пользу Общества всей суммы представленной гарантии в размере 238 360 400 руб., а также компенсировать прямой ущерб, причиненный Обществу, в случае его возникновения.

По мнению истца, данное соглашение в силу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является мнимой, притворной сделкой.

ФИО4 в представленных письменных пояснения поддержал требования истца, полагает, что соглашение является притворной сделкой, действительное волеизъявление сторон при заключении и исполнении соглашения было направлено на выплату дивидендов ФИО3 в обход корпоративных процедур и требований о пропорциональном распределении дивидендов между участниками общества. Участники общества находятся в состоянии корпоративного конфликта и с декабря 2018 года чистая прибыль общества не распределялась.

ФИО5 в письменных пояснениях также поддержал требования истца, полагает, что соглашение является притворной сделкой, действительной целью заключения соглашения являлось выведение денежных средств из общества в пользу ФИО3 В результате скоординированных и намеренных действий директора общества ФИО2 и участника общества ФИО3 в тайне от иных участников общества выведены денежные средства из общества.

На основании статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, тогда как недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (части часть 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

В соответствии с пунктом 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон (совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора). Цель - прикрыть истинную сделку - может достигаться как оформлением одного договора, так и путем составления нескольких сделок. Признаком притворности сделки является несовпадение волеизъявления сторон с их внутренней волей при совершении сделки.

Истец указал, что при заключении соглашения о предоставлении денежной гарантии в случае выхода участника из общества от 26.01.2022, у ФИО3 не было действительного намерения выйти из состава участников общества, действительной целью являлся вывод денежных средств из общества в пользу ФИО3, соглашение заключено для создания видимости наличия правового основания для перечисления обществом денежных средств в пользу ФИО3, тогда как в действительности такие основания не существовали. Оспариваемое соглашение заключено спустя 2 дня после принятия судом в рамках дела №А19-853/2022 обеспечительных мер в виде запрета ФИО3 распоряжаться долей в уставном капитале ООО «Вагонсервис» в размере 40% (определение Арбитражного суда Иркутской области от 24.01.2022 по делу №А19-853/2022).

Истцом отмечено, что стороны соглашения скрывали факт его заключения от иных участников общества.

Исполняя решение Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-12809/2022, в рамках которого рассмотрены и удовлетворены требования ФИО1 об обязании ООО «Вагонсервис» предоставить документы о его финансово-хозяйственной, представлена выписка по расчетному счету ООО «Вагонсервис», открытому в АО «Альфа-Банк», в которой отсутствовали сведения о перечислениях денежных средств обществом в пользу ФИО3, что следует из сопоставления выписки представленной в рамках исполнения решения суда по делу №А19-12809/2022 и выписки по расчетному счету ООО «Вагонсервис», открытому в АО «Альфа-Банк», за период с 01.01.2022 по 31.12.2023.

Из доводов ФИО3, изложенных в отзыве на исковое заявление, следует, что до наступления согласованного в соглашении (в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2022) срока принятия решения ФИО3 о выходе из состава участников общества, последним получена претензия общества о возврате денежных средств (суммы предоставленной гарантии), часть денежных средств в размере 10 000 000 руб. возвращена ФИО3 обществу платежным поручением от 19.12.2022 №253872, то есть до согласованного в соглашении срока, что, по мнению истца, также свидетельствует об отсутствии у ФИО3 намерения выйти из состава участников общества при заключении соглашения.

ФИО2 и ФИО3 оспаривая требования, указали, что планируя выход из состава участников общества, ФИО3 имел опасения, что в случае его выхода действительная стоимости его доли в уставном капитале при наличии корпоративного конфликта между участниками общества ему не будет выплачена, что и повлекло заключение соглашения.

В соответствии с частью 1 статьи 26 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Выход участника из общества влечет наступление правовых последствий, предусмотренных пунктом 6.1 статьи 23 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью": переход доли к обществу, обязанность последнего выплатить вышедшему из общества участнику действительную стоимость его доли в уставном капитале, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Как установлено судом и не оспорено сторонами, на момент заключения соглашения ФИО3 заявление о выходе из состава участника не было подано, о намерении выйти из общества иным участникам общества ФИО3 также не уведомлял, до настоящего времени ФИО3 из состава участников также не вышел.

Таким образом, на протяжении трех лет ФИО3 заявление о выходе из состава участников ООО «Вагонсервис» не подал, полученные от общества денежные средства до обращения с уточненным иском в суд не возвратил.

Кроме того, срок принятия ФИО3 решения о выходе из общества либо возврата денежных средств неоднократно пролонгировался дополнительными соглашениями, при этом, как указал истец, ФИО4, ФИО5 и не оспорено ответчиками, ФИО3 продолжает осуществлять права участника ООО «Вагонсервис», голосуя на общих собраниях участников общества.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о формальном характере заключенного соглашения.

Суд принимает во внимание пояснения ФИО5, что действия ФИО3 о предоставлении займа обществу в размере 5 000 000 руб. (подтверждается выпиской банка представленной по запросу суда) спустя 15 дней после получения ФИО3 гарантии по соглашению 30.06.2023, учитывая наличие опасений о невыплате действительной стоимости доли и намерений выйти из состава участников общества, подтверждают отсутствие действительной воли ФИО3 выйти из состава участников общества.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства и пояснения участников процесса, суд пришел к выводу о том, что воля сторон при заключении соглашения не была направлена на выплату действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Вагонсервис», принадлежащей ФИО3, действительной целью заключения соглашения являлся вывод денежных средств со счета общества.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

В обход процедуры, предусмотренной законом, ФИО3 получил денежные средства общества, при этом сохранив корпоративные права участника, пользовался правами участника общества, что, по мнению суда, является злоупотреблением ФИО3 своими правами.

Оценив представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу о том, что соглашение о предоставлении денежной гарантии в случае выхода участника из общества от 26.01.2022 является ничтожной сделкой в силу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, направленной на вывод денежных средств из общества.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пунктах 4 и 5 постановления №62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.) Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Суд полагает, что действия генерального директора ФИО2 по выплате ФИО3 денежных средств по ничтожной сделке, то есть в отсутствие правовых оснований денежных средств, при наличии между участниками корпоративного конфликта свидетельствуют о недобросовестности и неразумности поведения ФИО2

Доказательств того, что действия ФИО3 и ФИО2 в рассматриваемом случае отвечали интересам общества, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что вред обществу причинен совместными согласованными действиями директора общества ФИО2 и участника общества ФИО3 А., что является основанием для взыскания с ответчиков убытков солидарно в порядке, предусмотренном положениями статьями 15, 1064, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В процессе рассмотрения дела ФИО3 возращены денежные средства в размере 238 360 478 руб., полученные последним по ничтожной сделке.

Истцом в состав убытков включена также комиссия банка за перечисление денежных средств на счет физического лица в размере 1 894 818 руб. 39 коп.

Ответчики, оспаривая требования в указанной части указали, что комиссию невозможно рассматривать как убытки причиненные обществу, поскольку перевод денежных средств по соглашению невозможен без комиссии, удержанной банком.

Судом указанные доводы отклоняются, поскольку указанные расходы понесены обществом в связи с исполнением ничтожной сделки, в результате неправомерных действий ответчиков и находятся с ними в непосредственной причинно-следственной связи.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективной и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связи доказательств в их совокупности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства и установленные фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о доказанности наличия совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной действующим законодательством, в солидарном порядке. Учитывая возмещение обществу ФИО3 ущерба в части, суд удовлетворяет требования истца о взыскании солидарно с ответчиков убытков частично в размере 1 894 818 руб. 39 коп., в удовлетворении остальной части требований суд отказывает.

Разрешая вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Вместе с тем в случае добровольного удовлетворения исковых требований ответчиком после обращения истца в суд и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат взысканию с ответчика (абзац второй пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2021 №305-ЭС20-14994, закон ставит разрешение вопроса о распределении судебных расходов в зависимость именно от добровольного удовлетворения требований ответчиком, не обязывая истца совершать иных процессуальных действий, принимая во внимание, что последний для защиты своих нарушенных прав был вынужден инициировать судебный процесс.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент обращения в суд, размер госпошлины по уточненным требованиям о взыскании 240 255 296 руб. 39 коп. составляет 200 000 руб.

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 4 165 руб.

Из материалов дела следует, что исковые требования в размере 238 360 478 руб. удовлетворены ФИО3 в процессе рассмотрения дела.

ФИО3 указал, что перечисление денежных средств не является добровольным удовлетворением требований, указанные денежные средства возвращены по условиям заключенного соглашения.

Учитывая, что соглашение является ничтожной сделкой, суд расценивает возврат денежных средств, полученных ФИО3 в отсутствие каких-либо оснований, как добровольное удовлетворение требований, в связи с чем расходы по уплате государственной пошлины относит на ответчиков в полном объеме.

При таких обстоятельствах, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 165 руб. подлежат взысканию солидарно с ответчиков в пользу истца, государственная пошлина в размере по 97 917 руб. 50 коп. подлежит взысканию в доход федерального бюджета с каждого из ответчиков.

Руководствуясь статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Вагонсервис» убытки в размере 1 894 818 руб. 39 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 165 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 97 917 руб. 50 коп.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 97 917 руб. 50 коп.

Решение может быть обжаловано в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья Н.В.Рыкова