АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА
420066, <...>, тел. <***>
http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-9840/2024
г. Казань Дело № А72-4636/2023 14 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 14 октября 2025 года.
Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Смоленского И.Н.,
судей Егоровой М.В., Минеевой А.А.,
при ведении протокола судебного заседания до перерыва (25.09.2025) секретарем судебного заседания Тютюгиной Т.С., после перерыва – секретарем судебного заседания Долговой А.Н.,
при участии посредством системы веб-конференции представителей ФИО1, ФИО2, ФИО3 – ФИО4 по доверенностям от 27.08.2024, 16.09.2024, 15.10.2024; ФИО5 по доверенностям от 17.04.2025,
в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,
рассмотрел 25.09.2025, 30.09.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3
на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 26.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2025
по делу № А72-4636/2023
по заявлению финансового управляющего ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее – должник, ФИО7) его финансовый управляющий ФИО6 обратился с заявлением об оспаривании сделки должника с ФИО1 (далее – ФИО1).
Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 26.02.2025, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2025, заявление удовлетворено.
Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств между ФИО7 и ФИО1 на сумму 29 409 950 руб. 50 коп. С ФИО1 в пользу ФИО7 взысканы денежные средства в размере 29 409 950 руб. 50 коп., а также в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб.
Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств между ФИО7 и ФИО2 (далее – ФИО2) на сумму 19 684 788 руб. С ФИО2 в пользу ФИО7 взысканы денежные средства в размере 19 684 788 руб., а также в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб.
Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств между ФИО7 и ФИО3 (далее – ФИО3) на сумму 4 714 747 руб. С ФИО3 в пользу ФИО7 взысканы денежные средства в размере
4 714 747 руб., а также в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб.
В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа ФИО1, ФИО2 и ФИО3 просят принятые судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судебных инстанций обстоятельствам дела и нормам материального права.
Заявители утверждают, что дружеские взаимоотношения между ними и должником не свидетельствуют ни об их фактической заинтересованности (аффилированности), ни об их осведомленности о цели причинения вреда и/или несостоятельности (неплатежеспособности) должника, а, следовательно, судом апелляционной инстанции неверно применена презумпция, предусмотренная пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).
Указывают, что оспариваемые платежи являлись частью реальных взаимоотношений сторон, связанных с играми и пари. Такие платежи — исполнение рисковых («алеторных») сделок являются возмездными и не могут быть квалифицированы в качестве противоречащих основам правопорядка и нравственности и признаны недействительными сделками в соответствии с положениями статьи 169 ГК РФ.
Также заявители отметили, что на момент совершения оспариваемых сделок должник не отвечал признакам неплатежеспособности (недостаточности имущества) и тем более не стал отвечать таковым признакам в результате их совершения, поскольку обладал имуществом, достаточным для расчетов по имевшимся у него обязательствам (не менее 67 731 228,7 руб.).
Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав лиц, участвующих в деле, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.
Как установлено судами и следует из материалов дела, финансовый управляющий должником ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании совершенных в 2020-2021 гг. сделок должника с ФИО1 (с учетом уточнений) в виде 117 безналичных
перечислений денежных средств на общую сумму 29 409 950 руб. 50 коп., с ФИО2 в виде 73 безналичных перечислений денежных средств на общую сумму 19 684 788 руб., с ФИО3 в виде 16 безналичных перечислений денежных средств на общую сумму 4 714 747 руб.
Определениями от 28.11.2024 суд первой инстанции объединил указанные заявления в одно производство для совместного рассмотрения применительно к положениям статьи 130 АПК РФ.
Полагая, что упомянутые безналичные платежи совершены между аффилированными лицами в период неплатёжеспособности должника в отсутствие встречного исполнения и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим обстоятельств, достаточных для признания оспариваемых перечислений недействительными по заявленному основанию.
Суд, принимая во внимание объяснения ответчиков, установил, что действительно спорные денежные средства были совершены в рамках игры – покер, которая осуществлялась в мобильном приложении PPPoker- NLH; общение игроков, в том числе определение размера ставок, происходило по телефону, а также с использованием интернет- мессенджеров.
Между тем, сославшись на разъяснения, сформулированные в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд первой инстанции заключил, что оспариваемые сделки являются ничтожными, поскольку совершены вне игровых зон в нарушение Федерального закона от 29.12.2006 № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации».
Исходя из изложенного, суд первой инстанции признал заявление финансового управляющего о признании недействительными оспариваемых сделок подлежащим удовлетворению.
Суд апелляционной инстанции посчитал, что выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, являются ошибочными, равно как и применение в рассматриваемом случае положений статей 10, 168, 169 ГК РФ, Федерального закона от 29.12.2006 № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», поскольку указанные заявителем недостатки оспариваемых сделок не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, регулирующей подозрительные сделки.
Установив, что выводы суда первой инстанции, изложенные в мотивировочной части, не повлекли за собой принятия неправильного решения, суд апелляционной инстанции изменил мотивировочную часть определения.
В частности, апелляционный суд указал на наличие у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых сделок, которые были установлены, в том числе, в определении Арбитражного суда Ульяновской области от 12.07.2024, постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2024 и постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 18.12.2024 по настоящему делу), а также принятие должником последовательных целенаправленных мер по выводу имущества из конкурсной массы (в том числе денежных средств, земельных участков, на наличие которых указывают ответчики).
При этом поведение сторон оспариваемых сделок (совместный отдых, неформальное общение), исходя из представленной в материалы дела переписки из интернет-мессенджеров, объяснений ответчиков, свидетельствует о наличии между ними доверительных отношений, позволяющих совершать сделки, опираясь лишь на устные
договоренности, искажая в документах и объяснениях как сами эти договоренности, так и истинные мотивы своего поведения. С учетом таких обстоятельств суд констатировал, что так могут действовать только заинтересованные (аффилированные) лица, в связи с чем признал подтвержденными доводы финансового управляющего об осведомленности ответчиков о признаках неплатежеспособности должника.
Кроме того, апелляционный суд установил, что оспариваемые безналичные платежи не имеют каких-либо объяснений обстоятельств их осуществления, не содержат сведений о конкретных основаниях соответствующих платежей (все платежи отмечены лишь как перевод по номеру телефона); отсутствуют какие-либо письменные соглашения сторон по взаимным обязательствам; представленные фрагменты переписки в интернет-менссенджерах в значительной степени не обусловлены решением каких-либо финансовых вопросов, содержание обсуждаемых вопросов, которые могли бы иметь отношение к оплате рисковых сделок, игр и пари не раскрыто, соотношение конкретных оспариваемых платежей с конкретными рисковыми сделками (содержание события, участники, ставка, условия игры, пари) не выявлено.
С учетом таких обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае ответчиками не доказан характер оспариваемых платежей как алеаторных сделок, равно как и связь с платежами ФИО2 и ФИО1 в пользу должника, в связи с чем апелляционный суд признал их безвозмездными.
Между тем, признавая спорные платежи недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции должным образом не проверил наличие у должника признаков неплатежеспособности, и, как следствие, не установил, какой вред и кому был причинен спорными сделками.
Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с
целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним, в том числе понимается уменьшение размера имущества должника, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредитора получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
При оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника.
При этом конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, отношения с которыми существовали к моменту совершения предполагаемой противоправной сделки, и судам необходимо соотнести момент возникновения обязательств у должника перед кредиторами с моментом совершения оспариваемых сделок.
Согласно правовому подходу, изложенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2015 № 308-ЭС15-11405, поскольку сделка должника или совершенная за его счет сделка может быть признана недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве только при одновременном наличии совокупности условий, изложенных в данной норме, то отсутствие одного из таких условий является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
Таким образом, установление обстоятельств наличия или отсутствия защищаемого интереса в споре о признании сделки недействительной является одним из ключевых моментов при рассмотрении обоснованности такого требования. Отсутствие защищаемого интереса или наличие
интереса, не подлежащего защите, предопределяет итог рассмотрения спора о недействительности сделки.
На протяжении рассмотрения спора ответчики последовательно приводили доводы о том, что спорные сделки были совершены в период достаточности имущества и денежных средств должника для исполнения обязательств перед кредиторами, что само по себе опровергает направленность сделок на нарушение прав кредиторов и возможность применения к ним положений статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В частности, указывали, что по состоянию на 27.04.2021 должник обладал имуществом общей стоимостью не менее 67 731 228,7 руб., в том числе:
- три земельных участка в Ульяновской области и легковой автомобиль марки «Лексус» на общую сумму 2 893 088 руб., которыми должник также располагал на момент окончания процедуры реструктуризации долгов;
- автомобили общей стоимостью 3 900 000 руб., которые в ноябре-декабре 2021 года должник продал своему родному дяде: а) автомобиль «Газель», г.р.з. Е179ЕУ73, отчужден 03.11.2021 по цене 950 000 руб.; б) автомобиль «БМВ Х5 XDRIVE25D» отчужден 10.11.2021 по цене 2 000 000 руб.; в) автомобиль «Газель», г.р.з. В664ХС73, отчужден 03.11.2021 по цене 950 000 руб.;
- три земельных участка общей кадастровой стоимостью – 30 938 140,70 руб., в том числе: № 90:11:211301:973 (единоличное право собственности), № 90:11:211301:994 (единоличное право собственности), № 90:11:211301:471 (6/16 долей в праве общей долевой собственности), которые в декабре 2021 года должник передал своему отцу ФИО8 по договорам дарения от 01.12.2021. Впоследствии апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 19.03.2025 по делу № 33-345/2025 указанные договоры дарения были признаны недействительными, а земельные участки возвращены в конкурсную массу.
- после 27.04.2021 (по сентябрь 2023 года) должник совершил иные расходные операции на сумму более 30 миллионов рублей, в
подтверждение чего представлена справка по операциям должника в АО «Тинькофф банк».
В то же время, по утверждению ответчиков, совокупный размер требований, установленных в судебных актах, на которые сослался суд апелляционной инстанции в качестве обоснования наступления момента неплатежеспособности (17.04.2020), и включенных в реестр требований кредиторов, составлял лишь 1 725 343,19 руб., а совокупный размер задолженности должника, в том числе по обязательствам, по которым не наступил срок исполнения, на момент последнего оспариваемого платежа составлял 5 003 789,76 руб., что в разы меньше существовавшего на тот момент актива должника.
При этом обязательства перед крупными кредиторами – ФИО9, ФИО10, включенные в реестр требований кредиторов на общую сумму 23 530 225,78 руб. (что составляет 82,46 % от общего размера реестра требований кредиторов), возникли после последнего оспариваемого платежа – 27.04.2021.
Также ответчики обращали внимание на то, что в период с 30.03.2020 по 27.04.2021 от ФИО2 и ФИО1 были осуществлены встречные перечисления должнику на общую сумму 14 048 176 руб.
Данные обстоятельства и приводимые заявителями доводы имели существенное значение для правильного разрешения спора, однако исследованы и оценены судами не были.
Кроме того, суды не соотнесли размер взысканных с ответчиков в порядке реституции денежных средств величине требований кредиторов, включенных в реестр, с целью определения соразмерных последствий недействительности сделок, равно как и не рассмотрели вопрос о наличии в конкурсной массе актива, достаточного для погашения этих требований.
Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2023 № 306-ЭС23-14897, следуя правовой позиции, изложенной в пункте 29.4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,
связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», у конкурсного управляющего и кредиторов отсутствует законный интерес в оспаривании операций на сумму, существенно превышающую размер реестра, по основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.
Из материалов дела следует, что на момент рассмотрения настоящего спора в реестр требований кредиторов должника включены требования в общем размере более 28 млн. руб., что почти в 2 раза меньше размера оспариваемых платежей (53 809 485,5 руб.). При этом, как указывают ответчики и не оспорено управляющим, в настоящее время в конкурсную массу должника в числе прочего включено имущество на сумму не менее 33 млн. руб., среди которых автомобиль марки «Лексус» и земельные участки, в том числе возвращенные на основании апелляционного определения Верховного Суда Республики Крым от 19.03.2025 по делу № 33-345/2025, что превышает размер реестра требований кредиторов.
Данные обстоятельства также не были учтены судами с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, указанной в определении от 27.11.2023 № 306-ЭС23-14897.
Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что вывод судов о наличии оснований для признания спорных платежей недействительными сделками сделан при неполном исследовании обстоятельств дела, имеющих существенное значение для рассматриваемого спора.
Принятые судебные акты при невыясненных обстоятельствах, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, не могут считаться правильными и подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ, а обособленный спор - направлению в арбитражный суд первой инстанции на новое рассмотрение.
При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные недостатки, проверить наличие задолженности кредиторов и причинения
имущественного вреда, правильно установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку всем доводам и доказательствам, представленным лицами, участвующими в деле, с учетом положений, установленных статьей 71 АПК РФ, разрешить спор в соответствии требованиями действующего законодательства.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ульяновской области от 26.02.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2025 по делу № А72-4636/2023 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья И.Н. Смоленский
Судьи М.В. Егорова
А.А. Минеева