АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ
ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,
тел. <***>; факс <***>
https://irkutsk.arbitr.ru
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
г. Иркутск Дело № А19-23311/2022
25.11.2025 г.
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 20.11.2025 года.
Решение в полном объеме изготовлено 25.11.2025 года.
Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Хромцовой Н.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем помощником судьи Рощиной В.В., рассмотрев в судебном заседании в формате вэб-конференции дело по иску Наньтуньской компании с ограниченной ответственностью службы трудоустройства за границей «Хуэйчуань» (адрес: КНР, район Тунчжоу, средняя северная ул. Цзяотун, институт Цзиньхань, <...>, А24)
к обществу с ограниченной ответственностью «Родные Берега» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664039, <...>),
третьи лица:
Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому федеральному округу,
гражданин КНР Вань Ханьчен (КНР),
ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК ФИНАНСОВО-СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "РОДНЫЕ БЕРЕГА" (адрес: 664022, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ИРКУТСК ГОРОД, СЕМЕНА ЛАГОДЫ УЛИЦА, 4/4, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)
ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "РОДНЫЕ БЕРЕГА" (адрес: 664022, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ИРКУТСК ГОРОД, СЕМЕНА ЛАГОДЫ УЛИЦА, ДОМ 4/4, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)
Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области (664007, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ИРКУТСК, УЛ. ДЕКАБРЬСКИХ СОБЫТИЙ, Д.47)
о взыскании 52 941 456 рублей,
с участием в деле Прокуратуры Иркутской области,
при участии в заседании
от истца: представитель ФИО1 по доверенности №б/н от 10.01.2023, паспорт;
от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности №б/н от 28.03.2024, паспорт;
от гражданина КНР Вань Ханьчен (КНР): представитель ФИО1 по доверенности №75АА1208750 от 07.09.2023, паспорт;
от Прокуратуры Иркутской области: прокурор Касьянникова А.Л., служебное удостоверение;
от третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом.
установил:
Наньтуньская компания с ограниченной ответственностью службы трудоустройства за границей «Хуэйчуань» (далее – Компания, истец) обратилась в Арбитражный суд Иркутской области к обществу с обществу с ограниченной ответственностью «Родные Берега» (далее – ООО «Родные Берега», ответчик) с исковым заявлением, уточненным в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании 52 941 456 рублей – основного долга по договору подряда № 06/03-2019-СМР от 06.03.2019.
Уточнение исковых требований принято судом.
Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому федеральному округу, Прокуратура Иркутской области, гражданина КНР Вань Ханьчен (КНР), ООО "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК ФИНАНСОВО-СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "РОДНЫЕ БЕРЕГА", ООО "СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "РОДНЫЕ БЕРЕГА".
Третьи лица, извещенные о дате, времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в деле не направили; в связи с чем дело рассматривается в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ, в отсутствие представителей третьих лиц.
Истец в судебном заседании исковые требования поддержал, ссылаясь на неоплату ответчиком подрядных работ, выполненных по договору №06/03-2019-СМР от 06.03.2019.
Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал, указывая на мнимость спорного договора вследствие того, что спорные работы истцом фактически не выполнялись; поскольку были выполнены силами и за счет средств самого ответчика.
Кроме того, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленному требованию.
Прокурор в судебном заседании поддержал ранее изложенную позицию о недоказанности истцом факта выполнения спорных работ.
Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, прокурора, суд установил следующее.
В обоснование исковых требований истец указал, что между ним (субподрядчиком) и ООО «Родные Берега» (генподрядчиком) заключен договор подряда № 06/03-2019-СМР от 06.03.2019, по условиям которого субподрядчик обязуется выполнить по заданию генподрядчика собственными либо привлеченными силами и средствами, из материалов генподрядчика, в объёмах, в сроки и по стоимости, согласованными сторонами в настоящем договоре, с соблюдением действующих норм и правил комплекс строительно-монтажных работ по строительству объектов генподрядчика, указанных в приложении №1, являющегося неотъемлемой частью настоящего договора, а генподрядчик обязуется создать субподрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат (готовые к эксплуатации объекты) и уплатить обусловленную договором цену.
В период с 07.04.2019 по 05.07.2019 компания выполнила работы по договору, что подтверждается подписанными сторонам актами о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справками о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3.
Спорные работы ответчиком не оплачены в сумме 52 941 456 рублей, что послужило основанием для обращения компании в суд с иском о принудительном взыскании задолженности.
Оспаривая исковые требования, ответчик заявил о фальсификации доказательств, представленных истцом, а именно: соглашения от 02.02.2019; соглашения от 02.02.2018; договора подряда № 01/03-2018-СМР; договора подряда № 06/03-2019-СМР от 06.03.2019; дополнительного соглашение № 2 к договору оказания услуг по подбору иностранного персонала № 01/03-2018-ПИП от 01.03.2018 от 12.12.2018.
В связи с заявлением ответчика о фальсификации доказательств определением суда от 16.09.2024 по делу назначена комплексная судебная почерковедческая экспертиза и экспертиза технического исследования документов, проведение которой поручено в части почерковедения одному из следующих экспертов ГОСУДАРСТВЕННОГО УЧРЕЖДЕНИЯ «ИРКУТСКАЯ ЛАБОРАТОРИЯ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ МИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8; в части технического исследования документов - одному из следующих экспертов учреждения: ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11; по усмотрению руководителя экспертного учреждения.
На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:
· Кем, ФИО12 или иным лицом, выполнены подписи от его имени в следующих документах: Соглашение от 02.02.2018; Договор подряда № 01/03-2018-СМР?
· Имеются ли признаки монтажа на дополнительном соглашении № 2 к договору оказания услуг по подбору иностранного персонала № 01/03-2018-ПИП от 01.03.2018 от 12.12.2018?
· Кем, ФИО13 или иным лицом, выполнены подписи от его имени в договоре подряда № 06/03-2019-СМР от 06.03.2019?
· Свободные образцы подписей ФИО12 и ФИО13 выполнены одним лицом или разными?
По результатам проведения экспертизы в материалы дела представлены заключения экспертов №1451/2-3-24 от 31.10.2024, №1450/2-3-24 от 11.11.2024, согласно которым два листа дополнительного соглашения № 2 напечатаны в разные сессии, имеют признаки разброшюровки; подписи от имени ФИО12 выполнены самим ФИО12; подписи от имени ФИО13 выполнены другим лицом с подражанием его почерку; свободны образцы ФИО12 и ФИО13 выполнены разными лицами.
По мнению ответчика, вывод эксперта о том, что два листа дополнительного соглашения № 2 напечатаны в разные сессии, имеют признаки разброшюровки, свидетельствует о технической подделке означенного доказательства.
В целях проверки заявления о фальсификации дополнительного соглашения № 2 от 12.12.2018 к договору оказания услуг по подбору иностранного персонала № 01/03-2018-ПИП от 01.03.2018 сторонами представлены оформленные аналогичным образом дополнительные документы, при визуальном исследовании которых, суд пришел к предположительному выводу о том, что они изготовлены аналогичным образом, что и оспариваемое дополнительное соглашение № 2 от 12.12.2018 к договору оказания услуг по подбору иностранного персонала № 01/03-2018-ПИП от 01.03.2018.
В связи с изложенным, а также в связи с отказом истца от исключения из числа доказательств по делу соглашения от 02.02.2019, определением суда от 01.07.2025 по делу назначена судебная дополнительная комплексная почерковедческая экспертиза и экспертиза технического исследования документов, проведение которой поручено тем же экспертам.
Объектами исследования определены соглашение от 02.02.2019; дополнительное соглашение № 2 от 12.12.2018 к договору оказания услуг по подбору иностранного персонала № 01/03-2018-ПИП от 01.03.2018.
На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:
· Кем, ФИО12 или иным лицом, выполнена подпись от его имени в Соглашении от 02.02.2019?
· Аналогичным ли техническим способом изготовлены документы, поименованные в пунктах 3.3.1., 3.3.2. настоящего определения, что и дополнительное соглашение № 2 от 12.12.2018 к договору оказания услуг по подбору иностранного персонала № 01/03-2018-ПИП от 01.03.2018 или нет (например: печать листов одного документа в разные печатные сессии, наличие признаков разброшюровки и т.д.)?
В материалы дела представлено заключение №1070/2-3-25, №1072/2-3-25 от 01.08.2025, согласно которому подпись от имени ФИО12 в соглашении от 02.02.2019 выполнена другим лицом с подражанием его подписи.
Акт приема-передачи оказанных услуг №1 от 22.02.2019 по договору от 20.02.2019 №20/02-2019-ПИП изготовлен способом, аналогичным способу изготовления дополнительного соглашения №2 от 12.12.2018 к договору №01/03-2018-ПИП от 01.03.2018; листы акта приема-передачи оказанных услуг №1 от 22.02.2019 подвергались переброшюровке, с последующей заменой первого листа документа; листы акта приема-передачи оказанных услуг №55 от 08.11.2019 подвергались переброшюровке; листы акта приема-передачи оказанных услуг №1 от 22.02.2019 подвергались переброшюровке; в представленных на исследование актах приема-передачи оказанных услуг, за исключением актов №1 от 22.02.2019, №55 от 08.11.2019 признаки переброшюровки либо замены листов не выявлены.
Оценив означенные экспертные заключения наряду с другими доказательствами по делу, суд считает их отвечающими критериям относимости, допустимости и достоверности.
С учетом выводов экспертов суд пришел к выводу, что изготовление листов в разные печатные сессии и наличие признаков переброшюровки свидетельствует об обычном порядке составления документов между истцом и ответчиком, в связи с чем суд пришел к выводу о необоснованности заявления ответчика о фальсификации дополнительного соглашения № 2 от 12.12.2018.
Заявление ответчика о фальсификации соглашения от 02.02.2019, мотивированное тем, что подпись от имени ФИО12 в этом соглашении выполнена другим лицом с подражанием его подписи, что подтверждается выводами эксперта, суд также признает необоснованным, поскольку в оспариваемом документе имеется печать общества, подлинность которой ответчик не оспаривает.
Суд считает, что соглашение от 02.02.2019 подписано лицом, полномочия которого явствовали из обстановки (пункт 1 статьи 182 ГК РФ); при этом действия по заключению соглашения от 02.02.2019 в последующем одобрены ответчиком в порядке пункта 2 статьи 183 ГК РФ, о чем, безусловно, свидетельствует оттиск печати общества.
При таких обстоятельствах суд рассматривает настоящее дело с учетом всех представленных сторонами документов.
В подтверждение факта выполнения работ по спорному договору истцом представлены следующие акты о приемке выполненных работ:
· за март 2019 года – от 07.04.2019 №1, №2, №3, от 07.05.2019 №5;
· за апрель 2019 года – от 07.05.2019 №4, №6, №7, №8, №9;
· за май 2019 года – от 28.05.2019 №10, №11, №12;
· за июнь 2019 года – от 18.06.2019 №13, №14, №15, от 02.07.2019 №16, №17, №18;
· за июль 2019 года – от 23.07.2019 №19, №20, №21, от 08.08.2019 №22, №23, №24, №25;
· за август 2019 года – от 05.09.2019 №26, №27, №28, №29;
· за сентябрь 2019 года – от 18.09.2019 №30, №31, №32, от 23.10.2019 №33, №34, №35;
· за октябрь 2019 года – от 23.10.2019 №36;
· за ноябрь 2019 года – от 06.12.2019 №37, №38, №39, №40;
· за декабрь 2019 года – от 28.12.2019 №41, №42, №43;
· за январь 2020 года – от 31.01.2020 №44.
Возражая против исковых требований, ООО «Родные Берега» заявило о пропуске срока исковой давности истцом.
Рассмотрев означенное заявление ответчика, суд пришел к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.
Согласно статье 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Истцом заявлены требования о взыскании задолженности по оплате выполненных работ в период с марта 2019 по январь 2020 года.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в соответствии с пунктом 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку.
В соответствии с частью 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.
Из материалов дела следует, что до предъявления к ответчику настоящего иска о взыскании задолженности, истец направил ему претензию от 23.05.2022, которая ответчиком получена 06.06.2022, оставлена без удовлетворения.
По смыслу пункта 3 статьи 202 ГК РФ соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается, фактически продлевая его на этот период времени.
Истец обратился в суд с настоящим иском 31.10.2022.
С учетом срока на досудебное урегулирование спора в пределах срока исковой давности заявлены требования о взыскании задолженности по актам формы КС-2 с августа 2019 по январь 2020 года №№26-44, исковые требования о взыскании задолженности по актам формы КС-2 №№1-25 заявлены за пределами срока исковой давности.
Истец, возражая против заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, указал на приостановление течения срока в связи с пандемией COVID-19 применительно к положениям подпункта 1 пункта 1 статьи 202 ГК РФ.
Суд считает возражения истца необоснованными и отклоняет их по следующим мотивам.
В ответе на 6 вопрос Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, указано, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Вывод о наличии или отсутствии обстоятельств непреодолимой силы, препятствовавших своевременному обращению в суд за защитой нарушенного права, может быть сделан судом только с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.
Ссылка истца на пандемию COVID-19 и закрытие границ между РФ и КНР не может быть признана судом обстоятельством непреодолимой силы, поскольку истцом не представлено доказательств того, что меры, направленные на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), препятствовали предъявлению иска в пределах срока исковой давности посредством электронной подачи документов через систему «МОЙ АРБИТР», либо через органы почтовой связи.
Кроме того, суд отмечает, что настоящий иск подан в суд 01.11.2022г., тогда как ограничительные меры в связи с пандемией COVID-19 были сняты Китаем только в 2023 году; при этом имеющиеся в 2022 году ограничения и закрытые границы не помешали истцу обратиться в суд с рассматриваемым иском посредством электронной подачи документов через систему «МОЙ АРБИТР», в связи с чем означенный довод истца не принимается судом во внимание.
Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ, и в соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
В случае истечения срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца, независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна. Какие-либо другие доводы в обоснование иска не подлежат рассмотрению судом, поскольку сам факт истечения срока исковой давности служит самостоятельным основанием для отказа в иске.
Таким образом, срок исковой давности 3 года, установленный статьей 196 ГК РФ, по требованиям о взыскании основного долга по актам формы КС-2 №№1-25, истцом пропущен, в связи с чем требования в данной части удовлетворению не подлежат только по этому основанию.
Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, заслушав доводы истца, возражения ответчика, позицию прокурора, суд пришел к следующим выводам по исковым требованиям с не пропущенным сроком исковой давности.
В ходе судебного разбирательства ответчик и прокурор заявляли об отсутствии доказательств, подтверждающих фактическое выполнение спорных работ, в связи с чем суд предлагал истцу представить доказательства, отвечающие критериям относимости, допустимости и достоверности, свидетельствующие о реальности спорных хозяйственных операций.
Истцом в материалы дела представлены пояснения, согласно которым в соответствии с условиями спорного договора генподрядчик обеспечивает субподрядчика необходимой технической документацией, обеспечивает фронт работ, снабжает необходимыми строительными материалами и техникой.
При этом истцом предоставлены сведения о наличии у него иностранной рабочей силы, необходимой для выполнения спорных работ.
Между тем, как усматривается из материалов дела, между компанией и ООО «Родные Берега» заключен договор оказания услуг по подбору иностранного персонала от 20.02.2019 №20/02-2019-ПИП, который исполнялся как истцом, так и ответчиком.
Иностранные рабочие действительно пребывали из КНР и были трудоустроены в ООО «СтандартСтрой» (прежнее наименование ООО «Родные Берега»), выполняли трудовые обязанности и получали заработную плату.
При этом услуги по подбору иностранного персонала были оплачены ответчиком в рамках договора от 20.02.2019 №20/02-2019-ПИП в полном объеме, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что означенные иностранные рабочие являлись работниками именно ответчика, силами и средствами которого выполнялись спорные работы.
Фактическое выполнение спорных работ ответчиком подтверждается также представленными в материалы дела журналами производства работ, актами на скрытые работы, договорами с субподрядными организациями и иной исполнительной документацией.
Принимая во внимание отсутствие каких-либо доказательств, достоверно подтверждающих факт выполнения спорных работ истцом, в том числе какими силами и средствами они осуществлены; суд полагает, что компания не доказала как реальность хозяйственных операций по договору № 06/03-2019-СМР от 06.03.2019, так и наличие у нее трудовых и материальных ресурсов, необходимых для выполнения спорных работ.
Кроме того, изначально позиция истца строилась на притворности договора №06/03-2019-СМР от 06.03.2019, прикрывающего договор аутсорсинга в части дополнительной оплаты труда привлеченной иностранной рабочей силы без уплаты налогов и иных обязательных платежей, установленных законодательством Российской Федерации.
В свою очередь, ответчик в ходе судебного разбирательства заявил о мнимости спорного договора.
В окончательной консолидированной позиции по делу истец фактически отказался от довода о притворности спорного договора, заявив о выполнении им спорных работ, что влечет обязанность генподрядчика по их оплате.
Между тем, суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск (пункт 3 "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020).
В силу статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
По пункту 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.
Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.
Определением суда от 18.01.2024 истцу предложено представить доказательства, свидетельствующие о прикрытии спорным договором подряда договора аутсорсинга в части дополнительной оплаты труда привлеченной иностранной рабочей силы путем предоставления квартир; доказательства наличия устойчивой модели поведения сторон в части оплаты труда привлеченной иностранной рабочей силы, стоимость которой формируется из трех составляющих: оплата непосредственно работнику, оплата аутсорсеру на расчетный счет, дополнительная оплата аутсорсерсу путем предоставления квартир в зачет якобы выполненных подрядных работ.
В месте с тем, определение суда от 18.01.2024 истцом не исполнено, каких-либо доказательств притворности спорного договора подряда в материалы дела не представлено, как не представлено и доказательств наличия какого-либо прикрываемого договора (соглашения сторон) о дополнительной оплате привлеченной рабочей силы.
При этом судом установлено, что акты о приемке выполненных работ №№26-44 с августа 2019 по январь 2020 года, требования по которым предъявлены в пределах срока исковой давности, составлены на работы, выполненные на объекте «Многоквартирный жилой дом с нежилыми помещениями и заглубленной автостоянкой по адресу: ул. 4-я Железнодорожная в г. Иркутске».
Судом установлено, что 15 декабря 2018 года МУП «БТИ г. Иркутска» закончена техническая инвентаризация законченного строительством многоквартирного жилого дома с нежилыми помещениями и заглубленной автостоянкой по адресу: ул. 4-я Железнодорожная в г. Иркутске, что подтверждается соответствующим техническим паспортом на объект (том 4 листы дела 74-125).
Далее, Отделом выдачи разрешительной документации департамента реализации градостроительной политики комитета по градостроительной политике администрации г. Иркутска 05.07.2019 выдано разрешение №38-ru38303000-25-2019 на ввод в эксплуатацию Многоквартирного жилого дома с нежилыми помещениями и заглубленной автостоянкой по адресу: ул. 4-я Железнодорожная в г. Иркутске.
Таким образом, на момент якобы выполнения истцом спорных работ по актам №№26-44 с августа 2019 по январь 2020 года объект, на котором выполнялись эти работы, был закончен строительством и сдан в эксплуатацию.
Согласно пункту 1 статьи 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, проектной документацией, а также соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства требованиям к строительству, реконструкции объекта капитального строительства, установленным на дату выдачи представленного для получения разрешения на строительство градостроительного плана земельного участка, разрешенному использованию земельного участка или в случае строительства, реконструкции линейного объекта проекту планировки территории и проекту межевания территории (за исключением случаев, при которых для строительства, реконструкции линейного объекта не требуется подготовка документации по планировке территории), проекту планировки территории в случае выдачи разрешения на ввод в эксплуатацию линейного объекта, для размещения которого не требуется образование земельного участка, а также ограничениям, установленным в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации.
Наличие разрешения на ввод спорного объекта в эксплуатацию, по мнению суда, свидетельствует о завершении объекта строительства в полном объеме и соответствие его всем требованиям.
При таких обстоятельствах суд полагает, что полученное 05.07.2019 разрешение на ввод спорного объекта в эксплуатацию, безусловно, свидетельствует о невозможности выполнения каких-либо работ на объекте Многоквартирный жилой дом с нежилыми помещениями и заглубленной автостоянкой по адресу: ул. 4-я Железнодорожная в г. Иркутске, в период с августа 2019 по январь 2020 года №№26-44 (после получения соответствующего разрешения).
Таким образом, суд пришел к выводу о том, что договор № 06/03-2019-СМР от 06.03.2019 является мнимой сделкой, заключенной без намерения создать соответствующие последствия, что в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ влечет его ничтожность, а, следовательно, и отсутствие обязанности ответчика по оплате.
На основании изложенного требования ООО «Родные Берега» о взыскании с Наньтуньской компании с ограниченной ответственностью службы трудоустройства за границей «Хуэйчуань» задолженности в сумме 52 941 456 рублей являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.
В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.
Истцом при подаче иска оплачена государственная пошлина в сумме 2 000 рублей; с уточненных исковых требований подлежит оплате государственная пошлина в сумме 200 000 рублей.
Принимая внимание вышеизложенное, недоплаченная государственная пошлина в сумме 198 000 рублей подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.
Расходы ООО «Родные Берега» по оплате проведенных по делу судебных экспертиз в сумме 93 600 рублей также относятся на истца по правилам статьи 110 АПК РФ.
Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
РЕШИЛ:
в удовлетворении исковых требований отказать;
взыскать с НАНЬТУНЬСКОЙ КОМПАНИИ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СЛУЖБЫ ТРУДОУСТРОЙСТВА ЗА ГРАНИЦЕЙ «ХУЭЙЧУАНЬ» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «РОДНЫЕ БЕРЕГА» 93 600 рублей – судебных расходов, связанных с проведением экспертиз по делу;
взыскать с НАНЬТУНЬСКОЙ КОМПАНИИ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СЛУЖБЫ ТРУДОУСТРОЙСТВА ЗА ГРАНИЦЕЙ «ХУЭЙЧУАНЬ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 198 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.
Судья Н.В. Хромцова