АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
г. Краснодар
Дело № А32-33757/2021
02 июня 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 02 июня 2025 года.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Андреевой Е.В. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании ФИО1 (лично) и его представителя – Фаст К.В. (доверенность от 16.05.2025), конкурсного управляющего акционерного общества «Региональная инженерно-технологическая энергокомпания-Союз» ФИО2 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Региональная инженерно-технологическая энергокомпания-Союз» ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2025 по делу № А32-33757/2021, установил следующее.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Региональная инженерно-технологическая энергокомпания-Союз» (далее – должник, АО «Ритэк-Союз», общество) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился с заявлением о признании недействительным приказа от 28.02.2020 № 2, приказа от 31.03.2020 № 3 в части выплаты премиального вознаграждения ФИО1 (далее – ответчик) в общем размере 2 166 тыс. рублей, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника указанной суммы.
Определением суда от 18.10.2024 признан недействительным приказ от 28.02.2020 № 2, приказ от 31.03.2020 № 3 в части выплаты премиального вознаграждения ФИО1 в общем размере 2 166 тыс. рублей. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу АО «Ритэк-Союз» денежных средств в размере 2 166 тыс. рублей. Распределены судебные расходы.
Постановлением апелляционного суда от 25.01.2025 определение суда от 18.10.2024 отменено, в удовлетворении заявления отказано. Распределены судебные расходы.
В кассационной жалобе и дополнениях к ней конкурсный управляющий просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. Податель жалобы указывает, что согласно заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника от 13.12.2022 в период с 01.01.2018 по 01.01.2021 должник находился в тяжелом финансово-экономическом состоянии, при этом коэффициенты не соответствовали общепринятым нормам начиная с 2018 года, а с 01.01.2020 по 31.12.2020 наблюдалось существенное ухудшение коэффициентов; в указанный период должником было начислено и выплачено премиальное вознаграждение сотрудникам в общем размере 53 956 175 рублей; на момент совершения сделки у должника имелись просроченные обязательства перед ООО «Вымпелсетьстрой», ООО «К-Электротехник», ФГУП «ГВСУ № 4; премии руководящему составу должника выплачены после первого перечисления части суммы аванса от ФГУП «ГВСУ № 4» (ныне – ФГУП «ГУСС»).
В отзыве на кассационную жалобу ответчик указал на законность и обоснованность постановления суда апелляционной инстанции, просил в удовлетворении кассационной жалобы отказать.
В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы кассационной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.
ФИО1 и его представитель возражали против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просили судебный акт оставить без изменения.
Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.
Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующему.
Как видно из материалов дела и установили суды, общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом Маслина» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании АО «Ритэк-Союз» несостоятельным (банкротом). Определением от 02.08.2021 заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.
Определением суда от 04.03.2022 указанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3
Решением суда от 19.01.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2
В соответствии с приказами от 28.02.2020 № 2 и от 31.03.2020 № 3 о поощрении сотрудников начальнику управления внедрения автоматизированных систем ФИО1 выплачено премиальное вознаграждение в размере 1 154 500 рублей и 1 011 500 рублей соответственно, всего 2 166 тыс. рублей.
Полагая, что указанные перечисления совершены безосновательно, в условиях неплатежеспособности должника, в пользу заинтересованного лица, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в соответствующем уменьшении активов должника, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).
Удовлетворяя заявление суд первой инстанции установил, что на дату совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности; начиная с октября 2020 года у должника стала формироваться задолженность по заработной плате, большая часть которой до настоящего времени не погашена и включена во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в общей сумме 8 054 735 рублей 28 копеек; ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в связи с чем последний не мог не знать о финансовых затруднениях общества. Принимая во внимание, что в материалы дела не представлено доказательств достижения ФИО1 производственного результата, внесения какого-либо значительного вклада в деятельность должника, по итогам которого совершено его премирование, суд первой инстанции заключил о причинении вреда имущественным правам кредиторов оспариваемыми сделками, в связи с чем признал их недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции указал, что на момент вынесения приказов о премировании признаки неплатежеспособности у должника отсутствовали, а наличие задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует о финансовой нестабильности общества; сама по себе аффилированность между должником и ответчиком в отсутствие признаков неплатежеспособности не свидетельствует о недействительности сделки. Суд апелляционной инстанции отметил, что в 2018 – 2019 годах обществом произведены подрядные работы на объекте «Зеленая линия», для заказчика АО «Тандер», который отметил коллектив должника благодарственными письмами, в январе и феврале 2020 года премирован весь коллектив общества, в этой связи суд пришел к выводу об отсутствии совокупности условий для признания сделок недействительными.
Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о том, что судом апелляционной инстанции не приняты во внимание и не учтены следующие обстоятельства по настоящему обособленному спору.
Согласно положениям пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством и к оспариванию самих таких выплат.
Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление Пленума № 63).
Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.
Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).
Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств), совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение, предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах. При этом не требуется доказывать факты, указывающие на недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9 постановления Пленума № 63.
Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.
При этом при доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления Пленума № 63).
При рассмотрении обособленного спора суды установили, что производство по настоящему делу о банкротстве возбуждено 02.08.2021, оспариваемые сделки совершены 28.02.2020 и 31.03.2020, то есть в период подозрительности установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Как следует из материалов дела, согласно штатному расписанию АО «Ритэк-Союз» на дату перечисления спорных платежей ФИО1 работал на предприятии в должности начальника управления внедрения автоматизированных систем с окладом в размере 115 тыс. рублей в месяц.
В соответствии с приказами от 28.02.2020 № 2 и от 31.03.2020 № 3 о поощрении сотрудников ответчику выплачено премиальное вознаграждение в размере 1 154 500 рублей и 1 011 500 рублей, соответственно.
Судами установлено и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что ФИО1 является сыном генерального директора должника ФИО4, то есть заинтересованным по отношению к должнику лицом в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, в связи с чем в отношении ответчика действует презумпция осведомленности о цели причинить вред имущественным правам кредиторов путем совершения оспариваемых сделок.
Действительно, в соответствии со сформированными правовыми подходами, наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не является основанием для признания сделки недействительной и не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки, – однако, повышает стандарт доказывания в обособленных спорах с аффилированным лицом и путем иного распределения бремени доказывания возлагает обязанность опровержения возражений либо требований относительно реальности обязательств (заявленных внешними кредиторами и конкурсным управляющим) – на аффилированное лицо.
На основании статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – Трудовой кодекс) премии отнесены к стимулирующим выплатам, являющимся составной частью заработной платы (вознаграждения за труд).
По смыслу статей 57 и 135 Трудового кодекса условия о стимулирующих выплатах могут содержаться в трудовых договорах работников, коллективных договорах и локальных нормативных актах.
По смыслу указанных выше норм, вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплату труда работника соразмерную выполненной им работе; заработная плата, выплата премий является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.
Вместе с тем, само по себе издание приказов о выплате премий (в том числе без указания соответствующих достижений выполненных сотрудником работ, превышающих его стандартные повседневные должностные обязанности) при формальном наличии такой возможности во внутренних документах должника, не презюмирует и не подтверждает равноценность встречного предоставления со стороны ответчика, которое должно выражаться в виде количества и качества затраченного труда (сверх обычно выполняемой трудовой функции), эквивалентного размеру выплаченной ему премии.
В рассматриваемом случае, в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие факт выполнения ответчиком особо важных и сложных задач, наличие особых условий труда, переработок, сверхурочных и т.д. Не доказано, что в результате вклада ответчика обществом достигнуты положительные финансовые результаты, причинно-следственная связь между достижением таких результатов и непосредственной роли ФИО1
Вывод суда апелляционной инстанции о том, что выплата премии обусловлена достижением определенных показателей при ведении хозяйственной деятельности обществом, что дает основания полагать выполнение ФИО4 трудоемкой работы в период, предшествующий выплате премии, основан лишь на пояснениях ответчика и не подтвержден конкретными доказательствами.
Суд округа признает необоснованным указание суда апелляционной инстанции о том, что соответствующие премиальные выплаты получили иные работники должника, поскольку размер премий, выплаченных ответчику в соответствии с приказами о премировании, значительно превышал размер премий всех остальных сотрудников общества (за исключением руководящего состава), а также в разы превышал размер окладов каждого из них.
Довод ответчика о том, что такие премии выплачивались работникам должника и ранее, подлежит отклонению, поскольку согласно представленным в материалы дела справкам о доходах и суммах налога физического лица (2-НДФЛ) за 2018 – 2019 годы выплаты премий ФИО1 в таком крупном размере не производились, при этом суммы одних лишь премий в 2020 году превысили доход ответчика за предыдущие полтора года.
Ссылка на отсутствие у общества признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых выплат признается окружным судом несостоятельной, так как вопреки выводам суда апелляционной инстанции в соответствующий период у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором ООО «К-Электротехник», требования которого в размере 19 622 434 рублей 02 копеек, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 23.06.2022. При этом в дальнейшем объем задолженности общества перед кредиторами продолжал расти.
Как установлено судом первой инстанции, начиная с октября 2020 года, у должника стала формироваться задолженность по заработной плате, большая часть которой до настоящего времени не погашена и включена во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в общей сумме 8 054 735 рублей 28 копеек.
По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).
При этом согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Кодекса).
Принимая во внимание, что премии отнесены к стимулирующим выплатам и направлены на поощрение работника в связи с повышением им результатов работы, в то время как доказательств достижения в соответствующий период особых положительных для должника показателей не представлено, равно как и не представлено доказательств подтверждающих изменение или увеличение трудовых функций, возложенных на ответчика в рамках трудового договора или поручение ему особо сложных заданий, за которые могла быть произведена переоценка деятельности и выплата премий в столь значительном размере, учитывая сведения об ином размере премирования сотрудников общества, отличных от оспариваемого, а также сведения о размере оклада ответчика начиная с 2018 года, отсутствие подобного премирования за прошедшие годы, принимая во внимание, что в данном случае выплата премий совершена в пользу заинтересованного лица, в условиях неисполнения должником существовавших обязательств перед кредиторами, что повлекло причинение вреда, выразившегося в соответствующем уменьшении активов должника, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о доказанности управляющим совокупности обстоятельств для признания сделок недействительными по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Последствия недействительности сделки применены судом, исходя из пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса в виде взыскания с ответчика в пользу должника необоснованно полученных денежных средств в размере произведенных выплат.
При таких обстоятельствах у апелляционного суда отсутствовали правовые основания для отмены определения суда первой инстанции, которое с учетом установленных в рамках настоящего спора фактических обстоятельств соответствует нормам материального и процессуального права.
В силу части 1 статьи 288 Кодекса основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
В пункте 5 части 1 статьи 287 Кодекса предусмотрено, что по результатам рассмотрения кассационной жалобы суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.
Поскольку судом первой инстанции фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, установлены на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, правильно применены нормы материального права, суд кассационной инстанции применительно к рассматриваемому спору приходит к выводу, что постановление апелляционного суда от 25.01.2025 подлежит отмене с оставлением в силе определения суда от 18.10.2024.
Поскольку при обращении с кассационной жалобой в арбитражный суд конкурсным управляющим АО «Ритэк-Союз» ФИО2 государственная пошлина уплачена не была, судом округа была предоставлена отсрочка в ее уплате, в соответствии с частью 1 статьи 110 Кодекса с ответчика как со стороны, не в пользу которой принят судебный акт, в доход федерального бюджета подлежит взысканию 20 тыс. рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.
Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2025 по делу № А32-33757/2021 отменить, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.10.2024 по данному делу оставить в силе.
Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) 20000 рублей государственной пошлины в доход федерального бюджета за рассмотрение кассационной жалобы.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
Н.А. Сороколетова
Судьи
Е.В. Андреева
Ю.О. Резник