АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-2257/25

Екатеринбург

09 июня 2025 г.

Дело № А60-68631/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 июня 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Плетневой В.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.01.2025 по делу № А60-68631/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представители:

финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 21.03.2025, паспорт);

ФИО4 (далее также – ответчик) – ФИО5 (доверенность от 23.08.2023 серии 92 АА № 1209924, удостоверение адвоката);

конкурсного кредитора ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 29.01.2019 серии 66 АА № 5430491, паспорт).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.12.2022 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим его имуществом утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий, заявитель кассационной жалобы).

Финансовый управляющий 11.08.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по приобретению ФИО4 (далее – ответчик) экскаватора гусеничного JCB JS3301 по договору купли-продажи от 15.07.2016 № 11, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Управление строительной механизации» (далее – общество «УСМ»), а также грохота марки (модели) Sandvik QA33 по договору купли-продажи от 16.12.2018 № 15, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Грунтсервис-КБ» (далее – общество «Грунтсервис-КБ»); финансовый управляющий также просит применить последствия недействительности данных сделок в виде признания за ФИО1 права собственности на указанные транспортные средства.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.02.2024 в порядке, предусмотренном статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2025, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований финансового управляющего в полном объеме.

По мнению заявителя жалобы, суды не учли, что ответчик и должник являются аффилированными друг к другу лицами и, соответственно, неправильно распределили бремя доказывания. Так, по убеждению управляющего, передача техники между ответчиком и должником только по устной договоренности свидетельствует о возникновении между ними отношений, способствующих заключению сделок с условиями, которые не могут быть применены к обычным участникам рынка, что подтверждает их фактическую аффилированность; в такой ситуации финансовый управляющий, ограниченный в сборе доказательств по обстоятельствам аффилированности лиц, представил доказательства и привел веские доводы о недобросовестности ответчика и должника, опровержение которых должно было быть возложено судами на последних. Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводом судов об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных сделок и отмечает, что данное обстоятельство должником не подтверждено, из материалов дела не следует, что его неплатежеспособность наступила позже заключения сделок. По мнению финансового управляющего, из обстоятельств, установленных определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2017 по делу № А60-19552/2016, явно следует, что должник получил в свое распоряжение денежные средства, которых достаточно для приобретения грохота и экскаватора, хронологическая последовательность между возникновением требований кредиторов и появлением имущества у ответчика очевидна. Финансовый управляющий также считает недоказанными наличие у ответчика возможности самостоятельно приобрести технику, дальнейшее использование ее ответчиком, о чем свидетельствует неспособность ответчика пояснить, каким образом осуществлялась транспортировка техники, на каких объектах осуществлялись работы.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО4 на праве собственности принадлежат следующие специализированные транспортные средства (техника):

– экскаватор гусеничный JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755,

– грохот марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170.

Из материалов дела следует, что гусеничный экскаватор приобретен ответчиком на основании договора купли-продажи 15.07.2016 № 11, заключенного с обществом «УСМ». В подтверждение факта передачи транспортного средства представлен акт приема-передачи от 15.07.2016, паспорт самоходной машины № 475578, а также письмо общества «УСМ» от 16.05.2024 о том, что транспортировка техники производилась силами данного общества.

Грохот был приобретен ответчиком на основании договора купли-продажи от 16.12.2018 № 15, заключенного с обществом «Грунтсервис-КБ», что подтверждается также актом приема-передачи от 16.12.2018, паспортом самоходной машины № 756239.

Согласно ответам регистрирующих органов по Свердловской области и Пермскому краю указанная самоходная техника на территории названных субъектов не зарегистрирована и ранее не регистрировалась.

В производстве Следственного отдела г. Заречный находилось уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного статьей 246 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ).

В рамках проверки в ходе осмотра места происшествия (территория Гагарского щебеночного карьера в Белоярский районе Свердловской области) был изъят принадлежащий ФИО4 грохот.

Из рапорта старшего участкового МО МВД «Заречный» от 30.07.2021 следует, что согласно пояснениям ФИО8 грохот находится на территории Гагарского карьера, принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Уралщебень», соучредителем которого он является. Данное оборудование доставлено на месторождение осенью 2020 года ФИО1, но ФИО8 возвращать его отказывается, поскольку ФИО1 имеет перед ним долговые обязательства, которые последний не исполняет (дело № А60-20661/2021 Арбитражного суда Свердловской области по иску общества с ограниченной ответственностью «Штерн66» в лице директора ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «БВР Инжиниринг» в лице директора ФИО1).

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.12.2021 в ходе проверки установлено, что ФИО4 по устной договоренности передала в пользование ФИО1 экскаватор, а он также по устной договоренности передал его во временное пользование ФИО8, с которым у него сложилось деловые отношения. В дальнейшем между ФИО1 и ФИО8 возникли разногласия по вопросам совместного бизнеса, в результате чего ФИО8 отказался возвратить ФИО1 экскаватор; в настоящее время экскаватор находится в г. Екатеринбурге.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.09.2022 удовлетворены исковые требования ФИО4 к ФИО8 об истребовании имущества из чужого незаконного владения; на ФИО8 возложена обязанность передать ФИО4 экскаватор.

Ссылаясь на то, что ФИО4 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, а оспариваемые сделки совершены с целью создания искусственной конструкции, предусматривающей наличие мнимого собственника, в результате чего действительный собственник – ФИО1 получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по его долгам, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании данных сделок недействительными (ничтожными) по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, суды исходили из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделок недействительными, и руководствовались следующим.

Установив, что в рассматриваемом случае дело о банкротстве ФИО1 возбуждено 25.03.2022, оспариваемые сделки совершены 15.07.2016 и 16.12.2018, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды пришли к выводу о том, что сделки заключен сторонами за пределами периода подозрительности, предусмотренного статьей 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем рассматриваемые сделки не могут быть признаны недействительной по специальным основаниям и могут быть оспорены только по общегражданским основаниям.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав и направленное на причинение вреда третьим лицам.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Констатация судом недействительности ничтожной сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомо противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве - прав кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий ссылался на то, что спорная техника была приобретена ответчиком за счет средств должника, снятых им с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «АСК-Логистик», директором которого он являлся.

Проверяя данный доводы финансового управляющего, суды установили, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2017 по делу № А60-19552/2016 с ФИО1 в пользу названного общества взысканы убытки в сумме 5 388 189 руб. Основанием для взыскания убытков послужило установление судами факта снятия ФИО1 с расчетного счета подконтрольного ему общества денежных средств в указанной сумме. Между тем, как установлено судами, из содержания указанного определения невозможно установить, в какой период и какие конкретно суммы были сняты ФИО1 с расчетного счета данного общества, в тексте судебного акта указан лишь общий период, когда он являлся руководителем данного общества (с 10.11.2014 по 11.05.2017). Кроме того, договор купли-продажи экскаватора гусеничного был заключен ФИО4 15.07.2016, то есть до вынесения определения арбитражного суда от 20.06.2017 по делу № А60-19552/2016 по заявлению, поступившему в суд 03.03.2017.

Учитывая, что даты заключения договоров о покупке техники не совпадают с периодом, когда ФИО1 получил денежные средства со счета подконтрольного ему общества, а также принимая во внимание его пояснения со ссылкой на данные расчетного счета, о том, что снятые денежные средства были направлены на приобретение топлива, суды констатировали недоказанность утверждения финансового управляющего о приобретении спорных единиц техники за счет средств самого должника.

При этом должник в ходе судебного разбирательства давал пояснения о том, что в сентябре 2014 года им было создано общество с ограниченной ответственностью «АСК-Логистик» с целью оказания услуг по перевозке известняка из г. Михайловск в г. Полевской для нужд Акционерного общества «Северский трубный завод» (далее – общество «СТЗ»); по условиям заключенного договора общество «СТЗ» оплачивало услуги с отсрочкой 45 дней, в течение которых общество «АСК-Логистик» должно было заправлять принадлежащий ему автотранспорт дизельным топливом, что составляло около 70% от оборота за услуги; для исполнения данного обязательства обществом «АСК-Логистик» был заключен договор с обществом с ограниченной ответственностью «ТД РУНАТКО» (далее – общество «ТД РУНАТКО»), по которому предоставлялись топливные карты для заправки дизельным топливом с ежемесячным лимитом около 1,5 млн. руб. в кредит, то есть общество «СТЗ» оплачивало 1 раз в 45 дней денежные средства за услуги по перевозке, из которых погашалась кредитная линия за дизельное топливо, остальные денежные средства направлялись на уплату лизинговых платежей общества «АСК-Логистик»; через 1,5 месяца работы общество «ТД РУНАТКО» потребовало расторжения договора без объяснения причин, задолженность по кредитной линии составляла около 350 000 руб., при этом, для того, чтобы не останавливать работу с обществом «СТЗ» ФИО1 снимал денежные средства с расчетного счета общества «АСК-Логистик» и приобретал на них топливо для заправки автотранспорта; в последующем общество «ТД РУНАТКО» обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с общества «АСК-Логистик» денежных средств в размере 450 000 руб.; после удовлетворения иска оно инициировало вопрос о возбуждении в отношении общества «АСК-Логистик» дела о банкротстве, при этом, ФИО1 в судебных заседаниях участия не принимал, так как пытался заработать денежные средства и рассчитаться по данному долгу, а также погашал лизинговые платежи и не осознавал всех возможных последствий; позже ему стало известно, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2017 по делу № А60-19552/2016 с него в пользу общества «АСК-Логистик» взысканы убытки в сумме 5 388 189 руб. убытков, в связи с необоснованным снятием с расчетного счета общества денежных средств и направлением их на оплату приобретения топлива для заправки автотранспорта и частично на погашение лизинговых платежей за общество с ограниченной ответственностью «ТД-Атомстройкомплекс», при этом у должника имелись оправдательные документы на осуществленные перевозки, доказательства внесения денежных средств в счет оплаты лизинговых платежей, оплаты топлива, которые от ФИО1 не истребовали.

Исследуя довод финансового управляющего об отсутствии у ответчика финансовой возможности приобрести технику, суды установили, что согласно пояснениям ответчика и представленным ею документам оплата стоимости экскаватора в 2016 году и грохота в 2018 году была осуществлена за счет денежных средств, полученных ФИО4 от ее родственника – ФИО9; в подтверждение наличия у ФИО9 финансовой возможности предоставить денежные средства ответчику представлены справки по форме 2-НДФЛ за 2017 и 2018 годы, а также договор купли-продажи транспортного средства от 24.11.2015 по цене 2 050 000 руб., помимо этого, представлены документы о статусе ФИО9 как руководителя и учредителя нескольких организаций.

Изучив данные документы в совокупности, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что по состоянию на даты приобретения ФИО4 спорной спецтехники ФИО9 мог располагать достаточными финансовыми ресурсами для предоставления ей денежных средств для оплаты экскаватора и грохота, в связи с чем признали доводы финансового управляющего в данной части необоснованными.

Судами также были исследованы доводы управляющего о несоответствии дат договоров с обществами «Грунсервис-КБ» и «УСМ» действительным датам приобретения спецтехники и невозможности приобретения у данных компаний спецтехники; помимо данных, содержащихся в паспортах самоходной машины на экскаватор и грохот, о предыдущем владельце спецтехники, суды приняли во внимание и иные документы, в том числе письмо общества «УСМ» от 16.05.2024, подтверждающее факт оплаты со стороны ФИО4; при этом, вопреки утверждению управляющего, суды не установили в отношении общества «УСМ» признаков недействующего юридического лица (указанное также подтверждается общедоступными данными Единого государственного реестра юридических лиц), а также констатировали, что факт ликвидации общества «Грунтсервис-Екб» через год после продажи грохота марки Sandvik сам по себе не свидетельствует о невозможности совершения им сделки купли-продажи в период своей деятельности, а также об отсутствии оплаты со стороны ФИО10

Помимо изложенного, проанализировав записи в трудовой книжке ФИО11, представленные обществами с ограниченной ответственностью «БАУЭР Машины-Курган», корпорацией «Севкавэлеваторспецстрой» и обществом с ограниченной ответственностью «СМУ № 1» письма, констатировав, что сфера профессиональных интересов ФИО10 была связана с продажей спецтехники, суды отклонили утверждение финансового управляющего об отсутствии у ответчика интереса в приобретении спорных средств и о недоказанности дальнейшего использования техники ответчиком.

Таким образом, исследовав и оценив фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, установив, что ни в рамках дела № А60-19552/2016, ни в настоящем обособленном споре не было установлено, что денежные средства, снятые должником с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «АСК-Логистик», были переданы ФИО4 и в дальнейшем были использованы ею для покупки спорной техники; учитывая, что хронология заключения договоров и снятия денежных средств опровергает возможность расходования денежных средств подконтрольного должнику общества на покупку техники; признав, что представленные в материалах дела доказательства в полной мере и с достаточной степенью достоверности свидетельствуют о том, что договоры купли-продажи от 15.07.2016 № 11 и от 16.12.2018 № 15 в действительности были заключены и исполнены за счет средств самой ФИО10 (привлеченных ею самостоятельно денежных средств) и в ее собственных интересах, суды обеих инстанций пришли к выводу о недоказанности финансовым управляющий совокупности оснований, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ и по приводимым им мотивам.

Вопреки позиции финансового управляющего, само по себе наличие признаков аффилированности ответчика (кредитора) и должника автоматически не свидетельствует о злоупотреблении правом при совершении операций между ними. С учетом доказанности расходования ответчиком денежных средств не должника, а собственных средств при расчетах за спорную технику, использования этой техники в своих интересах и к своей выгоде – только лишь наличие признаков заинтересованности явно недостаточно для установления факта совершения сделки с целью создания фигуры мнимого собственника и уклонения от исполнения должником обязательств перед кредиторами (при том, что первый договор был заключен еще в 2016 году, даже до момента знакомства ответчика с должником).

Довод о неверном распределении бремени доказывания не может быть признан судом округа правомерным.

Действительно, исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом), в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В условиях аффилированности физических лиц суды первой и апелляционной инстанций, вопреки доводу кассационной жалобы о неверном распределении бремени доказывания, правомерно исходили из того, что бремя доказывания реальности сделок и действительного наличия у ответчика статуса собственникам имущества возлагается на последнюю.

При этом, установив по результатам анализа всех доказательств и доводов сторон в совокупности, что договоры купли-продажи от 15.07.2016 и от 16.12.2018 были заключены и исполнены именно ответчиком, реальность передачи денежных средств ФИО4, получение их обществами «УСМ» и «Грунтсервис-КБ», а также наличие у ответчика финансовой возможности произвести их оплату за счет привлеченных средств подтверждены, при том, что денежные средства, полученные должником от подконтрольного ему общества, были израсходованы на иные нужды, суды обеих инстанций обоснованно констатировали отсутствие всех необходимых и достаточных обстоятельств, позволяющих признать оспариваемые сделки недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, в связи с чем правильно отказали в удовлетворении требований финансовым управляющим.

Таким образом, отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами заявленных финансовым управляющим требований, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.01.2025 по делу № А60-68631/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.В. Кудинова

Судьи Н.А. Артемьева

В.В. Плетнева